Сердолик: семейное счастье.

– Поздравляю с первым раскрытым делом! – объявил Нейт вечером в красавку и откупорил бутылку шампанского.

Я с удивлением оторвалась от вискера – по привычке уже смотрела фильм на широкой кровати в спальне любовника и даже не заметила, что он что-то с собой принёс. А уж о каком именно деле он говорит...

– Тоже мне «дело», – поморщилась я, вспомнив безумную жрицу. Слух о ней, кстати, в мгновение разлетелся по всей резиденции, сняв с меня и Нейта «все подозрения». – Мерзость такая.

– А что ты хотела? – пожал плечами начальник, разливая вино по бокалам. – Не все дела полны героизма и пафоса. Бывают и такие.

– Честно скажу, не очень-то я и голову ломала при раскрытии. Подозреваю, ты бы управился куда быстрее, – всё ещё сопротивлялась я почестям, хотя с кровати сползла и, взяв положенный бокал, устроилась с Нейтом в обнимку. – Признайся, тебе всё равно, что там болтают?

– Ну как... Я просто ждал, что скоро они сменят тему. Но, к слову, мне-то никто этой бурдой уши не протирал. Папа только один раз спросил, верю ли я, что он ни-ни. Я честно ответил, что верю, и на этом тема была исчерпана.

– Слушай, а если бы я на самом деле оказалась твоей сестрой? Что бы ты делал?

– Забил, – невозмутимо признался Нейт.

У меня аж глаза поползли на лоб. Осторожно я отстранилась и посмотрела на него с наигранной опаской.

– Что? – спросил любовник с усмешкой. – Когда-то в древности существовали царские династии, где брали в жёны сестёр, чтобы не делить ни с кем власть.

– Они вымерли, – напомнила я скептично.

– Они не вымерли, но я понял, о чём ты. И поверь, за одно поколение ничего бы не случилось. Но раз ты к этому так серьёзно относишься... Давай-ка съездим завтра кое-куда – всё равно мои коварные планы слишком медленно ползут.

Кое-где оказалось Ашером, причём, как ни странно, в этот раз вела не я, а Нейт. Вроде бы мы шли буквально в паре кварталов от родных районов, но я не понимала, куда мы направляемся. Впрочем, стоило выйти на центральную улочку с богатыми лавками, как меня почти посетило озарение. Так что, когда заслышав звон колокольчика на двери, к нам обернулся Роско, я уже не удивилась. Только его гемма, сердолик, ютилась не в браслете, а висела на огромной тяжёлой цепи с хитроумным плетением – видимо, как реклама.

– Здравствуйте! Как я рад, что вы заглянули! – обрадовался ювелир. – Всё хотел поблагодарить за тот случай и... извиниться за бывшую.

– Да ничего страшного, – беззаботно отозвался Нейт после приветствия. – С этими бывшими одни проблемы – моя вообще с ума сошла.

Не сдержавшись, я хмыкнула, но начальник даже внимания на это не обратил – просто заявил Роско в лоб:

– Мы тут, кстати, решили найти отца Трейси. Ты случайно не знаешь, кто бы это мог быть?

Ювелир лишь усмехнулся, пока я подбирала челюсть.

– Трейси моя сестра. Вы же уже об этом в курсе, раз спрашиваете, я прав?

– Да, – подтвердил Нейт как ни в чём не бывало, – я догадался, но ей не сказал. Такое лучше узнавать из достоверных источников, а не с отсылкой к моим смутным подозрениям.

Вот уж точно! Озвучь мне это любовник перед поездкой, я бы только расхохоталась ему в лицо и не сдвинулась с места.

– Тогда... почему... не... – медленно поворачивала я шестерёнки в голове, но между ними как засело что-то, мешая нормально двигаться.

– Я подробностей не знаю – мы тогда детьми же были. Потом у отца узнавал, уже после вашего отъезда. Просто увидел фотографии прабабушки в молодости – а на ней вылитая ты, вот и спросил. Вроде как, нас помогали воспитывать родители мамы – хотя к тому моменту она сама уже давно умерла – и тётя Эмма не захотела влезать в нашу семью. Считала, что мы маленькие, тяжело нам будет с чужой тётей.

– Очень на неё похоже, – мрачно буркнула я, и мысли заработали.

Выходило, что моя мама опять придумала себе тысячу и одну отговорку, однако, прекрасно понимала, что, узнав о Гвен, дядя Питер в стороне уже не останется – сыновья выросли, родители покойной жены давно не помогали по хозяйству. И дабы не «чего-то там надуманное», мама сиганула с нами в деревню.

