Глава 22.

Его тело, будто созданное из почерневшего пепла разлеталось на кусочки под воздействием силы Маргарет. Самое страшное, что она никак не могла предотвратить неизбежное. Стоит ей отойти от кроватки, потерять контроль над своими рунами и на нас нападет разъяренная толпа. Мы все замерли не в силах сделать даже шага ему на встречу. Пронизывающая боль сковала мне сердце, возможно, в ту минуту мы все забыли, как нужно дышать или плакать. Маргарет больше не издавала ни звука, просто стояла и смотрела. Как ни странно, ее молчание было еще страшнее, чем, если бы она кричала. Тетя Аврора опустилась на землю, увлекая за собой своим весом и тетю Агнессу. Гаррет крепко держал меня за плечи, не давая сдвинуться и на миллиметр, не позволяя предпринять ничего не обдуманного. А после того, как последняя частичка пепла разлетелась по ветру, раздался душераздирающий крик убитой горем тети.

— Не может такого быть, ну не может... — не своим голосом кричала она, — Нет, нет, нет...

Гаррет прижал меня к себе, как можно крепче сжимая мою правую руку. Не понимая, что происходит, я позволила ему увести себя ближе к колыбели, где он, по-прежнему сжимая мое запястье, начал трясти Маргарет за плечо. В ее глазах все поблекло, по щекам стекали нескончаемые слезы. Симон начал плакать, то ли от крика тети, то ли оттого, что почувствовал, как с его мамой творилось что-то неладное.

— Не смей сдаваться, слышишь? — крикнул Гаррет, — У нас еще есть шанс все исправить, не дай ей себя уничтожить. У тебя все еще есть за кого бороться.

Маргарет какое-то время рассеяно кивала как китайский болванчик, а потом, противореча сама себе, расплакалась, качая головой из стороны в сторону. Левой рукой она попыталась скрыть от нас свое заплаканное лицо, другой же пыталась оттолкнуть Гаррета.

— Что же теперь делать? — спросила она тихо, — Ты можешь приманить их приглашения?

— Нет, я могу случайно разрушить барьер. Может твои руны? У тебя есть какая-то на примете?

Маргарет покачала головой.

— Много сил уходит на поддержание этого барьера, я не вытяну еще и атаку.

Следовало что-то делать, я решительно оттолкнула от себя Гаррета, но тот все равно удерживал мою руку. Глядя на меня своими пронзительными, черными глазами, он буквально сковывал мои движения своей энергетикой. Не желая мириться с очередной попыткой контролировать мои решения и поступки, я почти, что закричала на него.

— Гаррет, пожалуйста, я должна попробовать!

— Не вздумай, — его голос был холодным и отстраненным, будто он пытался убедить маленькую девочку, в необходимости слушаться взрослых, — У тебя нет нужного опыта, хочешь закончить как...

— Как твоя мать? — я не смогла удержаться от этого вопроса и тут же пожалела об этом. Лицо Гаррета исказилось в болезненной гримасе. Неосознанно усиливая хватку, он с ненавистью посмотрел на тетю Агнессу, нисколько не сомневаясь в том, кто мог выдать эту тайну. Затем он устало посмотрел в никуда и сделал глубокий, тяжелый вздох.

— Гаррет, я справлюсь, до этого же получалось, — почти умоляюще сказала я, было больно потому, что он избегал смотреть мне в глаза. Хватка не ослабевала, и мне пришлось вцепиться в его пальцы, лишь бы избежать столь болезненного захвата.

— Моей матери пришлось сделать выбор, — процедил он, наконец, — И этот выбор в итоге ей дорого обошелся. Может показаться, что мы просто ручкой бумагу мараем, но каждое слово, каждый поступок, которые мы вписываем в жизнь, влечет за собой огромные последствия.

Агнесса посмотрела на племянника с ненавистью, будто он только что нанес оскорбление ей лично. Медленно встав на ноги, попутно помогая встать не сопротивляющейся Авроре, она приблизилась к Гаррету, опасно сверкая глазами.

— Так значит ее разрушенная жизнь это последствие ее выбора? А в результате чего ей пришлось этот выбор делать, скажи на милость?

— Это не имеет сейчас никакого значения!

— А когда это имело для тебя значение? Не притворяйся порядочным человеком, Гаррет. И тем более не делай вид, что тебя волнует судьба Грей. Что Дамиан пообещал тебе взамен?

— Не ваше дело, — проявившаяся черная аура гнева Гаррета стала отчетливо видна даже невооруженным взглядом. Агнесса в испуге отшатнулась, неосторожно толкая тетю Аврору в сторону барьера. Тетя даже вскрикнуть не успела, как разъяренная толпа вцепились в нее, стараясь вытеснить ее как можно дальше защитного круга.

— Держите, держите ее! — закричала Маргарет, невольно отступив от колыбели.

