ГЛАВА 20. Грязь власти и шелк желания

> «Сначала ты думаешь, что сражаешься с ним.А потом понимаешь — всё это время ты воевала с собой.»

⠀Комната была слишком тёмной, слишком дорогой и слишком наполненной им.Кожа дивана пахла сигарами и доминированием, на полу — итальянские ковры, на стенах — оружие, как картина власти.

Аканэ сидела в кресле, в чёрном, как ночь, платье, которое он сам выбрал для неё.Платье прятало её колени, но не душу.

Он вошёл. Медленно, как пламя, которое знает, что всё здесь — его.

⠀— Ты опять смотришь, как будто хочешь меня убить, — сказал он, устало присаживаясь напротив, — или поцеловать.

— А разве не одно и то же?

— Иногда. Но у тебя губы слишком сладкие для пули.

⠀

> «Слова его были как яд — в них хотелось утонуть, даже зная, что они убьют.»

⠀Он протянул ей бокал.

— Выпей. Это не яд. Я уже не трачу его на тебя.

— Щедро. А я надеялась, ты ещё хочешь меня уничтожить.

— Я уже сделал это. Когда ты впервые посмотрела на меня так… будто я не чудовище, а человек.

⠀Она отпила. Глоток горел, как он сам.

— Ты думаешь, что победил? — прошептала она.— Нет. Думаю, мы оба проиграли. Потому что я влюбился в огонь, а ты — в ледяного демона.

⠀Он подошёл ближе. Нагнулся, взял её лицо в ладони.

— Ты ненавидишь меня?

— Да.

— А любишь?

Она закрыла глаза.

— Это и есть моя ненависть.

⠀

> «Он касался её, как будто пытался стереть следы других мужчин.А она позволяла — потому что давно хотела исчезнуть.»

⠀— Знаешь, что самое странное? — он тихо засмеялся, жестоко, горько. — Я научился убивать ради тебя. Но теперь хочу научиться жить ради тебя. Это намного страшнее.

⠀Она дрожала. Не от страха. От желания.Он снял пиджак, сел рядом, бросил на стол ключи, пистолет и… кольцо.

⠀— Что это?

— Доказательство того, что я всё ещё человек.— Или ты просто хочешь привязать меня к себе цепью?

Он кивнул.

— Золотой. С бриллиантами. Ты ведь любишь красивую боль.

⠀

> «Любовь мафиози — это не сказка. Это бизнес. Контракт. Преступление.Но чёрт, если бы ад был таким сладким, я бы подписалась на вечность.»

⠀— Ты выйдешь за меня, Аканэ?

— Ты даже не спрашиваешь. Ты приказываешь.

— Таковы правила нашего мира. Ты согласна?

⠀Она посмотрела на его руки. На его губы. На свою сломанную душу.На всё, чем они стали друг для друга. Грязь. Огонь. Спасение.

⠀— Да, — выдохнула она. — Но знай… я не буду твоей игрушкой.

— Нет. Ты будешь моей императрицей. Моим адом. Моей погибелью.

⠀Он наклонился и поцеловал её — медленно, как проклятие, которое стало молитвой.

⠀

> «Иногда ты находишь дом не в месте. А в человеке, который разрушает всё, что ты знала, и строит тебя заново… из боли и любви.»

> «Он был раной. Я — солью.Но мы так жадно тянулись друг к другу, будто боль была единственным способом почувствовать себя живыми.»

⠀Он швырнул кольцо обратно на стол — оно со звоном ударилось о мрамор, как обещание, в которое никто из них до конца не верил.

⠀— Ты дрожишь. Боишься меня? — его голос был тихим, низким, как раскат надвигающейся грозы.

⠀Аканэ улыбнулась — не нежно, а опасно, с ноткой безумия.

⠀— Я боюсь себя рядом с тобой. Потому что я хочу тебя… даже когда ненавижу.

⠀Он подошёл ближе. Схватил её за подбородок. Его пальцы были грубыми, жёсткими, но в них была тревожная нежность.

