Глава 65

Возле Храма Богов собралось не так много людей, как планировал Криган, ещё когда его дочь была помолвлена с Катаром Асталом. Он ожидал большей помпезности, но не смог отказать генералу, приехавшему к ним в дом вечером и предложившему отыграть свадьбу на рассвете. Сроки поджимали, свадебного платья у Этреи не было, а повара и слуги не могли подготовить всё для празднества в доме Велисов всего за одну ночь.

Но увидев радость дочери от предложения генерала, Криган согласился без промедления. Свадьба Этреи была единственным, что подняло ему настроение за последние недели. Он разорвал все связи со знакомыми работорговцами, сжег бумаги, подтверждающие его участие в этом. Из-за этого его назвали идиотом. Но сжигая те бумаги с количеством и возрастом переданных Аджеру людей и карты, Криган впервые за долгие годы почувствовал спокойствие, будто с его души спал камень, который тянул его на дно.

Волнение вернулось, когда он понял, что содействие работорговли действительно приносила ему больше прибыли, чем торговля тканями или оружием. Он плохо смыслил в основах и успехе торговли, кузница Велисов была маленькой, как и тканевое предприятие: всего пара магазинов на солиском рынке.

- Не волнуйся, Криган, - сказала Нона, поправляя воротник мужа. - Неважно, как и где прошла свадьба. Главное - что будет после нее.

- Да, дорогая, ты права, - он приобнял жену за плечи. - Ты всегда права.

Они стояли возле лестницы в Храм. Криган внимательно осмотрел гостей: несколько родственников по линии Коувов и служители храма в белом. Этрея с Ронаном стояли поближе к дороге. Они шептались о чем-то с его сестрой - леди Коув, смеялись и регулярно бросали друг на друга радостные взгляды. Этрея надела свое самое красивое платье: коричневое, с обшитым желтыми нитками корсетом. Рукава аккуратно спадали с плеч, крепясь к верху корсета. На светлых волосах девушки красовался венок из солнечных лилий. Он переливался на лучах рассветного солнца, заставляя её волосы сиять ещё ярче.

Этрея была прекрасна. Как всегда.

И всё же Криган хотел для нее большего, лучшего, чего-то более величественного. Они должны были купить самое дорогое платье, организовать самое шикарное празднество, а потом довезти новобрачных до их нового дома.

Сейчас об этом можно было забыть.

- Выглядят счастливыми.

Криган узнал голос сына, который поравнялся с ним. Но ещё раньше он услышал отвратный запах табачного дыма. Мужчина недовольно посмотрел на трубку в руке сына, но от замечаний воздержался.

- Возможно, - пробурчал он.

Улыбка расплылась на лице Норса, не отводящего взгляд от сестры и будущего зятя. Он выдохнул облачко дыма и рукой отмахнул его подальше от отца.

- Согласитесь, что Коувы более надежны в плане родственных связей, чем Асталы, - Норс обвел рукой пришедших гостей. - Они все - большая семья. Этрея давно знает Ронана, его сестра - Этреина подруга. В такой компании она точно не пропадет и не соскучится.

- Пойду поговорю с матерью Ронана, - с улыбкой произнесла Нона, оставляя сына наедине с мужем.

С минуту они стояли в полной тишине. Норс докурил, спрятал трубку и достал из кармана мятные конфеты, протянув одну из них отцу. Мужчина долго смотрел на угощение, но всё-таки взял одну конфету и положил в рот.

- Спасибо, - сказал он и снова перевел взгляд на дочь и её жениха.

- Вам спасибо, отец.

Криган удивленно посмотрел на Норса.

- Судя по Вашей реакции, я ни разу этого не говорил, - засмеялся Норс и повернул голову в сторону отца. - Как не странно, но большую часть своей жизни я провел с Вами, а не в разъездах. Можете это отрицать, но именно Вы дали мне задатки того, кем я являюсь сейчас.

Норс положил конфету в рот и спрятал бумажную обертку обратно в карман.

- Есть конечно некоторые сомнения насчет того, ваш ли я родной сын, - фыркнул он, - но тут уже вам лучше знать.

- Наш, наш, - Криган вздохнул и покачал головой. - Для Ноны беременность тобой была самой сложной из всех троих. Ты родился раньше срока, поэтому повитуха не была уверена, что проживешь больше нескольких дней.

- Хах, не в моем стиле так быстро покидать место, которое я ещё толком не изучил.

Легкая улыбка появилась на губах Кригана также неожиданно, как и исчезла. Что-то теплое екнуло в сердце Норса, ведь это был первый раз, когда отец улыбался из-за его шутки. Будто после многих лет он оттаял к сыну только сейчас.

