Родонит: уверенность в себе.

На приём верховной жрицы я в ближайшее время не рассчитывала, хотя нервы с утра расшатались окончательно. Перед Нейтом было и стыдно, и неловко, и начинать отношения при таком раскладе я не могла. Работа отвлекала плохо – я раз десять чуть не записала вместо указаний начальника какую-то ерунду.

На обед со мной Нейт не пошёл – свинтил куда-то «с моего позволения», которого спросить и не додумался. Зато потом, когда я уже приготовилась разгребать завалы и ждать подвоха, он этот самый подвох и устроил – распахнул дверь и заявил:

– Бросай всё, я договорился с Дженой!

От изумления я бросила документы в буквальном смысле – пальцы сами собой разжались.

– Я думала в выходной, – жалобно пролепетала я, чувствуя себя не в своей тарелке.

– В выходные у неё очередь, а сейчас окно есть. Давай-давай! Ноги в руки!

Если бы дело касалось только меня, я бы ещё попыталась отвертеться. Но у Нейта тоже был деловой интерес, поэтому я смиренно всё бросила и отправилась следом – как на заклание шла, честное слово!

Столичный храм находился от резиденции на приличном расстоянии, хотя и в пешеходной доступности. Начальник не стал гонять драконов, и мы просто прогулялись. Погода всё ещё стояла хорошая, несмотря на то что солнце спряталось за тучки и над городом повисло предгрозовое марево. Вот-вот польёт как из ведра. К счастью, мы успели добраться сухими.

Здание храма издалека меня совершенно не впечатлило – серое, приземистое, оно показалось мне скучным. Но чем ближе мы подходили, чем яснее становилось, что стены не так просты. А оказавшись почти у самого входа я поняла, что они полностью – от цоколя до крыши – украшены барельефами с драконами. И не одной какой-нибудь повторяющейся картинкой, а разными – тысячами разных сюжетов и изображений!

Рассмотреть все с Нейтом, конечно, не получилось, однако внутри главный храм тоже оказался впечатляющим. Правда, скорее в плохом смысле – поворотов и коридоров там оказалось столько, что я засомневалась, смогу ли одна выбраться отсюда и забраться обратно, если потребуется.

– Это с непривычки, – отмахнулся начальник, уверенно сворачиваясь в очередной раз.

– Даже страшно спрашивать, с какого прохождения лабиринт появляется привычка, – проворчала я недовольно.

Но Нейт не ответил – заметил в конце коридора кого-то и махнул рукой. Я лишь пригляделась и решила, что, видимо, мы пришли.

Джена походила на свою сестру тонким длинным носом да цветом волос, явно крашенных в её-то возрасте. Хотя выглядела она молодо, стриглась коротко и до сих пор могла позволить себе одежду с открытыми руками и откровенным декольте.

– Это что ещё за «Мы с Катарой ходим парой – аватары мы с Катарой»? – вздёрнула она бровь, завидев Нейта. – Я вообще-то с глазу на глаз принимаю, или уже забыл?

– Нет-нет, я так – проводить Трейси да кое-что у тебя мимолётом спросить! – примирительно поднял руки мой начальник.

Бровь верховной жрицы, казалось, поползла ещё выше.

– Ты давно ревизию жреческих гемм проводила? – уточнил он, будто и не заметив неодобрительной реакции.

Я за время этого короткого диалога успела сорок раз пожалеть, что сунулась сюда, и тридцать – захотеть провалиться... желательно сразу с доставкой в свой кабинет.

– Во-первых, это не твоё дело, – невозмутимо отшила Джена племянника. – Во-вторых, как обычно незадолго до Дня Вне Времени.

– А потом?

– Делать мне больше нечего. Разве что мимолётом после выпускных экзаменов, но там без пересчёта.

– Ты не могла бы проверить, не пропадал ли где-то жёлтый топаз?

Если бы взглядом можно было заморозить, то Нейта через толщу льда я бы уже не разглядела. Тётка смотрела на него так выразительно, да ещё и рот кривила, что мне сделалось неловко, а этот даже бровью не повёл. Я только подивиться стойкости успела. А ещё тому, что он почему-то спрашивает про пропажу гемм, а не про странных жриц. Я что-то пропустила?

– Ты специально пришёл вместе с Трейси, чтобы я тебя не послала куда подальше?

– Ну, Джена, – заканючил Нейт. – Ради меня посмотри, а?

