Глава 25

Вэлери Барбара Миллер 

— Мне нравится, — протянула Мери. — По крайней мере теперь я понимаю, что вы тут строили три года, — она невзначай стрельнула озорными глазками в сторону Тиффани и добавила: — А то ваше «съезжу, проверю дом» начинало звучать как «нам нужен предлог, чтобы смотать от вас и заняться страстным сексом».

Прыснув от смеха, я опустила тарелку с клубникой в раковину и, обернувшись через плечо, глянула на тетю.

Совсем недавно она отстригла свои длинные черные волосы под каре и, со словами: «после пятидесяти жизнь только начинается», перекрасилась в темно-рыжий. Посмотрев на ее челку-шторку, заканчивающуюся над пронзительно-синими глазами, я мысленно поставила себе галочку.

Когда мне будет пятьдесят, проследую ее примеру.

В короткой джинсовой юбке Мери расхаживала по кухне и с любопытством изучала окружающий нас интерьер. Я скользнула взглядом вслед за ней, поистине восхищаясь дизайнерским талантом Франклина.

Темно-серую деревянную кухню разбавляли белые мраморные столешницы. На таком же полу в милых розовых горшках цвели декоративные лавры и камелии. На стенах располагались стеллажи во всякой всячиной и минималистичные картины. Прямо с потолочных стропил на кованных цепях свисали лампы-спот и, несмотря на свою, казалось бы, простоту, они, напротив, дополняли образ.

Коттедж снаружи и внутри был выполнен в стиле рустик. В два этажа, с огромной мансардой и таким же просторным задним двориком, где нашлось места и для детской площадки, и для бассейна... Весь их дом, построенный в отдаленном уголке коммуны рядом с рощей хвойных деревьев, был невероятным.

Много естественного света, много пространства, много... розового.

Я улыбнулась, наткнувшись на полупрозрачную штору нежно-пудового цвета. Она закрывала стеклянные панели во всю северную стену, выходящие на бэкьярд. Как сказала Тиф, они выполняли функции дверей – при необходимости, летом, например, их можно было распахнуть и наслаждаться ароматом маслянистых хвой.

Сейчас на заднем дворе столпились наши мужчины, подготавливая три огромных барбекю к жарке мяса. А Майкл и Крис в гостиной развлекали детишек Беверли и Энни – они были лучшими друзьями Лаарсонов.

— Боже, Марлен, — рассмеялась Евламия, покачивая головой с явным неодобрением.

Она прошла мимо меня, овеяв ароматом персиковых духов, и потянулась к верхним тумбочкам за специями. Вместе с тетей Тесс они занимались перчиками чили для праздничного стола.

Я тем временем открыла воду и промыла под теплым напором ягоды, собранные в теплице этим утром.

— Ничего, мама, — хохотала Тиф, сидя на барном стуле. — И, нет, для страстного секса у нас был загородный дом в лесу. Ну, знаете... — кузина закусила нижнюю губу. — Ни одной живой души на десятки миль, интимная тишина, огромная постель под звездным небом...

— Кажется, теперь я знаю, где был зачат малыш Семми, — снова отпустила комментарий Марлен.

В этот момент двери, ведущие на бэкьярд, распахнулись.

Мои обнаженные плечи обдул теплый ветерок; и запах свежести на миг перебил ароматы еды, поднимающиеся от закусок на «островке». Покончив с ягодами, я подхватила вафельное полотенце и направилась обратно к столу, краем глаза замечая вошедшую Дану.

Видимо она успела расслышать последние слова своей будущей свекрови, потому что лучезарная улыбка на ее лице сменилась застенчивой краской. Девушка распахнула рот, держа на весу решетку для барбекю и несколько шампуров.

Ее белоснежные шорты то тут, то там украшали капли воды. Даниэлла смотрела на нас из-под козырька теннисной бейсболки. Не знаю, где они с Майклом пропадали до этого, но они оба выглядели как звезды КогХилл.

— Ты вовремя, дорогая, — воодушевилась Марлен. — Мы тут как-раз обсуждаем, где Тиффани с Франклином зачали внука Евы. И у меня возник вопрос, — она прищурила густо накрашенные ресницы. — Где вы с Майклом планируете заделать моих?

О, Господи.

Даниэлла переглянулась с Лили – на них, бедняжках, места белого не было – и прочистила горло:

— Мы только обручились... Я еще даже не определилась с платьем... Во-о-о-от, — девушка шумно выдохнула. — Думаю, пока не стоит торопиться...