Существовал, конечно, вариант, что дядя Питер её чем-то не устраивал, но семь лет не спят с человеком, который не нравится. Скрыться без следа она могла в любой момент, не дожидаясь второй беременности. Да и я всегда слышала о дяде Питере только хорошее. При мне он даже голос ни на кого ни разу не повысил. На том и погорел, видимо. Ой... ма-а-а-ма.

– Нейт, – взволнованно обратилась я к начальнику, не зная, куда бежать.

Он понял с полуслова.

– Я пока с Роско поболтаю, а ты иди. Отец же дома?

Старший брат – дикость-то какая! – кивнул. И я понеслась, не разбирая дороги. Едва ли не путаясь в поворотах. Мне повезло не заблудиться и буквально за пару минут добраться до нужного дома. Замерла на пороге, взялась за дверную ручку...

Сердце колотилось как бешеное – сейчас мне казалось, что даже мои взаимоотношения с Нейтом были спокойнее. Как начать разговор? О чём вообще говорить?

Даже не думая толком над этим, я просто постучала – не хотела ждать и тянуть время из-за каких-то глупостей. Дядя Питер открыл без вопросов, а, увидев меня, искренне обрадовался.

– Привет, Трейси! Молодец, что снова приехала – не забываешь старика.

От этих слов на глаза навернулись слёзы, и я без раздумий обняла отца крепко-крепко – он даже растерялся в первый момент.

– Здравствуй, папа, – обратилась я к нему так непривычно, но безумно обыденно. Будто так и должно быть. – Почему ты мне ничего не говорил?

– Трейси, – прижал он меня к себе в ответ. Помолчал. Сознался: – Твоя мама ведь не хотела.

– Ну и что? – возмутилась я, отстраняясь и украдкой вытирая слёзы. – Есть же ещё ты, я... Гвен. Мама не должна решать за нас всех.

– Прости, – попросил он, и я тут же исполнила просьбу.

Мы проболтали допоздна, дождавшись возвращения Роско и Нейта. Давно уже наступил вечер, а мы с отцом всё не могли наговориться. Я думала, мне станет трудно воспринимать его в новой роли, но она подошла ему чуть ли не больше, чем прежняя. Фактически, те семь лет, что я жила в Ашере, он и воспитывал меня как отец – разве что ночевал не дома. Напоследок я оставила схему проезда к треклятым Маркизкам и указания, как искать нужный дом – им с Гвен стоило хотя бы встретиться.

По темноте Нейт повёз меня на изумруде, потому что гранат заартачилась, заявив: «Или он, или я! В том смысле, что нечего вам на разных драконах летать. Особенно по темноте». Особо я не возражала, только поворчала на вертихвостку для проформы.

Я ждала всё это время, что любовник что-нибудь спросит, но он молчал словно пристыженный. Эту странную мысль я всё гнала от себя, пока, наконец, уже в резиденции, в нашей спальне, Нейт не сознался сам:

– Знаешь, я купил тебе подарок. Но если он тебе не понравится, я пойму. Я предупреждал, что у меня специфичный вкус.

И осторожно, явно боясь моей реакции, достал длинный футляр. Волнительная мысль о кольце тут же постыдно уползла в дальний угол подсознания, уступив место любопытству.

Внутри оказалась цепочка. Тонкая, изящная, с таким красивым плетением, что у меня аж дыхание перехватило. Я наклонилась поближе, присмотрелась... и поняла, что вместо звеньев у неё аккуратные золотые ящерки – темнее и светлее, чередующиеся через одну.

– Обалдеть! – наконец, выдохнула я и подняла на Нейта восторженные глаза. – С чего мне не понравиться-то может?

– Ну... – нерешительно протянул любовник, довольный моей реакцией, – не все девушки любят ящериц.

– Так то живых! Я их тоже не очень. Но эти же классные! Это же какая работа кропотливая, – восхищалась я, вновь склонившись над украшением. – Это Роско делал?

– Да. Он мне пожаловался, что барышни не берут, а для парней слишком изящно, похвастался... в общем, я не смог её там оставить.

– Она шикарна! – заверила я, порывисто чмокнула Нейта в губы, но он не дал мне убежать, перехватив за талию.

...Обновку я примерила только с утра, и осталась безмерно довольной. Про то, что сегодня был первый светник в месяце Змееносца я помнила, но даже не предполагала, что любовник предложит скататься к Звёздной колыбели на ярмарку.

