Глава II

Лес заблудших душ

Морфея торопливо открывает шкатулку — мелодия, словно живая, окутывает ночной лес серебристой вуалью. Принцесса кружится в танце, а тёплый блеск внутри шкатулки разливается вокруг неё, словно жидкое золото.

Внезапно слышится коварный смех — не из шкатулки, а из темноты...

«Кошмар!» — мысленно кричит Морфея, молниеносно захлопывая шкатулку.

Ледяные мурашки ползут по её коже, словно тысячи крошечных пауков. Девочка прячется за исполинским деревом, чьи ветви усыпаны огромными изумрудными листьями, похожими на крылья древних существ.

Вдалеке мерцает зловещий голубой свет. Слышится мерный стук шагов, пронзительный свист, и кто-то напевает жуткую мелодию:

— Как только глазки закрываешь, — голос насмешливый и хриплый, — помни, могилу себе копаешь!

— Как только в ночной лес ты входишь, — вторит женский голос, от которого кровь стынет в жилах, — лунных Проводников заводишь!

Эхо разносит ехидный смех множества существ. Морфея прижимается к шершавой коре дерева:

«Надеюсь, меня не найдут. А если найдут — я им задам жару! Где же они? Кто эти Лунные Проводники? Где я?» — думает она, осторожно оглядываясь в укрытии.

Внезапно из тени появляется странное существо, от которого у Морфеи перехватывает дыхание:

— Феи Грез в Царстве Снов не спасут, мы жаждем твоих сновидений, Теневики тебя украдут! — поёт оно жутковатым голосом.

Существо похоже на призрачный силуэт, сотканный из самых тёмных ночных теней. Его полупрозрачное тело, словно дым, постоянно меняет очертания, превращаясь в жидкий туман. В лунном свете силуэт мерцает, как серебристая пыль. Два ярких огонька в глазах светятся, как светлячки в ночи. Руки напоминают дымные потоки, способные удлиняться и укорачиваться, а одежда — сгустки тени, похожие на плащи или мантии.

Вокруг существа кружатся теневые вихри, хранящие его сокровища — яркие кошмары, превращённые в волшебные истории. Оно меняет свой рост от крошечного до человеческого, словно играя с пространством.

Полная кровавая луна словно пританцовывает в такт их песне:

— Пауки плетут свои жуткие сети, — раздаётся удар плети, от которого звенят барабанные перепонки. — Для тебя эти страшные плети!

Морфея заворожённая наблюдает за их жутким представлением. Существа, взявшись за руки, кружатся в танце, взметая пыль:

— Станем же мы сном, видением, — поют они, — для смерти будешь сладким прикосновением!

Они мягко опускаются на землю, как облака, спускающиеся в бездну. Ветер усиливается, касаясь кожи Морфеи холодными когтями.

— Скелеты выходят на охоту! — раздаётся голос.

Кажется...

«Из могил» — с изумлением следит Морфея. ...вылезают скелеты.

— Лорд Кошмаров разрешил! — шепчут множество голосов, словно играя в испорченный телефон.

Тихий шёпот, смех... Один голос звучит особенно отчётливо:

— Страх глубоко в сердце проникает...

Морфея увлеченно смотрит на существо в центре, на которое падает свет, обнажая его истинную сущность.

— Он тебя схватил! — раздаётся голос за спиной девочки.

Разноцветный свет играет с Морфеей, существа танцуют вокруг неё. Прежде чем она успевает испугаться, Теневик хватает её за руку и втягивает в центр круга, где уже собрались все остальные.

— Всё, что было — исчезает, — поют они, водя хоровод. — Ужас сердцем овладевает!

«Я сплю? У меня галлюцинации? Или чудо возможно?» — спрашивает себя Морфея.

Она пытается бежать, пробираясь сквозь тьму и ветви.

— Ты не спрячешься от нас! — вопят существа.

— Беги, беги! У нас у всех здесь меткий глаз!

Смех становится громче, приближаясь.

— Не догонишь!

— Опрокинь бокал, в нём таится смертельный яд, — повторяют все, — смертельный яд, смертельный яд...

— Тьмы владыка раскрыл обряд. Где кошмаров вечный плен, — вторят они, — вечный плен, вечный плен...

— Проведи меня в мои кошмары, джентльмен.

Морфея замечает домик на опушке.

«Ну уж нет!»

— В загадочном лабиринте заблудишься, в Царстве Снов очутишься. — эхом разносится зловещая песня.

