Изумруд: борьба с дурными наклонностями.

Лорд Коул пообещал меня доставить в столицу, и там уже решить вопрос с моей работой. Естественно, пустить ситуацию на самотёк он не мог – диоптаз считался камнем силовиков, а это даже не просто госслужащие. Без назначения таких нельзя оставлять. Да и без присмотра тоже.

Меня в этот раз посадили спереди. Невменяемо счастливый Авантюрин забрался куда-то на хвост. Вроде как, мы собирались доставить его в ближайший храм, а сами поехать дальше. Но как-то незаметно к жрицам на руки перекочевала и я, стоило нам спуститься на землю.

Отключилась я почти сразу, а когда сознание начало постепенно возвращаться, сквозь дрёму услышала ласковый женский голос. Не знаю, кому и что он объяснял, но я прислушалась – показалось, что дело касается меня.

– Мы успокоили её, но не усердствовали, чтобы она не ходила амёбой – я так понимаю, лорд Алмаз откладывать дела в долгий ящик не станет. У девочки на редкость устойчивая психика, да и диоптаз ей попался опытный. Думаю, она способна такое пережить, хотя регулярно ходить в храмы я бы настоятельно советовала. Для профилактики. О случившемся лишний раз лучше не напоминать – объясните ситуацию без Трейси, пожалуйста, чтобы никто случайно не сделал хуже.

Когда вспомнилось произошедшее, я резко открыла глаза и сразу же попыталась найти диоптаз – его заботливо надели мне на указательный палец. Кольцо крутилось свободно, поэтому я подумывала перевесить его как кулон на шею. Или лучше сделать серьгу...

«Пожалей старика – я бы ещё в ухе не болтался! К тому же вряд ли найдётся подходящая пара – простые диоптазы ломкие и редкие».

На сердце потеплело, губы невольно растянулись в улыбке. В приподнятом настроении, я села на кровати и оглядела светлую до рези в глазах комнату. Только едва-различимые золотые и серебряные узоры выдавали храм – другие места так не расписывали.

– Уже проснулась? – заглянул за занавеску лорд Коул.

Сейчас он казался ещё более нереальным, чем днём. Если во время жуткого происшествия на поляне, которое я усиленно пыталась выдать за сон и игру воображения, такой высокопоставленный человек мог находиться рядом со мной, то сейчас... Я – храм – лорд Коул. Лорд Коул – я – храм... У меня что-то сбоило в голове. Хотелось себя ущипнуть – говорили, помогает, но я не стала выставлять себя идиоткой.

«Ох, ну просто представь, что ты хорошо сдала экзамены! Золотой кадровый резерв, как ты хотела. Даже ещё круче – гений, сенсация года! Только не надо вот этих женских: а-а-а я не верю своему счастью! Этого не может быть!»

Дракон так смешно передразнил девчачье пищание, что я невольно рассмеялась.

«А я действительно могла сдать на диоптаз?»

«Нет. Мне придётся под тебя слегка подстраиваться. Я способен на большее, чем ты готова сейчас выдержать. Ты прыгнула выше головы, но всё-таки прыгнула, и у тебя хороший потенциал. Думаю, нет смысла переживать. Однако обычно люди понимают своих драконов без долгих диалогов в голове, поэтому во время наших бесед окружающим будет казаться, что ты зависаешь».

Представив, как я сейчас выгляжу, я начала нормальный, осмысленный разговор с лордом Коулом и одной из местных жриц, леди Берилл. Фоном в голове ухахатывался диоптаз. Я чувствовала себя не совсем вменяемой, и теперь как никто понимала, почему взрослые так любят бегать в храмы. Кто-то же должен сказать, что голос в голове – это нормально.

17.05.2020

Поездку в резиденцию высших лордов мы решили не откладывать, хотя уверенности и особого энтузиазма я не чувствовала. По сути, я присвоила гемму. И как бы ни хорохорилась, вряд ли бы смогла отстоять её, вздумай лорд Алмаз вернуть всё на свои места.