⠀— Хочешь знать правду, принцесса?

— Выложи. Только без поэтики, которой ты меня обычно моришь.

⠀Он засмеялся — этот смех, с оттенком горечи и власти, вонзился ей под кожу.

⠀— Я сломаю тебя. До конца. Уничтожу твою гордость, твой голос, твою злость…Но потом соберу заново. По кусочкам.Так, чтобы никто, кроме меня, не смог тебя понять.Ты будешь моей загадкой. Моей стихией. Моим оружием.

⠀

> «Он не любил. Он владел.Но, чёрт возьми… мне хотелось быть в его коллекции, даже если он поставит меня на полку между болью и яростью.»

⠀— Думаешь, это звучит как любовь? — усмехнулась она. — Это болезнь.

— Да, — он шагнул ближе. Его руки обвили её шею, но не сдавили — просто держали. Как цепь из воздуха. — Но ты — мой любимый симптом.

⠀Она сглотнула. В глазах — злость. В теле — огонь.

⠀— И если я сбегу?

— Я найду тебя. И накажу.

⠀— Ты угрожаешь?

— Нет. Предупреждаю. Я не умею терять. Я не умею прощать.

⠀Он поцеловал её резко. Не ради ласки — ради контроля. Это был поцелуй ярости, обладания.Но она не сдалась. Отвечала так, будто тоже хотела стереть его до крови.

⠀— Ты думаешь, можешь загнать меня в клетку? — прошипела она, оттолкнувшись от него.— Нет. Я просто знаю, как сделать так, чтобы тебе в ней нравилось.

⠀

> «Он был ловушкой.Но я была тем зверем, который сам залез внутрь и захлопнул за собой дверь.»

⠀Она подняла бокал, выпила до дна, подошла к нему вплотную. Их лбы соприкоснулись. Слова падали между ними, как осколки зеркал:

⠀— Ты сломаешь меня?

— Да.

— Тогда ломай красиво.

⠀И он взял её. Не в спальне — на этом чёртовом мраморном столе, где ещё лежало кольцо.Оно наблюдало за ними, как молчаливый свидетель грязной любви, построенной на крови, угрозах… и безумном притяжении.

⠀

> «Я потерялась в нём.И впервые за долгое время — это казалось не страшным.А правильным.»

«Он — мой яд. Но я пью его снова и снова. Не потому что не могу выжить без него. А потому что не хочу.»

---

Её спина касалась холодного мрамора, но внутри всё пылало.

Он держал её бёдра крепко, властно, будто это не тело, а территория, которую он только что отвоевал. На её шее оставались следы его зубов, а на душе — ещё больше.

Он не просил разрешения. Он забирал. Всегда.Но самое страшное — она позволяла.

–– Скажи, –– прошипел он, склонившись к её уху. –– Ты всё ещё ненавидишь меня?

–– Ммм, обожаю. Особенно, когда ты разрушаешь меня так... по-мужски.

Он хрипло рассмеялся, и этот смех будто царапал изнутри.–– Проклятие, Аканэ. Ты ведь наслаждаешься этим даже больше, чем я.

–– Может. Или просто я такая... извращённая.Она подняла глаза, дерзко.–– Как и ты.

Он схватил её подбородок, заставив смотреть прямо в глаза.

–– Я хочу, чтобы ты это запомнила. Когда снова начнёшь убегать. Когда будешь плевать ядом, кричать, что ненавидишь...Он склонился к её губам, почти не касаясь.–– Внутри ты всё равно уже моя.

–– А ты, –– прошептала она, обвивая его шею, –– всё равно мой пленник. Даже если цепи — невидимы.

---

⛓ Несколько часов спустя

Они сидели на полу, уставшие, голые, с бокалами вина и странным спокойствием в груди.

–– Почему ты никогда не спрашиваешь, боюсь ли я тебя? –– нарушила тишину Аканэ.

Он посмотрел на неё с насмешкой.

–– Потому что ты не боишься. Ты просто слишком сильно хочешь меня. А желание — хуже страха.

–– Ты наглый ублюдок.