Морфея резко останавливается, её сердце замирает:

— Что? — шепчет она, не в силах скрыть изумление. — Царство Снов?

— Хранители Снов укажут путь, — рокочет глубокий голос, от которого вибрирует воздух.— Наш мир не любя, — издевательски добавляет другой, и в его словах слышится насмешка над её страхом.

«Какое ещё "Царство Снов"?» — мысли Морфеи мечутся в панике, словно птицы в клетке.

— Выход всегда внутри тебя, — произносит последний голос, и внезапно наступает абсолютная тишина.

Вспышки света гаснут одна за другой, словно кто-то тушит свечи в огромном зале. Тьма обрушивается на Морфею, ослепляя её, как удар молнии. Она остаётся одна в кромешной темноте, где каждый шорох кажется голосом её собственных страхов, а каждый вздох — предвестником новой опасности.

Сердце колотится так громко, что, кажется, его слышно в этой мёртвой тишине.

«Я не боюсь, я не боюсь...» — повторяет она.

***

Морфея наконец вырывается из тёмного, густого леса.

— Добро пожаловать в «Забытую галерею Теней», — читает она на скрипучей вывеске, которая зловеще светится красным по краям на фоне ночного ветра.

За вывеской открывается удивительный мир: изящные улочки с идеально ровным асфальтом, будто собранным из маленьких квадратиков. Маленькие домики без единого огонька, статуи у дверей, чёрные крыши и разноцветные столики у паба под названием «Невидимый бокал».

Внезапно Морфея вспоминает о своей находке:

«Книга!» — восклицает она, снимая рюкзак. «Боже, моя спина...» — думает девочка, слегка покачиваясь из стороны в сторону и разминая затёкшую спину.

— Да куда же я её положила? — бормочет, перебирая содержимое рюкзака.

Наконец, среди карманов рюкзака находится потрёпанный томик с загадочным названием «Легенды о небывшем».

«Что же это за легенды-то такие?» — удивляется она.

— О чём же ты мне поведаешь? — шепчет Морфея, открывая книгу, которая словно пульсирует в её руках, готовая раскрыть свои мрачные тайны.

Из исследовательского дневника — Эфмира

Введение

Этот дневник посвящён изучению уникального артефакта, который я обнаружила в ходе своих исследований. Именно я дала этому необычному объекту имя «Эфмира». Шкатулка привлекла моё внимание не только своим лавандовым окрасом, но и явными признаками иномирного происхождения.

Характеристики артефакта

Происхождение и открытие

Этот артефакт был найден совершенно случайно во время раскопок древнего поселения. Его необычные свойства сразу же привлекли внимание. Я предположила, что шкатулка имеет внеземное происхождение и не принадлежит нашему пространственно-временному континууму.

Влияние на сознание

В ходе исследований было установлено, что артефакт способен воздействовать на человеческое сознание. При длительном контакте с ним наблюдается ухудшение памяти, что может быть связано с его способностью искажать восприятие времени и памяти.

Временной аспект

Особенно удивительным оказалось то, что внутри шкатулки время течёт в обратном направлении. Это создаёт совершенно иную временную последовательность, которая противоречит привычному нам пониманию причинно-следственных связей.

Лавандовый окрас

    •    Спектрографический анализ: установлено, что лавандовый цвет шкатулки обусловлен специфической интерференцией световых волн, характерной для иных измерений.

    •    Энергетический импринтинг: этот цвет создаёт поле, которое обеспечивает резонанс с параллельными вселенными.

    •    Симптоматика межпространственного взаимодействия: лавандовый спектр символизирует границу между нашим миром и другими измерениями.

    •    Феноменология цветового метаморфоза: цвет может изменяться в зависимости от эмоционального состояния оператора.

    •    Защитный хроматический эффект: создаёт поле интерференции, которое модулирует восприятие времени и пространства.

Заключение

Шкатулка «Эфмира» — это не просто портал, а сложная система, аккумулирующая информацию из других измерений. Её уникальные свойства позволяют взаимодействовать с иной реальностью и изучать её законы.

Дальнейшие исследования требуют детального изучения механизмов взаимодействия с артефактом и его потенциальных возможностей для межпространственной коммуникации.

Мирослава Люменарх,доктор квантовой археологии.

— И что мне делать с этой информацией? — шепчет Морфея, опускаясь на холодный асфальт. Её подбородок упирается в ладонь, а чёрные волосы скрывают лицо от тусклого света.