Но было поздно, барьер уже был сломлен. Одурманенные гости побежали в нашу сторону, напоминая при этом стаю волков, заметивших раненную добычу. Ощутить на своей шкуре, каково это, не пожелаю никому. Нас подхватили тысячи рук, поднимая нас над головой. Я услышала пронзительный детский крик, в принципе, это был единственный звук, который звучал достаточно отчетливо в общей какофонии звуков. Представив, что кто-то из этих монстров схватил Симона, желая разорвать его на части, я тоже пронзительно закричала. В глазах рябило от обилия украшений. Длинные ногти женщин больно впивались в мое тело, оставляя царапины не хуже когтей. В какой-то момент угол моего зрения поменялся и все, что я видела, был только потолок, менявший свой узор от комнаты к комнате.

— Грей! Грей, держись, — кричал мне кто-то, но голос заглушали звуки шагов и прерывистое дыхание сотен людей. Наконец, движение прекратилось, нас вытолкнули в темную комнату, пропитанную тошнотворным запахом пива. Послышался звук закрывавшихся затворов.

Ощущая ужасное головокружение и слабость, я огляделась вокруг. К счастью, здесь горел тусклый свет. Был отчетливо виден длинный ряд огромных, деревянных бочек, которые тянулись глубоко вдаль до самого невидимого конца погреба. Многие из них были пробиты, а из некоторых все еще выливалось пиво. По коже пробежал легкий озноб, от осознания того, куда мы попали.

— Господи, это же погреб. Они заперли нас в винном погребе! Отсюда нет другого выхода, — послышался слабый голос тети Авроры. Она сидела, прислонившись к деревянному шкафу, из которого виднелись пыльные бутылки сочно-зеленого цвета. Я рассеянно искала хоть какой-то выход из этой западни, но его просто не было. Подвал представлял собой длинный, прямой коридор, упиравшийся в тупик. Ни окон, ни дополнительных дверей здесь просто не было.

— Все целы? Все здесь? — Гаррет поспешил ко мне, осматривая мои ушибы и царапины, но меня интересовало лишь, где находился Симон.

— И чего они добиваются? Почему не разорвали нас, когда была такая возможность? — послышался голос Агнессы. Она и Марго пострадали больше всех, волосы взъерошены, платья были порваны, у обеих на лицах следы крови, — Хотят, чтобы мы тут задохнулись?

— Мой ребенок, где мой ребенок? — плакала Маргарет. С диким видом она металась из стороны в сторону в поисках сына, не понимая, что он остался снаружи.

— Да прекрати ты носится, в таком состоянии они вполне могли оставить его в зале! У них же ни одной мысли в голове, лишь слепое подчинение конкретному приказу. Возможно, он все еще лежит в своей кроватке.

— Прекратить? Нет уж, тетя. В отличие от Вас, я хорошая мать и мне не безразлична судьба моего малыша.

Агнесса гордо выпрямилась во весь свой рост, но на Маргарет это совсем не подействовало. Сейчас в своей ярости она явно была намного могущественнее нас всех, ее темная аура заставляла лампы в подвале мигать и накаливаться. А тетя как будто этого не замечала.

— Что ты хочешь этим сказать? — тихо прошипела она.

— Если бы Вы были хорошей матерью, Лауре бы и в голову не пришло пойти на такое зверство. Если бы Вы были хорошей матерью, ваша дочь не пыталась бы нас истребить, чтобы остаться последней!

— Прекрати, Лауре не хватило бы мозгов на такой хитроумный план. Может это ты, Гаррет? У вас ведь с ней так много общего. Никакой преданности к родителям, которые стольким пожертвовали, чтобы воспитать столь неблагодарных детей.

— Тетя, это не справедливо, Гаррет рисковал своей жизнью, чтобы сегодня нас всех защитить. Он спас мне жизнь, — сказал я, вступившись за Гаррета. Аура Маргарет пропитывала комнату, заставляя и без того ужасную атмосферу накаливаться еще сильнее. Гаррет видел это, и поспешно встал передо мной,— Теперь ты согласен, чтобы я попробовала? — шепнула я ему, слегка потянув за рукав.

Он едва заметно покачал головой в знак отказа, но Агнесса все равно это заметила.

— Я так и знала! Вы все тут в сговоре! Это все один большой план как уничтожить наше поколение, поглотить наши силы и стать еще могущественнее!

Гаррет поднял руку в предостерегающем жесте.

— Послушайте, эти споры ни к чему хорошему не приведут. А вы не порите чушь. Марго, ты тоже успокойся. Если хоть одна лампа лопнет, и упадет искра в это месиво, мы трупы!

— А вдруг они...? — она сглотнула и все-таки сказала, — Вдруг они его...

— Нет, еще есть надежда. Должна быть!

Мы замерли, услышав вдалеке едва слышный детский крик.