- Знаете, почему я не уехал четыре года назад обратно в путешествия, а остался здесь? - Норс посмотрел в прозрачно-карие глаза отца. Их родство можно было даже не доказывать. В зеркале Норс видел точно такие же глаза. Но совершенно иной взгляд.

- Совесть замучила? - предположил Криган, но без язвительности.

- Точно нет, - Норс с улыбкой закатил глаза. - Я не жалею о своих поступках. Ни об одном из них. Ни разу в жизни не жалел о чем-то, потому что всегда поступал так, как считал нужным.

- Значит не жалеешь, что остался с семьей?

- Нет, - Норс надул губы. - Это тоже было моим собственным решением... Но всё-таки на него имелось влияние извне. Первое - желание сделать жизнь Этреи такой же счастливой, как и моя собственная. А второе...

Норс словил взгляд отца и неловко скрестил руки на груди.

- Мне хотелось Вашего признания. Даже стыдно слегка, но эта причина держала меня здесь крепче, чем Этрея. По крайней мере в первые месяцы.

- Желаешь моего признания? - Криган заложил руки за спину и сосредоточил взгляд на гостях.

- Да нет, - Норс продолжал смотреть на отца, на его, как обычно, серьезное выражение лица. - Есть такая поговорка в Аквилае: Если хочешь чего-то слишком долго, желание упорхает, как дикий орел. Так что и мое желание куда-то упорхнуло. Как-то легче стало на душе.

Не заметив заинтересованности со стороны отца, Норс улыбнулся и добавил:

- Когда ситуация в Игнисе наладиться, Ронан хочет отправиться туда на учебу. Этрея конечно же поедет с ним, а я собираюсь к ним присоединиться. Пока не знаю, чем буду там заниматься, может, не задержусь надолго и уеду в другое королевство, - Норс поправил рукава своей рубашки. - Посмотрим, как карта ляжет.

Увидев приближающихся всадников, во главе с Лоей, Норс бросил напоследок:

- Я договорился со своим знакомым. Он приедет через две-три недели и поможет Вам с развитием торгового дела. Он разбирается в торговле лучше, чем я, поэтому помощь Вам доверяю ему. Платить ничего не нужно. У него передо мной небольшой должок, так что Вам останется только слушать и запоминать всё, что он скажет, - Норс понизил голос. - Сомневаюсь, что из-за отказа от работорговли "империя Велисов" падет. Всё-таки это Вы ею управляете. Вы мой отец, так что ещё не все потеряно. Сужу по себе.

Он засунул руки в карманы штанов и неспеша пошел в сторону дороги.

- Даже сейчас не смог не похвалить себя.

- Кому-то же нужно это сделать, - обернувшись произнес Норс. Он остановился, как только услышал быстро произнесенные слова отца:

- Я никогда не мог тебя понять. Лакассо ни разу не перечил мне и тем более не сбегал.

Воспользовавшись тем, что он стоял спиной к отцу, Норс закатил глаза. Отец снова похвалил Лакассо - послушного сына, успешного стража. Слова Кригана делали его чуть ли не идеалом мужчины и семьянина. Норс чувствовал какую-то маленькую частичку зависти внутри, но сам понимал, что никогда не смог бы стать похожим на брата. Он никогда не был способен плыть по течению, не противясь ему.

- Ты не похож на своего брата.

- Знаю, - со вздохом ответил Норс. Он много раз, с самого детства, слышал это, но сейчас ожидал от отца чего-то новенького.

- Но я всё равно рад, что ты мой сын.

Норс уставился на отца. На секунду ему показалось, будто эти слова являлись всего лишь плодом воображения. Он всегда хотел услышать что-то подобное, но никогда не верил, что однажды это станет возможным. Реальность казалась слишком волшебной и призрачной.

- Хотите сказать, что гордитесь мной? - переспросил Норс, чтобы убедиться в правдивости услышанного.

Вместо ответа, Криган кивнул, а затем отвернулся, словно сам не верил в то, что сказал недавно. Для него казалось странным гордиться сыном, который сбежал из университета и слонялся по континенту, а потом в один день спокойно вернулся домой также неожиданно, как и исчез.

Когда Норсанд вернулся, Криган не сразу узнал его. За девять лет он сильно изменился, вырос, похорошел. В день возвращения он первым делом отдал деньги за свое обучение в университете. Криган был уверен, что его сын имел связи с чем-то незаконным, поэтому и смог достать такую огромную сумму. Он думал, что Норсанд стал таким же темным человеком, как он сам.

Единственным человеком с кровью и страданиями на руках в их семье в итоге оказался только он сам.