–– Ты любишь это.Он потянулся, сжал её шею — не больно, просто напомнил, кто здесь хищник.–– Не ври себе, Аканэ. Мы оба больные. Но вместе — мы смертельно красивые.

–– А по-отдельности?

–– По-отдельности мы просто… сломанные.

---

> «Он был лезвием. Я — кожей.Мы не должны были соприкасаться.Но стоило один раз — и уже не оторваться без крови.»

---

Он встал, подошёл к окну. Закат рвал небо алыми полосами.

–– Завтра мы уезжаем.

–– Куда?

–– Туда, где тебя снова будут пытаться убить.Он обернулся, усмехнулся.–– Разве не романтично?

–– О, чёрт возьми, да, –– хмыкнула она, залезая под одеяло. –– Только пообещай одно.

–– Что?

–– Если меня поймают, ты снова спасёшь. Но так, знаешь... красиво. С кровью, угрозами и сексуальной речью.

–– А ты... –– он подошёл, нагнулся к ней. –– Пообещай, что снова укусишь меня, как тогда.Он усмехнулся, приложив палец к своей ключице.–– У меня до сих пор след.

–– Я не обещаю. Я делаю.

---

> «Он был не тем, кого стоит любить.Но я и не была той, кто умеет правильно.»

> «Ты хотел сделать мне предложение? Сделай его на пепелище. С кольцом от гранаты. И тогда я скажу "да".»

---

Новый город. Разрушенные дома. Запах гари и свежей крови.

Они выбрались из бронированной машины, когда всё вокруг гудело, как перед бурей. Небо над ними было серым, будто само не решилось, день ли сейчас, или уже ночь.

— Ты точно уверен, что именно здесь... — начала она, глядя на руины.

— Здесь. — Его голос был ледяным. — Здесь они держат твою копию.

Она вздрогнула.

— Копию?

Он кивнул.

— Искусственный след. Отпечатки, ДНК, образцы твоего голоса. Кто-то играет с нами в богов. Но я не играю. Я убиваю.

---

Они вошли в бункер через заднюю шахту. Подземный мир пах хлором, металлом и смертью.

На стенах – следы когтей, капли крови, а вдалеке слышались крики. Он шёл первым — хищный, как тигр, она — следом, с пистолетом в руке и сердцем, бьющимся так быстро, что казалось — сейчас взорвётся раньше гранаты.

Когда раздался первый взрыв — потолок обрушился за ними, и бетон поглотил выход.

— Мы в ловушке, — прошипела она, прижимаясь к нему.

Он только усмехнулся:

— В ловушке? Девочка, я — сама ловушка.

Он схватил её за руку, и они побежали дальше, прорываясь сквозь охрану. Металлический вой сирен, автоматные очереди, дым — всё слилось в один огромный кошмар.

> «Когда всё вокруг рушится, ты впервые чувствуешь, кто рядом — щит или нож в спину.»

---

Они добрались до комнаты управления. Внутри — огромная голограмма с её лицом.

— Вот что они делают, — сказал он, глядя в её глаза. — Они используют тебя как приманку. Хотят заманить меня. Используют твою боль, твой голос, твои движения...

Он обернулся к ней, и в его глазах была ярость.

— Но они не знают одного.

Он достал из кобуры небольшую гранату. Аккуратно выдернул кольцо… и, пока система самоуничтожения отсчитывала последние секунды, он встал перед ней на одно колено.

— Аканэ, –– выдохнул он, — я не принес тебе бриллиант. Потому что мы с тобой не парадная сказка.

Он взял её руку и надел кольцо от гранаты на безымянный палец.

— Зато я даю тебе этот символ. Символ того, что мы взрываем этот мир вместе. Что если умирать — то только рядом. Что ты моя война. И мой дом.

> «Она не плакала.Она просто смотрела на него — как смотрят те, кто давно умер внутри, но внезапно вспомнил, каково это — дышать.»

---

Система запищала. Оставалось десять секунд.