— Майклу уже за тридцать, — махнула рукой Марлен, утаскивая с тарелки нарезанные Лилианной помидоры для моего любимого греческого салата. — Конечно, ему нужно поторопиться, пока его ребята еще не забыли, что это такое.

Ребята? Что еще за...

И тут я поперхнулась, догадавшись.

Теперь, не выдержав, захохотала и моя мама. На протяжении последнего часа, она понемногу дегустировал ирландское вино, которое в качестве подарка Тиффани и Франклину прислали О'Кеннеты из Дублина. Всего бутылок было...

Я окинула взглядом три ящика на полу.

Много.

Весь алкоголь в клубе отца был произведен на их заводах. В какой-то степени, он и KIСorporation были партнерами. Наверное, мама хотела заказать для «Shame» что-то новое, только выглядела она при этом... не так, как всегда.

Не подавая вида, я подкралась к ней из-за спины, чмокнула в щеку и специально щекотно потерлась о нее носом. Мама завела руку мне за голову и потрепала волосы на затылке. Со стороны сложно было сказать, что у нее плохое настроение. В глазах мерцала улыбка, губы, подкрашенные шиммерным блеском, сверкали.

Но я помнила вчерашнюю грусть в ее взгляде, обращенном на отца, когда мы оба вернулись домой.

Он забрал меня вчера из теплицы. Хвала Небесам, что в этот раз я додумалась поднять свой телефон, и папа избежал участи застать нас с Ником целующими прямо в грязи... Синяки, оставшиеся на моем теле после нашего дикого секса, запульсировали с новой силой. И я трепетно опустила ресницы.

Кто бы мог подумать, что паршивый день субботы закончиться так хорошо, да?

Не знаю, что Николас там делал. И в какой-то степени не хочу знать. Мне нравится весь его таинственный и мрачный образ.

Парень, появляющийся из ниоткуда, чтобы утолить мою скуку...

Отодвинувшись от мамы, я вернулась обратно к «островку» и втиснула тарелку с мытой клубникой среди остальных блюд. Напротив меня Лилианна перебирала листья салата, изредка поглядывая на свой не замолкающий телефон. Хихикая, я привстала на носочки, глянула на дисплей и шепотом, так, чтобы услышали только мы с ней, прочла:

— Через десять минут в туалете, мелкая, — ниже Крис прислал еще одно сообщение. — Иначе без твоего поцелуя я не смогу вынести весь этот балаган.

И-у-у-у-у.

Если бы Ник написал мне такое, я бы сразу отправила его к психотерапевту.

— Эй! — Лилианна шутливо бросила в меня крошечной черри.

— Фе, это так ванильно, что меня сейчас стошнит, — пробурила я, запихивая в рот помидорину.

— Ты просто завидуешь, — отмахнулась подруга.

Она была такой... до одури счастливой, что мне, и вправду, стало немного завидно. Но по-хорошему. Я искренне радовалась за них с Крисом, как и за Марси с Алом и Майкла с Даной.

Отклонившись на пятках назад, я оперлась ладонями в мраморный «островок» и заговорщитски уставилась на Лили. Цвет ее сарафана сливался со шторами в кухне и моим топом.

В конце мая стояла теплая погода, поэтому уже сейчас мы все могли позволить себе летние вещи.

— Итак, твой девичник, — на заднем плане все еще продолжали болтать наши мамочки. — У меня есть пару идей. И первая – это пати-бас.

— Пати-бас? — переспросила Лилианна. — Это автобус для вечеринок что ли?

Она отложила листья салата на разделочную доску и озадаченно посмотрела на меня. Металлическая лампа, на толстой цепи свисающая с балки над нашими головами, мягким светом озаряла кухонную столешницу.

Я воодушевленно кивнула и, не удержавшись, стащила у Лили еще один сладкий черри.

— Именно! Только представь, — бубнила я с набитым ртом. — Мы арендуем его на всю ночь и катаемся по Чикаго, останавливаясь, где хотим! То есть мы не в одном месте, а сразу везде!

— Звучит, неплохо, — согласилась Лили.

Звучит великолепно! Но это еще не все... Я достала из заднего кармана юбки мобильный и открыла нашу с Марси переписку. На днях мы обсуждали, что можно утроить, и она кое-что предложила.

— Вот, — я развернула айфон экраном к Лили.

Девчонка вытянулась, всматриваясь в дисплей. В ее карих глазах отразились блики красно-желтого флаера из Метрополитен.

