47. бриллиант

— Велишаева, проснись! — кричал Кирилл, тормоша блондинку, которая кричала и плакала во сне, — Проснись, кому говорю!

Девушка резко открыла глаза и испугалась парня, который нависал над ней. Быстро выбравшись из хватки и сев на кровать, блондинка пыталась отдышаться. Кирилл уставился на девушку, чья грудь высоко вздымалась.

— Плохой сон? — спросил спокойно Кумарин младший.— Тебе то что?! — крикнула блондинка, заводя пальцы в волосы и желая их вырвать, на что Кирилл испугался.

Не ответив агрессией в ответ, парень глубоко вздохнул и хлопнул себя по ногам, возвращаясь в стоячее положение. Аня почувствовала вину, ведь он не был виноват в произошедшем, но и не хотела извиняться, поэтому только уставилась на парня своими блестящими от прошедших слёз или стыда глазами.

— Вон пакет с твоими вещами, — сказал он тихо, и Велишаева посмотрела на пакеты из какого-то магазина женской одежды, — Вроде твой размер. Через 2 часа едем.

Аня бы возмутилась, будь на этом месте его отец, но в ответ она лишь едва кивнула и попыталась выдавить улыбку. Когда Кирилл вышел из комнаты, она подошла к пакетам, где почти вываливалась косметика, а в другом лежало платье. Достав его, девушка узрела платье, чья длина была довольно вызывающей. Бретельки помогали держать и без того глубокое декольте, а сам предмет одежды был в пайетках чёрного цвета.

— Да уж, — шепнула Аня, складывая вещь обратно, и вернулась на кровать.

Шлёпнувшись на кровать, девушка в гневе провела руками по лицу. Ей не приходило в голову, как выбраться отсюда, но блондинка знала, что она должна. Она должна выйти на связь.

***

Цокая каблуками, Аня вышла из своей комнаты. В зеркале она выглядела больше, чем прекрасно, но такой наряд больше подходил для торгов своим телом, чем для семейной вылазки. Когда блондинка увидела, что стрелка немного размазалась, вернулась в свою спальню, пытаясь ватной палочкой вытереть излишки и намазать губы красной, алой помадой ещё раз, добавляя вульгарности. Если Кумарин старший хотел добиться этого, то он это и получит. Сейчас она выглядела как дочка богатого папы, какой раньше была Маша. Белокурая ушла на первый этаж, где мужская половина семьи поправляла свои костюмы, а Кумарина смотрела телевизор, находясь в пижаме.

— Ты не едешь? — спросила Аня в недоумении, на что Маша лишь уставилась на отца, который поправлял свой галстук.— Сегодня ей там нечего делать.

На лице Ани вопросительно искривилась одна бровь, но вспомнив, что она хотела сделать, вышла из дома, кинув: «Я курить». На крыльце дома стоял статный мужчина, охранник, который разговаривал с кем-то по телефону. Девушка подкурила свою сигарету и двинулась к нему.

— Дай позвонить, — сказала она, когда мужчина сбросил трубку, — У меня телефон в комнате остался.

Конечно, она соврала, но нужно было вести себя уверенно, с чем Аня успешно справилась.

— Не положено.— Мне надо на работу позвонить, — этот аргумент не вразумил охранника, — Мне папе пожаловаться, что ты не выполняешь свою работу?

Она изображала богатую дочь, от её слов парень будто испугался и отдал аппарат. Аня взяла телефон в руки, набирая выученный наизусть номер и чувствуя тремор.

— Это конфиденциально, — кинула она, отходя от мужчины, который стал более податливым, поэтому кивнул и отошёл к воротам, чтобы сесть машину.

Аня глубоко вздохнула, нажимая кнопку вызов. У неё пять минут, если не меньше. Гудки длились недолго, и этот хриплый томный голос будто дошёл до самых недр сознания, будоража каждую клеточку организма.