Он взял её за руку, и они побежали через боковой коридор. Он знал маршрут. Конечно знал. Он всегда знал выход — даже из ада.

Громыхнул взрыв. Их отбросило. Но они были живы.

Всё пылало. За их спинами — разруха. Впереди — новая неизвестность.

Но кольцо от гранаты всё ещё было на её пальце. И она прижимала руку к сердцу.

---

— Ты ведь знаешь, — прошептала она, — ты поломал меня.

Он обернулся, с растрёпанными волосами, с кровью на губах.И ответил:

— А ты меня. Но теперь мы подходим друг другу идеально. Как части одной… взорванной жизни.

И он поцеловал её — на фоне огня, дыма, крика сирен и рушащегося мира.

> «Они обручились не кольцами.А безумием.И обещали друг другу не счастье — а вечную бурю.»

"Когда ты любишь монстра — будь готова целовать его клыки."

---

Склад был скрыт в индустриальной части города — старый, облупленный, казалось бы, заброшенный. Но внутри... внутри пахло свежим металлом, потом и страхом. Запах боли — он всегда один и тот же.

Он шагнул первым, жестом приказывая ей стоять позади.

— Пора познакомить тебя с моими... друзьями.

⠀

🧩 Новые игроки

Дверь открылась, и в зал вошли четверо мужчин. Они двигались слаженно, как механизмы одной машины. Взгляды — ледяные. Один — с шрамом через всё лицо. Второй — с автоматом, почти ласково прижимающимся к груди. Остальные двое — молчаливые, но от них веяло смертью.

⠀— Это моя охрана. Точнее… мои волки.⠀Он усмехнулся.⠀— А ты теперь… их Луна.

⠀ Она вздрогнула от его слов. И ещё больше — от крика, донёсшегося из дальней комнаты.

⠀ — Здесь есть кто-то? — прошептала она.

⠀ Он кивнул:

⠀— Семеро. Те, кто думал, что смогут переписать мой сценарий. Украсть твой след. Влезть в мой ад, не обожгшись.

⠀ Они прошли по тёмному коридору, мимо комнат с мониторами и оборудованием. И вот — большая железная дверь.

⠀

> "Некоторые двери пахнут смертью ещё до того, как ты к ним прикоснёшься."

⠀ Внутри — холодный ангар. На коленях — заложники. Мужчины. Связанные. Избитые. Один из них кричал сквозь кляп, другой — шептал что-то на непонятном языке. Их лица были изломаны, глаза — полны мольбы. Но она не чувствовала жалости. Не теперь.

⠀ Один из телохранителей протянул ему тонкий нож.

⠀ — Хочешь развлечься, босс?

⠀ Он усмехнулся и передал нож ей.

⠀ — Лучше ты.⠀Он посмотрел прямо в её глаза.⠀— Хочешь узнать, каково это — когда тебя предают? Возьми. Это не наказание. Это посвящение.

⠀ Она взяла нож. Сначала дрожащей рукой. Потом — увереннее. Подошла к заложнику. Он заскулил, как пёс. И вдруг в ней что-то щёлкнуло. Как будто кусок души отлетел... и не вернулся.

⠀ — За меня... или против меня? — прошептала она, склонившись к его уху.

⠀ Он захрипел. Не ответил. И тогда она провела лезвием по его щеке. Не глубоко. Но достаточно, чтобы он заорал.

⠀

> "Это было не жестокостью. Это было выбором. Остаться жертвой — или стать кем-то, кого больше не ломают."

⠀ Он подошёл к ней сзади, обняв за плечи, его губы касались её шеи.

⠀ — Ты почувствовала? Как внутри становится... тише? — прошептал он.⠀— В этом мире ты либо мясо... либо нож. А я не позволю тебе быть мясом.

⠀ Она стояла, держа нож, чувствуя, как её сердце бьётся с новой частотой.

⠀ Громкий взрыв.

⠀ Один из заложников рванулся, и его голова взорвалась — активировалась ловушка. Кровь окатила стены. Её дыхание сбилось, но он держал её крепче.