Снова и снова она перечитывает текст, но мысли путаются, словно в густом тумане. Эмоциональная буря застилает разум, не давая сосредоточиться.

«Как же эта шкатулка оказалась в нашем мире? И что значит это предупреждение об ухудшении памяти? Может, нужно избавиться от неё?» — вопросы роятся в голове, словно рой голодных ос.

Недолго думая, Морфея принимает решение спрятать опасный артефакт. Она встаёт посреди пустынной улицы, закрывает глаза ладонью и начинает кружиться, нашёптывая мрачный заговор:

«Закрывай скорее очи, Раз, два, три, четыре, пять,Будем вместе мы мечтать! Не хотим мы просыпаться, Раз, два, три, четыре, пять, Во снах мы можем помечтать, Мы же во сне, давай играть, Раз, два, три, четыре, пять!»

Её палец указывает на изумительный белый дом с голубыми ставнями и покосившейся коричневой крышей с дымоходом. Вокруг — зловещие зелёные кусты, кривые деревья и ядовитый олеандр, чьи цветы источают дурманящий аромат. Овальный забор украшен странными узорами в виде пауков, а на нём — жуткие куклы и искусственные цветы. Лишь одинокий антикварный фонарь освещает мрачный двор.

Морфея открывает скрипучие ворота и проникает внутрь. Она крадётся вдоль стен, заглядывая в окна.

«Кажется, никого нет», — думает она, но всё равно стучит в дверь и прячется за углом.

Тишина. Ни шороха, ни движения. Девочка обходит дом, выискивая открытые окна, но все они заперты.

«Какая досада», — думает Морфея, приближаясь к входной двери. Под ногами — коврик с надписью «Вы здесь не гости», на двери — рисунок жуткого чудовища, похожего на Кощея Бессмертного, а над дверью — сломанные часы, стрелки которых застыли в безмолвии.

«По всем правилам ты должна быть открыта», — шепчет она, дёргая за ручку.

Дверь со скрипом поддаётся. В нос ударяет запах горелого дерева и серы. Морфея заходит внутрь, и тьма поглощает её. Лишь лунный свет просачивается сквозь окна, освещая старые картины на зеленой стене. Разбросанные книги, гирлянда с перегорелыми лампочками, обои с изображением гор, кресло-качалка и потухший камин. На столе в форме костлявой руки — заплесневевший сыр и увядший цветок. Узкий коридор ведёт к овальному окну, в котором отражается луна. Морфея крадётся вперёд, ища укромное место для тайника. Её взгляд цепляется за лестницу на чердак. Слегка дрожащими от волнения руками она тянет верёвку, и лестница с протяжным скрипом опускается.

«Буду думать, что я не в фильме ужасов», — думает она, сжимая в руках шкатулку.

Страх сковывает сердце, но девочка знает: иногда нужно встретиться со страхом лицом к лицу. Как говорят в её семье: «Дают — бери, бьют — дай сдачи».

Больше всего её пугает неизвестность. Лучше враг, который нападает открыто, чем тот, кто прячется в тени, выжидая своего часа.

Поднявшись наверх, Морфея отряхивается от пыли, которая клубится вокруг нее и застывает от изумления. Перед глазами открывается зрелище, от которого захватывает дух. Панорамная крыша, словно портал в иной мир, раскрывает перед ней звёздное небо, окрашенное в зловещие тона. Полная кровавая луна висит над головой, словно гигантский фонарь, освещая всё вокруг призрачным светом.

Девочка замирает, не в силах отвести взгляд. Никогда прежде она не видела ничего подобного. Это место словно сошло со страниц книги о забытых землях, где реальность переплетается с кошмаром.

Чердак оказывается совсем не таким, как она ожидала. Здесь царит странная, мрачная красота. Огромная кровать у самого окна — словно трон для повелителя снов. Толстое тяжёлое одеяло, украшенное странными узорами, напоминает погребальный саван. Разноцветные подушки, застывшие в вечном танце, излучают неземной свет. Кружевной розовый балдахин колышется от невидимого ветра, создавая причудливые тени на стенах.

Мягкий прозрачный ковёр под ногами кажется живым — он переливается в лунном свете, открывая взгляду узорчатый деревянный пол, будто нарисованный чьей-то безумной рукой.

— Изумительно... — шепчет Морфея, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

«Как будто сама смерть украсила это место для своего праздника».

