Глава 3

POV Джуди:

Забрав весь свой багаж у вахтера, я медленно и осторожно иду по узкому коридору общежития, высматривая номер своей комнаты. Повсюду суетятся студенты, уже не столь официально одетые: кто-то в шортах и майке, кто-то вообще в халате, с бигудями на голове, с громким смехом пересекая путь. В воздухе пахнет смесью кофе, шампуня и легкого пота после утренних занятий — запахами, которые мгновенно возвращают ощущение студенческой жизни.

Стены общежития буквально завалены фотографиями: группы студентов, хоккейные команды, их преданные фанаты, победители конференций, выпускники прошлых лет. Каждый снимок словно шепчет: «Мы здесь оставили свой след». Я задерживаю взгляд на нескольких знакомых лицах, ловлю себя на мысли, что тут каждый пытается показать, кто он есть.

Наконец, замечаю дверь восьмидесят первой комнаты. Она приоткрыта, и оттуда доносится громкая клубная музыка, пульсирующая и вибрирующая по всему коридору. Немного постояв у входа, чтобы привыкнуть к свету и звуку, я отпираю дверь и осторожно заглядываю внутрь.Передо мной предстала высокая, загорелая рыжеволосая девчонка. Она была полностью поглощена своим миром и даже не заметила моего появления. Она выплясывала перед кроватью, размахивая разноцветными помпонами — пипидастры, как их называют в черлидинге.

Музыка отражалась в ее движениях, каждый жест был точным, энергичным, словно весь мир за пределами комнаты перестал существовать.Стоя на пороге с тремя большими чемоданами, я слегка улыбаюсь танцовщице, но продолжаю не шевелиться, а просто наблюдаю за происходящим. Комната оказалась компактной, но светлой: белые стены украшены постерами команд колледжа и фотографиями студентов, на полу — мягкий коврик с абстрактным рисунком, а у окна стоит аккуратная тумбочка с учебниками и косметикой. В углу — металлическая кровать соседки с аккуратно застеленным покрывалом и разноцветными подушками, а на полках заметны маленькие сувениры и фоторамки. И вот в самый момент, когда я еще пыталась впитать все детали, соседка в прыжке развернулась ко мне и взвизгнула:

— Ох, черт... Ты меня напугала!

Звонкий смех и широко раскрытые глаза вывели меня из ступора. Я наконец двинулась вперед, таща за собой сумки, стараясь не задеть аккуратные вещи на полках и кровати.

— Извини, я не хотела, — говорю, слегка улыбаясь, но мое настроение, с которым я сегодня существовала, мешало мне искренне засмеяться.

Угораздило же в первый учебный день столкнуться с самым популярным парнем колледжа. Да еще и облить его горячим какао. До сих пор трясутся руки и бросает в пот, от страха, что он может устроить мне при встрече, если я не отстираю его кофту, на которую в жизни не наскребу таких денег. Стоимость его брендовых шмоток превышает месячную зарплату моих родителей.

— Да ладно тебе, ты чего так расстроилась, не сильно напугала. — соседка сложила в спортивную сумку свои помпоны и посмотрела на меня, растянув улыбку. — Значит, ты моя новая соседка? — спросила приветливо, оглядывая меня с ног до головы. — Меня зовут Каролина, а тебя?

— Джуди. — сказала я, пожав плечами и присев на свою кровать, оглядывая новую комнату.

Каролина улыбнулась так широко, что казалось, будто солнце заглянуло прямо в комнату, и снова подпрыгнула, размахивая руками.

— Отлично! — сказала, хлопнув в ладоши. — Значит, мы будем соседками! Тут будет весело. Я уже продумала, как обустроить нашу половину комнаты, чтобы всем было удобно.

Я оглянулась вокруг: коврик, подушки, аккуратные стопки книг и сувениров — все это складывалось в образ живой, шумной, яркой комнаты, где явно не будет скучно. Несмотря на усталость после переезда, я почувствовала легкий трепет и понимание, что эта маленькая комната станет моим новым домом, полным неожиданностей и новых знакомств.

Стены помещения были бежевого цвета, а потолки высокие, с натяжным глянцевым полотном, отражающим свет лампы и создающим ощущение простора. У входа стоял небольшой шкаф, на дверях которого располагалось большое зеркало. Две небольшие кровати с мягким высоким матрасом, у каждой своя прикроватная тумба с двумя выдвижными ящиками. Между нашими спальными местами стоял большой письменный стол, на котором лежала далеко не учебная литература, а масса косметики, плоек и расчесок. Над кроватью соседки красовались плакаты, на которых были изображены счастливые улыбки девчонок из группы поддержки, словно напоминая о веселье и энергии, которыми дышала эта комната.

