Часть 15. Лабиринт страданий

Мы живем, постоянно попадая в ловушки. Никто не может избежать западни. Главное понять, попался ты или нет. Если ты в ловушке и не осознал это, тебе — конец.

Чарльз Буковски

— Подъем, голубки! — пропел чей-то бодрый голос, доносящийся сквозь шум дороги. — Это конечная станция.

Приоткрыв левый глаз, я увидел Фелисию, грозно возвышающуюся надо мной. В этот момент автобус подпрыгнул на кочке, окончательно выдергивая меня из мягких объятий Морфея. А Морфея ли?

Я очнулся, обвитый теплыми руками Уокер, которая все это время благополучно продрыхла на мне. Очередное пробуждение в ее компании, на этот раз намного более близкое, чем прошлый в номере.

— Доброе утро, мистер Мерфи! — иронично отозвалась Алиса, сладко потягиваясь и вставая с жесткого сиденья. — Повезло, что нас разбудили... Милтон, на сегодня, ты официально наша спасительница! Наконец-то доехали... Как же я ненавижу сидеть на одном месте, — девушка схватила меня за руку и потянула к себе. — Ну же, вставай, мы последние, если конечно не хочешь навестить депо.

— Ты отлежала мне плечо, — раздраженно буркнул я, потирая затекшую конечность и лениво плетясь за ней. — Оно не предназначено для использования в качестве подушки.

— Ничего страшного! Переживешь, пупсик, — фыркнула девушка, после чего была моментально схвачена мною за локоть.

— Следи за языком, Уокер!

— А что, если нет? — дразня, парировала девушка.

Медленно выдохнув, я так и не сумел сдержать приступ агрессии, возникающий каждый раз, когда кто-то выводит меня из себя. Раньше я даже ходил к психологу, пил транквилизаторы и нейролептики, но как ушел из дома, на все это дерьмо попросту не было денег. Да и желания тоже.

Только с возрастом я понял, что приступы неконтролируемой агрессии — не мой сложный характер, это болезнь, вызванная психотравмами детства. Защитная реакция организма на любое проявление сторонней враждебности.

Грубо потянув Алису к себе, я крепко сжал мягкую кожу руки и с тонким оттенком угрозы в хриплом голосе, едва слышно прошептал:

— Станешь моей куколкой...

— Заявляешь? — беспристрастно бросила она.

— Утверждаю.

— И не надейся, — выдохнула Уокер, пытаясь вырваться из крепкой хватки. — Отпусти!

— Боишься? — издевательски хмыкнул я.

— Еще бы, не обольщайся так сильно, — прошипела Алиса, когда я все-таки расцепил капкан рук. — Не смей прикасаться ко мне!

Темный взгляд еще какое-то время въедался в мое лицо.

— Не думай, что я получаю от этого удовольствие, — оскалился я, выдыхая ей прямо на ухо. — Лапать гребанных копов слишком низко даже для меня. К такой как ты и прикасаться противно.

— Я ненавижу тебя! — на одном дыхании выпалила Уокер, впервые в ее медово-карих глазах было столько ярости, презрения и отвращения.

Видимо мои слова не на шутку ее задели.

Ненависть.

Такое сильное чувство и столько едва знакомых людей, на которых мы его тратим.

Казалось, что в ее пылающем взгляде сейчас сосредоточилась энергия тысячи солнц.

— Не могу не ответить взаимностью, детка, — расплылся я в самой ядовитой ухмылке, на которую был способен.

На левом запястье девушки остался заметный красный след от моих пальцев. Нежная кожа расцвела кроваво-алыми бутонами боли, и была в этом какая-то особенная, нездоровая красота.

Черт, я не хотел хватать ее так сильно... В очередной раз за меня решили демоны, пожирающие изнутри.

Что ж, можно считать это местью за плечо.

— Явно останется здоровенный синяк, — буркнул я, потирая пульсирующую от боли конечность.

— Предложила бы массаж, но боюсь ненароком сломать твои косточки, — съязвила Алиса, ловко выпрыгивая из автобуса прямо на тротуар.

Массаж? Звучит любопытно...

— Ловлю на слове, — со злобной усмешкой кинул я, осмотревшись вокруг.

Я остался последним пассажиром в огромном транспорте, одиноко стоя перед распахнутыми дверьми. Какая-то часть меня не желала переступать этот порог, который знаменовал не только выход из автобуса, но и вход в очередное безумие.

Мягкая, пронизанная солнцем тишина за окном казалась преддверием скорой бури.

Наконец выйдя из транспорта, я пытался найти темноволосую макушку Алисы среди толпы.

— Уокер, мы не договорили, ты окончательно меня выбесила! Сюда иди!

Пробежав пару метров, я замер на месте, разинув рот в полнейшем шоке.

Здание, возвышающееся перед нами, оказалось слишком внушительным для простых кукольных представлений. Это больше напоминало Королевский театр Ковент-Гарден в Лондоне, который мне удалось увидеть лишь на картинках.

Мраморные колонны, обвитые золотистым плющом, подпирали гигантскую крышу, на фреске которой были высечены огромные буквы, складывающиеся в торжественное "Октавиан".

Это здание словно сошло со страниц учебника по истории, прямиком из главы про Древнюю Грецию или Рим.

— Ни фига себе театр... — в шоке пробормотал я, восхищенно разглядывая белоснежное сооружение исполинских размеров. — Мы точно приехали на кукольный спектакль, а не на королевскую оперу?

— Да уж, я ожидала немного иного, — присвистнула Фелисия, не в силах оторвать завороженный взгляд от созерцания архитектурного шедевра.