Пыль покрывает всё вокруг, словно пепел забытых времён. Предметы мебели выглядят так, будто их коснулась рука самого времени, превратив в призраков прошлого.

— Куда же тебя спрятать, Амфера? — тихо спрашивает девочка, обращаясь к шкатулке.

Когда Морфея открывает шкаф, перед ней внезапно возникает лестница, ведущая на загадочный балкон. Он выполнен в форме гигантской человеческой руки, чьи пальцы застыли в воздухе, протянувшись к небу. Девочка замирает на мгновение, а затем решительно ступает на первую ступень.

С балкона открывается завораживающая картина: внизу раскинулся таинственный двор и тёмный лес, окутанный пеленой тумана, словно страж неведомых земель, он простирается до самого горизонта. Вдалеке мерцают странные фонари, вдалеке за горизонтом мелькают разноцветные вспышки.

Приняв решение, Морфея осторожно размещает шкатулку в надёжном укрытии. Она собирает разбросанные коробки, складывая их одну в другую, словно создавая защитный кокон для Амферы. Поместив шкатулку внутрь этого импровизированного тайника, девочка ещё раз оглядывает своё творение. В этот момент ей кажется, что сама судьба помогает ей спрятать этот опасный артефакт.

Не проронив ни слова, Морфея покидает балкон, оставляя за собой лишь эхо собственных шагов и тайну, спрятанную в сердце странного дома.

Направляясь к воротам, Морфея случайно замечает на входной двери грубо выжженные на деревянной поверхности слова:

«Хорошие девочки не врываются в чужие дома».

Эти зловещие слова, словно выцарапанные чьими-то острыми когтями, пронзают её сознание. Морфея чувствует, как её сердце замирает в груди. Страх сковывает её, заставляя сделать шаг назад. В этот момент она понимает, что совершила нечто непростительное — позволила обнаружить ее.

В панике девочка бросается прочь, не разбирая дороги. Она бежит так быстро, как только могут нести её ноги, куда глаза глядят.

***

Дворец Вечных

— Владыка, — в почтительном реверансе склоняется Теневик. — Мы голодны.

Теневики — древняя раса существ, питающихся кошмарами живых существ. Они обитают в сумеречных пространствах между реальностью и сном, где тени становятся плотными, а страх — пищей.

Внешность этих созданий изменчива. Они могут принимать облик прекрасных незнакомцев с бездонными глазами, в которых отражается бесконечная тьма. Их кожа кажется отлитой из жидкого серебра, а движения плавные, словно они скользят по поверхности теней.

Но истинная форма Теневиков — воплощение ночных ужасов. Их тела состоят из сгустков мрака, сквозь которые проглядывают искажённые человеческие черты.

У них когти из чёрного хрусталя, крылья, похожие на рваные паруса, а глаза горят адским пламенем. Их рты полны острых как бритва зубов.

Способности Теневиков поистине ужасающи. Они могут просачиваться сквозь тени как жидкость, захватывать контроль над чужими снами, превращать страхи в физическую боль и создавать иллюзии, неотличимые от реальности.

Питание этих существ основано на поглощении чужих кошмаров. Они чувствуют страх за мили, притягиваясь к тем, кто испытывает сильные негативные эмоции. После их «трапезы» жертвы часто остаются с опустошённой душой и вечной бессонницей.

Общество Теневиков построено на иерархии силы. Самые могущественные из них способны управлять целыми потоками кошмаров, создавая из них целые миры страха и отчаяния. Они живут в замках из чёрного стекла и тени, где каждый коридор — путь в чей-то личный кошмар. Их называют «Теневыми Верховными».

Встретить Теневика — значит столкнуться с воплощением собственных страхов. Они говорят шёпотом, от которого стынет кровь, и смеются так, что этот смех остаётся в ушах навсегда.

— Угощайтесь, — произносит Лорд Кошмаров, эффектно срывая бордовые шторы. За ними в оковах стоят дети со страхом в глазах.

— Угощение! — запевает Теневик с пылающими глазами.

— Угощения! — повторяют другие. По щелчку пальцев Лорда Кошмаров с детей спадают оковы.

— Теневики пришли на бал! — пританцовывает один из них. — Ваши страхи — наш причал!

— Ваши сны — готовьтесь к кошмарам! — его слова эхом разлетаются по дворцу.

Разноцветный свет загорается вокруг, звучит мелодия в такт словам и жуткий смех Теневиков. Дети в панике разбегаются в разные стороны.

— Угощение! — разносится по дворцу.