— Это... — она подняла на меня ошарашенное лицо. — Вы с Марселлой с ума сошли? «Горячие перчики»?!

Я кивнула, прекрасно зная, какие резиновые перчики изображены на фотографии. Не знаю, как Марселла узнала об этом частном мероприятии, но мне понравилась ее идея. По крайней мере это было весело!

— Что ты имеешь против «Горячих перчиков»? — подразнила я.

— Кристофер меня ни за что в жизни не отпустит смотреть мужской стриптиз, — выдохнула Лили. Она смущенно отвела взгляд от моего телефона и вновь склонилась над латуком. — Да и я туда не пойду. Вэл, — подруга захныкала. — Мы не можем провести вечер спокойно?

Отстой...

Я поджала губу, убрала телефон и сложила руки на груди, всем своим видом давая ей понять, что думаю по этому поводу. Ну серьезно. Если она собиралась один раз в жизни выйти за муж, то и девичник должна была отгулять как... Как ее мама! Их рассказы о той ночи были моими любимыми в детстве, и она не лишит меня возможности приберечь что-то такое же для своих детей!

Когда я уже собралась ответить, сумасшедшим ураганчиком в кухню влетела стайка ребятни. Диана, Трей и Сэм наперевес с водяными пистолетами гнались друг за другом, чуть ли не сбивая нас с ног. Даниэлла поймала маленького Трея и защекотала. Диана спряталась под столом, за которым в компании вина и Мери сидела моя мама.

А Сэм подбежал ко мне и наставил на нас с Лили дуло игрушечного пистолета.

— Всем не двигаться! — смеясь, закричал запыхавшийся трехлетка.

— Ой, — наигранно испугались мы с Блейк, вскидывая руки к верху. — Только не стреляй, Семми!

— Боже, это все мой папа и его рассказы про армию, — посмотрела в нашу сторону Тиффани. Ее и без того ласковый взгляд стал еще теплее. — Сэм обожает гостить у дедушки настолько, что вчера не хотел возвращаться домой, пока тот не закончит историю до конца.

Мальчишка прищурился, улыбаясь во все свои десять молочных зубов. Сэмми пусть и был копией своего отца – молчаливый, немного отстраненный в многолюдной компании – но с близкими он любил дурачиться. В глазах этого малыша сверкал тот же огонь, что и у его мамочки.

Тетя Тесса налила для Дианы сок. А Ева поставила перчики в холодильник, чтобы к тому времени как мы сядем за стол, они как следует остыли. Готовка на кухне шла полным холодом; из приоткрытых дверей в бейсмент слышался громкий мужской смех.

— У меня сделка, — подмигнула я ему и осторожно потянулась за тарелкой с клубникой. Сэм настороженно положил крохотный пальчик на курок. — Я тебе это, а ты бежишь на задний двор и хорошенько обливаешь водой дядю Бакстера и остальных.

— Дедушку? — переспросил он.

— Ага, — я присела на корточки и протянула малышу целую охапку ягод. — И дедушку, и папу своего, и всех дядь.

Ребенок наклонил голову вбок, обдумывая мое предложение. Между делом к нам подлетел Трей. Я угостила и его, на что мальчик пролепетал «спасибо» на корейском и убежал обратно в лобби.

— Ладно, — кивнул Сэм. — Я устлою им бум!

Затем он просто выхватил у меня тарелку, забросил несколько ягод в рот, передал остальное своей маме и с громким воплем понесся на задний двор. Вслед за ним умчалась и Диана.

Так и знала, что сработает.

Малышу Семми нравилась моя клубника настолько, что покупную он отказывался есть. Да и Франклин не переживал из-за «канцерогенов» в ней. Я удивлена, как с его дотошностью он до сих пор не соорудил домашнюю лабораторию, чтобы проверять еду своей жены и ребенка на холестерин, глютен и все-все-все остальное.

— Это девичник, Лили, а не собрание тех, кому за шестьдесят! — возмутилась я, возвращаясь к нашему разговору. — Кто отмечает девичник «спокойно»?

В этот момент со стороны гостиной послышались шаги – точнее цокот двух пар каблуков – и к нашим голосам добавился еще один озорной:

— Кто-то сказал «девичник»? Я могу рассказать вам формулу идеального девичника!

Произнесла тетя Тереза, феерично появляясь на пороге кухни в своем ярко-красном комбинезоне. По правое плечо от нее стояла Марси. Такая же высокая, светловосая и фигуристая она с улыбкой глядела на нас с Лилианной и строила глазки Тиффани. Ее шелковое коротенькое платьице едва доходило до середины бедра.