– Если найду время, – буркнула она, но явно сдалась. – И если ты вдруг передумаешь, то предупреди, пожалуйста, а не как в прошлый раз! Всё, скройся с глаз моих! – потребовала верховная жрица, а потом ласково обратилась ко мне: – Пойдём в мой кабинет, Трейси. Посидим, поболтаем.

От столь разительной перемены я поначалу опешила, но послушно прошла за женщиной по коридорам до её рабочего места. Помещение оказалось маленьким и очень уютным – сейф и огромный вискер прятались у дальней стены, посреди комнаты уютно расположились два диванчика, разделённым маленьким столиком, а за спиной у жрицы виднелся шкаф с набором спиртных напитков на любой вкус. Я постаралась не заострять на нём внимания.

– Садись, чувствуй себя как дома, – предложила Джена, не спеша располагаться сама. – Какой чай предпочитаешь? Чёрный, зелёный, каркаде?

– Каркаде, – решилась я на эксперимент.

– Хороший выбор, – похвалила жрица. – Меня можешь называть Джена или тётя Джена. Лучше на «ты», вроде как к родственнице.

Я чуть не хлопнулась в обморок прямо на месте. Это у них что, семейный заскок, что ли?

– Но если неудобно, на «вы» тоже пойдёт, – мигом почувствовала моё состояние хозяйка кабинета. – Главное, титулы здесь лишний раз не вспоминать. Представим, что мы старые знакомые – так легче работать.

Она поставила передо мной чашку, вторую разместила на блюдце у себя на подлокотнике кресла, грациозно присела и ещё раз улыбнулась.

– То, что ты скажешь, не выйдет за пределы этой комнаты – видишь, какая она маленькая? Мне можно рассказывать всё: я пойму и посоветую, как быть, даже если ты что-то натворишь. Веришь?

Взяв чашку, я покорно кивнула.

– Вот и отлично. Есть что-то, что тебя беспокоит, или просто поговорим?

– Ничего, что вы со мной работаете? – выдала я первое, что меня беспокоило. – Я всего лишь Диоптаз, а вы слушаете высших лордов... Мне очень неловко, что я трачу, ваше время...

– Выбрось это из головы, – отмахнулась она. – Люди скачут по иерархии туда-сюда – мне совершенно нет разницы, с кем общаться. Управленцами я ограничилась только для того, чтобы меня не перегрузили. Вроде как, взяла часть работы. Но ко мне и Леон ходит по старой памяти, хотя гемма уже не позволяет, и младший сын Грегора – не отделять же от семьи? Сейчас у меня есть возможность с тобой беседовать, и Хлоя за тебя ходатайствовала, и Нейт, который вообще-то числится на мне, но бегает к другу, да и Коул просил не отказывать, если ты решишь обратиться.

Последний аргумент порадовал непередаваемо – аж на сердце потеплело. Надо же, я думала, этим вопросом только его мать занимается, но нет. Тоже замолвил словечко, да так деликатно, оставляя за мной право выбора.

– Вы же в курсе от лорда Коула, как я получила гемму? – решилась я на откровенность.

– Да, он рассказывал.

– В общем, я переживаю, что оказалась не на своём месте. Ухватила то, что мне не принадлежит. Это не слишком порядочно с моей стороны – я сама об этом часто думаю, мама постоянно говорит, что я должна прекратить всё и вернуть диоптаз.

– А что говорит сам диоптаз?

– Что он лучше в бездну слетает, чем к моей родне, – криво усмехнулась я, припомнив.

– Он сам не хочет покидать тебя?

– Нет, – твёрдо ответила я, уже не раз беседовав с драконом на эту тему.

– Тогда к чему переживать? – обезоруживающе улыбнулась верховная жрица. – К тому же, ты не просто так его получила. Ты понимаешь, что спасла человека? Не отсиделась в кустах, не струсила, а взяла на себя ответственность и спасла чужую жизнь. Это хороший поступок, и его вполне можно поощрить.

Собеседница казалась убедительной, но моё самоедство не сдалось.

– Дело ведь не только в камне. Я получила работу в резиденции – многие о таком мечтают, но не всех берут. А я будто бы попала вообще случайно. Ещё кое-что... – не стала я пока говорить о чувствах Нейта и ухаживаниях лорда Коула. – И, мне кажется, что получила я это совершенно незаслуженно.

