Глава 5 (Часть 2)

За окном бушевал разрушающей силы снежный ураган. Вздымаемые снега под неутомимыми порывами южных ветров превращали всю округу в одну темно-серую массу, смотря сквозь которую невозможно было различить контур, разделяющий небо и землю. Свет терялся в этой темноте, не достигая поверхности заснеженной земли. Все перемешалось в этом хаосе и слилось в единое целое. Сергей стоял рядом с огромным окном, всматриваясь в серо-белый мир, который был охвачен небывалой яростью, и не мог понять, что с ним произошло. Мгновение назад он был в огромной ледяной пещере вместе с Максимом, который сопровождал его в этом опасном путешествии в поисках утерянных артефактов далекого прошлого.

Пытаясь добраться до тайн, погребенных под толщей льда, он разбивал ледяной панцирь под ногами, нанося один удар за другим, лед разлетался на мелкие осколки в стороны. И вот, после очередного удара по льду, появилась трещина, которая в мгновение разошлась на тысячи более мелких трещинок, после чего куски льда стали проваливаться под его ногами, а дальше он помнит лишь то, что покатился по спиральной горке вниз.

В момент падения он ясно помнил свои мысли о неминуемой гибели, предвкушая появление бездны, в которую он ворвется и упадет в ледяные воды, откуда его никто и никогда не сможет извлечь.

Но дальше его память словно была кем-то стерта. Он не мог ясно припомнить, как оказался в этом зале около огромной деревянной расписной двери, что располагалась за его спиной. Не мог понять, почему погода, которая, по всем прогнозам, не должна была испортится, вдруг превратилась в сущий ад.

Его смущало и то, что, несмотря на разыгравшуюся непогоду, глядя которую холодок пробегал по всему телу, воздух внутри дома был теплым, а атмосфера спокойной и умиротворенной.

Около входа, по правую руку, рядом с Сергеем стоял огромный камин, выложенный из камня, высотой с человеческий рост, из которого доносился треск сухих поленьев.

В центре зала стоял длинный резной стол, окруженный деревянными, покрытыми лаком стульями, а за столом в гордом одиночестве сидел человек в темном костюме, лицо которого освещал тусклый свет настольных подсвечников.

Как только Сергей обратил на него внимание, незнакомец заговорил с ним, не поворачивая в его сторону голову.

– Я ждал тебя, – спокойным голосом сказал незнакомец.

Выждав короткую паузу, незнакомец жестом правой руки указал на стоявший с противоположной стороны стола стул, приглашая Сергея присесть.

Сергей продолжал стоять на месте, пребывая в легком замешательстве. Это был не сон, он жив, дышит, чувствует. Но при всей ясности того, что мгновением ранее он был в совершенно другом месте, тревога не оставляла его в покое.

– В твоей голове бушует ураган. Много вопросов... Много страха... – словно читая мысли и ощущая неуверенность Сергея, произнес человек за столом.

Лицо незнакомца, освещаемое тусклым светом подсвечников, стоявших на столе, выражало глубокое спокойствие, и, хотя освещение было слабым, Сергей видел, что кожа у человека была бледного цвета, словно у мертвеца. На вид мужчине было около сорока, волосы были светлыми и длинными, аккуратно уложенными в хвост.

Напротив незнакомца на столе стояли две керамические кружки, наполненные горячим ассамским черным чаем, источающим по всему помещению приятный, немного цветочный аромат с необычными для черного чая медовыми нотками. Рядом с кружками стояла металлическая мельхиоровая сахарница, на которой были выгравированы узоры в виде трискелиона, представляющего собой круг, разделенный на три части тремя изогнутыми линиями.

Позади человека, на противоположной стене, висели огромные портреты, искусно нарисованные кистью неизвестных художников.

Незнакомец, протянув руку к сахарнице, приоткрыл металлическую крышку и, достав из нее два кубика сахара, закинул их в одну из кружек, после чего подвинул ее поближе к себе и начал медленно размешивать сахар маленькой серебряной чайной ложечкой, еле касаясь ею стенок кружки.

На время в помещении повисла тишина, которую разбивали лишь звуки ударяющейся ложечки о стенки керамической кружки и треск поленьев в камине.