— Итак, записывайте, детки, — поучительно сказала Терри, по очереди указывая наманикюренным пальцем на своих подруг. — В компании с вами должна быть одна беременная жена офицера, — Евламия прыснула от смеха, поправляя свои рыжие локоны. — Невеста супер-пупер крутого сенатора...

Тетя Тесса подняла руку с обручальным кольцом и пошевелила пальчиками.

— И одна любовница распиаренного на весь Чикаго адвоката, который вытащит вашу задницу из тюрьмы, — затем миссис О'Кеннет сексуально промазала свои накрашенные губы друг о друга. — То есть я. И вуаля! Вам светит крутая ночь в полицейском участке, а потом не менее крутое продолжение в машине.

Заметив на полу коробки с эмблемой KIСorporation, Тереза достала одну из бутылок с игристым и отсалютовала.

— Предлагаю выпить за тот вечер, когда у Евы случился первый в жизни злой секс! А наш строгий английский сенатор продемонстрировал классный хук справа!

Евламия открыла посудомойку и начала выуживать из нее фужеры, по одному передавая их Тессе. Та ставила их на столешницу, и уже подоспевшая с бутылкой Марлен наливала каждой ирландского вина. Дана мыла принесенную решетку для барбекю. Тиффани без аппетита ковырялась в клубнике Сэмми.

А моя мама куда-то подевалась.

Закончив с салатом, Лилианна вытерла руки о полотенце и потянулась за телефоном, чтобы ответить своему ненаглядному. Вообще я была обижена на Криса. Он уезжал на этой недели куда-то даже не сказав мне, хотя у нас существовала своя братская традиция. Я провожала его и все такое...

— Вот вам формула моего девичника, — подтолкнула Марселла бедрами Лилианну. Я моргнула, обращая на нее внимание. — Вечер без стриптиза – отстой.

— И я о том же! — оживилась я. — Мы должны оставить след в истории, как и ваши мамы!

Лили не слишком воодушевленно кивнула и, сунув телефон в карман, повернула голову в сторону арочного проема. Незаметно для нее, Марси стащила с тарелки пару маленьких черри и, переглянувшись со мной, быстро забросила их в рот. Я закусила губу, сдерживая смешок, неожиданно остро осознавая, насколько соскучилась по ней за эту неделю.

Раньше мы с ней обе доставали Лилианну и Шер. А теперь...

— Мне нужно отойти, — шепнула нам Блейк.

— Ты куда? — оглянулась Марселла, накалывая на шпажку кусочек сыра бри.

Скорее всего, она была голодна после перелета, а тут все так вкусно пахло.

— К моему братцу, — фыркнула я. — У них любовь-морковь и все дела, — я недовольно сложила руки на груди и обратилась к Лили: — Куда он хоть ездил на этой недели?

Лилианна нахмурилась, поймав мой слегка гневный взгляд.

— Ты о чем? — она сощурила карие глаза. — Он был в Чикаго, Вэлери.

В смысле был в Чикаго? Я озадаченно уставилась в пространство между нами.

Николас же говорил, что у Мейсона игра. Если он был нападающим «Змеев», значит, на поле должен был выходить и Крис. Ему не предназначались запасные. Он квотербек. Он – центровой.

Каким образом Мейсон куда-то уезжал, если Кристофер был в Чикаго?

— Я пасс, — вскинула руки Тиффани, отказываясь от протянутого ей бокала с вином.

Все еще смятенная, я посмотрела на нее поверх плеча Лили. Миссис Лаарсон сидела на барном стуле у островка. Как и многие здесь, она был одета в летную комбинацию из топа и шортов, а черные волосы собрала в высокий хвост. Шею и лоб девушки покрывала блестящая испарина.

В доме жарко не было – по крайней мере мне. Может, она плохо себя чувствовала?

Марси с набитым ртом забрала у своей матери бокалы с вином для нас и по очереди всучила порцию игристого. Дана тоже подтянулась в центр кухни, останавливаясь рядом со своей будущей свекровью.

— Эй, пьют все, — возмутилась Тереза.

— Я не буду пить, — упрямо повторила Тиффани и, переложив на столешница миску с клубникой, накрыла свой плоский животик двумя руками. — Я не буду пить, потому что это явно не понравится подрастающему карапузу.

Она беременна!

— Боже! — вскрикнула Евламия со слезами на глазах. — Я снова стану бабушкой!