– Трейси, скажи мне честно, Нейт делает тебе какие-нибудь поблажки? Относится как-то по-особенному?

С ответом я ожидаемо замешкалась, но решила сперва решать деловую проблему.

– С отношением – это вообще отдельный вопрос, а поблажек я особо не заметила.

И сидим мы с документами иногда до ночи, и работы он мне подкинуть может, и на выходные я легко могу «встрять», и гоняет он меня с поручения и записочками как охотничью собаку – не понятно, почему бы вискером не воспользоваться.

– А, разве что вставать он с недавнего времени решил сам. Я просто говорю ему, что пора, и он уже поднимается без всяких...

...избиений и жестокостей с моей стороны.

– О, да, грандиозная поблажка – начальник, который вообще-то должен просыпаться сам, встаёт, когда его об этом попросить, – всё же не сдержала Джена сарказма, а я хихикнула. – Что я могу тебе сказать? Нейт – не самый лёгкий руководитель. И если бы его что-то в твоей работе не устраивало, он бы сообщил. Наверняка, особо неприятным образом. Неужели он никогда на планёрках в управлениях не ругался?

Кажется, об этой части работы племянника ей рассказывали в красках. Нейт действительно мог и наорать, если ему что-то не нравилось, и обозвать нецензурно, помянув умственные способности всей родни. Я в такие моменты обычно радовалась, что мне не пришлось работать в управлении и выполнять интеллектуальную работу.

– Вот видишь, – увидела Джена ответ по моим глазам. – Так что не беспокойся даже – с чужого места тебя бы давно выгнали. Альтруистов в резиденции мало, а людей с кривыми руками в жизни много. Можно считать, что Нейту повело – сразу попался хороший ответственный работник. Таких специально-то не всегда найдёшь, а тут случайно. Я тебя убедила?

– Да! – выдохнув, согласилась я.

– Вот и замечательно! А что там за отдельный вопрос с отношением Нейта?

Хрупкое душевное равновесие затрещало как стекло под нажимом. Я вздохнула и призналась максимально расплывчато:

– Мне кажется, я ему нравлюсь.

– И тебя кажется, что у вас с ним могло бы что-то получиться? – предположила Джена лёгким покровительственным тоном. Он едва проскальзывал, но я уловила и так возмутилась, что припечатала:

– Нет, мне вообще нравится другой мужчина.

Верховная жрица в лёгком недоумении хлопнула глазами.

– Тебе кажется, что Нейт тебя... домогается? – предположила она удивлённо, но я снова не попала в привычную схему.

– Нет. По крайней мере, он обещал, что не станет ничего делать, если я сама не проявлю инициативы. И я ему верю.

Лицо у собеседницы стало таким растерянным, что я не выдержала, вздохнула и вывалила на неё все наши проблемы с этими клятыми прикосновениями. Я рассказывала с чувством, вспоминая мелкие детали, размахивая руками и чуть не плача от растерянности. Эмоции у Джены проступали разные, но итоговый вариант меня серьёзно насторожил: женщина выглядела так, будто откопала клад.

– А тот другой, который тебе нравится. Как у вас с ним дела? – спросила она торопливо, словно между делом.

– Сложно. Он дарит мне подарки, мы иногда вместе проводим свободное время, причём, он приглашает. Но в романтическом плане всё совершенно глухо.

– Ты не думала попробовать встречаться с Нейтом? Не сейчас, но если у тебя с тем другим не сложится... или затянется надолго.

– Думала, – вздохнула я, о чём только не думая последнее время. – Но это будет нечестно по отношению к Нейту: выбирать не по любви, а по остаточному принципу.

– Трейси, остаточный принцип – это когда в мире остался свободным один старый пьяница, от поцелуев с которым тебя тошнит, – строго осадила Джена. – Тебе как кажется, ты бы смогла поцеловаться с Нейтом?

Я вспомнила наши вечерние посиделки, как он дотронулся до моей щеки, почти прикоснулся к губам. И с досадой поняла, что притяни меня вчера начальник не для простых объятий, а для поцелуя, я бы и не подумала оттолкнуть. Просто поддалась, хотя бы из банального любопытства. В Маркизках я пробовала с одним мальчиком – симпатичным на личико, но совершенно косноязычным, – это было никак. Не слюняво, как рассказывали девчонки, и на том спасибо. Нейт же завораживал, притягивал, словно магнит – подозреваю, больше именно от того, что считался «запретным плодом».

