Александрит: договоры.

Мюриэль пришла на завтра в конце рабочего дня. Я, конечно, и не думала заканчивать с делами – Нейт своими «коварными планами» совершенно случайно удвоил количество корреспонденции. Я в шутку нарекла одну стопку панической и составила примерный план ответа.

Принцесса осторожно поскреблась в дверь кабинета – мы даже не сразу услышали. Когда Нейт открыл, она вздрогнула, отпрянула и неуверенно спросила меня.

– Я понимаю, что вы заняты... Но, может, Трейси не откажется составить мне компанию за ужином? Мне сейчас неудобно выходить к общему столу, а от одиночества я устала.

– Да, конечно, – великодушно разрешил начальник, а я лишь скрипнула зубами.

Мне нравилась Мюриэль. И есть когда-то было надо. Но всё же стоит понимать, что трапеза с принцессой – это не наш обычный пяти-десяти минутный набег на столовую. Два часа свободного времени на светскую болтовню казались непозволительность роскошью. Однако начальник добро уже дал.

Принцесса выглядела скверно – волнение в последние дни прилично вымотало её, заставив взбледнуть и будто бы похудеть. Я ожидала, что, когда приду к ней в назначенное время, она усадит меня за стол и поделиться своими переживаниями из-за слухов, но Мюриэль неожиданно повела себя совсем не так.

Стоило мне войти, как она подскочила из-за накрытого стола, отослала служанку и, схватив меня за руку, отчаянно потребовала:

– Ты должна мне помочь!

– Что-то случилось? – опешила я, не зная, как реагировать.

– Трейси, пожалуйста, выслушай меня от начала и до конца, – попросила она, не сдвигаясь с места. – Я никогда не стала бы тебя об этом просить, но мне просто не к кому обратиться. Сама я не справлюсь... А ты здесь всех знаешь, но я уверена, что ты невиновна.

Принцесса попросила дослушать, поэтому я не перебивала, однако бровь удержать так и не смогла – вздёрнула будто невзначай.

– Это касается гемм в моей стране...

– А, эти сплетни, – попыталась я успокоить Мюриэль, примерно представляя, из-за чего она могла распереживаться.

Однако принцесса упрямо покачала головой и огорошила:

– Это не сплетни. На территорию Глиндии кто-то действительно незаконно провозит геммы, чтобы поддержать оппозицию, которая продвигает моего дядю. Драконы часто появлялись на забастовках, во время уличных демонстраций. И они слушаются точно не ваших людей – каким-то образом их подчинили глиндийцы. Это достоверная информация, иначе мы давно бы обвинили Стелларию, а так рискуем ещё и сами остаться виноватыми. Я уверена, что моему дяде помогает кто-то из вашего дворянства, но не могу понять кто. Все вокруг такие милые, такие хорошие... Я не могу даже подумать на одного из них, но моя страна... моя мама...

Не выдержав, Мюриэль разрыдалась, закрыв лицо руками. Не просто показательно, а отчаянно, не в силах остановить слёзы и выровнять дыхание. А временами ещё подвывая так страшно, что мурашки пробегали по телу. Я, совершенно выбитая из колеи рассказом, подхватила принцессу под локоть и усадила на стул. Всучила в руки чашку с чаем, но напоить девушку получилось не сразу – успокаивалась она действительно долго. Да и, успокоившись, продолжала выглядеть несчастной и встревоженной.

– Я боюсь, – призналась Мюриэль торопливо. – Боюсь за свою страну, за маму. Я приехала сюда, чтобы разобраться во всём, но переоценила свои силы. Мне-то казалось, я уже взрослая, а на деле – лишь маленькая девочка. Я ничего не могу, понимаешь? Ни-че-го. Ни определить, кто хочет нашей смерти, ни понять мотивов. Что плохого Глиндия сделала? В чём провинились мы с мамой? Я в отчаянии, я готова на всё, но не знаю, что делать, чтобы не стало ещё хуже.

При слове мотив у меня в голове два куска карты соединились, и получилась почти целая картинка. Мутная и непонятно, но зато целая.