Я вновь летела впереди, лорд Коул обнимал меня за талию. Ветра, как ни странно, не было – диоптаз объяснил, что силовые драконы способны создавать защитное поле, чтобы хозяин не мёрз, не попадал под осадки и не давился ветром на скорости. В ушах из-за этого тоже ничего сильно не свистело – так, на фоне лёгкий шелест. Обстановка казалась идеальной. Я было разомлела и размечталась, но в голове у меня ехидно заметили:

«Слушай, ты едешь на встречу к человеку, который станет решать твою судьбу. У тебя неплохие обстоятельства, но если ты растеряешься и не сможешь себя подать, то загремишь обратно в свою деревню. Или в соседнюю. Возможно, стоит планировать стратегию поведения, а не совместное будущее с парнем, у которого ты даже анкетные данные далеко не все знаешь?»

Про деревню я не говорила, про то, что о лорде Коуле я знаю всего-ничего – имя, внешность, род занятий и то без уточнений – тоже. Из этого я заключила, что диоптаз уже пошуршал в моей голове. Знание озадачило, но паники не вызвало. В конце концов, так было даже удобнее. Пришлось вздохнуть, признать его правоту и попытаться проиграть предстоящий разговор по ролям.

– Трейси, – заговорил лорд Коул, сильно испугав. – Мы как-то с тобой даже не познакомились. Не против наверстать упущенное?

Сердце аж ёкнуло в груди и забилось сильнее. Не знаю, каким образом, но одновременно с этим мне показалось, что диоптаз закатил глаза. Сдержав усмешку и чуть-чуть урезонив свои мечтания, я прикинула русло разговора – судя по реакции, мой дракон его одобрил.

– Не против, – улыбнулась я в ответ, хотя собеседник и не мог этого видеть. – Но ведь все знают лорда Коула, одного из трёх Изумрудов.

– Приятно слышать, – кажется, остался он доволен, – пусть и немного неожиданно. Я знаю от Мэтью...

От Авантюрина, выходит? Потому что ни одного Мэтью я не знаю, а больше рассказать обо мне было некому. Он пришёл в себя и даже что-то рассказал? Удивительно.

– ...что ты родом из Маркизок...

Судя по интонации, что такое Маркизки, лорд Коул совершено не представлял.

– ...и что изначально получила азурит, но с ним возникли проблемы.

Так почти всё важное и нужное он уже обо мне знает? Разве нет?

«Хм... я думал, это у нас из-за разного уровня столь длинные душещипательные беседы, вместо общения образами, а ты, выходит, в принципе любишь с собой поболтать», – ехидно доложил мой дракон.

Я пропустила мимо ушей, да.

– Так, вроде, и всё. Самое интересное, – криво ухмыльнулась я, перед лордом Коулом чувствуя себя неловко.

– Почему ты так вцепилась в диоптаз? Хочешь работать в силовых структурах? Или, возможно, метишь в судебную систему?

– Ой нет, – стушевалась я для виду. – По правде говоря, я вообще не представляю, чем можно заниматься, имея на руках диоптаз. У нас из силовиков я видела только эпидотов, поэтому и подумала, что... что в деревню меня мама обратно вернуть не сможет.

– А почему ты не хочешь жить там? – ласково спросил лорд Коул, а у меня аж мурашки побежали. Странные такие... непонятные.

– Там скучно. Я знаю всех, как облупленных. И работу у всех примерно тоже знаю. Её немного, и она... однотипная.

– А что бы ты делала, если бы сегодня спокойно доехала до города? Взяла бы гемму и вернулась?

– Нет, – решительно отрезала я. – Попыталась бы получить работу в городе. Но сейчас... Я понравилась диоптазу, и он мне тоже. Пусть это будет сложно, вот только я бы не хотела расставаться – он в меня поверил.

– И куда ты теперь думаешь податься? Если предложат выбор? – хмыкнул Изумруд.