Как будто осознавая неуверенность Сергея, ощущая его растерянность и страх, незнакомец вновь заговорил с ним:

– Сергей, горячий чай может остыть, а тепло тебе сейчас не помешает. На Южном полюсе погода не балует путников гостеприимством. Сколько отважных людей она поглотила из-за мельчайших ошибок, совершенных ими, бездумно бросившими в одиночку вызов силе, которая в свое время раздавила целую цивилизацию и запрятала целый континент под свой ледяной, непроницаемый панцирь.

Сергей неуверенно шагнул вперед, в сторону стола, за которым сидел человек, рассматривая попутно комнату и пытаясь удостовериться, что больше в помещении никого нет.

Осторожно подойдя к столу и поравнявшись с незнакомцем с противоположной стороны, Сергей отодвинул стул и присел напротив человека.

– Где я? – спросил Сергей немного неуверенным голосом.

– Этот дом был построен моими предками задолго до того, как Антарктиду покрыл толстый слой снега. Некогда эта земля была центром культуры всей планеты, здесь жили разные существа и творились забавные вещи, но ныне это просто кусок безжизненной плоскости, которая покрыта холодным снегом. Хотя и тут есть своя жизнь. И, возможно, нечто большее, чем просто лед.

– Но я...

– Был в пещере и искал артефакт. Я знаю, – оборвав слова Сергея, ответил незнакомец. – И ты нашел его. Разве артефакту обязательно быть материальным? Информация в пространстве не миф, а факт, и все, что нужно человеку, это настроиться на волну и принимать потоки, которые бесконечными волнами циркулируют повсюду. Это хорошая защита, позволю заметить, от серой массы вашего вида. Только тот, кто готов постигнуть информацию, найдет ее, ну а тот, кто не готов, будет ходить вокруг да около, даже не осознавая, что ответы рядом с ним, они повсюду, они вокруг. Хотя есть информация, которую можно сохранить в определенном месте, в камне, например, или в куске льда, или при сочетании этих материй, каждая из которых имеет свою частоту и тем самым порождает тот диапазон в окружающей среде, который соответствует сохраняемой информации, но большая часть знаний просто вокруг вас.

Сергей продолжал пребывать в растерянности и в неверии во все происходящее. Незнакомец, сидевший напротив него, говорил странные вещи, которые больше походили на сказку или бред сумасшедшего, но больше всего Сергея смущали глаза незнакомца, которые он смог разглядеть, оказавшись напротив. Они были абсолютно черными, непохожими на человеческие, что придавало незнакомцу зловещий вид. Словно вышедший из фильмов ужасов демон с бледным лицом, представший перед ним во всем своем одиноком величии. Холодная дрожь пробежалась по телу Сергея. В эту секунду он был готов вновь поверить в нечистую силу, предполагая, что перед ним сам Сатана.

– Ну, довольно, – сказал незнакомец спокойным голосом, внезапно прервав мысль Сергея. – Я не Сатана и не демон, так же как и ты, я подчиняюсь воле единого Творца. Тебя смущают мои глаза, я полагаю, так как в остальном внешне я похож на тебя, такая же плоть с руками и ногами.

– Ты читаешь мои мысли?

– Можно и так сказать. Мысль – это информация, ты для меня как незакодированный телевизор, через который я смотрю на новости, вещаемые твоим мозгом. Дело практики, – добавил незнакомец, все так же спокойно поднес кружку к своим губам и, сделав глоток чая, добавил: – Наши тела – это естественная оболочка проявления разумной жизни в этом мире. Однако есть существенные различия, которые проявляются по мере роста.

– В это все сложно поверить, я до сих пор не до конца осознаю реальность всего происходящего.

– Данное место настолько же реально, насколько и твой мир, в котором ты живешь. Вопрос лишь в том, считаешь ли ты реальным свой мир и знаешь ли ты, чем на самом деле является мир вокруг тебя. Но это долгий разговор, и ответы на эти вопросы ты должен будешь для себя раскрыть сам, если захочешь, но в целом твоя задача не в этом. Какие-то вопросы не требуют ответа, но люди упорно тратят свое время на поиски таковых. Печально. Мне всегда было интересно наблюдать за тобой, Сергей. Искатель приключений, по-детски наивен и честен. Если бы я мог рассказать тебе все, открыть тебе всю правду, что тебя окружает, ты бы застонал от ужаса и забился в самом темном углу.