— Валера, — шепнула Аня, и парень напрягся, выйдя из комнаты сестры, направляясь в свою, — Это я.— Ты как?— Как ты? — спросили они одновременно друг у друга, отчего улыбка взошла на их лица.— Тут орава наших друзей рвёт и мечет, — сказал он, и сердце Ани сжалось.— Из-за меня?— Нет, ты что... Они... Они просто устали с больницы, — соврал Турбо, но девушка не заметила лживости голоса, — Как там семья?— Ну ты тоже чушь не неси, — сказала она, закатывая глаза, — Мы сейчас едем куда-то. Я придумаю что-нибудь.— Я волнуюсь за тебя, — признался Туркин, и слёзы скопились в уголках глаз, — Не нарывайся на ещё большие проблемы. Мы вытащим тебя.

Девушка услышала глухой звук шагов рядом с дверью, а затем увидела Кирилла... Она бы хотела поговорить с Турбо, как можно больше, но сбросила трубку, побоявшись сказать и слово, чтобы её не заметили. Аня спрятала аппарат в маленькую сумочку. Но Кумарин младший заметил предмет связи в её руках, отчего сердце блондинки сжалось, а за ним вышел и глава семейства, но Кирилл лишь посматривал то на Аню, то на отца, не вымолвив и слова. «Не сдаст?» — подумала Аня, и брат кивнул в сторону машины, как бы позвав её идти с ними. Троица села в машину, пока Кумарины закуривали сигареты, девушка незаметно кинула телефон в бардачок, посмотрев на водителя.

— Где мой... — начал он, привлекая внимание мужчин, отчего Аня испугалась не на шутку.— Так вот же он, а говорил, потерял, — перебила его блондинка, краснея от такого абсурдного обмана, и Кирилл хмыкнул, пытаясь обсудить детали сделки с отцом.

Когда мужчины перевели внимание на обсуждение бизнеса, Велишаева набрала в легкие побольше воздуха, после чего облегченно выдохнув, и машина тронулась.

Выйдя из машины, Аня узрела светлое большое здание, которое выделялось среди прочих своим шармом, что-то было в нём манящее, завораживающее. Над входом светилась вывеска «Триумф», и она подумала, что это очередной клуб Кумарина, в котором он решил проверить обстановку.

Но её ожидания рассеялись, когда пред ней оказались столы, за которыми мужчины играли в азартные игры. Кто-то рвал на себе волосы от очередных убытков, а другие кричали от радости, выигрывая состояние. На подиумах, облагороженных под сцены, танцевали изящные девушки в купальниках. Вид у них был более, чем вульгарный, но посетителям это только больше нравилось.

Девушка осматривала помещение, но её прервал пьяный мужчина, ударивший её по заднице. Руки Велишаевой зачесались схватить пистолет, который был привязан к ноге, на всякий случай... Но за неё вступился Кумарин старший, взяв незнакомца за грудки.

— Если хоть пальцем ещё раз дотронешься до неё, я испепелю тебя, понял?

Закивав, мужчина переводил дух после такой стычки, и, когда Кумарин взял Аню за талию, ведя её, в голове посетителя закралась мысль, что она спит с ним за деньги. Но боже, как она прекрасна, как манили это формы... Она гребанная королева. И так считал каждый, кто заметил Аню, а девушка была на виду.

Кумарин выпустил дочь из рук, когда они отошли от «поклонника», отчего Аня благородно кивнула. Ему не хотелось ссориться в таком месте, поэтому он готов был уступать Велишаевой, пока что.

Можете прочитать под песню 104 — «Королева»:

Они оказались на втором этаже, которая была для привилегированных гостей. В каждом ложе восседали мужчины от 20 до 50 лет, и Аня скривила лицо от мысли, что среди них мог быть и кучерявый парень с агрессией вместо мозгов. Бандиты, на кого были похожи эти гости, наслаждались танцами манекенщиц, которые хотели побольше заработать. Стук каблуков привлекал внимание, и при таком освещении девушка казалась ещё роскошнее, ещё вульгарнее. Изящества ей не занимать, а такой образ только придавал уверенности и польщения своего самолюбия, отчего улыбка взлетела вверх.