«Как считаешь, – обратилась я к гранат, потому что Мюриэль, несмотря на свою симпатию, доверять не могла, – поддержать оппозицию – хороший мотив для патриота?»

«Если нынешние правители не вызывают доверия...» – осторожно предположила дракон.

«С этим пусть Нейт разбирается».

– Успокойся, – решительно потребовала я, подавая принцессе салфетку – не дело мусолить рукава платья. – Я сейчас попробую кое-что сделать. Зайду либо перед сном, либо завтра с утра.

– Ты... что-то знаешь? – догадалась Мюриэль, а я кивнула, ещё раз потребовала успокоиться и вылетела из её комнат.

По коридору я неслась, боясь кого-нибудь встретить. Объяснить причину своего волнения постороннему человеку я бы не смогла. К счастью, пронесло. Нейт, как я и ожидала, нашёлся в кабинете, куда я буквально ворвалась.

– Что-то случилось? – тут же подскочил с места начальник, но, прежде чем он успел броситься ко мне, я выпалила:

– Поддержка оппозиции – хороший мотив?

Нейт постоял полминутки и плюхнулся обратно в кресло. О чём-то подумал, погонял мысли, а потом подтвердил:

– Вполне. Что ты узнала?

Стараясь не перескакивать, я медленно, с расстановкой пересказал ему всё, что говорила Мюриэль насчёт своей семьи и гемм в её стране. За это время я успела не только взять себя в руки, но и устроиться за столом напротив начальника, который в процессе рассказа методично кивал – как поддакивал.

– Что делать будем? – уточнила я, когда у меня поток новостей иссяк, а Нейт затих, никак не реагируя.

– Ты же в курсе, где комнаты Коула? – внезапно спросил он, а я отреагировала только невнятным мычанием. – Первые же двери в северном крыле, если идти из нашего. Позови его, пожалуйста. Только не несись – никуда мы не торопимся, а я не хочу, чтобы он начал задавать вопросы тебе по дороге.

Наставления я поняла и послушно выполнила, по пути успокоившись ещё сильнее. В самом деле, торопиться не стоит, и волновать раньше времени человека тоже. Им с Нейтом предстоит «брать» какого-то высокопоставленного чиновника – пусть лучше друг с другом объясняются, без меня в роли вискера в непогоду.

Приходу моему лорд Коул удивился, однако к предложению сходить к Нейту по делам, отнёсся спокойно. Вообще как будто ожидал этого приглашения.

Мой начальник уже разлил спиртное по рюмкам. Ром – я поняла это сразу, как нюхнула свою, которую любовник оставил на моём столе. Пить пока не стала – не жаловала я такие крепкие напитки. А вот мужчины, сев друг напротив друга, чокнулись и пригубили.

– Как думаешь, – начал Нейт издалека, – какие у нас сложатся с Глиндией отношения в период регентства вдовствующей королевы? Как никак, она бастиндийская дворянка.

– Мерзкие, – без обиняков заявил Коул то, что ни за что не осмелился бы сказать, будь в кабинете лишние уши – мои, к счастью, не считались. – На границах уже начали строить укрепления, Бастиндия спонсирует разработку пушек, которые способны разбить любого дракона.

– Нехило, – присвистнул Нейт. – Откуда вестишки?

– Их торговцы сдали. Сам понимаешь, простым людям эта война ради гемм, которые они и не увидят, совершенно не нужна. А вот рынок сбыта – очень даже.

– И ты решил... поддержать брата покойного короля в борьбе за трон? – предположил мой начальник.

Лорд Коул хмыкнул и вместо положенного возмущения уточнил:

– Чем именно, полагаю, ты тоже знаешь?

Рюмку я нашарила не глядя. И выпила залпом. По мозгам ударило тут же, реальность воспринимать стало труднее, но как-то приятней. Не лезли в голову идиотские вопросы, не мешал ужас от происходящего и морально-этическая сторона проблемы. Сейчас до меня дошло, почему Нейт тянул, сомневался и искал оправдания. Лорд Коул мог себе позволить запросто и вскрыть сейф верховной жриц, достав оттуда пару гемм, и изменить данные в базах, и узнать про свою бывшую подчинённую с подругой, которые сели, по сути, за «благородное» преступление. И срок их выхода из тюрьмы ему даже искать не пришлось. Через Грея не составило труда узнать про контрабанду тканей и по своим каналам раздобыть шифр. И мотив оказался для лорда Изумруда подходящим.