– И что мешает вам это сделать? – серьезным тоном спросил Сергей.

– Не в этом задача, – спокойно ответил незнакомец. – Мы все учимся. У каждого свои задачи, потребности и свои испытания. Вмешиваться в этот процесс нельзя, иначе мы нарушим волю единого.

– И какова ваша задача?

– Такая же, как у любого преподавателя в классе, – заниматься обучением.

– Обучением людей. Значит, слухи о тайной власти и правительстве не миф.

– Не смеши меня. То, что вы называете тайным правительством, ничего общего с нами не имеет. Никакого мирового правительства нет, есть лишь заговор вашей элиты против остальной части людей. Они всего лишь дети, которые решили установить свои правила внутри класса, в то время пока мы, учителя, даем каждому из сущностей на этой Земле инструменты, которые нужны для саморазвития и познания себя. Ставим перед выбором каждого, кто живет, жил или будет жить. Перед таким же выбором стоят и они, те, кого вы нарекли тайным правительством, но их сила в вашей покорности. Мы знаем, чем закончится для них эта игра, мы знаем, чем закончится жизнь тех, кто последует за ними. Они не первые и не последние. Но в этом их природа, их сущность. Мы могли бы остановить их, могли бы остановить всех вас, у нас есть на это сила, но наша цель в другом. Одни люди мешают другим людям постигать знания и свободно их реализовывать, ставят вам иллюзорные границы, в которые вы верите, и оттого границы становятся реальными. Таким образом, у них есть своя задача, которую видим мы, а они ее не осознают, остальной класс слепо смотрит им в рот и слушает пустоту, которая вырывается из их чрева.

– Часть силы той, что без числа. Творит добро, всему желая зла, – усмехнувшись, произнес Сергей.

– Именно. Их действия нужны для укрепления сознания остальной части класса, и тут выбор уже за людьми, либо они слушают учителя, а он внутри каждого из вас, ваша совесть, либо люди слушают самопровозглашенных авторитетов. В любом случае нам они не мешают, наша задача – дать информацию, а усвоите вы ее или нет, уже ваша работа. Даже если мы потерпим неудачу и весь класс провалит экзамен, который наступает для каждого из вас индивидуально, все просто начнется заново для каждого из вас. Если повезет, мы продолжим обучать вновь перерожденных, если нет, то вашим обучением займутся сущности, к которым вы энергетически подходите.

– Получается, вы наши учителя, которые допускают кровь, насилие, войны, и, располагая силой предотвратить все это, ничего не делаете?

– Если бы задача заключалась в сохранении оболочки сущности, мы бы действовали иначе. Однако тело человека значения не имеет, это всего лишь средство к возможному преобразованию одного вида энергии в другую. Если энергия не готова проходить обучение во вновь созданных условиях, она вправе уйти из тела, так же как водитель автомобиля свободен в выборе времени, когда ему сесть за руль, ехать или, остановившись, выйти из автомобиля, однако покинуть этот мир ей не суждено, пока не произойдет преобразование, достаточное для того, чтобы был возможен переход. Тело человека не есть весь мир, есть другие, и там свои задачи, условия, тела. Эта жизнь дана для укрепления и преобразования энергии внутри каждого. И задача любого из живых на этой Земле – найти себя, познать, двигаться в направлении совершенствования и, когда настанет время, покорно уйти. В любом случае мы даем инструменты, которые призваны помочь людям в создании мира и процветания. Но как я уже говорил, вы сами даете силу тем, кто ведет вас к пропасти. Нужно ли винить нас в вашей слабости? Как ты любишь говорить, убить можно и ручкой, но она же создана для другой цели.

– Но вы бы могли рассказать людям суть.