— Тиффани! — ахнули все собравшиеся в кухне.

Кузина немного смущенно пожала плечами и с опаской оглянулась на задний дворик.

Франклин в компании мистера Сэндлера-старшего засыпал угли в барбекю, пока остальные занимались своими делами.

— Только тс-с-с-с, — шепнула Тиф. — Это пока секрет. Я не говорила Франку. Хочу сделать для него сюрприз на следующей недели, когда будет готов первый скрининг!

— Моя маленькая, — бросилась к ней с объятьями тетя Ева.

Глядя на это со стороны Марлен, снова обернулась к Дане и отсалютовала:

— За то, чтобы я скоро стала бабушкой!

Вместе с ней я залпом опрокинула бокал игристого, слегка поморщилась. Острые пузырьки прокатились по горлу и, стоило им нырнуть в желудок, по коже пронеслась приятная волна теплой дрожи. Я со звоном опустила фужер на столешницу, все еще не до конца понимая.

Зачем Николасу врать о том, где был Мейсон на этой неделе?

Или сам Мейсон лгал ему?

***

В кухне до сих пор царил настоящий балаган!

За прошедшие минут сорок тетя Мери и Тереза откупорили уже третью бутылку вина, Лилианна с Крисом так и не появились, а приехавшие Хэллы сразу же начали с подарков. Эрика заставила Марси распаковать чемодан и показать ей «новые гламурные штучки из Нью-Йорка» – в свои пятнадцать эта девочка уже была настоящей дивой – а Дэн, перекинувшись парой слов, свалил куда-то с друзьями.

Не думаю, что Тиффани и Франк были против. Он-то точно нет. В этом доме и так уже собралось достаточно народа для проведения собственной «Грэмми»!

Дождавшись подходящего момента, я незаметно для всех проскользнула на террасу. Гул женских разговоров уступил место мужским; со стороны соседского участка раздавался вой газонокосилки... Я сделала глубокий вздох и, ощутив аромат барбекю и хвойной свежести, отвела взгляд вдаль.

Лучи ярко-оранжевого закатного солнца слепили, поэтому мне пришлось использовать свою ладонь в качестве козырька.

За высоким бревенчатым забором дома Ларсонов располагалась небольшая можжевеловая роща. Даже отсюда я видела птиц, порхающих с ветки на ветку, и слышала тихую соловьиную трель. Конечно, это не привычный для Франклина лес, но и не Великолепная Миля. Здесь его никто не попросит надеть офисный костюм – на своей территории и фланелевая рубашка сойдет.

Им с Тиффани повезло найти это место.

Я сбросила розовые сланцы и, зарываясь босыми ногами в шелковистый газон, отправилась на поиски Рика. По-июньски теплый ветер трепал мои распущенные волосы. Когда я прошла мимо клумбы с молодыми кустами роз взвесь капель из разбрызгивателя упала на мои ноги и юбку.

Так вот почему шорты Даны были мокрыми.

Пискнув, я отскочила подальше и, услышав громкий смех Адриана, показала ему язык. Этот засранец отсалютовал мне бутылкой пива и вернулся к разговору со своим братом и отцом.

— Я хочу купить тот дом, — сказал Майкл, указывая на экран мобильного, лежащего перед ним на садовом столике. — Его еще не выставили на торги, но я уже поговорил с хозяевами и предложил им кругленькую сумму. Дане должно понравиться.

— Если ты подключишь Беверли, до свадьбы вы вполне закончите там ремонт, — задумчиво кивнул мистер Льюис.

Даже сейчас в кругу семьи его рубашка была застегнута на все семь пуговиц, строго под горлом. Сыновья же, сидящее по бокам от него, выбрали более неофициальный наряд. Ад – простетские джинсы и майку, а Майкл приехал в белой футболке-поло и таких же, как и Даниэлла, спортивных шортах.

— Нет, — покачал головой Майкл и с улыбкой откинулся на спинку стула. — Я хочу, чтобы каждую мелочь, будь то цвет стен или полочки в ванной, выбрала она сама. Это наше с ней семейное гнездышко. Я не стану решать за нас двоих.

Черт, это так мило.

Я обогнула их столик, минуя лаундж-зону, и осмотрелась.

Весь задний дворик, не считая зоны бассейна и барбекю, был устелен роскошным, сочно-зеленым газоном. То тут, то там среди цветов и растений виднелись шляпки садовых гномов; у шезлонга стоял электрический джип Сэмми, по водной глади бассейна плавали его игрушки.