— Угощения! — вторят другие.

— Мы — Теневики, вниманье! — поёт жутким голосом один из них.

Свет прожектора поочерёдно падает на детей.

— Сонные детишки, трепещите скорей, страх ваш станет веселей! — продолжает Теневой Верховный.

Резкая темнота пронзает дворец.

— Наслаждению нет предела, — томным голосом произносит Лорд Кошмаров, выходя из тьмы. Красный свет подчёркивает его зловещую фигуру. — Аж замерла, кошмар увидела? — он резко появляется перед плачущей девочкой. От страха её глаза блестят, и она падает в обморок, попадая в зловещие руки Теневика. Он погружает её в глубокий сон.

— Сквозь тени мы скользим легко, забираем страх ваш глубоко, — шепчет другой Теневик.

Мальчику мерещатся противные пауки, ползущие по его спине, ногам, рукам, лицу! Он в панике кричит и пытается от них избавиться.

— Ваши крики — наша песнь, — продолжает Теневик. — Ваши сны — наш интерес!

— В темноте мы правим бал, — поёт другой Теневик за массивным чёрным мраморным столом, тасуя игральные карты. — Каждый страх мы угадаем, — он достаёт карту с изображением мальчика со змеёй на шее.

Свет прожектора находит его, и он видит на своей шее огромную живую змею.

— Она ж мертва, — шепчет Теневик. В ужасе мальчик откидывает змею на пол.

Теневики и Лорд Кошмаров собирают детей в круг и водят вокруг них хоровод.

— Ваши души мы украдём, — поёт Лорд Кошмаров. — В кошмарах вас закружим!

Вспышки света кружат детям голову.

— На всех не хватит нам оков, — продолжает Лорд Кошмаров. — Сладких снов... — его голос звучит спокойно, умиротворяюще. Свет приглушается, и дети погружаются в сон.

Лишь мерзкие смешки Теневиков раздаются злым эхом.

***

В безлунную ночь, когда мрак поглощает всё вокруг, словно чернильная тьма разливается по небесам, Морфея узревает перед собой таинственного Эльфа. Его бледное лицо, словно высеченное из мрамора, мерцает серебристым светом, который исходит из его глаз — холодных, как звёзды в бездне.

Эльф склоняет голову, и его серебристые волосы колыхаются, как тени летучих мышей. От его присутствия веет древним холодом и безысходностью, но в глубине души Морфея ощущает странное возбуждение и решимость.

— Здравствуй, Морфея, — шепчет он голосом, который напоминает шелест сухих листьев. — Я хранитель этого мира снов, мира, где ночь вечна, а время остановилось.

Морфея чувствует, как её сердце наполняется решимостью и странным предвкушением. Она знает, что этот путь опасен, но не испытывает страха.

— Я тот, кто может вернуть тебя домой, — продолжает Эльф, — но есть условие. Ты должна освободить наш мир от власти Лорда Кошмаров.

При этих словах воздух вокруг наполняется запахом увядающих цветов и тлена. Морфея содрогается, чувствуя, как её кожа покрывается мерзкими мурашками.

— Как я могу это сделать? — спрашивает она.

Эльф протягивает ей свою тонкую, почти прозрачную руку. В его ладони нет ничего, кроме тьмы и древнего могущества.

— Каждый твой шаг здесь отматывает время назад в твоём мире, — произносит он. — Чем дольше ты остаёшься в этом царстве, тем больше забываешь из своей прошлой жизни.

Песок времени утекает сквозь пальцы, словно тающий лунный свет. Морфея в ужасе смотрит на его ладонь, но её разум уже принял решение. Она понимает — выбор есть всегда, но иногда бывает вариант, который не хочется выбирать.

— У тебя мало времени, — продолжает Эльф. — Ты должна победить Лорда Кошмаров. Только так ты сможешь вернуться домой.

В его словах звучит непреклонная истина, от которой сжимается сердце. Но что-то в этой сделке кажется Морфее неправильным.

— Я сделаю это, — шепчет Морфея, сжимая холодную ладонь Эльфа.

В тот же миг небо прорезают яркие молнии, и раздается оглушительный гром. Буря бушует вокруг, словно сама природа восстает против происходящего. Глаза Эльфа вспыхивают адским пламенем, озаряя их лица зловещим светом. Сердце Морфеи обливается теплом.

— Он ждёт тебя в самом сердце тьмы. Иди, Морфея. Время не ждёт.