5. Всё, для чего я живу.

Слишком поздно менять решение,

Даже если этот хрупкий мир

Разрывается по швам. ©.

— Мам, я в полном порядке, — наверное, десятый раз за последние полчаса сказал Джордан.

«Это моя вина» — эта мысль билась, пульсировала в голове Джоша, когда он покидал школу. Она преследовала его, пока он бежал в больницу, пока говорил с мамой, уточняя адрес. Пока искал нужную палату.

«Я недооценил опасность, я слишком поверил в свои силы. А теперь Джорди, маленький, беззащитный Джорди пострадал из–за меня».

Джошу отчаянно хотелось закричать. Лучше бы избили его. Лучше бы его вообще убили! Калечащее чувство вины жгло Джоша изнутри, и оно возросло в несколько раз, когда он, влетая в палату, увидел, что на мордашке Джордана появился огромный синяк, а его правая рука была перебинтована.

— Малыш, что произошло? — простонал он, опускаясь рядом с братом на больничную кровать и аккуратно привлекая его к себе.

Мама тихо плакала, сидя на стуле чуть поодаль. Джордан устало вздохнул. Видимо, он повторял эту историю уже не в первый раз и пробормотал:

— У меня не было другого выхода!

— Что ты имеешь в виду? — не понял Джош.

— Он вступился за друга! — дрожащим голосом объяснила мама, вставая и крепко обнимая Джоша. — Я даже не знаю, что теперь делать, милый. Он не говорит, что это были за хулиганы!

— Вступился… Какого хрена происходит? Джордан! Немедленно расскажи нормально! — потребовал Джош.

— Не ругайся, — тут же отреагировала мама и выпустила Джоша из объятий.

Она на самом деле не привыкла к тому, что её мальчики могут употреблять такие слова. Но Джош в последнее время потерпел серьёзные изменения в характере, поэтому он просто проигнорировал это замечание.

— Мы с Майки возвращались домой, когда неожиданно нас обступили какие–то парни. Они начали оскорблять Майки. Я заступился за него. Завязалась драка. Всё, — кратко поведал Джордан.

— То есть, они провоцировали его? Не тебя? — уточнил Джош, совершенно ничего не понимая.

— Нет. Его постоянно задирают в школе. И всех это устраивает.

— Но ты не все… — пробормотал Джош. Он понимал это. Он сам был таким.

— Нас поколотили. Я пришёл домой. И мама потащила меня в больницу. Конец истории, — заключил Джордан и начал разглаживать здоровой рукой блеклые цветы на простыне.

Но Джошу было неясно одно: Эти сволочи пытались подобраться к Джордану через Майки, чтобы отомстить Джошу? Или это были персональные враги Уэя? У Джоша заболела голова. Всхлипывающая мама только добавляла тревог.

— Джош, их нужно найти, нужно обратиться в полицию! Он никогда не дрался, Джош! Что же происходит? — мама снова начала плакать.

Джош тоже никогда не дрался. Но за последние три дня желание начистить рожу некоторым личностям возникало у него уже не раз. Такая школа. Такой город. Это не наша вина, мам.

— Что с рукой? — деловито спросил Джош, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. — Перелом? Ушиб? Растяжение?

— Ссадина. Я неудачно упал и распорол руку о камень, — Джордан выглядел не очень, но глаза его горели.

— Мама. Заполни необходимые бумаги. Мы едем домой, — решил Джош.

— Но как же так? — заголосила миссис Дан. — Мы должны обратиться…

— Нет, — прервал её Джордан. — Джош прав. Это просто потасовка. Такое бывает у всех мальчишек. Нам оказали необходимую помощь, и мы едем домой.

Миссис Дан растерянно переводила взгляд с одного сына на другого.

— Мы должны позвонить Уэям, узнать у Майки, кто были эти парни, это нельзя так оставлять! — в её голосе не было особой уверенности, но она всё ещё не сдавалась.

— Мама, — мягко сказал Джош, взяв её за руки, — Джордану ещё учиться в этой школе, и прозвище «стукач», которое к нему прилепится, если мы обратимся в полицию, останется с ним навсегда. Поэтому он просто даст нам слово, что не станет так глупо ввязываться в драки, и мы поедем домой.

— Я поговорю с отцом. Он вам устроит, — пригрозила мама, но вышла из палаты, отправившись на поиски врача.

— Ты их запомнил? — тут же спросил Джош.

— Двое из нашего класса, и двое незнакомых.

— Проблемы будут?

— Не у меня, — Джордан задумчиво смотрел в окно. — У Майки. Они его ненавидят. Я просто сопутствующий ущерб.

— Что он им сделал? — тихо проговорил Джош.

