Лешил воздуха, чтобы она вдрхнула.

(Когда нам было 14)

Мы снова бежали. Лес — как чёрный коридор, деревья мелькают, словно тени, а дыхание рвётся из груди. Кто-то кричит имя. Где-то позади слышен оно — не шаги, не голос, просто ощущение, будто воздух сам дрожит от его близости.

Ты бежала рядом с Ричи. Эдди — чуть впереди, Стэн и Билл — сзади. Все перепуганы до предела, но держатся. Почти.

Почти.

Ты почувствовала это сразу — не боль, не страх, а вакуум. В теле стало слишком много пустоты. Ноги ослабли, руки задрожали. Ты сделала шаг — и всё. Земля накренилась, лес закачался, и ты упала.

— Эй! — закричал Ричи, опускаясь рядом. — Эй, эй, стой! Что с тобой?!

Ты не могла ответить. Всё тело начало дёргаться, как будто тебя подключили к сети. Судороги накрыли волной. Дыхание — рваное, несвязанное. Паника усиливалась. Всё было как в воде — звуки глухие, лица размазаны.

— О боже, она трясётся! — крикнул Эдди. — Что делать?! ЧТО ДЕЛАТЬ?!

— Положи ей что-нибудь под голову! Под голову! — закричал Стэн, дрожащими руками снимая куртку.

Ричи уже держал твою руку, повторяя твоё имя, как мантру:

— Всё хорошо, слышишь? Ты здесь. Ты в порядке. Я с тобой, я здесь.

Но ты не слышала. Мир был как за стеклом. Темнело. Сдавало горло.

И тут появился Макс.

Он вынырнул из тьмы, как молния — рывок, шаг, и он уже рядом. Его глаза были как у зверя: испуганные, решительные. Он даже не стал спрашивать.

— Отойдите, — резко бросил он.

— ЧТО?! — Ричи не отпускал тебя.

— ОТЙДИ, Ричи!

Он отпихнул его в сторону, нагнулся, и — закрыл тебе рот и нос ладонью.

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — закричал Билл, подбегая.

— Она должна вырваться из паники! Сейчас её мозг думает, что она умирает — но она не сопротивляется. Ей нужно заставить тело бороться!

— ТЫ С УМА СОШЁЛ?! — Эдди схватил его за плечо. — ТЫ ЕЁ УБЬЁШЬ!

Но ты… почувствовала.

Мозг понял, что воздуха больше нет.Что теперь — по-настоящему плохо.

Сначала тело продолжало трястись, но потом… что-то щёлкнуло.Ты вдруг дёрнулась.Пытаешься вздохнуть.Паника изнутри толкает. Вдох! ВДОХ!

Ты резко оттолкнула Макса.

Он отпустил мгновенно.Ты вдохнула.

Глубоко. Резко.Словно вынырнула из ледяного озера.

Ричи тут же снова подбежал, обнял, закрыл тебя руками, как щитом.

— Всё, всё, всё. Ты здесь. Ты живая. Ты… боже, ты со мной.

Ты дрожала, но больше не в судорогах — просто от остатка страха. От того, как близко это было.

Макс сел рядом, тяжело дыша, и сказал:

— Я бы не сделал этого, если бы не знал. Я видел, как это бывает. Если бы не дал мозгу понять, что надо бороться — она бы продолжала задыхаться. Это работает.

Ребята молчали.

— Мы должны были знать, что у неё так может быть, — прошептал Стэн. — Мы должны были быть готовыми.

Ты откинулась на спину, глядя в небо. Оно было чёрное, звёзды — как иглы. Но ты дышала. Жила.

Ричи осторожно взял твою руку.

— Я никогда… никогда не хочу снова видеть, как ты исчезаешь вот так. Не делай так больше, хорошо?

Ты слабо кивнула.Он шепнул:

— Я люблю тебя. Даже если ты заставляешь моё сердце выпрыгивать из груди.

