Часть 56. Признание.

— Прости! Прости! — тут же начал извиняться он, приземлившись в двух метрах от меня.

В ушах звенело, я попыталась встать, но смогла лишь приподняться на одну руку и локоть, выстреливая испепеляющим взглядом в Каина. 

Я прожигала его взглядом: в ноздре ваты уже не было, но на скуле красная ссадина оставалась. Он слега приподнял руку в мою сторону, ка машинально делают люди при встрече с хищниками на их территории. По лицо бегало смятение и лёгкий страх, хотя взгляд был уверенным.

— Какого хрена, — процедила я свозь туго стиснутые зубы, — ты сделал?!

— Дездемона, я хочу поговорить. Пожалуйста. 

— Я могу парализовать тебя парой слов, ты ведь это понимаешь? — Я стала подниматься на ноги, учитывая каблуки в тридцать сантиметров, это было сделать куда сложнее, чем я предполагала. 

— Выслушай меня, Дези, прошу. 

— У тебя есть одна минута — или ты лишишься одного из органов чувств. — сжала я кулаки, мысленно вспоминая заклинания, которые зазубривала.

— Хорошо. Ты наверняка догадалась, что я здесь из-за тебя, верно? Может, когда пришли Высшие или ты прочла переписку в телефоне. 

Я не хотела этого демонстрировать, но его слова вызвали во мне интригу.

— Я знаю, что ты работаешь на Азазеля. Я догадалась, — мне захотелось улыбнуться, но я не стала этого делать, дожидаясь, пока он продолжит. 

— И я знаю, что это ты ударила меня в лицо, пока я спал. Но я не злюсь! Это было практически заслуженно. — выдохнул он, по-прежнему стоя в той защитной позе. 

— Ближе к делу. Что ты делаешь здесь?

— Я... Меня подослали за тобой, чтобы... узнать, зачем ты здесь. По договору мне запрещено рассказывать об этом что-либо, поэтому я не могу ничего сообщить, но я понял, что... выбрал не ту сторону. Я правда был зол на тебя, думал, что ты совершаешь что-то запрещённое, хотел выдать тебя и всё такое, но понял, что ты, по сути, этого не хочешь. То есть... — он выдохнул, слега поднимая голову, словно ожидая, пока новое предложение в его голове обретёт форму словами или упадёт с вишнёвого неба. — Я подслушал твой разговор с Азраэелем этим утром. 

Мои веки раскрылись в изумлении против моей воли. Я и подумать не смела, что нас могли подслушивать. Я быстро стала прокручивать с ним наш разговор, дабы убедиться, что я не сказала ничего лишнего, но всё также ждала слов брата. 

— Чего ты хочешь? — спросила я. 

— А ты? Ты ведь пришла сюда воскресить нашу маму, так?

— Тебя это не касается, Каин. — сурово заявила я. — Не мешайся у меня под ногами. — добавила я угрожающим голосом. — Не то — пожалеешь. 

Я стиснула челюсти и стала разворачиваться и идти в сторону двери, что вела на эту крышу, чтобы выйти отсюда и по лестнице спуститься в отель, но Каин вновь заговорил:

— Дез, я хочу помо...

— Не называй меня так! — вдруг рявкнула я огрубевшим, не знакомым мне голосом, точно тот доносился из самой глотки через сильный ветер. 

В лёгком онемении пару мгновений мои глаза не слезали с его напуганного лица, после чего грудь стала вздыматься куда чаще, а зрачки забегали по полу. Я стала уходить.

— Де... — он осёкся, за спиной послышались шаги в моём направлении. — Дездемона! Прошу, прости меня, пожалуйста! Я знаю, что вновь ошибся и снова чуть не предал семью, но я хочу исправиться! Я хочу помочь тебе вернуть маму! Правда!

Я молчала, силой открыв дверь и заходя в тёмный коридор, в котором лестница утопала в практически ночной глубине. Мне не хотелось ему верить.

— Я изучал эти заклинания, знаю про обряды, я...

— Это Азазель тебе рассказал? — резко остановилась я и посмотрела на него, идущего в трёх ступенях от меня. 

— Да, он. Он рассказал, что это возможно и когда-то случиться, сказал, что может получиться не сразу.

— В каком смысле?! — развернулась я к нему, прожигая взглядом. 

— Он что-то говорил об этом давно. Я не помню. Я знаю, что тебе ещё нужна кровь всей семьи. Я могу помочь тебе её достать!

— Зачем ты вообще суёшь свой нос в это дело?! — подалась я к нему ближе. — Какая тебе от этого выгода?!

— Я хочу искупить свою вину. Я наделал много дерьма нашей семье и хочу искупиться.

— Чарли со своими уроками искупления подсобила? — выгнула я бровь, снова поворачиваясь вперёд и спускаясь к следующему пролёту, перекладывая руку на перила.

— Можно и так сказать. — вздохнул он. 

— Ты же понимаешь, что будет после того, как она снова проявится на свет? — нацелила я на него взгляд как на мишень в полутьме. — Миру придёт конец. Этого ты хочешь для своей семьи? Падение Рая и Земли? Процветание Ада?

— После того, что с нами сделали Высшие, — да. — Уверенно заявил он, заглядывая в мои глаза.

— В каком это смысле?

— Изгнание нашей семьи из Эдема, падение Люцифера, Азазеля и других ангелов. Ты права: Рай — не самая справедливая система. 

Я вновь поднялась на два шага и встала перед ним на ступень ниже, максимально приближаясь к его лицу и произнеся слова, что вырывали из моей груди сердце своей правдой:

— А я — нет. Я не хочу ничего из этого. 

После этих слов я стала спускаться дальше, больше не слыша за собой шаги своего оцепеневшего брата. Однако спустя один пролёт он вновь меня догнал. 

— Что значит "я не хочу"? Разве ты не в обиде на Рай? Не считаешь, что всё это неправильно? Что мир неправильный???

— А когда он падёт? Это, по-твоему правильно?

— Это месть! — парировал он. 

— А что потом? Страдание миллиардов душ? Конец такого света, которым мы его знали? Может, Рай не так справедлив, но он ближе всего к истине.

Казалось, что мы спускались бесконечно долго. На каждом пролёте висело по одной белой лампе, что, к слову, меня удивило, так как все остальные в этом отеле — жёлтые. После тёплых и дружелюбных бра эти казались угрожающими и напрягающими. Мы шагали уже минут пять, но будто всё никак не приближались к первому этажу. 

— Что это значит? Почему ты не хочешь бороться за свою семью?

— Там не за что бороться, Каин! Наши братья в самом лучшем существующем для них месте. Отец ушёл в новую жизнь, которую он заслуживает, ты тоже, судя по всему, не страдаешь, а мама... Она... 

Я не закончила, лишь ускоряя шаг, почти перепрыгивая через ступени через боль в лодыжках от каблуков. 

— Разве ты не считаешь, что место всей нашей семьи — вместе?! Что мы должны быть вместе?

— Зачем? Каждый живёт свою лучшую жизнь. 

Спустя ещё два пролёта я наконец увидела дверь, ведущую в один из коридоров отеля. Лестнице ниже уже вела в подвалы. Я толкнула пендельтюр и вошла в освещённым мягким и приветливым светом коридор.