– Даже не знаю. Армию или что-то похожее – вряд ли потяну. Разведку и таможню... тоже, наверное. Да и языки я плохо знаю. В судебные обвинители бы или помощником судьи, но я слышала, что туда огромное количество желающих попасть.

– Вот и я думаю, куда бы тебя пристроить, – вздохнул лорд Коул едва заметно. – А загадки ты решать любишь?

– О да, очень! – машинально подтвердила я.

– Как тебе идея попроситься в следственный комитет?

Предложение оказалось заманчивым и диоптазу явно понравилось. Он не сказал ничего, но я буквально почувствовала его реакцию, будто вторым слоем поверх собственных эмоций.

– Это было бы замечательно!

– Тогда расскажи мне о себе что-нибудь такое, чтобы я потом мог расхвалить тебя перед лордами.

Задачка оказалась легче лёгкого: всю дорогу я напропалую вспоминала свои достижения, увлечения, сильные стороны, спорные ситуации, которые смогла решить. Лорд Коул оказался внезапно внимательным слушателем и не перебивал. В какой-то момент я подумала даже, что болтаю просто так, а собеседник спит или думает о своём. Но, обернувшись невзначай, столкнулась с заинтересованным взглядом, который до этого изучал мою макушку.

Дорога оказалась короткой – я и глазом моргнуть не успела, как мы уже прилетели.

В нашей деревне каждый строил себе небольшой домик, рядом с которым оставлял приличное место для огорода. Деревянные, невысокие, часто покосившиеся жилища меня всегда печалили. Конечно, умельцы украшали ставни и скаты крыш резьбой, но далеко не все могли себе такое позволить.

Ашер всегда казался мне аккуратным, чётко устроенным местом, но слишком серым из-за одинакового неброского цвета стен. Впрочем, дома там выглядели куда приличнее – тоже без изысков, зато добротные, ровные, приятные для глаза.

Триллион я посетила впервые. Несмотря на то, что дорога до него много времени не занимала, мама всегда отнекивалась и с посторонними людьми нас в путешествия тоже не отпускала. Я особо не рвалась, даже снимки не смотрела и, как оказалось, совершенно зря.

Это был потрясающий город, солнечный, тёплый, выстроенный из жёлтого кирпича и красной черепицы. Но каждый, каждый высокий – в три-четыре этажа – дом отличался от соседнего и прекрасно с ним сочетаясь. Я затаила дыхание, пока мы неспешно летели на уровне крыш.

«Да, красивый, – согласился диоптаз, – молодой ещё совсем».

Я чуть не поперхнулась. Точно помнила, что недавно шли разговоры о предстоящем юбилее столицы – сто пятьдесят лет близилось.

«Когда лорды и леди отчистили воды Гидраргия от отравы, столицу сразу перенесли из Кабошона на большую реку. Да и Магна – тогда ещё деревенька выше по течению – сразу расцвела».

Резиденция высших лордов отличалась от остальных домов высокими шпилями, вокруг одного из которых наш изумруд обмотался, и плоской крышей, куда потом не спеша сполз. Нас с лордом Коулом провожали заинтересованными взглядами, ровно до тех пор, как он отловил одну из служанок и попросил проводить меня в свой кабинет и подать «даме соки и фрукты».

«Дама», поняв, что действительно теперь носит почётный титул, в душе возликовала. Диоптаз довольно прокомментировал: «Наконец-то по приличному поводу».

В тишине большого кабинета, завешанного картами, я бы уснула, да отдохнула у жриц с излишком. Время тянулось медленно, я успела не только съесть все фрукты, но и побродить по помещению, поглазеть в окно на красивый сад.

Дверь распахнулась внезапно – я, вздрогнув, обернулась, однако лорд Коул застыл на пороге, а двое мужчин за его спиной, вообще ловили кого-то третьего.

– Нейт, давай быстрее, – услышала я обрывок фразы. – Минутное дело – решить и забыть!