– Тебя, часом, не подменили? – настороженно спросила я, для верности пощупав лоб парня.

– О, не переживай, – рассмеялся он. – Я ведь уже жаловался, что мои коварные планы медленно ползут? Надо подтолкнуть, а там отличная публика.

Признаюсь честно, я выдохнула и отправилась на праздник с лёгким сердцем. Люди смотрели на нас... с интересом. Здесь Нейта все знали, а отношения мы до этого не афишировали. Если вдуматься, ярмарка возле озера стала первым местом, где мы официально появились как пара. Уже не просто вместе, как обычно, а держась за руки.

Правда, положение мы то и дело меняли: то любовник приобнимал меня за плечи, то я держала его за локоть, то мы просто переплетались пальцами, чтобы не потеряться в толпе.

– Какие люди! – первой услышала я знакомый голос и торопливо обернулась, ища говорившего глазами.

Нейт сделал тоже самое не сразу – медленно, неохотно, будто ещё надеясь увести меня подальше. Но не могла же я даже не поприветствовать лорда Коула, который окликал явно нас? Это было бы, по крайней мере, невежливо!

Он подошёл быстро, привычно потянулся ко мне, чтобы приобнять и поцеловать в щёку в знак приветствия. Однако в ту минуту, как я замешкалась, не зная, как реагировать, Нейт ловко притянул меня к себе, положил голову на плечо и стиснул в объятиях будто в тисках. Удивительно, но я почувствовала благодарность, что он не постеснялся такого невежества. Когда я строила планы относительно лорда Коула, то совершенно не возражала против некоторых вольностей. Сейчас же этот мужчина оказался для меня чужим, и обниматься с ним было неправильно.

– Э нет! – заявил Нейт шутливо. – Это теперь моя девочка. Не отдам.

– И что теперь? Раз твоя, даже здороваться нельзя? – вздёрнул бровь лорд Коул, нисколько не задетый и не обиженный поступком. Скорее, он со снисходительным неодобрением воспринимал чужое ребячество.

– Здоровайся сколько угодно – трогать при этом не обязательно, – назидательно заметил мой любовник.

– Ты ещё язык покажи, – вздохнул его оппонент и усмехнулся. – С гранатом-то обучать свою девушку сам станешь? Или найдутся дела поинтереснее?

– Сам, – неожиданно серьёзно признался Нейт, а я внезапно поняла, что лорд Коул не знает даже, что у меня гранат – женщина.

– Вот и славно. Рад, что ты хорошо устроилась, – подмигнул старший лорд Изумруд уже мне, без всякого несогласия восприняв новость. Казалось, отказалась я с ним заниматься – ему же легче. Приду снова – без вопросов поможет. – Теперь я могу за тебя не волноваться.

– Спасибо большое за всё, – неловко улыбнулась я, чувствуя себя так, словно мы прощаемся.

Это было совершенно не как с диоптазом, когда я получила от него опыт, и он просто пихнул меня дальше по карьерной лестнице. Не походило наше расставание и на разлуку влюблённых, у которых не сложилось, и между которыми появился третий. Скорее, лорд Коул убедился, что я нашла себе защитника, и посчитал свой долг оплаченным. Сейчас он зайдёт за поворот... и совершенно забудет о существовании девушки по имени Трейси, потому что его ждут куда более серьёзные, дела.

– Удачи! Отправлюсь здороваться с другими девушками, у которых нет таких ревнивых молодых людей, – с усмешкой заявил лорд Коул напоследок и действительно ушёл.

Всё казалось безумно странным и нелогичным. Я не понимала причин и мотивов. Дорогие подарки, тёплые приветствия, регулярные тренировки. Я считала, что даже если у лорда Коула и нет никаких особых чувств, то хотя бы просто дружеские-то имеются. Нельзя же на самом деле делать всё это из-за туманного чувства вины и уйти по первому требованию? Я ожидала какой-то попытки побороться за право общаться со мной или хотя бы узнать лично у меня, что я думаю о словах Нейта. На худой конец светлой грусти, как при прощании с диоптазом, или искренней радости.

Ни-че-го.

– Ему действительно всё равно? – изумилась я вслух, когда Нейт выпустил меня из кольца рук и, приобняв за плечи, повёл дальше по ярмарке.

– Похоже на то. Коул вообще не привязывается к людям. Разочарована?

– Озадачена, – поправила я.