Ты слабо улыбнулась.

Макс встал, подошёл, положил руку тебе на плечо.— Ты сильная. Не забывай. Даже если иногда тело забывает — ты сильнее.

Ты посмотрела на него и впервые с детства сказала:

— Спасибо, Макс.

Он кивнул.— Я всегда буду рядом, поняла? Всегда.

Реакция остальных ребят:

Беверли прибежала одной из первых. Её волосы растрепались, платье испачкано землёй, но она не заметила ничего — только ты, лежащая на земле, и ребята, кричащие друг на друга.

— Что случилось?! — голос Бев дрожал, но не от страха. От злости. Она увидела, как ты дергаешься в судорогах, и у неё в груди всё сжалось. Как будто её снова пытались утопить — только теперь не её.

Она хотела подбежать, взять тебя за руку, что-то прошептать, сделать хоть что-то, но Макс оттолкнул всех, и она замерла. Когда он закрыл тебе рот и нос, Беверли вскрикнула:

— Он убьёт её!

Она не понимала. Никто не понимал.А потом ты… вдохнула. И её сердце, которое до этого просто стучало — заново заработало.

Беверли упала на колени рядом, провела ладонью по твоим волосам, гладя:

— Всё хорошо. Слышишь? Я тут. Мы все тут.

Она была зла на Макса. И благодарна. Одновременно. А потом просто села рядом и держала твою руку, не отпуская ни на миг.

Бен застыл на месте, как будто корни вросли в землю.

Он увидел, как ты упала, и сердце его как будто ударили кувалдой — это был не страх, а какая-то пустота, всепоглощающая. Он хотел бежать, но ноги не слушались.

Когда ты начала трястись, его руки задрожали. Он всегда считал, что сможет защитить друзей, тебя — особенно. Но сейчас он стоял как бессильный ребёнок, и только шептал:

— Нет… нет, пожалуйста… не надо…

Когда Макс схватил тебя и закрыл тебе лицо рукой — Бен рванулся, чуть не сбив Майка:

— ЭЙ! ОТПУСТИ ЕЁ! ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?!

Но пока он добежал — ты уже вырвалась и вдохнула.И Бен упал на колени. Просто сел в траву, обхватив голову руками. Он чувствовал, как дрожит подбородок, но сдерживал слёзы. Не мог плакать. Не сейчас.

Он только смотрел на тебя. И в голове крутилась одна мысль:

«Если бы я был рядом, раньше, ближе… может, я бы спас…»

А потом — пошёл, молча обнял тебя сзади за плечи. Просто прижал лбом к твоей спине. Без слов. Так, чтобы ты знала: он рядом. Навсегда.

Майк — тот, кто видел слишком много.

Он сразу понял: что-то не так, когда ты споткнулась, даже не ударившись. Он знал, что это не обычный испуг. И когда судороги начали скручивать твоё тело, он замер.

Но не на секунду больше.Он подбежал, скинул с себя рюкзак, полез за водой.— Кто-нибудь! Салфетки! Что-то под голову! — координировал, даже когда внутри у него всё кричало.

Он никогда не видел, чтобы друг вот так, ломался прямо перед глазами.

А когда Макс закрыл тебе лицо, он не закричал, как другие. Он наблюдал. Видел, как работает паника. Видел, как Макс проверяет дыхание, держит чётко, ровно. Майк не понимал, зачем он это делает, но чувствовал — не из злобы.

А когда ты вдохнула — Майк сел рядом, положил бутылку воды возле тебя и сказал:

— Ты очень сильная.Он даже не пытался утешать. Просто признал.

Потом, когда все уже успокоились, и Макс ушёл чуть в сторону, он подошёл к нему.

— Ты спас её, — сказал Майк тихо. — Хотя я думал, ты… перегибаешь.Макс не ответил, просто вытер лицо.— Она мой младшая, — только сказал. — Я не мог по-другому.