У барбекю Франклин с Беверли в два голоса спорили о лучшей прожарке мяса. Мистер Лаарсон-старший, не обращая на них внимания, выкладывал на сетку овощи. Дядя Бакстер сидел на корточках перед внуком и учил его правильно держать оружие. Бенджамин, как всегда, отвлекался на звонящий телефон, а Аластр с Дезмондом смеялись над чем-то.

Наконец, я отыскала глазами Алларика. Дядя в хлопковой голубой рубашке лежал на одном из шезлонгов и смотрел на малыша Трейя, бросающего в бассейн шарики для пинг-понга.

Мышцы на моих ногах загорелись от нетерпения, и я быстрым шагом бросилась к нему.

— Привет, — окликнула я. — Наслаждаешься минутами тишины без тети Ви?

Алларик посмотрел в мою сторону, и его лазурные глаза наполнились теплыми искрами. Полоска солнечного света пересекала его губы, приподнятые в улыбке. Приблизившись, я чмокнула дядю в колючую щеку и присела на расположенный рядом деревянный шезлонг.

— Если я отвечу «да», ты не выдашь меня ей? — прищурился он.

— Зависит от того, что ты предложишь мне взамен за молчание, — пошутила я.

Рик рассмеялся.

Он закинул руку за голову и вновь перевел взгляд на малыша Трейя, опасно играющего у воды. Вообще ему ничего не угрожало – и Хэлл, и Бакстер и сам Беверли поглядывали на малыша. Тем более всю поверхность бассейна укрывала растянутая тряпичная сетка, как раз для таких случаев.

— Черт, когда-то и двойняшки были такими, — произнес он с затаенной грустью. — Время летит так быстро. Кажется, только вчера Тесса родила Лилианну, а она уже... невеста. Скоро и моя Рика влюбиться в кого-то. А сын станет достаточно взрослым, чтобы не слушать мое «нет».

Он поморщился, как будто проглотил тухлую устрицу. Я прыснула от смеха при виде этой гримасы. Пусть они с дядей Эйроном и были близнецами, но их характер и образ жизни значительно различались. В прошлую нашу поезду в Л.А. Рон сделал себе новое тату и пообещал на сорокалетие – то есть через два года – прыгнуть с парашютом. А Рик покупал ценные бумаги и открывал своим детям трастовые счета на всякий случай. Один из них жил моментом, а другой заботился о будущем.

И, честно, в этом плане мне больше нравилась позиция Эйрона. Зачем жить постоянно размышляя, что будет завтра, если можно круто провести наше сейчас? Имели значения, только следующие пять минут.

— Рик, — неожиданно серьезным голосом протянула я. — Сохранишь мой секрет в обмен на твой?

Дядя выпрямился и посмотрел на меня пристальным взглядом.

— Ты же знаешь, Вэлери. Я сделаю все, что ты попросишь, — он сел на лежанке и поймал мою ладонь. — И, обещаю, это останется только, между нами.

Я с тяжелым вздохом кивнула. Удерживая в поле зрения его родительски добрые синие глаза, я выудила из кармана небольшую химическую колбу с пробкой и протянула ему.

Папе я не хотела говорить, потому что он начнет рубить с плеча. А дядя Рик, пока ничего не решится, не примет поспешных выводов. Мне нужны были факты. Я устала терзаться догадками.

— Это удобрение, — указала я на белый порошок. — Костная мука, вообще-то. Но я хочу, чтобы ты выяснил так ли это? Нет ли там других примесей?

Алларик нахмурился, забрав ее у меня без лишних вопросов.

— Думаешь...

— Да, — перебила я дядю. — Больше у меня нет предположений. Что бы это ни было, но оно травит мои цветы.

Он покрутил мензурку в руках, а потом, поспешно оглянувшись, спрятал ее в своих черных брюках.

— Я понял тебя, Вэл, — кивнул мужчина, поглаживая большим пальцем неспокойную венку на моем запястье. — Обещаю, ко вторнику мы со всем разберемся.

Я благодарно улыбнулась, снова поцеловала его, теперь уже в обе щеки, и поднялась на ноги. В этот момент дяде позвонили из Департамента, и я оставила его одного, чтобы не отвлекать от дел. Развернувшись, я побрела обратно к дому.

И почему я чувствовала себя Алисой, пытающейся угнаться за Кроликом?

То есть...

Чем дальше, тем больше вопросов. И вот мы уже погрузились в эту чертову нору, а ее темнота так и не предвещает ни одного ответа. Возможно, я сгущала краски, но это неприятное чувство, как будто все обводили меня вокруг пальца, не давало покоя.