– Пустая трата времени. Есть информация, которую нельзя рассказывать просто потому, что к ней не готова большая часть массы. Попробуй объяснить обезьяне принцип построения дома или создания сайта. Попробуй объяснить средневековому человеку программирование. Ты и сам испытываешь проблемы в интеллектуальных кадрах в своей компании. Если все так просто, то сделай это, поясни суть всем людям, – незнакомец мило улыбнулся и уже более спокойно добавил: – Не все люди готовы к принятию информации, а приняв ее, не все готовы адекватно ее нести. Для некоторых проще уставиться в мониторы своих планшетов, попивать колу, смотреть однотипные фильмы и ни о чем не задумываться. Задача людей – самим найти ответы, все, что им для этого надо, у них перед глазами. Однако стоит быть внимательными: одни и те же инструменты могут давать разный эффект. Но кто ищет, тот найдет. Изначально вам давались лишь нужные знания, которые указывали направление вашего следования, со временем знания были искажены и изуродованы, по большей части самими же людьми. Вы решили идти своей дорогой, и мы не вправе были вам мешать, поэтому все так и происходит, как ты это теперь видишь. Со стороны кажется, что это мы виноваты, а на деле вы пожинаете плоды своего эгоизма.

– Вы сказали про экзамен для каждого, но не логично предположить, что успех так называемых учащихся будет плюсом для вас. Тогда вам должно быть выгодно подавать хороший материал, который способен будет успешно пройти экзамен.

– Это ваша логика, но не наша. Нам нет дела до количества, нам нет дело до вас в сути. Придет время, и вы уйдете из этого мира, и на ваше место придет другая энергия с такими же характеристиками, как и ваша, и мы начнем все заново. Так было, так есть и так будет. Все, кто сейчас тут, будут распределены в будущем согласно своей проработанной частоте, возможно, часть останется тут, если их энергетика не претерпела больших изменений.

– Получается, этот мир тюрьма?

– И даже хуже, чем тюрьма. Пока сущность это не осознает, она не освободится. Можете хоть тысячу раз совершать самоубийства, стреляться, убивать, но все равно будете тут до тех пор, пока энергия не преобразуется настолько, чтобы уйти из этого диапазона волн. Но чем хуже становится энергетика человека, тем хуже условия он получит в перерожденном состоянии и наоборот. Посмотри на свое тело – оно твой приговор, его недостатки – это статьи. Посмотри на то, в какой семье ты родился, – это строгость твоего режима. Поверь, и в этом мире можно жить по справедливости, но кто вам мешает? Вы.

– Тогда зачем я тут, если каждый должен сам прийти к своему совершенствованию?

– Мы учителя, а не надзиратели. И хотя я сказал, что этот мир в образе своем похож на тюрьму, но это не говорит о том, что здесь невозможно спокойствие и справедливость. Мы не можем и обычно не вмешиваемся напрямую в то, что творят люди. Пару раз мы предотвращали крупные конфликты, которые могли повредить Землю и привести к срыву преобразования остальной части энергии, которая проходит свой путь совершенствования, параллельно вашему, но не более. Люди не единственные развитые существа этого мира, есть другие, и у них свои задачи. В твоем случае все то же самое. Я не дам тебе тех знаний, к которым ты не готов, технологий, к которым не готовы люди. Но как учитель, я могу дать инструмент и направление. Свести тебя с человеком, который так же, как и ты, достиг определенных открытий в своей области, и вместе вы можете создать новый рывок в сознании всего человечества. Но это твой выбор, будешь ли ты следовать моей подсказке или вернешься на родину без него.

– И что это за человек?

– Профессор Нойером. Можно сказать, что он и есть твой артефакт, который ты искал здесь.

– Нойером? – уточнил Сергей.

– Да. Найди его, и этот человек поможет тебе усовершенствовать твою идею или...

–Или что?

– Или не находи. Как я уже сказал, моя задача – дать информацию, а твоя – принять решение. Выбор, вся наша жизнь – это выбор.

– Все это странно, – опустив голову, произнес Сергей. – Предположим, я найду его, а смысл какой? Если вы все знаете, то должны быть в курсе тех событий, которые сейчас развиваются вокруг меня.