Майк кивнул.— Понимаю. Мы все такие теперь. Мы — за друг друга. До самого конца.

Ты ещё тяжело дышала. Тело дрожало не от судорог — теперь это был холод, будто изнутри тебя кто-то вывернул. Макс стоял чуть поодаль, руки в крови от разбитой ладони — видимо, сжал кулак слишком сильно. Его глаза метались, как у человека, который только что удержал кого-то от края пропасти, но теперь не знает, что делать с этим знанием.

Он посмотрел на тебя. Глухо. Глубоко. И потом резко, с тем резким тоном, который ты уже знала слишком хорошо, сказал:

— А теперь объясни, что это нахрен было?!

Ты моргнула. Внутри всё сжалось.

— У тебя не было такого страха с… — он замолчал, на долю секунды бросив взгляд на ребят. — …с того раза.

Молчание.Жгучее. Давящее.

Ты только смотрела на него. Ничего не говорила. Потому что что говорить? Он никогда тебе не верил. Ни про Оно. Ни про звуки в канализации. Ни про кровь, которую видел только ты. Ни про крики из зеркал. Ни про то, как в Дери что-то не так.

Он всегда отмахивался, будто ты выдумываешь. Или истеришь. Или "пытаешься привлечь внимание". И после того, как ты однажды рассказала, что Оно пришло в твою комнату — он просто сказал:

"Ты вечно фантазируешь. Хватит, иначе я сдам тебя в психушку!"

И после этого ты замолчала. Больше не делилась. Даже когда становилось по-настоящему страшно.

Теперь он стоял перед тобой. Ты спасена.Но его голос снова — обвиняющий.

— Что это было, а? — повторил Макс. — Я чуть не убил тебя, пытаясь тебя остановить, а ты даже не... Ты вообще хоть понимаешь, что с тобой произошло?!

Ты молчала.

И тут Стэн, тихо, сдержанно, как будто он сжимал в себе что-то очень острое, сказал:

— Макс… хватит.

Макс повернулся.

— Что? Ты не видел, как её трясло?! Как будто она в агонии была! Вы хоть поняли, насколько всё было хреново?!

— Мы поняли, — сказал Билл. Глухо. — Но ты её сейчас не спрашиваешь. Ты её… давишь.— Она нам рассказывала, — добавил Бен. — И тебе тоже. Но ты же никогда не слушал.

Макс сжал кулаки.

— Это было про что-то ещё! Я... я это чувствовал!

— И мы тоже. — сказал Майк. — Мы все это чувствуем. Но когда она говорит, ты затыкаешь её. Может, потому что боишься услышать правду. Может, потому что она твоя сестра, и ты не хочешь, чтобы она страдала. Но ты не даёшь ей говорить.

Ты стояла всё это время. Смотрела на него. Он на тебя.Ты хотела сказать:

«Я так устала быть для тебя "ненормальной". Я просто хотела, чтобы ты верил.»

Но сказала только:

— Я не знаю, что это было. Правда. Просто... я почувствовала, будто меня затягивает. Изнутри.Пауза.— И да. Это похоже на тот страх.

Макс дёрнулся, словно удар.Ты видела, как он отвернулся, чуть ссутулившись.

— Я… — начал он и осёкся.— Я просто не хотел, чтобы ты снова… — он выдохнул. — …снова исчезла.Ты молча подошла, встала рядом.Он не смотрел на тебя. Только тихо сказал:

— Прости. Просто... если ты реально всё это чувствуешь, и что-то реально рядом…Он повернулся.— …тогда я чертовски боюсь. Потому что если это правда — тогда всё, что я делал до этого, было ошибкой.

Ты кивнула.— Да. Но знаешь что?

Он посмотрел.

— Я всё равно рада, что ты был рядом.

Ты почувствовала, как в его руке дрожь. Он всё ещё боялся.Впервые — за тебя.