⠀ — Смотри на это. Не отворачивайся. Мир не станет добрее, если ты закроешь глаза.

⠀ Её пальцы сжались на рукояти ножа.

⠀ — Тогда научи меня.

⠀ Он рассмеялся. Глухо, почти зверино.

⠀ — Моя девочка.

⠀ Он отпустил её и подошёл к оставшимся заложникам.

⠀ — Кто из вас хочет быть честным... перед лицом смерти?

⠀ Один поднял глаза. Слёзы. Отчаяние. Но правда — она всё равно прорвалась.

⠀ — Это был приказ... с верхушки. Ты и она... вы оба мишени. За вами охотятся. За ней — особенно. Потому что она… не просто девочка. Она ключ.

⠀ Он замер. Потом — медленно повернулся к ней.

⠀ — Что-то ты мне не договариваешь, Луна моя.

⠀ — Я не знаю, — прошептала она. — Я… правда не знаю. Но кажется… теперь я хочу это выяснить.

⠀ Он подошёл. Взял её за лицо, крепко, почти грубо.

⠀ — Тогда мы идём до конца. По костям. По пеплу. По крикам.

⠀ Она кивнула. Слёзы не текли. Только глаза горели — как у тех, кто наконец стал волком.

⠀

> "И в этот момент она поняла: она не сломалась.Она переродилась.В пламени. В криках. В его руках."

"Любовь — это не спасение. Это оковы. Особенно, если ты влюбился в того, кто сам выковал твои цепи."

---

— Ты знала? — его голос стал хриплым, чуть срывался. — Знала, что ты не просто девочка, сбежавшая от бурь, а их центр?

⠀ Она стояла посреди складского ада — среди крови, криков, кусков истины, раскиданных как битое стекло.

⠀ — Я чувствовала. Неосознанно. С детства… что за мной идёт тень. Но я не знала, что эта тень — мой след.

⠀ Он приблизился. Его рука коснулась её талии, скользнула ниже, туда, где под платьем пряталось оружие. Он вытянул пистолет из кобуры, медленно, глядя ей в глаза.

⠀ — Ты стала слишком опасной, чтобы быть просто "девочкой в плену". Знаешь, что это значит?

⠀ — Что я либо погибну… либо стану твоим отражением?

⠀ Он усмехнулся. Поставил пистолет ей в руки.

⠀ — Почти. Это значит, что ты теперь — часть моей войны.

⠀

> "И она приняла этот пистолет, как корона, выкованную из стали и крови.⠀Не как жертва.⠀Как соучастница."

---

ВЗРЫВ. Погоня. Новая угроза.

Внезапно двери склада с треском распахнулись. Влетел один из охранников, задыхаясь:

⠀ — Чёрт! Нас засекли. Они здесь.

⠀ В мгновение всё пришло в движение. Её схватили за запястье, потянули за собой. Тот, кто ещё минуту назад учил её держать нож, теперь прикрывал её телом от пуль.

⠀ Снаружи разрывались мины. Машины визжали. Один из бойцов рухнул, его голову прошила пуля. Другой вытащил гранату.

⠀ — Мы не выйдем живыми, если не прорвёмся! — прокричал он.

⠀ Он обернулся к ней, словно в замедленном времени. Достал нечто блестящее… и протянул ей.

⠀ Кольцо.

Но не с бриллиантом.

А с штифтом от гранаты.

⠀ — Знаешь, почему я выбрал это? — его голос был спокоен, несмотря на хаос.⠀— Потому что наша любовь — это взрыв. Она не создана для витрин. Она разрушает, прежде чем строит.

⠀ Она рассмеялась. Зло. Искренне. Дико.

⠀ — Тогда надень его.⠀ И он надел. Медленно, держа её взгляд, словно скреплял клятву.

⠀

> "И в этот момент среди гари, смерти и криков...⠀она не почувствовала страха.⠀Почувствовала дом."