В голову упорно лезло определение Юджина – «этический кретин». Уж не за такое ли отношение он наградил диагнозом лорда Коула? Не осознавая, хозяин изумруда своим поведением втирается в доверие к людям, а сам? Ничегошеньки не испытывает?

Я не могла его за это осуждать – в конце концов, хорошее отношение ни к чему не обязывает человека. Просто ситуация казалась очень странной. А ещё более странным было то, что Нейт ни разу не попытался мне никак намекнуть на тщетность моих надежд. Впрочем, о сопернике он вообще практически не говорил. Один раз только раскрыл тайну танцев, и всё. Почему же так переживал, зная, что у меня шансов на взаимные чувства нет?

Да потому что плевать он хотел на лорда Коула. Не соперник – так, отвлекающий фактор. Нейту важно было только то, что творилось между нами. А нравится мне при этом кто-то или нет, ухаживает или отвергает – это мелочи.

Украдкой я глянула на любовника, который в этот момент болтал со знакомым. Я кивнула машинально после приветствия и ушла в свои мысли, а разговор между тем оказался интересным.

– Как ты оцениваешь дальнейшие перспективы сотрудничества с Глиндией? – явно желая узнать совершенно другое, спросил молодой Александрит. Ну, как молодой – ровесник моего начальника.

– Время покажет, но я бы поосторожничал, – уклончиво ответил Нейт.

– Думаешь, их королева способна что-нибудь выкинуть?

– Я не жду ничего хорошего от бастиндийки.

– Она... – начал собеседник, затем стрельнул глазами по сторонам и вполголоса продолжил: – Тоже захочет заполучить наши геммы?

Для вида Нейт нахмурился, но мне почудилось, будто у него от восторга блеснули глаза. Как у удачливого охотника в предвкушении добычи.

– Ты что-то слышал? Откуда? – начал напирать начальник, волнуясь на публику.

– Нет-нет, что ты! Я так, предположил!

– О таком даже предполагать не стоит. Не хочу вообще развивать эту тему – всё в порядке, – резко дёрнулся Нейт, сделав, казалось, всё, чтобы собеседник уверился – дело нечисто.

По аналогичному алгоритму, с разными репликами, но неизменно с выходом на связь гемм и Глиндии, разговор повторился ещё с полудюжиной собеседников, а потом начальник, кажется, подустал. Во всяком случае, выглядел он грустным и вымотанным, и на меня поглядывал со странной тоской. Как поднять ему настроение, я не знала, но уж очень хотелось подбодрить. Начавшийся турнир Нейта не впечатлил, сладости он без особой инициативы предложил выбирать мне...

– Пойдём туда! – потребовала я, приметив пустое пространство за торговыми палатками.

– Что там такое? – нахмурился начальник, но покорно поплёлся, ведомый мной. – Трейси, скажи, что хочешь? Что мы тут забыли? Тут же ничего нет! – возмутился начальник, когда мы спрятались за шатром с сувенирами.

– Вот именно, – подтвердила я и, пристав на цыпочки, цапнула Нейта за воротник.

Поцелуй получился отличный! И мне понравился, и любовника отвлёк от тяжких дум. Прервались мы, только когда я почувствовала его руку на своей груди. Минуя ткань футболки.

– Нейт, – шёпотом возмутилась я, торопливо эту самую руку убирая, – мы всё-таки в общественном месте.

– Так никто ж не видит, – вкрадчиво сообщил он, желая продолжить.

– Это сейчас никто не видит, а через минутку зайдёт и... ладно поцелуи – дело вполне невинное. Но стриптиз для посторонних я пока не готова устраивать.

– Скомняшка, – хмыкнул начальник, повёл носом по щеке, точно щенок, а потом легонько прикусил мочку уха. – Знаешь, – шепнул он, – у меня вдруг появилась веская причина рвануть домой.

Веская причина с намёком ткнулась мне в бедро. Я лишь уточнила для проформы:

– Все дела здесь закончил?

– О да! Прошёлся по всем сплетникам. Если и после этого не сработает, то я не знаю, что делать. Но! Об этом я подумаю после – не отвлекай меня.

Пока мы летели на изумруде, Нейт перекинул мои волосы через плечо и развлекался с шеей, с мочкой уха, а заодно, пользуясь тем, что на высоте-то нас никто не увидит, без всякого стеснения залез мне под футболку. Не знаю, как мы ни во что не врезались, но гранат честно призналась, что при таком кавардаке в моей голове, я бы драконом управлять не смогла. Нейт был то ли вменяемей, то ли ловчей. Я ставила на второе.