- Имейте в виду, что Вы не сможете забрать эти слова назад, - предупредил Норс и чуть ли не вприпрыжку поспешил к всадникам из замка. Среди них он заметил королеву, маленькую принцессу, Алано и Артура. Дюжина стражей окружали эту процессию со всех сторон.

Пока королева поздравляла Этрею, Норс пробрался к Артуру. Тот с минуту смотрел на его широкую улыбку, а потом не выдержал:

- Что произошло? - спросил он, скрестив руки на груди.

- Этрея выходит замуж. Разве я должен плакать? - Норс потянул друга к Этрее и Ронану. - Будь человеком, паэро, скажи пару хороших слов моей прекрасной сестренке. Зятьку тоже: сегодня он выглядит чуть лучше, чем обычно.

После приезда королевы все гости были в сборе. Целым потоком они направились ко входу в Храм. Этрея и Ронан поднялись первыми: они встали на колени перед входом и принесли дань уважения статуям бога Рода. Ронан помог невесте встать и повел её внутрь. Все гости разделились на пары и повторили за молодоженами, вознося молитвы за счастье и процветание нового брака. Бог Род должен был услышать это и благословить брак.

Гости встали по обе стены в зале Храма, освободив проход для молодоженов. Они встали на колени протягивая руки перед собой: Ронан правую, Этрея - левую. Она всё никак не могла перестать улыбаться, даже во время речи служителя Храма, поэтому опустила голову.

Старший служитель вышел вперед и встал возле алтаря. Золотые рамы обрамляли пять изображений святых братьев: посередине алтаря была самая большая фреска - бога Рода. Все остальные вокруг нее - поменьше. Бог Род на фоне золотого солнца протягивал руку, условно принимая молитвы своих детей-смертных. На фресках не было лица только бога Кадатона: ему не поклонялись ни в одном из храмов в светлых королевствах континента.

Высокие каменные стены украшали фрески и мозаики на основе "Легенды о богах". Ясные лучи освещали их и людей в зале, пробиваясь сквозь стеклянный купол вверху.

Лоя стояла в первом ряду. Она грустно наблюдала за тем, как служитель Храма протянул Ронану золотой кубок. Не вставая с колен, парень сделал из него глоток:

- Пусть услышит меня бог Род, - сказал он.

Этрея тоже сделала глоток из кубка, и слегка скривившись, повторила:

- Пусть услышит меня бог Род.

Напиток делался из тех же цветов этернитас, что и краска для рисунков на теле правителей. Свадебная церемония королей и королев отличалась от простых людей. Лоя ни разу не пробовала сок этернитаса, но слышала, что он довольно горький, с металлическим привкусом, который напоминает кровь.

После ещё одной монотонной речи служителя, Ронан приподнял Этреине платье и помог ей встать с колен. Он произносил клятву первым:

- Этрея Велис, - с ноткой нервозности произнес он, держа Этреину руку. - Да помогут мне боги стать солнцем, согревающим тебя в холода; нежными лучами, осветляющими твой путь и указывающими выход из тьмы; ярким светом, ослепляющим твоих врагов. Пока боги не примут меня в иной мир, пока я не закончу свою службу на земле. Этрея Коув мое тепло, мое солнце.

- Ронан Коув, - Этрея моргнула несколько раз подряд, смахнув слезы, обжигающие глаза. - Да помогут мне боги стать солнцем, согревающим тебя в холода; нежными лучами, осветляющими твой путь и указывающими выход из тьмы; ярким светом, ослепляющим твоих врагов. Пока боги не примут меня в иной мир, пока я не закончу свою службу на земле. Ронан Коув мое тепло, мое солнце.

- Да примут боги этот союз! - выкрикнул служитель храма и взял у своего помощника кисточку, окунув её в золотую пиалу с краской из этернитаса. Кончик кисточки окрасился в золотистый.

Ронан закатил рукав рубашки на правой руке. Одним четким движением служитель обвел кисточкой вокруг его запястья. Такое же золотое кольцо нарисовали и на Этреином запястье. Их ладони соединили: золотая краска на запястьях блестела в лучах солнца.

Утро выдалось ясным, совсем безоблачным. Такая погода в день свадьбы сулила счастье и истинное благословение бога Рода. Многие верили в такое знамение.

Гости разом захлопали. Норс засвистел, но отец одним лишь взглядом заставил его замолчать. Тогда Велис радостно подбежал к сестре с зятем и обнял их за плечи.

Лоя потерла пустое запястье. На её свадьбе не было такой церемонии. Как особа королевской крови, она не могла связывать себя "золотым кольцом" с кем-то, кроме богов. Даже со своим мужем. Единственное, что сделали они с Танаем, - порезали руки и соединили кровь в знак принятия союза между королевствами.