— Это всё из-за Джи. Его старшего брата, — Джордан поднял глаза на Джоша и как-то грустно добавил: — Джерард пытался покончить с собой. Теперь он на домашнем обучении. А к Майки прилипла кличка «брат психопата». Майки страшно заводится, когда кто–то трогает его семью. И бросается в драку. Он лёгкая мишень.

— В этой школе всегда выбирают лёгкие мишени, — с ненавистью произнёс Джош.

Они покинули больницу спустя десять минут. Когда Даны подъехали к дому и начали помогать Джордану выйти из автомобиля, изрядно того раздражая, то увидели, что на крыльце дома их поджидал сюрприз. Там сидел Тайлер. Джош вспомнил о том, как нехорошо они расстались в школе и устыдился.

— Всё хорошо, Тай. Он в порядке, — улыбнулся Джош, шагая к нему навстречу.

Но реакция Тайлера его поразила. Его зрачки были расширены, а ресницы были влажными, он выглядел измученным. Он всегда так выглядел, но сейчас он словно готов был сломаться.

— Джош, прости меня, прости меня, я умоляю тебя! Это я виноват! Я обещаю, я больше не приближусь к тебе, никто больше не пострадает! — он дрожал.

Он был истощён. По–настоящему истощён и находился на грани нервного срыва. И Джошу стало плевать. Плевать на то, что позади были его брат и мама, плевать на то, что они были на улице, и их могли увидеть соседи. Он просто шагнул к Тайлеру и крепко его обнял. И когда трясущееся тело Тайлера оказалось в его объятиях, Джош ощутил, что всё в этом мире резко встало на свои места.

Всё. Было. Правильно.

Руки Тайлера обвивали его, он тихо всхлипывал, и Джош начал легонько поглаживать его спину.

— Всё хорошо, родной, всё порядке, — шептал Джош. — Ты не виноват.

— Ты ненавидишь меня, — почти прорыдал Тайлер, — теперь ты меня ненавидишь! Я так устал, Джош, Господи, как же я устал от этого всего!

— Вовсе нет. Я никогда не смогу тебя ненавидеть, — уверил Джош и аккуратно разомкнул их объятия.

Лицо Тайлера было мокрым. Джош вытер его слёзы и, взяв его за руку, шагнул навстречу остолбеневшим маме и брату.

— Мам. Джорди. Я бы хотел познакомить вас с моим парнем. Это Тайлер Джозеф. И сегодня вечером мы идём на свидание.

* * *

Пока они поедали пиццу, сидя на полу, Джош, используя весь свой богатый словарный запас, увещевал Тайлера, убеждал его, что его вины в случившемся нет.

Стемнело. Нужно было начинать действовать.

— Нам пора, — сообщил Джош, поднимаясь.

— Так куда мы идём? Это же наше первое свидание, это важно, — робко улыбнулся Тайлер.

Джош, который принял это решение спонтанно и вообще ничего не успел продумать, сделал вид, что у него всё под контролем.

— Мы идём в кино, — важно заявил он. — Успокаивающая атмосфера тёмного зала, романтическая комедия и много сладкого попкорна! Вот что нужно тебе и мне.

Он взял Тайлера за руку, удивляясь тому, как быстро привык к прикосновению холодных пальцев, сжимающих его ладонь. Тайлер плакал на его плече сегодня. Это почти разбило Джошу сердце. Он больше этого не допустит. Никто не причинит ему боль или вред. Теперь он не отпустит Тайлера от себя. Пока он рядом, с ним ничего не случится. Защищать близких.

— Я удивлён тому, как тепло меня приняла твоя семья и тому, что они… Ну, не удивились твоему признанию, — Тайлер смотрел Джошу в глаза.

— Я рассказал им о том, что я гей, уже давно. Они знали, — ответил Джош, сглатывая.

Тайлер был так близко… Такой тёплый и домашний.

— Знаешь, там довольно прохладно, а ты в одной футболке. Давай–ка накинем на тебя мою кофту, — Джош вытащил из шкафа синюю толстовку и бросил её Тайлеру.

Он неслабым усилием воли заставил себя думать о чём–то другом.

Близость Тайлера кружила ему голову. Тот поймал толстовку и тут же надел.

— Собираешься заботиться обо мне? — Джозеф не скрывал счастливой улыбки.

— Всегда.

Джош мягко поцеловал его в щеку, и они пошли вниз.

— Желаем удачи, — отец смотрел телевизор, и в его голосе Джош без труда расслышал с трудом сдерживаемый смех.

— Спасибо, — Тайлер, конечно же, ничего не понял. Иногда его невинность так умиляла.

Они вышли из дома, и Джош тут же обнял Тайлера за плечи. Они не спеша двинулись по тёмной улице. Вот так идти, не спеша, было так приятно.

— А я ведь даже не спросил тебя, хочешь ли ты быть моим парнем, — вдруг сказал Джош.