– Знать-то знаю, но сильно удивлён. Не ожидал от тебя.

– Я использовал только гражданские геммы. У меня уговор, что по окончанию дела, их все вернут. А даже если и нет, то забрать камни такого мелкого калибра особого труда не составит. Вообще бы ограничился крестьянскими, но, сам понимаешь, толку от них маловато.

– Понимать-то понимаю, – разлил Нейт по второй, – только слегка... В шоке я, Коул. Не ожидал такого. Бездна с ней с оппозицией, но за вывоз гемм тебе виселица светит.

– Это если ты выйдешь из этого кабинета и всё расскажешь нашим родителям. Или, пока сам меня держишь, пошлёшь Трейси – её слова тоже хватит. Только ты не собираешься так поступать, иначе бы не стал даже заводить разговор. И выпивкой угощать – тоже. Ты ведь понимаешь, что я прав.

– Гражданская война, конечно, лучше, чем с нами, – кивнув, вздохнул начальник. – И поддержать мы ничем больше не можем: геммы – самое сильное оружие, а денег у нас куда меньше, чем у Бастиндии. Но бездна подери, если они не угомонили восставших, значит, с пушками они пока далеко не продвинулись.

– Восстания – дело стихийное, а пушку надо ещё прикатить. Не хочу надеяться на авось, Нейт. Наша судьба в наших руках, и судьба нашей страны тоже. Эту стерву я у власти не оставлю. Меня могут вздёрнуть, только без меня камни вы не вернёте, пока простелларская оппозиция не победит. Я своё дело сделал и к наказанию готов.

– А как же Мюриэль? – подала голос я. Конечно, вмешиваться в серьёзный мужской разговор не стоило, но и ставить передо мной ром – тоже.

Лорд Коул повернулся ко мне в пол-оборота, Нейт прошёлся по кабинету и наполнил мою рюмку ещё раз.

– Её дядя хорошо к ней относится, но вот оппозиция – не очень, – объяснил лорд Коул положение дел. – Да и при смене ветки корона ей точно не достанется, а девушка она решительная. Если ей хватит благоразумия пережить беспорядки здесь, то в живых останется.

А если нет, то убьют и не замешкаются. И ему, который отвешивал ей комплименты, сопровождал везде, улыбался и целовал руки, будет совершенно всё равно. Всё. Равно. В то время как Мюриэль при любом исходе сломают жизнь.

– Никакого другого пути точно нет? – поинтересовался Нейт. – Всё-таки мне не нравится, что из-за одной мымры умрёт столько народу. Может её как-то... прицельно убить? Чтобы Мюриэль сразу трон унаследовала.

– Есть на примете хороший наёмник? – заинтересовался лорд Коул. – У меня нет, но с удовольствием рассмотрю варианты. Только учти, там охрана такая, что с нашими драконами не подступишься.

– Зачем вообще убивать, – вновь влезла в разговор я, когда смысл дошёл до моего далеко не ясного сознания, – если Мюриэль унаследует трон после замужества?

– Ты поручишься за её мужа? Мало кто устоит перед соблазном и поддержкой Бастиндии, особенно когда всё вокруг утыкано их агентами. Брат покойного короля мужчина-то в возрасте – понимает, что к чему. Но принцесса же выберет себе кого-то более юного, – объяснил лорд Коул, а Нейт внезапно предложил:

– А женись на ней сам – ты-то точно не станешь против нас замышлять!

На минуту повисла тишина. Мужчины обменивались взглядами, оценивали друг друга, искали скрытые мотивы...

– Как будто кто-то мне позволит, – хмыкнул лорд Коул, отмерев.

– Если она согласится – а она сейчас в таком отчаянии, что согласится – то остальное не будет иметь значения. Мы просто не выпустим её из страны до свадьбы, а здесь её мать мало чем сможет помешать. В Глиндию ты вернёшься уже королём. И не просто королём – там тебя ещё и сторонники поддержат. Там же не за корону борются, я правильно понял?