– Запросто, – созналась я.

– Значит, как минимум он тебе симпатичен, – порадовалась Джена, и я с тоской подумала, что попала в засаду. Интересно, Юджин старался бы больше или меньше?

– Симпатичен, да, – кивнула я. – Я хорошо к нему отношусь, в целом. Именно поэтому мне и не хочется начинать с ним отношения просто так. Ведь если Нейт будет чувствовать, что другой мужчина нравится мне больше, то, наверное... эм-м-м, расстроится? Я считаю, что он такого не заслужил.

Даже с утра.

– К тому же, если вдруг у меня всё получится с тем другим, я ведь уйду не раздумывая.

– Кстати, а у того другого... ты не спрашивала, как он к тебе относится? – будто невзначай поинтересовалась Джена.

Моргнув, я вытаращилась так, что со стороны наверняка напоминала упавшую с ветки сову. Верховная жрица, увидев эту картину, быстро поправилась:

– Хотя нет, пусть всё идёт своим чередом – не стоит мешать.

Жить сразу стало легче. Я даже улыбнулась. Натянуто.

– Я, наверное, эгоистка, – не выдержав долго, опустила я голову.

– Почему? – казалось, искренне удивилась Джена. Хотя ей по работе полагалось приободрять.

– Нос ворочу, когда на меня обратил внимание лорд Изумруд. Молодой, красивый, обеспеченный...

...хотя я об этом обычно не думаю.

– ...с высоким положением в обществе...

...только я этого вообще не чувствую и веду себя как попало. «Я верхушка» – со вчерашнего вечера так и звенело в ушах.

– Хочу, не хочу, другой нужен... Плясать должна от радости и прыгать до потолка – я ведь представляю, сколько девушек на Нейта смотрят, сколько мечтают о его внимании. И я далеко не лучшая – мне просто посчастливилось очутиться в нужное время в нужном месте.

Взгляд я не поднимала – боялась смотреть на тётку начальника. Но когда я замолчала, она выждала пару минут и ласково-ласково, будто говорила с неразумным ребёнком в лавке игрушек, сказала:

– Трейси, нормально выбирать мужчину, которого ты хочешь видеть рядом с собой, руководствуясь не количественными признакам, а чувствами. Главное, чтобы тебе было с ним хорошо. Нейт смотрит на симпатичную, честную девушку Трейси совершенно не как лорд Изумруд, а как обычный молодой человек. У него есть достоинства и недостатки, но даже если бы он был сплошь положительный, ты могла бы от него отказаться. Не потому что он плохой, а потому что это твой выбор. Тебе решать, с кем ты хочешь сближаться, а с кем нет. С кем согласна провести жизнь. И Нейт это отлично понимает. Если тебе повезло – прими это и наслаждайся жизнью. Нам всем везёт по-разному: кто-то рождается в знатной семье, кто-то, наоборот, в бедной, но способен получить более любящих родителей или богатый опыт. Расслабься и делай, что хочешь. Ну, разумеется, в пределах закона и этики.

От слов Джены у меня будто мамонт с плеч свалился – стало так легко! Вроде бы, ничего такого, а я как разрешение получила. На счастье. Распрощалась я с верховной жрицей радостная и окрылённая, договорилась заглянуть через месяц, чтоб поболтать ещё. И час выбиралась из храма, кажется, поняв-таки систему коридоров – на указатели так точно смотреть научилась.

Очередной посетитель Нейта даже не заметил, что в кабинете появился ещё один человек. Дорешал свои дела, заверила главного следователя Стелларии в безумной любви и безмерном уважении и вышел. За ним последовал другой, потом третий. В общем, день прошёл в привычном ритме, за исключением лишь того, что как только закончился приём, я отложила все бумажки и требовательно спросила, нетерпеливо ёрзая в кресле:

– Нейт, а почему ты сразу запросил у Джены геммы, а не про леди Топаз, подходящую под описание?

Начальник ухмыльнулся, тоже отложил писчие принадлежности и откинулся на спинку.

– А ты как думаешь?

– Я не знаю, поэтому спрашиваю! – возмутилась я. Догадалась бы, уточнила бы подробности в лоб.

– А если порассуждать? Кстати, почему не спрашиваешь, как поможет ревизия, если геммы подменяют на обычные камни?

