Глава 29

Вэлери Барбара Миллер

Игнорируя взгляды проходящих мимо парней, я сложила руки на груди и посмотрела на мигающую вывеску черного входа. Ее зеленые всполохи подсвечивали паутину в углах навеса, под которым я укрывалась от дождя.

Кристофер с Аластром уехали на такси пару минут назад. Мне пришлось наплести им чушь о своих подругах, которых я неожиданно встретила в клубе и еще много из того, что я уже не помнила... Мальчики сопротивлялись поначалу, но в итоге «ложь» перевесила, и они были вынуждены сдастся.

Мой «милый» взгляд всегда срабатывал.

Неожиданно металлическая дверь со скрипом распахнулась. Оживившись, я обернулась и заметила вывалившуюся наружу толпу девчонок. Напевая строки из песни Рианны про «Бриллианты», они поплелись в сторону такси. Глядя на фату, развивающуюся в волосах блондинки, я разочарованно поджала губу.

Дугласу лучше бы появиться с минуты на минуту. Иначе я снова вернусь в этот бар и покажу ему, на что способна разгневанная девица. И помоги ему Дева Мария успеть набрать Николаса.

Привалившись спиной к дверному косяку, я достала из кармана косухи свой мобильный и разблокировала его. На дисплее тут же вспыхнули зеленые точки уведомлений рядом с иконками приложений. Я провела большим пальцем по экрану айфона, в надежде избавиться от них.

Мне придется ответить, но... Не сегодня, по крайней мере. Я слишком взвинчена, чтобы увлекаться этой ерундой.

Выдохнув, я сунула мобильный обратно в карман косухи и сосредоточила взгляд на своих покрытых шиммерным лаком ногтях. В свете неоновых вывесок они переливались розовыми, красными, синими и зелеными цветами.

Итак...

У меня не было плана.

Я не знала, купится ли на мой блеф Дуглас.

Как себя поведет Николас при встрече.

Что скажут родители, когда я завалюсь под утро домой.

И самое главное, не предупредит ли Даг Ника, о том, что я приеду?

Я поправила скатившиеся на переносицу очки Кристофера. Моя затея безоговорочно обречена на провал.

Внезапно дверь в бар снова раскрылась – да с таким грохотом, что я вздрогнула! Встрепенувшись, я мигом выпрямилась и посмотрела вправо. Мимо меня, чуть не задев плечом, промчался разгневанный Дуглас.

— Тебе лучше поторопить свою задницу, потому что я надеюсь успеть вернуться сюда до закрытия! — рявкнул он, не оборачиваясь.

Вслед за Дагом, уже не так спеша, из дверного проема вышли еще двое молодых парней. Один из них – темноволосый с глубокими карими глазами – на ходу достал из кармана джинс брелок от ключей. Его приятель – латинос с проколотой бровью – остановился рядом со мной, выпуская изо рта высокую струю дыма.

Это были те самые громилы, что сидели вместе с ним у бара.

Заметив, что я наблюдаю, латинос грязно усмехнулся. В его губах, обезображенных шрамом, тлела белоснежная сигарета Давидофф. Меня как будто дерьмом облили – настолько мерзким ощущался его взгляд.

Скривившись, я запахнула косуху и двинулась за остальными. Двери бара продолжали хлопать, выпуская наружу изрядно пьяных тусовщиков.

— Ты решил поехать со мной? — окликнула я Дага.

Капли дождя мерцали на его черной байкерской куртке. Остановившись в первом ряду припаркованных машин, он развернулся ко мне лицом и развел руками в сторону. Вид его злобно прищуренных карих глаз рассмешил – он выглядел как младенец, ряженный в костюм убийцы на Хэллоуин.

Я закусила щеки, пытаясь не прыснуть от смеха.

— Отпустить тебя одну значит подписать себе смертный приговор, — скривился он.

Я кокетливо захлопала ресницами.

— Ты переживаешь обо мне?