– Правильно-то правильно, – пробормотал лорд Коул медленно, растягивая слова, – но никто ведь не выпустит меня с изумрудом?

Снова возникла пауза, после которой Нейт весьма жестоко спросил:

– Ты же готовился принять наказание? Да и к чему он тебе там? Я могу щедро уговорить всех оставить тебе александрит – без конкурентов он станет цениться как алмаз. Есть ли разница, какой страной править?

– А ты, стало быть, уберёшь соперника в борьбе за власть здесь? – хмыкнул собеседник и залпом осушил очередную рюмку.

Кажется, я второй раз видела, как этот мужчина волновался, отодвинув маску невозмутимой доброжелательности.

– Я тебя и так и сяк уже солью, – признался Нейт, всё ещё не сев в кресло. Раскачивался с пятки на носок, прихлёбывал ром потихоньку. – Геммы – это табу. Какие бы благие намерения тобой ни двигали, а Стелларию, где у каждого жителя в руках смертельное оружие, я тебе не доверю, уж извини. Глиндию возьмёшь?

– Возьму, – решился лорд Коул, и я почувствовала себя необычайно нелепо.

Два человека решали судьбу чужого государства, а я сидела, слушала и... и понимала, что они действительно сделают, как задумали.

К Мюриэль отправили меня, несмотря на все мои заверения, что я далеко не трезвая. Нейт сказал, что так даже лучше – слова проще подобрать окажется, и волноваться буду меньше. Хоть за окнами уже стемнело, принцесса встретила меня в парадном облачении. Вновь отослала служанку, плотно затворила дверь и с надеждой спросила:

– Удалось что-нибудь узнать?

– Ты... – попробовала я начать, но предложение в голове сложилось нелепо – пришлось зайти издалека: – Твоя мама совместно с Бастиндией планировала напасть на нас. Они разрабатывали оружие, строили укрепления. Эта война из-за протяжённости границ, далась бы нам очень нелегко, поэтому наши власти, – уклончиво обозвала я зачинщика, потому что называть имя было слишком жестоко. Никто из двух Изумрудов не возразил, когда я их об этом предупредила. – Наши власти приняли решение поддержать вашу оппозицию. Однако, если твой дядя действительно хорошо к тебе относится, и ты действительно готова на всё...

– Вы подобрали мне мужа? – поняла принцесса мои намёки.

– Да.

– Кто это? Нейт? – почему-то предположила она, а я аж встрепенулась:

– Что? Нет, Нейт мой! В смысле... ну ты поняла, да?

– Поняла, – рассмеялась она легко, – просто по твоему трагичному выражению лица я подумала, что...

– О нет! Просто я переживаю за тебя, – созналась я, на этот раз сама обхватив ладони принцессы. Но не порывисто, как она несколькими часами раньше, а бережно, осторожно. – Мы вмешались в дела твоей страны, теперь заставляем заключить брак по расчёту.

– Не волнуйся, – улыбнулась принцесса с радостью, которой я не могла понять. – У меня нет любимого, и я всё равно готовилась, что рано или поздно мне выберут жениха. Мать или дядя просто ткнут в одного из кандидатов, когда им надоест моё упрямство. У вас я, наверное, даже поторговаться смогу, если партия меня не устроит.

Разумеется, они шутила и ни капли не верила в право выбора. Но Мюриэль старалась держаться как подобает принцессе. Правда, когда она услышала от меня имя, это стало немного легче.

– Молодой, красивый, вежливый, обходительный мужчина – да я под венец не пойду, а побегу! – рассмеялась она облегчённо.

В прошлом месяце я бы ей даже позавидовала, а сейчас просто улыбнулась и обняла.

Все детали обговорили в кабинете Нейта за закрытыми дверьми. По случайным оговоркам в беседах с Мюриэль, мне показалось, будто она думает, что мой любовник всё и устроил. И благородного соперника-друга отправил куда подальше. Я не стала её разубеждать.