---

Новая локация: катакомбы под складом

Их вели вниз — сквозь тайные двери, в подземелья, оставшиеся со времён войны. Здесь пахло плесенью, тишиной и старым страхом. Один из бойцов заговорил:

⠀ — Это место знали только те, кто принимал клятву Круга. Здесь проводили инициации. Здесь пытали. Здесь хоронили тех, кто не выдерживал.

⠀ — Как романтично, — бросила она с ядом в голосе.

⠀ Он засмеялся.

⠀ — Именно за это я тебя и люблю. За твою дерзость... и за то, что даже здесь ты смеёшься.

⠀ Она резко обернулась, вжавшись в его грудь.

⠀ — Не говори "люблю", если завтра ты снова станешь ледяной стеной.

⠀ Он сжал её лицо:

⠀ — Я не умею любить правильно. Но я люблю тебя так, как умею. Кровью. Без сдержек. Без спасения.

⠀ — Тогда не спасай меня. И не пытайся оградить. Просто… сражайся рядом.

⠀ — Договорились.

---

> Их шаги эхом разносились по катакомбам. Где-то наверху гремел бой. Но в этой тишине — среди теней прошлого, среди запаха смерти — они были двое. Не враги. Не любовники. Больше.Соучастники судьбы. Связанные порохом и обещаниями, данным на грани жизни и смерти.

«Он не обещал рай.⠀Он не клялся быть спасением.⠀Он дал мне только одно — выжить в аду рядом с ним.⠀И, чёрт возьми, я согласилась.»

---

Катакомбы сжимались, как глотка удавки. Стены будто дышали, пропитанные криками тех, кто здесь когда-то терял рассудок.

⠀ Шаги охраны за спиной. Он — впереди, его спина прямая, дыхание ровное, но она чувствовала: он напряжён как тетива.

⠀ — Здесь мрачно, — прошептала она. — Даже твоя душа светлее.

⠀ — Насмешки — это твой способ не бояться? — он остановился, посмотрел через плечо.

⠀ — А твой способ — это кровавые кольца на пальцах?

⠀ Он усмехнулся. Мягко. Опасно.— Я просто реалист. Если наш союз — война, пусть хотя бы кольцо будет соответствующее.

⠀ — Тогда и платье мне подбери из колючей проволоки. В самый раз к нашему медовому месяцу на допросах.

⠀ Он хмыкнул и взял её за подбородок:

⠀ — Если мы когда-нибудь поженимся, клятвы будут такие: «Обещаю тебя пытать — до конца жизни. Но нежно.»

⠀ — А я скажу: «Обещаю резать твою гордость — каждое утро. Но красиво.»

⠀ Они оба засмеялись.

> И в этом смехе была трагедия.⠀Словно два безумца, смеющиеся у края обрыва,⠀зная, что следующий шаг — падение.

---

Когда они вошли в самую нижнюю комнату — зал, где когда-то собирался Круг, — она заметила: один из его охранников не шёл с остальными. Он отстал. Слишком молча. Слишком незаметно.

⠀ Тот, кого звали Лис.

⠀ Он вытащил оружие первым.

⠀ — Прости, босс. Но тебе давно пора отдохнуть. А я — повыше.

⠀ — Ты? — он даже не шелохнулся. — Ты был с нами 12 лет. И ты предаёшь — из-за жажды власти?

⠀ — Не только. Её глаза. Они изменили тебя. Сделали мягким. Слабым. Это опасно. Я не могу тебе позволить любить.

⠀ — Любовь? — он рассмеялся. — Ты перепутал любовь с лояльностью. Она — не моя слабость. Она — мой триггер.

⠀ И выстрелил.

⠀ Лис упал. Один выстрел — в глаз. Без слов. Без пафоса.

⠀ Он подошёл, вытер кровь с её щеки.

⠀ — Извини. Он слишком близко стоял. Пятно пошло на кожу.

⠀ — Как мило. Ты заботишься обо мне, пока у нас тут вечер разоблачений?

⠀ — Я просто не люблю, когда тебя пачкает кто-то, кроме меня.

---

В зале уже ждали трое. Связанные. Из враждебной группировки, что напала на склад.