Радоваться такому отношению или бить тревогу, я не поняла, поэтому, на всякий случай, насторожилась. Хозяин кабинета, наконец, вошёл. Вслед за ним – двое мужчин среднего возраста: один уже седой, с длинными волосами, небольшой щёточкой усов и короткой бородой, в походной куртке и с крупным изумрудом в кулоне; второй – ещё сохранивший яркий каштановый цвет в причёске, плохо выбритый, зато в длинном белоснежном одеянии.

Хотя я и готовилась к этой встрече, но сердце всё равно замерло. Стоять в одном помещении с двумя главными людьми в стране – самым старшим лордом Изумрудом и правителем, лордом Алмазом, – было страшно.

24.05.2020

Потом в кабинет почти бегом влетел молодой человек отдалённо похожий на лорда Алмаза: цвет волос, подстриженных полубоксом, карие глаза, чуточку острый аккуратный нос. Подбородок квадратней, брови тоньше, да ухмылочка такая... не дворянская.

– Что такое, пап? – обратился он к правителю Стелларии, и всё встало на свои места. Третий, младший лорд Изумруд, сын лорда Алмаза... имя которого я в упор не помнила.

– Нейт, – к счастью, восполнил мои пробелы в образовании первый человек в стране, – это Трейси. Очень талантливая девочка, выпускница этого года, которая получила диоптаз.

«О случившемся лишний раз лучше не напоминать – объясните ситуацию без Трейси, пожалуйста, чтобы никто случайно не сделал хуже», – будто прозвучал в голове голос леди Берилл, которая меня осматривала в храме.

– Что-то я не помню её в списках, которые мне подавали, – хмурясь, пожаловался лорд Нейт. – Откуда она?

– Деревня Маркизки, дочь учительницы, – пояснил уже осведомлённый обо всём лорд Алмаз.

– И-и? – протянул его сын.

Все разом глянули на меня – я развела руками и покачала головой. Понятия не имела, кто мой отец. Мать молчала как партизан. Я точно не помнила никого подходящего на роль папы до переезда из Ашера, однако Гвен удивительно походила на меня, а мы обе – разительно отличались от матери.

Лорд Нейт скривился, будто съел лимон; правитель, тем временем, продолжил:

– Мы тут подумали...

– Хотите её следаком, ко мне? – скептично перебил младший Изумруд, кажется начальник следственной службы.

– Нам же нужнее всех ценные кадры, – дополнил за его спиной совершенно незнакомый блондин в годах. На вид он показался мне приятным, но прорва сарказма в голосе смутила.

Я вдруг поняла, что сейчас, схватив диоптаз, я никакой не ценный кадр, а обуза, которую лорды пытаются перекинуть друг другу. И стало так стыдно, что я держусь за неположенную мне гемму...

«Отставить самобичевание, – мигом потребовал диоптаз, – ты за полгода всему научишься, а некоторым ни руки в нормальное место не вставить, ни голову куда положено не пришить. Сказал бы я, что думаю об этих ваших тестовых системах и смене владельцев, да слов таких ещё не придумали».

– Вас устроит, если я возьму её себе адъютантом? – внезапно совершенно спокойно заявил лорд Нейт, зато остальные посмотрели на него так, будто у него рога выросли. И крылья заодно.

На лице незнакомого мне блондина появилось столько счастья, сколько не испытывал ни один именинник при виде подарка. У остальных проступило лишь недоумение.

– Почему бы и нет, – пожал плечами лорд Алмаз. – С чего это ты только надумал?

– Да вот... – протянул его сын, явно собираясь слукавить, – показалось, что из такой одарённой девушки получится отличный помощник. Леон давно жаловался, что у него обязанностей слишком много. Почему бы и не попробовать?

– Коул, как ты смотришь? – спросил правитель.

– Да я-то что? – удивился мой проводник в резиденцию. – Трейси, как ты?