Кумарины остановились в одном из ложе, в котором находился мужчина лет 30. На удивление, он был один, потягивая стакан алкоголя и косяк. Ведь это его заведение, тут можно всё. Стрижка была короткой. Рубашка была идеально выглажена, рукава закатаны, открывая вид на пару татуировок и мускулы, а открытый воротник показывал массивную шею и большой шрам, виднеющийся рядом с сонной артерией.

Пожав руки, мужчины расселись за столиком, пока хозяин заведения осматривал новую гостью, которая остановилась на стуле, закидывая одну изящную ногу на другую. Он снял свои чёрные очки, которые придавали имиджа, протягивая руку Ане.

— Владислав, — кинул он, и девушка кивнула.

Она не хотела говорить своего имени, отчего Кумарин старший оскалился, сказав другу: «Аня, моя дочь».

— Ого, Вова, я думал, у тебя только одна дочь, — кинул Влад, осматривая блондинку, которая доставала сигареты из сумочки.

Она манила и будоражила, кудри вызывали даже детский, подростковый трепет внутри. Могущественный и властный авторитет Петербурга не мог устоять...

— Берёг до особого случая, — кинул Кумарин, улыбнувшись.— Обсудим дело? — прервал мужчин Кирилл, на что отец немного рассердился, но кивнул.

Аня рассматривала игровые столы, виднеющееся даже с её места. Ей было скучно и паршиво, что она крутится здесь, но её руки были связаны. Мужчины что-то монотонно обсуждали, на что блондинка не обращала и капли внимания. Непроизвольно она ногтем вырисовывала узоры на ноге, и это не могло уйти от взгляда нового знакомого. Влад покрылся мурашками при её виде, томном дыхании и вываливающегося изо рта клубка дыма, даже этот жест казался идеальным.

— Не хотите посмотреть, как играют? — спросил Влад, внезапно оказавшись рядом с ухом Велишаевой. Она даже не испугалась, лишь вновь томно выдохнула дым прямо в лицо мужчины.

От него пахло дорогим мужским ароматом, руки казались массивными, каждая девушка не устояла бы такого вида, нависающего над Аней в этот момент, но она едва улыбнулась.

— Не интересно, дайте пройти, — сказала она, желая встать и отойти в уборную, чтобы не чувствовать этот зуд от рвения осмотреть её тело новым знакомым.

Когда она отодвинула его и поднялась, сердце Соколова будто пропустило тысячу ударов, и в его голове закрались странные мысли, несвойственные ему... Завоевать, завладеть. Часть имени «влад» означала власть, владычество, которое переполняло его всегда и везде. Его пузырь мечтаний прервал Кумарин старший, которому нравилась эта ситуация. Влад, несмотря на свой возраст, был главнее Владимира, имел большую власть, являясь вором в законе. Вторая часть — «слава» — слава, известность. О нём ходили легенды и истории по всей России, о его знаменательных сделках, кражах, не отсидев за это и года в тюрьме.

— Бриллиант. Голубой бриллиант, — сказал Влад, смотря вслед девушке, полушёпотом, чего не услышал Кумарин. — Могу предложить тебе сделку, — сказал мужчина, поглаживая свои усы, — Она у меня девушка свободная, хотя своевольная.

Влада привлёк монолог Владимира, и он кивнул, чтобы последний продолжил. Кирилл встал с места, чтобы лучше слышать мужчин.

— Ты мне бизнес изготовления, о котором мы сейчас говорили, а я тебе свою дочь, — сказал Владимир, на что Кирилл опешил, зная все подробности личной жизни девушки.

Он бы и сам был не против приударить за ней, если бы не родственные связи, а Туркин будет готов вывернуть кишки наружу любому, даже Соколову, если на блондинку не так посмотрят. Она любит его, а он порвёт за неё, поэтому хотел помочь Велишаевой избавиться от оков своего отца.

— Она на такое не пойдёт, — сказал Влад, усмехнувшись, — Я это вижу.— Не переживай, я всё устрою, — обнадежил мужчина, будучи сильно уверенным в себе.

тт/тг канал: ffallenloverr 🤍