— Ты можешь быть достаточно напористым, если захочешь, но я это одобряю, — засмеялся Тайлер. — Потому что я иногда слишком застенчив, и мне стоит дать хорошего пинка. Так что, я очень даже за.

Что–то сладко заныло в груди Джоша. Прямо сейчас он ощущал себя таким полноценным. Таким живым.

Они шли в обнимку, два паренька, у которых было столько проблем на самом деле, но в этот момент всё просто ушло на задний план. Школа и её странные обитатели. Опасный психопат, преследующий Тайлера. Школьный психолог, о встрече с которой Джош благополучно забыл. Сейчас они были друг у друга. Они шли на своё первое, настоящее свидание, и это было великолепно!

А потом их ослепил свет фар.

Машина неслась прямо на них. Джош рефлекторно дёрнулся в сторону, увлекая Тайлера за собой.

— Джош, это он, я узнаю его машину! — голос Тайлера сорвался, его рука до боли сжала руку Джоша.

Джош быстро огляделся. Вокруг были дома, в окнах горел свет, на улице почти не было людей, но впереди был большой супермаркет, в котором точно должны были быть посетители. Тайлер не пострадает от рук этого подонка. Такого не случится.

Джош сжал зубы и приготовился обороняться. Он готов был даже закричать, если понадобится, он сделает, что угодно. Его дом не так далеко. Если что, они добегут. Бегство не казалось унизительным. Ничто не казалось унизительным. Тайлер был напуган, и только это имело значение. Нельзя было допустить беды. Этому нужно было положить конец. Тайлер, его Тайлер и так уже превратился в параноика. Он словно загнанный зверь. Исхудавший и одичавший. И Пристли его не тронет.

Автомобиль резко остановился. В машине не горел свет. Фары тоже погасли. Тайлер и Джош стояли и с нарастающим ужасом ждали, что сейчас будет.

Передняя дверца открылась, и оттуда вылез Эрик. Джош закрыл Тайлера собой, сделав шаг вперёд. Лениво потянувшись, Эрик вытащил из кармана сигареты и зажигалку.Сладко затянувшись, он, наконец, удостоил Джоша и Тайлера взглядом:

— Как дела, пацаны? Всё норм?

Его голос был такой обыденный. Такой спокойный. Словно они были добрыми друзьями. Вот только они ненавидели друг друга. По спине Джоша пробежали мурашки.

— Чего ты хотел, Эрик? — негромко спросил он. — Мы идём по своим делам. Чем и тебе советуем заняться.

— Я ехал на тусовку, — доверительно сообщил Эрик, — никого не трогал, а тут мне звонит Рэмси и жалуется, мол, так и так, Дан вконец оборзел, тарелками кидается. Нехорошо, Джошуа. Зачем обижаешь моего друга?

Джош подобрался, но голос его звучал твёрдо:

— Он провоцировал меня. Я не повёлся. Никто никого не обижал. Ты можешь ехать.

Тайлер вышел из тени, и Джош тут же дёрнул его за руку, увлекая обратно:

— Всё в порядке, Тай, Эрик уже уезжает.

— Хрен там, — сказал Пристли, и его глаза впились в лицо Тайлера. — Привет, котёнок. Соскучился? — бархатным голосом поинтересовался он.

— Уезжай, Эрик. Это всё зашло слишком далеко, — сказал Тайлер. Его ногти вонзились в руку Джоша, но он выглядел внешне очень спокойно.

Однако, Дан знал, что внутри у него смешались паника и ужас.

— А насколько далеко ты обычно заходишь, Тай, мм? — Эрик отбросил сигарету и выдохнул дым Тайлеру в лицо. — Насколько далеко ВЫ успели зайти с Джошуа, Поведай мне? — ледяным тоном поинтересовался он.

Тайлер замер.

— Я задал вопрос, — Эрик говорил очень спокойно, но было в его голосе что–то пронзительное.

Джош притянул Тайлера к себе, и на лице Пристли заходили желваки. Захлопали дверцы машины, и рядом с Эриком нарисовались ещё три парня.

— Проблемы, Рик? — спросил один из них.

— Меня обидели, Даллон, — фальшиво прохныкал Эрик. — Этот подлец меня обижает.

Даллон хрустнул шеей и кратко спросил:

— Который?

— Розоволосый, — хищно улыбнулся Эрик. — Джозефа не трогать.

— Не смей! — отчаянно выкрикнул Тайлер, но один из парней, подскочив к нему, тут же закрыл ему ладонью рот. Джош рванулся к Тайлеру, но чья–то сильная рука схватила его за волосы и приложила головой о машину.

Чудовищная боль пронзила Джоша. Он упал на землю. И тут Даллон начал пинать его по рёбрам. Джош взвыл и попытался подняться, но новый удар лишил его сил и кислорода. Ему казалось, что его лёгкие сейчас разорвутся, дыхания катастрофически не хватало, мир словно превратился в сплошной огненный шар боли.