Незнакомец повернул голову в сторону окна, за которым продолжал бушевать ураган, и, глядя на непогоду за окном, выдержав короткую паузу, ответил:

– Жизнь – это череда событий и явлений, которые происходят постоянно, пока каждый из нас жив. Разве знаем мы в младенчестве, какой путь уготован каждому из нас? Кем станем через двадцать, а может, сто лет? – незнакомец медленно перевел свое внимание с окна на Сергея и, встретившись с ним взглядом, добавил: – Мы все что-то меняем, постоянно, каждую секунду нашей жизни. Детали, которые порой кажутся незначительными, приводят к значительным последствиям. Выбор. Даже смерть влияет на человека не меньше, чем жизнь. Измени этот мир, меняй его постоянно, пока твое сердце бьется. Я не могу назвать тебе имена, которые стоят за процессами вокруг тебя и твоей компании, не потому, что желаю твоей смерти, вовсе нет. Просто у каждого свой путь, и у тех, кто играет за твоей спиной, тоже.

– Я чувствую себя тем самым инструментом... – усмехнувшись, добавил Сергей.

– Для кого-то да.

– Это вправду все реально? – спросил Сергей у сидящего напротив него невозмутимого незнакомца.

Неожиданно окно распахнулось и ужаснейший силы ветер ворвался в зал, потушив огонь в камине и на свечах, стоявших на столе, погрузив помещение в кромешную темноту. Сергей, которого испугал такой резкий поворот событий, на время отвлекся, а когда снова повернул голову в сторону, где сидел незнакомец, то увидел пустой пыльный стул и такой же пыльный стол с гарнитурой, покрытой паутиной.

Недоумевая, находясь в растерянном состоянии, он услышал злобное рычание со стороны распахнувшегося окна. Рычание становилось все громче и свирепее, и вот за окном появилась огромная белая морда дикого волка, который подходил все ближе и ближе, пока не поравнялся с окном. Сделав еще пару движений, волк с легкостью впрыгнул через распахнувшееся окно внутрь просторного зала.

Безумный страх охватил Сергея. Он быстро выскочил из-за стола и, схватившись за спинку стула, приготовился кинуть его в сторону зверя.

Стул оказался тяжелым, но, найдя в себе силы, Сергей приподнял его и запустил в волка, пытаясь отпугнуть жуткого зверя и пробежать к огромной двери, около которой он изначально оказался, когда попал сюда.

Волк, будто предугадывая каждое движение своей добычи, ловко отскочил в сторону и быстро запрыгнул на стоявший рядом стол, задевая и раскидывая лапами гарнитуру на нем, которая со звоном опрокидывалась на пол, не давал Сергею шансов на побег.

Оскалив белые клыки до самых десен, волк медленно подкрадывался к напуганному до смерти Сергею, оскалив огромные и острые, как лезвие бритвы, клыки. Из приоткрытой пасти стекали струйки слюны, капли которой, растягиваясь, капали на поверхность деревянного стола.

Сергей отступал назад, пытаясь найти хоть какую-то возможность спастись. Но дикий зверь не давал ему ни единого шанса выскочить из ловушки, уставившись на Сергея голодным, диким взглядом, готовясь наброситься на свою жертву в любую секунду и разорвать ее на куски.

«Вот и все», – подумал Сергей.

В следующее мгновение волк, словно стрела, сорвался с места и накинулся на Сергея, вонзив свои острые клыки в его правую руку, которой тот попытался защититься от ужасных зубов монстра. Клыки волка, прокусив толстую зимнюю куртку, глубоко впились в кожу, вызвав жгучую боль, от которой Сергей громко завопил от отчаянья. Он ощущал, как горячая кровь начинает струиться из ран по онемевшей руке.

Становилось холодно. Темнота сгустилась над ним, и он чувствовал над собой тяжесть разрывающей его плоть массы и рык голодного зверя.

Он проваливался в пустоту, теряя остатки сил, в его сознании эхом раздавалось повторяющееся слово: «Нойером, Нойером...»

***

– Сергей!!! – громко кричал Максим. – Сергей, ты жив! Слушай, ты меня напугал, ей-богу. Я думал, что уже потерял тебя, – радостно выговорил Максим, увидев, что Сергей подал признаки жизни, приоткрыв глаза.

Сергей очнулся от дремоты, граничившей с кошмаром, и увидел перед собой испуганное лицо Максима, который пытался привести его в чувство.