— О своей заднице, — ткнул в меня пальцем Дуглас.

— Ах-х-х-х, — наигранно проворковала я. — Как это мило. Кажется, между нами уже что-то происходит?

— И не надейся, — категорично заявил он. — Я не люблю блондинок.

— А мне не нравятся парни с пирсингом, — парировала я, намекая на сережку в его ухе.

Вообще-то смотрелось неплохо. Все внимание на себя перетягивали выразительные черты лица Дугласа. Ровные брови, томные пухлые губы, буквально кричащие о его умении целоваться... Я склонила голову в бок, изучая карие искорки на дне его красивых раскосых глаз.

Побьюсь об заклад у Дугласа были испанские корни. Его родителями могли оказаться мигранты, перебравшиеся в Америку в поисках лучшей жизни.

— Скажи это всем тем, кому посчастливилось побывать в постели со мной, — похотливо оскалился он. — Они говорят: ощущения другие.

В каком смысле... ощущения?

Я непонятливо уставилась ему вслед. У него же нет пирсинга на языке, верно? По крайней мере, я этого не замечала...

Так, о чем...

Тем временем парень с ключами подошел к желтой Комаро и разблокировал замки. Противотуманные фары старенькой Шевроле вспыхнули, озаряя красной вспышкой стоящие рядом автомобили. Дуглас резво запрыгнул на заднее пассажирское сиденье, а его друг занял место водителя.

— Вэлери! — гаркнул он напоследок. — Тащи сюда свой зад! Веселье мне обламываешь!

***

Мы проехали весь город, оставив позади Юнион Ридж, свернули на Роузмонд и по западной Хиггинс-роуд направились в сторону выезда из Чикаго. Постепенно небоскребы за окном сменялись приземистыми домиками. Дорожные знаки замелькали среди густых ветвей деревьев. Луна отблескивала на мокром асфальте.

Я всмотрелась в ровную гладь Уиллоу-Крик, мимо которой мы сейчас проезжали. В салоне на всю катушку гремела «Blood Diamonds» в исполнении DIRTYXAN.

Надеюсь, Дуглас не предупредил Ника о нашем визите.

Я не преувеличивала, когда говорила, что хотела встретиться с ним на своих правилах. Наше маленькое свидание в парке, потом заварушка на корабле... Секс в теплице. Каждый раз ОН заставал меня врасплох.

Теперь пришел мой черед.

Наконец, машина свернула с главной магистрали. Комаро еще несколько минут трясло на разбитой грузовиками дороге, затем под колесами захрустели ошметки гравия; и мы остановились у подножья какого-то полуразрушенного склада.

Водитель заглушил двигатель. Без лишних слов Дуглас выскочил из машины и направился к багажнику. А я, не совсем понимая, где мы оказались, осторожно распахнула дверь и выглянула на улицу.

Поляну, на которой мы припарковались, окружали проросшие сорняки. Вдали раскидывались черные силуэты деревьев, среди которых изредка мелькали огни проезжающих по Арлингтон-Хайтс внедорожников.

— Где мы? — нахмурилась я, выбираясь из Шевроле.

Прохладный майский воздух, пропитанный ароматами дров и сырости, окутал мои ноги.

— Это старое пожарное депо, — ответил Дуглас, роясь в багажнике. — В Чикаго полно таких мест, лишенных спонсирования гребанной кучкой олдерменов. Мне здесь нравится больше, чем в Лос-Анжелесе. Там кроме Скид-Роуд нигде не разгульнешься.

На моих губах появилась легкая улыбка. И я находила этот город удивительным.

Я сделала пару шагов от машины и снова осмотрелась. То тут, то там, у развалин стояли чьи-то авто и байки. Языки костра мерцали на сохранившихся кирпичных стенах внутри здания. Из разбитых окон гремела музыка, и слышались женские визги, вперемешку с мужским смехом.

Мои глаза озорно расширились.

Я обернулась к Дагу, только что захлопнувшему крышку багажника. В его руках поблескивала металлическая фляжка.