Эрик весело рассмеялся и приблизился к Тайлеру. Его товарищ вжимал Джозефа в стену, пока тот отчаянно пытался вырваться. Тайлер попытался укусить руку, закрывающую ему рот, но парень тут же отдёрнул её.

— Сволочь! — закричал Тайлер, и кинулся, было, к Джошу, но Эрик преградил ему путь:

— Сделаешь ещё шаг, и Даллон пристрелит его. Закричишь, и Даллон пристрелит его. Попытаешься удрать, и Даллон пристрелит его.

Тайлер в ужасе застыл, в его карих глазах плескалось чистое отчаяние. Его мозг лихорадочно пытался найти выход.

— Ну, котёнок, не пугайся так, — ласково сказал Эрик. — Боже, ты такой чистый, такой неиспорченный, это так охуенно, — забормотал он и резко подался вперёд.

Его рука притянула дрожащего Тайлера к себе, и он впился в его губы. Тайлер попытался шарахнуться в сторону, но Пристли крепко его держал. Тайлер сцепил зубы. Его замутило.

— Открой рот, — хрипло велел Эрик. — Открой рот, сука, — он начал по–настоящему возбуждаться. Близость Тайлера, власть над ним, контроль над ситуацией плавил ему мозг.

Он резко укусил Джозефа за нижнюю губу, побуждая того впустить его горячий язык в свой рот. И когда он увидел алую капельку крови, выступившую на губе Тайлера, остатки самообладания покинули его.

— Сейчас, сейчас… — похотливо бормотал он. Он прижал Тайлера к машине, не найдя другой опоры. — Стой смирно, или я убью его! — рычал он.

Его руки скользнули под толстовку Тайлера (толстовку Джоша), оглаживали плоский живот, впивались в бёдра.

— Мы просто поиграем, — он задыхался, покусывая шею Тайлера, всасывая его кожу, оставляя на ней отметины. — Ты такой мягкий… Такой податливый и невинный… Ты же ещё невинный, а? Или уже потрахался с Даном? Отвечай мне! — рявкнул он, и его пальцы сжали толстовку, сминая ткань.

— Пошёл вон! — выкрикнул Тайлер. — Не смей меня трогать, ублюдок!

Он отталкивал Эрика, напрягал всю силу, что у него была, но этого было недостаточно. Казалось, это лишь заводило Пристли ещё больше. Эрик начал расстёгивать ширинку. Слёзы ярости, боли и бессилия катились по щекам Джоша. Он всё ещё пытался встать, но Даллон каким–то ленивым ударом ноги снова швырнул его на землю.

Вдруг раздался резкий голос другого парня, который до этого просто наблюдал за ситуацией:

— Эрик! Твой отец звонит!

Пристли вздрогнул и моментально выпустил Тайлера. Даллон перестал избивать Джоша, который теперь уже просто тихо скулил, лёжа на спине. Все четверо парней моментально погрузились в машину, и, взвизгнув тормозами, автомобиль скрылся вдали.

Тайлер бросился к Джошу, его лицо было в крови и слезах.

— Боже, Джош, что они с тобой сделали?! — Тайлер попытался помочь Дану подняться.

Джош стонал, его рёбра горели огнём, каждый вздох адской болью отдавался в спине.

— Тай, — прохрипел он, — он тебя…

— Нет! Не успел! Они уехали, они уехали, Джош! Но они могут вернуться, нам нужно уйти отсюда! — умолял Тайлер, взваливая тело Джоша на себя, и пытаясь сделать хотя бы пару шагов.

— Он зажал тебя, он тебя лапал, я видел! Я должен был убить его, убить его на месте, но я ничего не сделал! Тай! Я ни хрена не сделал! — в голосе Джоша было настоящее страдание.

Ему было больно и стыдно. Он должен был защищать Тайлера, а того только что чуть не изнасиловали на его глазах! Джош — просто ничтожество. Дана заколотило.

— Тебе нужно в больницу! — всхлипывал Тайлер, обеими руками обнимая Джоша.

— Нет! Позвони Россу или Стампу. Мы не идём ни домой, ни в больницу! — Джош пытался сообразить, напрягая мозг, что делать, принять решение. Но ему было так больно, что, казалось, даже мыслительная деятельность ему сейчас не по силам.

Самым разумным прямо сейчас было уйти с этой улицы. Это понимал и Тайлер.

— Я позвоню Патрику, у него есть машина, и живёт он недалеко от тебя. Он заберет нас отсюда! — Тайлер нашарил мобильник в кармане. — Стоять можешь?

— Могу, — просипел Джош, и, как только Тайлер отпустил его, повалился на землю.