Еще эти слова Николаса о Мейсоне.

За время пребывания на корабле у меня сложилось впечатление, что кузены были далеки друг от друга – да и сам Ник это не отрицал. Вполне возможно, что Оуэнс солгал брату, чтобы не приезжать на вечеринку. Или Дивер понял все иначе. Это могло быть обычным совпадением, но... будь на моем месте Лили, она бы сказала, что просто так ничего не случается.

Золотые браслеты на моих лодыжках позвякивали.

Я вернулась обратно на стежку и краем глаза заметила Адриана. На этот раз он сидел за столом один – Майкл и дядя Луи отошли к барбекю – и перебирал в пальцах крышку от Будвайзера. Перед ним на столе все еще лежал телефон старшего брата, на который он изредка поглядывал. Не знаю, на что он смотрел, но это явно расстраивало парня.

Между его светлыми бровями пролегали две хмурые складки.

Я выдохнула; мое сердце тревожно повисло в груди. Такое ощущение появлялось всегда при взгляде на Ада вот уже последние два года с момента произошедшего. Как будто ты смотришь на тучу, немо ожидая, когда же она извергнет дождь. Мы все до сих пор жили в постоянном страхе за его жизнь.

Даже несмотря на то, что опасность уже миновала.

— А кто это тут рассматривает интимные фотографии невесты собственного брата? — пошутила я, подкрадываясь к Аду из-за спины. В горло вонзались иглы, и я порадовалась, что смогла контролировать собственный голос. — Теперь Рай для тебя заказан, святоша.

— Боже, Вэл, — с укоризной покачал он головой.

Тихонько рассмеявшись, я остановилась позади его коляски, потянулась к нему и крепко обняла. Мои губы ласково коснулись его виска, на что брат фыркнул, но не отмахнулся.

— Это дом, который Майкл хочет купить для них с Даной, — пояснил он после некоторого молчания.

Я проследила за его взглядом.

На айфоне Майкла действительно было открыто фото двухэтажного роскошного особняка из белого камня с двумя дымоходами. Я сразу же узнала его. Это коттедж напротив дома их родителей. Круто, если он сможет договориться о его покупке.

— Я рад, что он нашел свое счастье рядом с Даной, — рвано произнес Адриан. — Он заслуживает этого, пусть Майкл и считает, что из нас двоих я достойней его. Но это далеко не так. Если сложить все наши мудатские поступки, то у меня наберется побольше него.

Не знаю о чем он говорил, однако... Я прикрыла мокрые глаза и прижалась своей щекой к его. Адриан дышал спокойно, с легкой апатией, и только Богу было известно, что творилось у него внутри.

До той ночи она улыбалась.

До всего произошедшего она позволяла себе мечтать, а потом он отнял это у нее.

Адриан отнял у нее надежду, потому что за двенадцать часов до этого, кто-то отнял у него жизнь.

— В следующие выходные Шеррил приезжает в Чикаго, — мышцы на его груди под моими руками напряглись. — Это твой шанс, Адриан.

— Шанс? — жестоким голосом переспросил он. Брат отстранился – буквально вырвался из моих объятий – и указал на свое инвалидное кресло. — Шанс подкатить к ней, да?

— Ад... — прошептала я.

Зачем он так?

Если бы дело было в его инвалидности, Шеррил не сидела бы у его палаты всю ночь, нескончаемо плача и спрашивая докторов о его самочувствии. Если бы нам всем было важно это гребанное кресло, а не он, стали бы мы поддерживать его?

— Ты чертов эгоист, — мои глаза застилали слезы. — Каждый из нас был готов умереть в ту ночь за тебя!

— Отвали от меня, Вэлери, — грубо отмахнулся брат.

Отвали от меня, Вэлери?

Я сделала шаг назад, пронзая злобным взглядом его светлый затылок.

— Надеюсь, Винсент не окажется таким козлом как ты, — бросила я. —Жаль, что ты вот так просто позволил тем ублюдкам растоптать твое будущее.

Адриан резко обернулся, тяжело дыша.

— Не говори того, о чем и понятия не имеешь, Вэлери, — мое сердце оборвалось, от того, с каким холодом он это произнес.

Больше не глядя на меня, он на коляске отъехал от стола и попятился в уединенный уголок к бассейну. Я закусила нижнюю губу, чтобы хоть как-то унять дрожь в ней.