– Что произошло? – спросил Сергей.

– Ты провалился в яму, – растерянно ответил Максим. – Я сразу же взял страховочный трос, который мы захватили с собой, и спустился за тобой.

– Сколько я так провалялся?

– Наверно, минут двадцать, а может, и меньше, я не засекал.

Сергей, немного приподнявшись, почувствовал легкое головокружение и подступающую тошноту в горле, которую с трудом сдерживал.

– Давай я помогу тебе привстать.

После этих слов Максим просунул за спину Сергея руку и, закинув его левую руку на свою шею, стал помогать приподниматься.

Попытавшись помочь Максиму, Сергей решил сделать упор правой рукой, но, как только он прикоснулся ладонью к холодной ледяной поверхности, резкая боль почувствовалась в локтевом суставе, из-за чего на лице появилась гримаса, похожая на мрачную усмешку.

– С тобой все нормально? – спросил Максим.

– Да. Локоть болит. Видимо, на него упал.

– Не удивительно, тут метров тридцать спуск.

– Ладно, вроде живой, – усмехнулся Сергей, пытаясь как-то развеять напряженность.

– Вроде да.

– Может, здесь осмотримся? – предложил Сергей, окидывая взглядом темные углы ледяной ямы. – Вроде там есть проход.

– Ты хочешь, чтобы мы еще и заблудились тут? С меня хватит на сегодня приключений. К тому же твой радар перестал пищать.

– Может, сломался при падении, – предположил Сергей, извлекая из рюкзака ноутбук с антенной.

На экране была пустота. Сигнал, который до этого был отчетливым, исчез, и теперь ничего не указывало на то, что в этом куске льда есть какие-то признаки недавнего сигнала.

– Ничего, – с сожалением в голосе ответил Сергей.

– Давай выбираться отсюда. Я прикрепил веревку, спуск тут не очень крутой, поэтому по нему мы выберемся наверх и отправимся на базу. Тебе нужна медицинская помощь. Хватит уже на сегодня приключений. Хорошо, что хоть твоя система на Марсе не показала наличие артефактов, а то, зная тебя, думаю, ты и туда бы свой нос засунул.

Сергей лишь слегка улыбнулся сарказму своего друга, после чего они начали выбираться из темной ямы, в которую провалился Сергей.

Все то время, пока они выбирались из ямы, Сергея не покидали мысли о его, как ему теперь казалось, видении. Неужели это была галлюцинация, вызванная помутнением? В этот миг Сергей не мог понять, где реальность, а где иллюзия. Разговор с незнакомцем был реален, он ощущал это так же ясно, как сейчас осознает, что реальным было их прибытие на Южный полюс, и то, что перед ним Максим. Но при этом он был тут, в пещере, а не в зале с камином и расписным столом и с таинственным человеком. Реальность двух миров как будто соприкоснулась и раскрыла на время двери перед Сергеем. Он помнил весь разговор, появившегося волка и ощущение страха, которое испытал и которое до сих пор не покидало его. Но теперь он был совершенно в другом месте. Рядом с ним был не дикий разъяренный волк, а Максим. И лишь боль в правой руке не давала ему покоя.

Через час, уставшие от изнуряющего подъема и выхода из пещеры, оба путника оказались около своих снегоциклов. Погода все так же радовала глаз и не предвещала ухудшений, давая чудесный шанс добраться до базы без приключений.

Укомплектовав немногочисленное оборудование, которое они взяли с собой для спуска, и закинув его на снегоциклы, Сергей еще раз повернулся к входу в пещеру, из которой они с Максимом недавно вышли и в которой по счастливой случайности ему удалось остаться в живых.

Эхом в его сознании раздался еле слышимый шепот собственных мыслей.

– Нойером, – прошептал Сергей, после чего, сделав напоследок еще пару снимков входа пещеры, сел на снегоцикл, завел двигатель и на всех порах понесся назад на базу за Максимом, который стартовал немного раньше него.

Два снегоцикла устремились в направлении базы через усеянную трещинами долину по заранее выложенному маршруту, оставляя позади себя ледяную стену с вырубленной в ней пещерой.