Святые звёзды, они меня ещё спрашивают! Мало того, что мне оставили сильную гемму, так к тому же и предложили стать фактически секретарём одного из первых лиц в государстве. Это было немыслимое везение, невозможно! Я даже подумала, что меня пришибли, и я попала к звёздам, но вслух смиренно ответила:

– Я очень польщена оказанной честью.

...пускай это и попытка минимизировать ущерб от неопытной девчонки в незнакомой для неё структуре.

– Вот и чудненько! – потёр ладони лорд Алмаз. – А теперь извините, юная дама и дорогие лорды, а нам с Грегором пора возвращаться к работе. Нейт, подчинённая переходит в твоё полное распоряжение!

Кабинет лорда Коула все покинули в момент, я посеменила за своим начальником и его компаньоном. Они разошлись на ближайшем повороте, договорившись о чём-то мне пока непонятном, и сын правителя прямо посреди необычайно пустого коридора, начал инструктаж:

– Значит, с комнатой мы сейчас разберёмся, багаж, я так понимаю, у тебя с собой?

– Это не весь. Я не рассчитывала, что сегодня же перееду, – поспешила я предупредить.

– Что-нибудь приличное есть?

– Платье.

– Отлично, значит, бытовые вопросы решили. По обязанностям тебе всё объяснит Леон – он их лучше знает. А теперь самое важное. У меня к адъютанту одно требование, – вдруг остановился лорд Нейт, обернулся и посмотрел мне в глаза. – Никогда мне не ври. Я получил изумруд в таком, можно сказать, юном возрасте потому, что у меня есть особый навык: я вижу, когда люди говорят неправду. Веришь? – вдруг улыбнулся начальник, словно змей-искуситель.

Честно сказать, мысль о том, что кто-то способен легко раскусить обман, когда подчас ты и сам не знаешь, врёшь ты или говоришь правду, казалась странной. Но сомневаться в словах человека в первый день знакомства невежливо, однако он попросил о честности...

– Я не стану проверять специально, – рассудительно решила я. – И случайностей попытаюсь избежать, если для вас это важно, лорд Изумруд.

– Нейт, – машинально поправил он, при этом озадаченный моим ответом.

– Лорд Нейт, – тут же согласилась я.

– Нет, просто Нейт, – без обиняков заявил начальник, засунул руки в карманы и отправился дальше, – и на «ты».

– Э-эм... – замешкалась я, не спеша соглашаться. Так запросто обращаться к одному из первых лиц в государстве, пусть даже я и его адъютант... Когда я всего лишь его адъютант!

– Трейси, это не обсуждается. Поверь, мы с тобой станем достаточно близки, чтобы не церемониться.

И хоть фраза казалось двусмысленной, но прозвучала из уст Нейта так буднично, что я решила раньше времени не паниковать.

Он показал мне мою комнату, которая соединялась дверью с его кабинетом. Настроил на мой диоптаз четыре замка – непосредственно моей комнаты, кабинета, внутреннюю дверь между кабинетом и моей спальней и почему-то своей. Показал, где сидит прислуга, если мне потребуется помощь. Занёс в реестр лиц, которые могут свободно проходить в резиденцию в любое время. Сводил в конец коридора в нашем крыле, где находились комнаты Леона, который должен был разъяснить мои обязанности, и после этого начальник оставил меня одну, сказав, что сегодня выходной.

Когда я добралась до зеркала, то единственный моим вопросом стало: «Из какой дыры это откопали?» Нет, я-то знала, где успела поваляться, но и не подозревала, что со стороны всё так ужасно. Размещение заняло уйму времени: пока я помылась, нашла сменные штаны с футболкой, отдала одежду в стирку, связалась с мамой и Гвен по вискеру и сообщила, что нашла работу секретаря, поэтому домой приеду на выходных и только за одеждой, за окном уже вечерело.