Беседу мы продолжили уже ближе к закату, когда я уютно устроилась под одеялом в обнимку с голым любовником. Он игрался с моими волосами, между делом массируя кожу головы, я осторожно водила пальцем по его груди и животу.

– Ты же не хотел, чтобы народ знал о геммах в Глиндии?

– Раньше не хотел, а теперь я уверен, что геммы вывозят, что замешан кто-то с самой верхушки. Но я не могу его вычислить, поэтому нужно создать хаос! В хаосе чей-нибудь хвост да вылезет оттуда, откуда не ждали.

– Твоих полунамёков для полноценного хаоса хватит?

– Обижаешь! Я давно уже вывалил почти всё Юджину прямым текстом. Без подробностей, но про драконов в Глиндии он в курсе. Я просто думал, всё само постепенно попрёт, но, видимо, без веского подтверждения всерьёз информацию не воспринимали.

– А может Юджин ничего не рассказал? – предположила я, но Нейт только рассмеялся.

– Да там же видно было, что они не с бухты-барахты спрашивают. Слил всё Юджин. Наверняка, он Камилле – она другим. Не умеет он тайны хранить, менять жреца надо. Не знаю только на кого. К Джене тоже не хочу – она всё матери выдаст.

– Ты до сих пор обижен на него? – предположила я осторожно, боясь реакции Нейта, но он неожиданно отреагировал спокойно:

– Как сказать... Как жрец он поступил некорректно. Да и... не его это обязанности – слушать мои бредни. Пусть лучше с вискерами возится, там у него опыта больше. Но как друга я его понимаю – он попытался помочь. Кто ж знал, что он столкнётся с моими страхами и твоими сомнениями, к которым так просто не подступишься?

Здесь любовник выдержал паузу, дождавшись, пока никто не ответит на риторический вопрос, а потом внезапно спросил:

– Кстати, я ведь до сих пор так и не знаю, что нашло на тебя в тот вечер? Почему ты вдруг решилась?

– О! – шутливо начала я, несмотря на то, что Нейт напрягся. – В тот день я просто смирилась, что у моего идеального мужчины куча недостатков.

– Тогда что же в нём идеального?

– Отношение ко мне.

На пару секунд любовник замер, осмысливая, а потом, с наслаждением вдохнув запах моих волос, расслабленно заявил:

– Ты сейчас раскрыла огромный секрет. Я наконец-то понял, почему ты сводишь меня с ума. М-м-м, – пробормотал Нейт, осторожно меня целуя, – кажется, мы два эгоиста.

– А бывают по уши влюблённые эгоисты? Это же вроде как... одно другому противоречит, – задумалась я, хмурясь, и тут же начальник коснулся моего лба губами, разглаживая морщинку.

– Не знаю. Да, в сущности, и не важно, правда? Главное, чтобы нас всё устраивало.

Вечер прошёл хорошо и безмятежно, а вот с утра желаемый Нейтом хаос развёлся на славу. О геммах в Глиндии говорили все, причём самое разное. Версии выдвигались от организованной группировки «из наших», которые отправились захватывать страну, до непосредственно вражеских шпионах, которые поубивали местных крестьян, закопали в укромном месте и вывезли священные камни.

Бардак стоял такой, что даже я боялась ляпнуть что-то лишнее, когда кто-нибудь, вспомнив о моём особом статусе при Нейте, подходил якобы просто узнать, как дела. Принцесса Мюриэль не вышла ни к обеду, ни к ужину – говорили, что она отправилась на экскурсию в соседний город, но я подозревала, что иностранка просто закрылась у себя, не желая отвечать на вопросы.

На фоне этого померк даже вечерний звонок от Гвен, которая с визгом сообщила, что родители женятся, и все дружно переезжают в Ашер. Я просто кивнула, поздравила, спросила для проформы, успеем ли мы с Нейтом на свадьбу... Оказалось, что не успеем – отец тащит мать на руках в ратушу прямо сейчас, а Роско со вторым нашим братом конвоирует.

«Вообще удивительно, что мы с тобой так быстро разобрались – невероятно дурная наследственность», – заметила гранат после этого разговора, и я была с ней полностью согласна.

На утро все совещания пришлось отменить, потому что нас собрал лорд Алмаз. Он так и заявил:

– Бросайте всё – у нас срочный вопрос.

И я поняла, откуда у Нейта эта скверная привычна.