Он прав, никто из нас не знал правды, но я видела, что происходило сейчас. Адриан напрасно пытался исправить свое прошлое. Будущее – вот, что было подвластно изменениям. И для того, чтобы увидеть его, Аду просто нужно перестать оглядывать назад.

Вскоре приехал Деймон, и мы, наконец, собрались за столом. В качестве подарка на новоселье он привез Тиффани роскошный букет розовых хризантем, идеально уместившихся в мою вазу. Она была изготовлена из хрусталя в виде танцующей балерины, застывшей руками в верх. Увидев ее, я сразу подумала о кузине.

Они даже были чем-то похожи.

Заняв место рядом с матерью, я расправила салфетку на коленях и оглядела огромный стол, едва уместивший за собой всех гостей. На пудровой скатерти были расставлены тарели с блюдами, серебряная посуда блестела в изобилии иллюминации. В наших бокалах лопались пузырьки только что налитого игристого.

Бакстер и мой отец спорили, кому же в этом доме должен принадлежать первый тост. Сэмюель ерзал на руках у Кристофера, а Адриан даже не смотрел на меня после нашей перепалки. Я тоже не была настроена на разговор с ним. Было сложно метаться между двух огней – им и Шеррил, когда сердце пылало любовью к обоим.

Подперев щеку рукой, я с улыбкой посмотрела на Деймона. Он сидел по правую руку от меня и постоянно что-то печатал в своем телефоне. Из-за вибрации его мобильного у меня уже начинался нервный тик!

— Эй, мистер Мэр, никто не умрет, если ты отвлечешься всего на час, — шепнула я и, положив локоть на его плечо, заглянула в айфон. — Или это твоя любовница никак угомониться не может?

— Вэлери, — прыснул он от смеха, блокируя экран раньше, чем я бы смогла что-то увидеть. — Нет, у меня выборы на пост губернатора на носу, и я не могу бросить дела даже на час.

Деймон обернулся и, заметив вино в моем фужере, прищурился. Цвет его глаз был намного темнее, чем у Лилианны – такой же насыщенно черный, как и у его отца. Младший мистер Блейк был уж слишком похож на старшего. Тот же английский костюм, те же манеры, та же чопорность. Только говорил он с американский акцентом, а не как молодой Джеймс Бонд.

Я вскинула бровь на вот этот его двусмысленный взгляд.

— Тебе нет даже восемнадцати, чтобы пользоваться послаблением штата, — пояснил он.

— И что? — пожала я плечами, вдыхая аромат его парфюма от Том Форд. — Разве правила не созданы для того, чтобы их нарушать?

— Ты говоришь это явно не тому человеку, — снисходительно покачал Дей головой.

— Ты слишком ску-у-у-учный.

— Я правильный, — поправил Деймон и потянулся к своему галстуку, чтобы его расправить. — Страна – это упорядоченный механизм, а если люди не будут следовать правилам, все обратиться в хаос.

Бла, бла, бла.

Прикоцнув, я чмокнула его в гладковыбритую щеку и отвернулась. Дей засопел. На что я просто подняла свой бокал и сделала маленький глоток. Он терпеть не мог, когда кто-то первым прекращал разговор. А еще, когда его не слушали.

Бедная его будущая жена. Хотя нет... Он женится на Конституции Соединенных Штатов Америки, и у них родится много маленьких законов!

Смеясь, я потянулась за салфеткой, чтобы утереть мокрые губы.

Внезапно чей-то телефон в гостиной зазвонил. Не обращая на это внимания, я все еще хихикала над Деймоном и придумывала очередную шутку, чтобы взбесить его и сделать этот вечер невыносимым.

— Вэлери, — окликнул папа.

Улыбаясь, я подняла на него взгляд поверх бокала с вином.

— Вэл, — он все еще не отнял мобильный от лица. Что-то в его глазах заставило меня нахмурится. — Мне только что позвонили...

Я невзначай посмотрела на маму.

— И? Кто тебе звонил?

Справа от меня Деймону на телефон снова пришло уведомление. И дяде Рику с того конца стола. Ничего не понимая, я отклонилась на спинку стула и глянула на них троих по очереди.

— Кто-нибудь может мне объяснить, что стряслось? — нервно усмехнувшись, попросила я.

Неожиданно теплая рука Дея легла поверх моей. И тогда папа ответил:

— В Чикаго вспыхнул новый пожар... — он поморщился так, будто в его сердце вонзили острую иглу. — И на этот раз горит твоя оранжерея.

Моя?

Моя оранжерея?