⠀ — Ты можешь выйти, — сказал он ей. — Сейчас будет грязно.

⠀ — Я не девочка из глянцевой обложки.⠀Я останусь.

⠀ Он улыбнулся, глядя на неё.

⠀ — Хорошо. Посмотри, как выглядят монстры, когда теряют терпение.

⠀ Он подошёл к первому. И начал говорить. Тихо. Почти ласково. Но с каждым словом тот начинал дышать чаще, словно понимал: сейчас его будут ломать не физически… а ментально.

⠀ — Видишь, малыш? — он бросил ей через плечо. — Насилие — это не боль. Это контроль. Я не бью их. Я отнимаю у них право выбирать. Именно это их и убивает.

⠀ — Это… красиво, — прошептала она, сама удивившись своей реакции.

⠀ — Знаю. Ты тоже начинаешь это чувствовать.⠀Не стыдись.⠀Тьма — не позор.⠀Она — твой компас. В нашем мире.

⠀

> И в этот момент она поняла.⠀Она больше не хочет быть хорошей.⠀Она хочет быть его. Совсем. Полностью. До конца.

"Ты всё это время думала, что носишь чужую тень...⠀Но, милая, ты рождена в самой её пасти."

Крик очередного заложника затих в глухой вязкости подвала. Запах крови был уже не просто в воздухе — он въелся в кожу, в язык, в дыхание.

⠀ Аканэ стояла у стены, и больше не дрожала. Лицо было каменным. Взгляд — пустым.

⠀ Один из мужчин — в старом, окровавленном костюме — уже почти терял сознание. Но его голос был жгучим, как яд.

⠀ — Тебе… не стоит злиться на него… — прохрипел он, взглянув на мужчину рядом с ней. — Он, по крайней мере, не скрывался под маской святоши. Не то что… твой батя.

⠀ Она дернулась.

⠀ — Что ты сказал?

⠀ — Ты думала, он был солдатом, героем… военным?⠀Он — был богом для всех, кто работал на него.⠀Генрих Кайдзуки — не полковник, а Дон Кайдзо, как его называли в старом мире.⠀Мафиози, торговец оружием и секретами.⠀Твоя мать… она была его куклой. Пока не узнала, что всё, всё, даже её особняк — переписано на тебя.

⠀ — Нет…

⠀ — Да! — выплюнул он, захлебнувшись кровью. — Он выбрал тебя. Дитя хаоса.⠀Он знал, что у тебя… внутри больше огня, чем у неё.⠀Он знал, что ты однажды сожжёшь всех нас.

⠀ Она отступила назад, как будто её ударили. Пульс в висках бился, будто хотели вырваться черепные кости.

⠀ — Зачем ты это говоришь?..

⠀ — Потому что… — он усмехнулся сквозь боль, — потому что я видел, как ты на него смотришь.⠀Как ты медленно превращаешься в него.

⠀ Он уронил голову, и тело обмякло. Он умер, подарив ей яд вместо последнего желания.

⠀ Тишина была абсолютной. Даже охрана не двигалась.

⠀ Мужчина, стоявший рядом, наконец заговорил:

⠀ — Я хотел рассказать тебе позже.

⠀ — Значит, это правда…

⠀ — Всё. И даже больше.⠀Ты не просто наследница крови. Ты — его продолжение.⠀Я видел это с первой секунды.

⠀ — Видел что?

⠀ Он шагнул ближе, коснулся её подбородка. Она не отстранилась.

⠀ — Твою силу. Твою безжалостность.⠀Ты — не принцесса в беде.⠀Ты — королева в огне.⠀Просто раньше тебе говорили, что ты должна быть хорошей девочкой.

⠀ Она смотрела на него. А потом рассмеялась — сухо, надрывно.

⠀ — Получается, я не дочь героя.⠀Я — дочь чудовища.

⠀ Он кивнул.

⠀ — И ты скоро станешь чудовищем, которое будет бояться весь этот прогнивший мир.

---

> "Родиться от монстра — это одно.⠀Но стать им по своей воле… вот что пугает."