Естественно, дело касалось только Изумрудов с заместителями, Эвклазов, леди Рубин, Грея и меня, уж не знаю на каких правах. Никого из жрецов звать не стали – наверное, к счастью.

– Итак, господа и дамы, – вздохнул правитель, когда все расселись за длинным прямоугольным столом. Нейт занял самое дальнее место – по узкому краю напротив отца, хотя обычно там сидел кто-то из замов. Я устроилась рядом. – Наверняка, вы все слышали за последнее время новости о геммах в Глиндии. Давайте закончим перебирать сплетни и выясним, кто что знает?

Повисла бесполезная тишина – Нейт раскалываться не хотел, а остальные, кроме чужих слов, не слышали совершенно ничего.

– Ладно, давайте конкретнее. Грей, ты недавно вернулся из Глиндии. Там есть наши драконы?

– Есть, – тут же кивнул лорд Жемчуг уверенно, чем поверг всех в непередаваемый священный трепет. Даже нас. А потом столько же уверенно торопливо добавил: – Но может и не быть.

Нейт словно невзначай прикрыл рот ладонью, а я со своего места разглядела, что он бессовестно ржёт.

– Ты их видел? – логично уточнил лорд Алмаз.

– Видел.

– Точно?

– Но может и не их.

– А кого тогда?

– Других драконов.

Краем глаза я заметила, как леди Рубин повторила жест Нейта. И тоже, кажется, смеётся.

– Да наверняка там только обычные туристы! – возмутилась леди Хлоя, не выдержав долгого молчания. – Вообще не понимаю, с чего пошли слухи – никто же с табличками не ходит «нелегальный эмигрант» или «приехал в отпуск»!

– Вот, кстати, интересный вопрос, – вскользь заметил лорд Леон. – Наших там действительно много, но ни с того ни с сего поползли странные сплетни. Без подробностей. Похоже на вброс информации.

Нейт согласно покивал головой. Уважительно. Чую, в следующий раз слух он пустит такой, что не подкопаешься – начальник умел учиться на собственных промахах. Остальные заметно успокоились – кто-то сел расслабленней, кто-то выдохнул облегчённо. Лорд Коул, впрочем, остался таким же невозмутимым, как и был – руки скрещены на груди, взгляд внимательный, но не настороженный. А его отец и вовсе вполголоса заметил:

– Если это ложная информация, то неплохо бы понять, кто её подкинул и с какой целью. У нас в гостях принцесса Глиндии – на этом фоне слухи про геммы смотрятся особо подозрительно.

– У кого ещё какие мысли насчёт ситуации? Кому слухи могут оказаться выгодны? – спросил лорд Алмаз у всех.

Снова повисла тишина, одна только леди Рубин, поняв, что никто отвечать не собирается, поморщилась и высказалась:

– Наверняка опять кто-то что-то не так услышал, и понеслось. Не стоит сильно волноваться по этому поводу.

– Вот и я так думаю, – поддакнула леди Хлоя.

– Лучше перебздеть, чем что-то важное прошляпить, – проворчал лорд Алмаз и внезапно обратился к сыну: – Нейт, проконтролируешь?

– Естественно, – самоуверенно отозвался тот.

Заинтригованно в его сторону обернулись все присутствующие.

– Что-то уже знаешь? – уточнил правитель.

– Потом, – одними губами произнёс Нейт.

Естественно, все разобрали.

– Какой же Нейт молодец! – восторженно всплеснула руками леди Хлоя, а молодец едва не скривился. Так, чуть дрогнул глаз.

К счастью, совещание свернули довольно быстро, потому что по этому делу никто больше ничего сказать не мог, а вот другие, не менее важные, ждали. Некоторые буквально пригорали – мы с Нейтом так весь день носились в мыле из-за внеплановой планёрки. Только вечером я осмелилась спросить:

– Для тебя что-то прояснилось?

– Как сказать, – недовольно пожал плечами любовник, и скинул с этих самых плеч рубашку. – Всё указывает на одного человека – у него были возможности провернуть это дело. Я сегодня надеялся, что разуверюсь, но...

Нейт скривился, причмокнул и продолжил торопливо, недовольный собственными словами:

– Понимаешь, у него совершенно нет мотивов. Из всей верхушки этот человек всегда казался мне самым патриотичным патриотом без всяких скрытых интересов. И тут вдруг такое... У меня просто не вяжется, поэтому я не могу торопиться. Либо я ошибаюсь, либо дело слишком сложное. И если я без брода влезу в воду, то наломаю дров. Или меня зашибут.