Обставили решение пожениться как давний тайный роман. Принцесса кокетливо краснела, лорд Коул с удовольствием принимал поздравления. Из леди Хлои после объявления как стержень вынули, впрочем, ненадолго – через пару дней она, собравшись с духом, заявила, что теперь появится повод чаще бывать в её любимой Глиндии и принялась за организацию свадьбы.

Торжество, к слову, лорд Алмаз уговорил совместить с праздником Короткого дня – примета хорошая. Леди Рубин буквально кипела, когда поняла, что у неё отобрали возможность закатить банкет на свой вкус. Впрочем, со временем успокоилась и как-то за завтраком, когда мы остались в столовой вчетвером, доверительно сообщила:

– Я бы, конечно, всё не так делала – много лишнего и пафосоного, мало изящного и красивого, – а потом глянула на нас, прищурилась и спросила: – Кстати, а вы-то когда жениться собираетесь?

Мы с Нейтом замерли как застуканные на месте преступления. Проживание в одном комнате сильно уменьшало актуальность срочного брака. И хоть иногда мы, смеясь, и планировали детали нашей свадьбы, но всерьёз о ней пока не задумывались.

Положение неожиданно спас лорд Алмаз, который потребовал:

– Не торопитесь! Свадьба – дело доро... в смысле, серьёзное. Подумайте пока, взвесьте всё. Решите, как хотите отметить, сами, – акцентировал внимание на последнем слове правитель, однако смотрел при этом на свою жену.

Впрочем, вечером мы с Нейтом поделились мнениями и решили, что в целом оба не против скинуть организацию праздника на человека, который горит желанием этим заниматься. К тому же не простит, если мы её от этого отстраним.

Глиндийская королева прибыла к нам за пару дней до торжества вместе со свитой придворных. Замкнутая, резкая, недовольная, но смирившаяся с поражением. Правда, заявление, что зятю разрешат носить александрит, её обрадовало, но чем, я догадаться не могла. Дядя Мюриэль, конечно, тоже приехал и понравился мне куда больше, чем её мама.

А за сутки до приёма, когда мы болтали о какой-то чепухе, Нейт внезапно вскинулся.

– Платье! – с ужасом заявил он, хватаясь за голову. – Мы ведь не купили тебе платье!

– Да я думала в том же пойду, – нерешительно предположила я, давно определившись.

– Да ты что?! – почти что испугался Нейт и вытаращился на меня. – После свадьбы же во всей резиденции только и будут обсуждать, что я жлоб! Нет, извини, но тебе просто жизненно необходимо платье, иначе ты меня в гроб вгонишь!

К счастью, выбирали мы хотя бы из готового, но не углубляясь в дешёвые районы – бегали в панике по площади Соло Янтарного. Точнее, Нейт бегал, а я таскалась за ним как балласт. В этот раз оголила я не спину, а всего лишь одно плечо – всё равно любовник облапал меня уже всю и на такие мелкие провокации вряд ли бы повёлся. Тему танцев я тактично не поднимала, заранее приготовившись к карточным играм на весь вечер.

Но платье мне понравилось да – красно-золотое, с летящей юбкой, я напоминала в нём огонёк. Да и причёску к нему я могла сделать тоже намного более свободную, каскадом. Собственно, я и собиралась, даже призвала гранат и подготовила кудри, как Нейт неожиданно спросил:

– Тебе танцевать-то будет удобно?

– Танцевать? – изумилась я, даже шпильку выпустив изо рта. – С кем?

– Со мной, конечно, – хмыкнул любовник, поправляя рубашку. Ярко красную, прозрачную, под которой торс для приличия прикрывала майка. – Мы идём четвёртой парой в пасадобле, да и потом... Бачату, к слову, молодые разучивали.

– Эй, – шутливо заявила я, уже прикидывая, как иначе уложить мои волосы, – кто-то же говорил, что не любит танцевать?

– Ошибался, – беззаботно признался Нейт и, подойдя, поцеловал меня в губы. – Или просто искал подходящую партнёршу. Веришь?

– Верю, – согласилась я и потянулась за ещё одним поцелуем. Или даже парочкой.

Конец