— Очень приятно! — засмеялась вновь девчонка и запрыгнула на свою кровать, задирая ноги к потолку, демонстрируя идеально подтянутую фигуру, будто каждая мышца была отточена часами тренировок.

Я невольно сравнила себя. У меня далеко не такие шикарные формы. Всегда была худощавая в школьные годы, хотя моя попа немного пышновата, что всегда оставалось предметом моего недовольства. Причем только моего: парни, как ни странно, с восторгом бросали взгляд в мою сторону, даря комплименты и проявляя неподдельный интерес. А мне оставалось только наблюдать и тихо ворчать про свои «недостатки».

— Ты занимаешься черлидингом? — спросила я, пытаясь взять себя в руки и не показывать слишком много любопытства.

— О да! — Каролина захлопала руками, глаза сияли. — Танцы — смысл моей жизни. Да и парни-хоккеисты считаются самыми красивыми из всего кампуса.

Я посмотрела на нее с подозрением, чуть приподняв бровь, а она, подергав бровями, подмигнула мне с таким вызовом, что я невольно поерзала на кровати. Внутри что-то щелкнуло. Эта комната, эта соседка, ее уверенность — все это словно бросало мне вызов. А я, была готова принимать его.

— Да уж... познакомилась я сегодня с одним, — прикрыла лицо руками, вспоминая свой позор у выхода из колледжа. Сердце все еще учащенно стучало, а ладони слегка тряслись от воспоминаний о горячем какао и проклятой кофте, которую еще придется отстирывать всеми возможными способами, лишь бы избавиться от пятна.

— С кем это? — заговорил загадочный голос, вырывая меня из пугающих мыслей. Я взглянула на Каролину, которая от любопытства даже присела на край кровати, глаза ее горели интересом.

— Я после лекций в столовой купила себе какао и уже направлялась на выход, как меня сбил высокий брюнет. Мэйсон его вроде зовут. Утром в столовой девчонки говорили, что он капитан хоккейной команды, но я точно не знаю.

— Да ты гонишь...? — Каролина приоткрыла рот, и я слегка отступила назад, ошеломленная ее реакцией. — Ты облила Мэйсона Миллера какао?

Я неуверенно кивнула, и тут же комната разразилась диким смехом. Каролина села на пол, смеясь так, что казалось, будто вся энергия комнаты концентрировалась только в ней.

— Боже! — сквозь смех выдохнула она, — я пропустила все самое интересное! Я представляю его лицо! И что он сделал? Сильно кричал? — она наклонилась ближе, глаза широко раскрыты от возбуждения и любопытства. — Стоп, сейчас я все увижу своими глазами!

Я снова взглянула на пакет с кофтой, ощущая смесь стыда и раздражения. Но с Каролиной рядом это уже казалось почти... забавным. Ее энергия, ее смех, как будто оттягивали напряжение, которое я испытывала весь день.

— Да уж, — выдохнула, — надеюсь, она отстирается.

— Отстирается, да, — весело подмигнула соседка. — А вот Мэйсон... его реакцию стоит увидеть хотя бы один раз в жизни!

Соседка схватила с тумбы телефон и начала что-то в нем быстро выискивать. Через пару минут ее смех усилился так, что я невольно оглянулась по сторонам, словно кто-то за стеной уже слышал этот безудержный хохот.

— Смотри, ваши фото уже выставили в группу колледжа! — протянула мне телефон. Я замерла на месте: сердце будто подскочило, а ладони вспотели. А ведь я даже не подумала, что нас могли сфотографировать и уж точно не ожидала, что это кто-то тут же выложит в интернет. Каролина постучала по экрану длинными ногтями, привлекая мое внимание, и подтянула телефон ближе ко мне. Что-то внутри сжалось тугой, болезненный узел, дыхание стало тяжелым и прерывистым. Сердце стучало так, что казалось, его можно услышать через тишину комнаты, а пальцы дрожали, когда я неуверенно протянула руку и взяла телефон.

На экране передо мной мелькнули фотографии. Замерла с пакетами в руках, с растерянным выражением лица, рядом Каролина с ее яркой, сияющей улыбкой. И вдруг меня охватил странный смешанный вихрь эмоций: смущение, гнев, легкая тревога и... что-то, что невозможно было назвать иначе, кроме как удивлением.

— Боже... — выдохнула я, едва слышно, не в силах оторвать взгляд от экрана.

Каролина, заметив мое напряжение, улыбнулась мягко и подмигнула:

— Не переживай, это всего лишь фото. И, поверь, ты выглядишь куда круче, чем думаешь!