– Потому что это бред – у жриц никто не станет так рисковать, они-то на раз-два найдут подделку. И вряд ли спустят всё на тормоза – количество-то меньше.

Довольный Нейт согласно кивал – будто музыку задорную слушал. А когда я остановилась, посмотрел в упор и вздёрнул бровь – мол, давай, продолжай рассуждать.

– Нет, я честно не знаю! Да, топазов мало, жёлтых – ещё меньше, уж больно они приметные. Да, основная часть работает в столице, но не все же? Да и не можешь ты их в лицо знать всех – это нереально.

– Топазы на периферию не отправляются – исключительно городские служительницы, – намекнул начальник.

– И что это нам даёт? Сокращает поиски до двух-трёх десятков храмов?

– Я за выходные все облетел, – спокойно заявил он, а я просто взяла и приоткрыла рот. Хотела что-то спросить, но все мысли растеряла. – Сказал, будто друг у меня влюбился в девушку. Уверен, что у неё жёлтый топаз. Показывал портрет.

– Обалдеть! – наконец, выродила я и вернулась к бумагам.

Но нет-нет, да бросала на Нейта восхищённые взгляды. И ему это безумно льстило.

В ожидании известий от Джены работа шла своим чередом. Читать жалобы от незнакомых людей, которых я никогда в жизни не видела и даже представить не могла, казалось делом не хитрым. Иногда я, правда, пыталась сообразить, правду ли они говорят или фантазируют, приняв что-то слишком близко к сердцу. Однако решать, как поступать, чаще всего оставляла начальнику, лорду Леону или городским главам.

Читать на жалобе знакомое имя оказалось странно. Я даже подумала, будто обозналась, но нет – Питер Родонит. И год рождения примерно совпадает, и жалоба на Ашерское отделение.

– Что-то интересное попалось? – заинтересовался Нейт, мигом прочитав эмоции на моём лице.

– Да дядя Питер жалуется, что у него заявление о краже не приняли. Вроде как следов взлома нет, и всё. Надо переслать главе Ашерского управления, наверное, – неуверенно отложила я бумагу в нужную стопку, но Нейт внезапно предложил:

– Давай слетаем?

– Сами? – моргнула я растерянно.

– Почему бы нет? Ты ведь не против повидать дядю Питера? Завтра всё равно выходной. Или у тебя какие-то плане?

– В общем-то нет, но ты...

– И я размяться не против, – подмигнул начальник.

На этом и порешили.

Будить, впрочем, я его по такому поводу не решилась, поэтому поехали мы уже после обеда. Даже после двух – того, который Нейт проспал, и того, который сразу оказался и завтраком. На этот раз в Ашере я плутала меньше, быстро найдя нужный дом. Правда, перед встречей ужасно волновалась – не подумала, что мы можем помешать чужим планам. С другой стороны, мы, вроде как, прилетели по делу.

Открыл сын дяди Питера – прищурился, неуверенно поздоровался, и пока Нейт просил позвать главу семейства, радостно заявил:

– Трейси, это же ты да?

– Да, – настороженно кивнула я, не понимая, как он меня после стольких лет опознал.

– Здорово, что ты приехала! Папа обрадуется, – заверил он, приобнял неуверенно, а потом поздоровался за руку с Нейтом: – Роско.

Удачно очень, потому что имена я помнила смутно, но Роско, кажется, был старшим. Начальник при знакомстве предпочёл косить под простачка – ни о каком изумруде и речи не шло, наоборот, левая рука с перстнем пряталась в кармане.

Дядя Питер, заслышав о моём приезде, бежал со второго этажа так быстро, что чуть не упал с лестницы – мне даже неловко стало за столь тёплый приём. Он не спросил ни зачем мы пришли, ни надолго ли – просто хозяева дома в четыре руки накрыли на стол, предложив нам чай с баранками, и отказаться не вышло.

Младший сын, как оказалось, женился и переехал, а вот старший разошёлся не так давно с мисс Жадеит и новую невесту пока не подыскал. Дом почти пустовал – кажется, двум холостякам там было попросту скучно. Дядя Питер с таким азартом и неподдельным интересом выспрашивал у меня всё: от моей жизни в деревни до работы в Триллионе, не забывая про Гвен и маму, – что я никак не могла поймать момент и спросить про жалобу.