В итоге лорд Леон заглянул ко мне сам. Даже с влажными волосами, но чистая я произвела на него ещё более приятное впечатление. Впрочем, он на адъютанта у Нейта и не надеялся, поэтому воспринял меня вообще как подарок небес. Сразу предупредил, что врать ему можно – он не заморачивается, – но не злоупотреблять. И попросил называть себя лордом Сапфиром, в силу почтенного возраста – целых пятидесяти восьми лет – и пролитого над работой пота.

– Это расписание на ближайшую семьдину[1] – на следующую уже сама составишь, – приговаривал он, передавая мне ежедневник. – Переносить встречи можно, но по предварительному согласованию. Хотя бы за день, если ситуация не форсмажорная. Нужные контакты я перекину тебе через вискер. Вот это, – похлопал лорд Сапфир по бумажной стопке, которая кренилась к краю стола, – нужно разобрать. Чем быстрее, тем лучше, потому что за семьдину наберётся ещё одна такая, если не быстрее. На часть придётся писать ответы или следить, чтобы ответил Нейт. Если что-то не поймёшь – спрашивай.

Я поблагодарила, приняла контакты и взялась бы сразу за бумажную работу – чтобы хоть понять, что от меня требуется, – но у меня оставалось одно важное дело.

13.06.2020

Парк в сумерках опустел – несмотря на освежающую вечернюю прохладу, большинство обитателей резиденции забрались внутрь и позажигали почти все окна. Моё – на втором этаже, в восточном крыле – естественно, темнело, зато горели два других рядом.

Сев на траву, я закрыла глаза и позвала диоптаза. А когда открыла, то мир раздвоился: я видела себя его глазами – худенькую девчушку с длинными насыщенно-каштановыми волосами – и его своими. Прекрасного дракона, смешанного из молочно-белых и синевато-зелёных кристаллов, с гребнем длинных острых шипов ото лба и до кончика хвоста, с мелкой россыпью колючих наростов на носу, вдоль челюсти и на коротких лапах. Коричневая «защита» на брюхе притягивала взгляд. Но самым манящим и страшным казалось заглянуть в глаза – чёрные и сверкающие, как звёздное небо, не каменные, а настоящие как у людей.

Я видела много драконов – глянцевых, лощёных, запылившихся, потрескавшихся, но таких диких, не отшлифованных временем, очень редко. Обычно это был молодняк... но не в этом случае.

«Не тяжело так смотреть?» – с усмешкой спросил диоптаз, опускаясь.

«Нет, наоборот – безумно интересно», – заверила я, любуясь.

«Ты что-то хотела?»

«Да. Познакомиться, присмотреться...»

И полетать. Я не успела этого сказать, а он уже одобрил. Не помню, как запрыгнула на спину, устроившись между шипов-кристаллов, как взмыли в небо.

Гонять над городом запрещалось, поэтому диоптаз вынес меня за границы столицы и взмыл ввысь. Тяжёлый на вид, совершенно бескрылый, он нёсся с такой скоростью, что замирало сердце. Я видела путь его глазами, своими, визжала от восторга и боялась упасть, между тем каждый раз с любопытством глядя вниз. Это была эйфория.

«Как ты летаешь?!» – не сдержалась я.

«У меня внутри бездна», – усмехнулся диоптаз, а я не стала уточнять. Потому что это вдруг стало неважно, совершенно неважно!

Мы нарезали круги, закладывали виражи. Казалось, я не грохнулась только чудом, но дракон даже ни разу не заволновался. Когда окончательно стемнело, он змейкой скользнул по одной из башен резиденции, и я почти тут же спрыгнула на крышу, оставшись в полном одиночестве.

По коридорам я кралась как вор, но ни капли не стыдилась своей поздней вылазки. Перед кабинетом и спальней Нейта лежал, подрёмывая, его изумруд, а из-под дверей пробивался свет. Я тоже выставила диоптаза как охрану и, раздевшись, быстро уснула. А свет, кажется, горел ещё долго...

[1] Семь дней