— Где Николас?

— Там, — дернул он подбородком в сторону депо. — Пойди, найди.

И он рассмеялся, явно издеваясь надо мной.

Засранец.

Я отвернулась.

— Серьезно, Ник где-то там, — ответил Даг, отхлебнув пойла из своей фляжки. Его голос сел. — Я не сунусь туда, пока ты его не успокоишь. Зверь не любит сюрпризы, а ты и есть, — он игриво присвистнул, — его маленький сюрприз.

Я фыркнула, ловким движением выхватила у него фляжку, уже поднесенную ко рту, и сделала пару глотков жутко отвратительной... водки. Божечки! У меня даже в носу защипало! Фу!

Над моей головой раздалось хихиканье.

— Мог бы предупредить, — попыталась я перебороть приступ кашля.

— Решил проверить: тонка ли у тебя кишка, — отобрал у меня фляжку Даг и снова кивнул на широкие ворота депо. — Вперед, шантажистка.

У меня не тонка кишка! Все еще ощущая горечь спирта во рту, я выпрямилась, кокетливо поправила очки на переносице и, вскинув над головой средний палец, прямиком зашагала в сторону гаража.

Под моими ботинками хрустело стекло, трещал чертополох, высохший на солнце. Приближаясь, я разглядела черные граффити на стенах и сохранившийся налет краски поверх рыхлой штукатурки. По всей видимости, эта пожарная часть перестала функционировать лет пятьдесят назад. С тех пор Чикаго расстроился, но в другую сторону, и об этом месте все забыли.

На радость молодежи, конечно.

По всему периметру аварийного здания был расставлены черные колонки сабвуферов. Перекрещенные стропилы у меня над головой мерцали в лунном свете; на серых, плесневелых стенах плясали отблески костров, хаотично разожженных на полу. То тут, то там были расставлены садовые столики, за которыми сидели парни с выпивкой. На их коленях смеялись девушки.

Мне нравилось здесь! Алкоголь, вечеринка, драйв и веселье! Николас говнюк, если не собирался познакомить меня с этим депо!

Прогуливаясь в его поисках, я успела стащить у кого-то банку пива и познакомиться с двумя девчонками, забредшими сюда из Скоки. Гараж был просто... огромен! Наверное, раньше в него вмещалось три-четыре пожарных машины – и сейчас все это место было заполнено людьми!

Спустя минут десять начало казаться, что Даг подшутил надо мной. Ника здесь не было? Он специально увез меня подальше от города, и теперь они с дружками по пути в «Цианид» посмеивались над доверчивостью глупой дурочки?

Вглядываясь в лица более-менее похожих на Дивера парней, я добрела в самый конец депо. Позади меня под мотивы «Fortunate son» группы Creedence Clearwater Revival забавлялась пьяная толпа.

Я допила свое пиво, бросила банку в одну из шин, используемых в качестве урны, и обвела склад задумчивым взглядом. Неожиданно мое внимание привлек темный силуэт.

В самом отдаленном углу над огромной бочкой вздымались красные искры пламени. Перед ней, обласканный тенями, в обшарпанном кожаном кресле сидел парень. На полу, у его ног, согнутых под прямым углом, располагалось пять бутылок из-под пива. Вероятно пустых.

Неподвижно застывший среди всего этого хаоса, он напоминал призрака. Монументальное изваяние.

Мое сердце пустилось вскачь. Когда напряженные плечи опустились, я, наконец, смогла вздохнуть полной грудь. До этого момента я и не задумывалась насколько... боялась. Боялась увидеть Ника в компании какой-то девицы.

Ступая практически бесшумно, я подкралась к Диверу со спины и обошла его по кругу. На нем снова из одежды была только косуха и протертые серые джинсы. Огонь бликовал на его обнаженной груди; черные ресницы, скрывающие под собой невероятно красивые зеленые глаза, трепетали.