Зато это сделал Нейт, причём ловко, и словно невзначай поинтересовавшись:

– Мы тут слышали, у вас украли что-то? Ничего серьёзного?

Дядя Питер вмиг погрустнел, Роско тоже нахмурился, но запираться они не стали.

– Ну как серьёзного, – признался отец семейства. – Деньги пропали. Сумма не бог весть какая, но на свадьбу откладывали.

– Не денег жалко – я жениться пока не собираюсь, ещё накопим, – пожаловался Роско. – Но у нас даже заявление принимать отказались. Нет следов взлома и всё тут. И разбирайтесь сами.

– А можно замки посмотреть? – попросил Нейт.

Хозяева переглянулись, пожали плечами, но возражать не подумали. Вход в доме оказался один, запасного не держали. Окон на первом этаже было мало, а до второго ещё поди доберись, пока никто нет рядом. На вид замок казался совершенно нормальным, но Нейт что-то там разглядел и ковырялся под нашими внимательными взглядами.

– Ты, выходит, в следственную структуру попала? – полушёпотом спросил дядя Питер, боясь помешать работе. – Или твой друг раньше там работал?

– Можно сказать и так, – улыбнулась я, но начальник в этот момент выругался, пообещав кому-то что-то оборвать, и мы испуганно затихли.

На всё про всё ушло минут десять, а потом Нейт, наконец, оторвал взгляд от закрывающей системы и спросил:

– Сами делали, да?

– Сами, – подтвердил хозяин дома. – Побаиваюсь я как-то замков, которые кто-то другой делает – им-то и открыть легче.

– Вот зря вы так, – мягко пожурил начальник, явно недовольный подходом. – Жрецам до вашего дома дела-то нет, а кто помельче залез. Вскрыли вас. Без всякого взлома просто перебили систему более сильной геммой.

– Это как так? – встрепенулся Роско, да и я тоже напряглась.

– Да запросто. При желании можно даже без особой сноровки заставить замок, закодированный более слабой геммой, признать тебя за хозяина. При разнице в пару ступеней придётся сильно повозиться. В пять – хотя бы пару раз такое провернуть и дальше как по маслу. У Трейси должно получиться с ходу.

– У меня?! – опешила я.

Но лучше бы молчала, потому что Нейт тут же предложил провести эксперимент и запереть дверь, а диоптаз заворчал, что ещё бы такой пакостью на старости лет не занимался. Однако, когда я приложила его к замку, указание послушно выполнил – гемма слегка засветилась, блеснула и защёлки отъехали в сторону.

– Ёлки-иголки, – вздохнул дядя Питер расстроенно. – Сегодня же поменяю. Выходит, правильно у нас заявление брать не хотели – сами, дурни, виноваты.

– Ну нет! – зло фыркнул начальник. – Заявление они у вас в любом случай взять должны были. И заметить следы на запорах тоже. Но ничего – это дело поправимое. Ждите на днях гостей с извинениями. И пусть мне только попробуют не найти пропажу...

Естественно, Нейта не смутил какой-то там выходной. Распрощавшись, он вытряс душу из дежурного в отделении, достал главного следователя Ашера из дома прямо в тапочках и старом растянутом спортивном костюме, а нерадивого сотрудника – из постели. Кажется чужой.

Пропажу нашли за два дня в весьма неожиданном месте – у бывшей девушки Роско. Дама смертельно оскорбилась и за «бесцельно потраченное время» позаимствовала «моральную компенсацию».

– Как чувствовал, что гнилая, и разошёлся, – пожаловался Роско, когда связался со мной по вискеру, чтобы рассказать последние новости и поблагодарить. – И... я не хотел напрямик спрашивать – всё же перстень твой парень прятал. Но он же лорд Изумруд?

– Он не мой парень, – справедливости ради отметила я. – Просто друг. И начальник, – добавила, поняв, что нас всё равно раскрыли.

– Ой, да брось. Просто начальники выходной на такую мелочь тратить не станут. Ну да не хочешь говорить – пытать не стану. Спасибо ещё раз. Просто друга своего тоже поблагодари. Приезжайте в гости в любой момент – мы с папой всегда рады вас видеть.

Я пообещала, что как-нибудь обязательно ещё выберемся – хорошо ведь посидели. И, как ни странно, Нейт, узнав от меня подробности, тоже согласился, что когда-нибудь мы ещё выберемся в гости к дяде Питеру.