Я закрыла глаза на мгновение, пытаясь прогнать дрожь, и медленно вдохнула, ощущая, как в комнате снова начинает царить привычная, почти уютная энергия: смех, шум, свет лампы, коврик под ногами. Даже странно — всего пару часов назад я была готова утонуть в стыде, а теперь... не могу сказать, что мне это совсем не нравится.

— Какой ужас... — вырвалось у меня, когда я, затаив дыхание, рассматривала фотографии на телефоне Каролины.

Первая: он держит мой подбородок, а на лице непонятная улыбка, которую я совсем не заметила во время перепалки. Вторая: я обтряхиваю платье, а он задирает свою кофту, пристально смотря на меня, и уже не улыбается. Третья: он стоит вплотную к моему телу, и если бы я не знала, что он шепчет угрозы, я бы подумала, что он меня целует. Пока я в шоке рассматривала эти кадры, соседка все не могла удержаться и заливалась громким, заразительным смехом.

— Да ладно тебе, это же забавно, — сказала она, все еще стараясь сдержать смех, — представляю, как девчонки будут ржать сегодня на тренировке. — Она пожала плечами, а я, стараясь сохранить хоть каплю равнодушия на лице, чувствовала, как внутри все переворачивается. — Так, и что он сказал?

— Швырнул в меня своей кофтой и сказал стирать, а если не отстираю, то обязана купить ему новую.

— Чтооо? — Каролина взвизгнула, возмущенно хлопнув руками. — Совсем не похоже на него! У него этих кофт — немыслимое количество, так же как и денег... Значит, ты реально его разозлила.

— Я... назвала его козлом, — выдохнула и в комнате вновь раздался звонкий смех соседки.

Я опустила взгляд на пакет с кофточкой и внутренне сжалась: даже не представляла, как справлюсь с этим пятном. Но Каролина, казалось, была в восторге: ее глаза сверкали, а смех стал еще громче.

— Ох, Джуди... — она захлопала ладонями, — если бы я была на месте Мэйсона, я бы тоже офигела!

Внутри меня что-то дернуло, смесь смущения и странного возбуждения, словно каждый кадр с телефона прожег мне мозг. И все же, невольно пришлось признать: этот день в новом общежитии не только нервировал, но и захватывал своей неожиданностью.

— Ой, я не могу... Козел, значит? — смех Каролины был таким заразительным, что даже я невольно засмеялась в голос. — А знаешь, ты мне нравишься. Думаю, у нас с тобой получится подружиться.

Каролина вновь подмигнула, не переставая похихикивать, и принялась собираться перед зеркалом. Длинные прямые рыжие волосы рассыпались по плечам, а под лучами солнца в них вспыхивали золотые искорки. Она небрежно собрала их в хвост и слегка распушила, чтобы создать эффект легкой небрежности, словно случайно, но очень эффектно. Сняла домашнюю пижаму, натягивая на себя кожаные лосины и полупрозрачную белую блузку, которая подчеркивала ее стройную фигуру.

— Я на тренировку, не хочешь со мной? — с интересом и легкой насмешкой закусила губу Каролина, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Там будет Мэйсон.

Я замерла. Сомнений нет — я точно не хочу сейчас его видеть. Да и кофту еще не отстирала. Не раздумывая, я покачала головой, и это вызвало у соседки очередной взрыв смеха.

— Я так и думала, — сказала она, бросая через плечо шутливый взгляд, — ладно, мне пора. Вечером еще поболтаем.

Схватив спортивную сумку, Каролина бросила мне воздушный поцелуй и, едва заметив мой смущенный взгляд, вышла из комнаты, оставив после себя легкий аромат духов и ощущение хаотичной, но приятной энергии. Как только дверь за ней закрылась, я горестно вздохнула. Я осталась одна, глядя на пакет с кофтой и на полупустую комнату, понимая, что день только начался, а уже оставил столько вопросов, смеха и странного волнения внутри. Вновь вспомнила сегодняшнюю стычку с Мэйсоном и эти ужасные фото. Угораздило же... Щеки вспыхнули, когда вспомнила его невероятно приятный запах парфюма, но его самодовольное выражение лица все портило.

Помотав головой и пытаясь выкинуть из памяти эти неприятные воспоминания, я приступила к раскладыванию вещей, готовясь к завтрашнему учебному дню. Молясь, чтобы он прошел не так, как этот первый день. Я аккуратно расставляла вещи на полках, разглядывая детали комнаты: зеркало на шкафу отражало мое уставшее лицо, аккуратно застеленные кровати и письменный стол, заваленный косметикой соседки. С каждым движением чувствовалась усталость, но вместе с ней и легкое облегчение: я была дома, в своей комнате, где хотя бы на несколько мгновений могла спрятаться от всего колледжа и от Мэйсона. И, может быть, завтра все будет чуть проще.