Со стороны, казалось, будто он спал. Только минотавр буйно колотился в такт его неспокойному дыханию.

Притаившись, совсем как в детстве перед отцовским сейфом, я наблюдала за ним. Мне еще не доводилось видеть Ника спящим. На корабле он поднялся раньше, лишив меня возможности разбудить его крепким поцелуем... А сейчас вот он. Прямо передо мной. Спокойный. Безмятежный.

Приблизившись, я тихонько оседлала колени Ника и обняла двумя ладонями его лицо. Парень не шелохнулся. Только его пухлые, немного обветренные губы приподнялись в улыбке. Я наклонилась и нежно чмокнула его в лоб, еще на несколько секунд оттягивая наш скандал.

— Значит, ты позволишь сделать это любой девушке? — прошептала я, наслаждаясь его теплом.

Позади нас в бочке трещали бревна. И этот сладкий звук отдалял шум вечеринки.

— Я учуял тебя с того самого момента как ты подкралась ко мне, Фея, — проворковал Ник, не открывая глаз. — Ты пахнешь мной. Та пахнешь нашим последним сексом и всем тем, что я еще планирую сделать с тобой.

Господи.

Его бедра между моих ног внезапно стали такими осязаемыми. Во рту пересохло. Сглотнув, я теснее прижалась к его мускулистой груди и свесила ладони с плеч. Николас раскинулся в кресле и, скользнув пальцами по моим капроновым колготкам, пробрался под юбку.

В животе вспорхнули бабочки.

Я коснулась губами венки, бьющейся на его виске, и начала спускаться нежными поцелуями к скулам. Неожиданно в носу засвербело от резкого аромата дыма, смешанного с чем-то горючим, но я не придала этому должного значения. Здесь была куча костров. Уверена, и я так пахла.

Только сейчас мой вечер перестал быть паршивым.

— Как ты здесь оказалась? — сонно произнес Ник.

— Почему ты не взял меня сюда? — вкинула я бровь.

Его прикосновения на моей попе стали требовательнее, жарче... Я чаще задышала, ерзая на твердеющем паху Нику.

— Я скучал по тебе, Фея.

Врун.

Но мне нравилась эта его сладкая ложь.

— И поэтому от тебя не было ни звонка, ни эсемес...

— Слишком просто, — слабо покачал Ник головой. — Вся эта чушь не обо мне. Я – тень в твоей жизни, появляющаяся лишь тогда, когда тучи сгущаются.

Например, как вчера в теплице, куда я сбежала в поисках ответов. Или сейчас, когда пришла задать свои вопросы. Мне нравилось это сравнение, как и всякое, что он говорил. Николас определенно умел морочить голову своими красивыми фразами.

— Не боишься, что однажды мне захочется света? — подразнила я.

Дивер хмыкнул.

— У тьмы слишком много преимуществ, Фея, — конечно же, у него на все найдется ответ. Я ощутила, как его пальцы на мои бедрах начали выписывать круги. — Она и есть то самое убежище для таких как мы.

Я игриво опустила ладонь на его грудь и, обводя узоры татуировок, заскользила вниз по гладкой, пылающей коже его живота. Потом завела их ему за спину и нащупала за поясом кожаного ремня длинную холодную сталь.

Мои внутренности совершили сальто.

— Таких как мы?

— Именно, — улыбнулся он, явно не собираясь мне что-то объяснять.

Ладно, Николас Дивер.

Пока ничего неподозревающий Ник нежился в моих объятьях, я резко вытащила клинок и прижала лезвие к его горлу. В том самом месте, где совсем недавно похожим оставила кровоточащий след. Николас резко распахнул глаза.

Я наклонилась к его уху и без тени прежней нежности произнесла:

— Ты расскажешь мне правду, Николас Дивер... — сжимая потными ладонями рукоять ножа, я подалась к его губам. — Иначе наш поцелуй станет последним, что ты ощутишь перед смертью.

И его рот с жадным рычанием прижался к моему.