Меня всегда интересовало зодчество, мелкие детали, которые так тщательно воссоздает автор по истине завораживают. В особенности восхищали подобные грандиозные сооружения, в них ощущалась какая-то магия.

Если бы я не стал музыкантом, то непременно пошел бы в актеры. В старшей школе даже посещал драмкружок, сцена всегда была для меня родным домом. Вот и сейчас нахлынула ностальгия по былым временам, когда я так отчаянно верил в то, что смогу хоть где-то преуспеть и всплыть со дна трущобского болота.

И где же я сейчас?

В цепких лапах ада, захватившего меня в свой плен еще до смерти.

— Вот это да... — завороженно прошептала Ева, рассматривая театр словно восьмое чудо света. — Не ожидала увидеть тут что-то настолько... красивое.

Для кого-то архитектура — искусство растраты пространства. Для других — это азбука гигантов, величайшая система видимых символов, когда-либо созданная. Для меня же она — окаменевшая музыка.

В каждом окне, каждой колонне и каждом мазке создателей я видел застывшую историю, бессмертную летопись человечества.

Однако сколько лет этому изумительному сооружению, возвышающемуся здесь словно маяк посреди кромешного мрака?

Не так я представлял этот, казалось бы, забытый Богом городишко на отшибе вселенной.

— А нас точно туда впустят? — занервничал Донно, пытаясь пригладить золотистые волосы, торчащие в разные стороны. — Билетов-то нет...

— Зато есть личное приглашение из разваливающегося на части дневника, — усмехнулась Фелисия, с гордостью демонстрируя мятый клочок бумаги.

— Всего лишь бумажка, — фыркнула Нинель, сонно плетясь за нами и явно не выспавшись в автобусе.

— У этих изобретательных тварей ничего не бывает так просто, — напряженно пробормотал я, заприметив вышибал на входе в театр и инстинктивно сжимая рукоять ножа в набедренном чехле.

Хватит с меня убийств. К тому же, сейчас это было бы крайне безрассудно, публичное место как никак.

Других людей на площади наблюдалось мало, по всей видимости мы опоздали и большинство посетителей уже было внутри.

У входа в громадное здание нас встретили двое охранников:

— Билеты, дамы и господа, — потребовал коренастый русый.

— Вот... — Фелисия передала охраннику приглашение от Ворона.

Тот лишь посмеялся над ней.

— Вы нас за придурков держите? —усмехнулся он, взглянув на мятый листок с адресом.

— Больше за тех, кем вы являетесь, — съязвила Нинель, скрестив руки на груди.

— Без билетов не пропускаем.

— Где нам, в таком случае, купить эти ваши билеты? — раздраженно фыркнула Алиса.

— Билеты в наш театр не покупают, а добывают путем прохождения мелких испытаний.

— Мы что, в зоопарке? — рыкнул Калеб, сжимая ладони в кулаки и тут же шумно выдыхая, усмирив агрессию. — Где проходят эти испытания?

— Спуститесь ниже, в подвал. Там вам все объяснят.

— А если мы покалечимся? — взволнованно спросил Донно, теребя края кофты. — На мой взгляд, запах крови будет не самым приятным дополнением к безусловно прекрасному представлению.

— Давно пора понять, что с нашим мнением тут никто не считается, — выплюнул я, одарив охранников сжигающим взглядом. — Либо играем по их правилам и получаем противоядие через иглы в браслетах, либо сдаемся и подыхаем.

— Смерть — это всегда альтернатива, — раздался где-то рядом тихий голос Алисы, размышлявшей вслух.

В темном сыром подвале нас встретил чудик с красным клоунским шариком на носу. Выглядел он как дешевая версия Пеннивайза из "Оно", даже цветастый костюм разваливался на части от своей древности.

— Добрый день, нам нужны билеты, — с полной серьезностью произнесла Уокер, обжигая жалкого клоуна омерзительно-сочувствующим взглядом. — Немедленно!

— Билеты, к сожалению, закончились, — пугливо выдавил шут, с опаской озираясь по сторонам.

— Какая жалость. И что теперь? — прошептал Донно, обращаясь скорее к самому себе, нежели к остальным. Блондин уныло опустил глаза в пол, и, громко вздохнув, резко поднял голову: — Что ж, я надеюсь, представление будет и вправду до смерти завораживающим.

Молись, чтобы твои слова не стали вещими, придурок.

— Надейся, — озвучил мои мысли Калеб. — Не факт, что мы вообще сможем за ним понаблюдать.

— Предлагай альтернативу, пока я тебя не прикончил! — я схватил мужчину за ярко-красный галстук, приподнимая его корпус в воздух и приставляя к горлу нож.

Алиса в ту же секунду сжала мою руку и попыталась аккуратно убрать ее от клоуна, но я не поддавался.

— Отойди, — строго бросил я в сторону девушки, увидев, что ее пальцы находятся в опасной близости к острому лезвию.

— Полегче, Мерфи, — усмехнулся Уолш, по-прежнему сохраняя полное спокойствие.

Как можно всегда оставаться таким пофигистом? Мне бы его самоконтроль.

— Хорошо-хорошо, только отпустите меня, — клоун жалобно взглянул на Алису в поисках сострадания в ней. — Пожалуйста, я помогу вам, вы не пропустите представления...

— Дэмиан, — Уокер притронулась к моему плечу. — Послушаем его...

Дэмиан?

Не она ли клялась мне в лютой ненависти пару минут назад?

— Удиви меня, клоун, да так, чтобы могилка твоя не встретила тебя сегодня, — процедил я, выпуская его из мертвой хватки и убирая нож обратно в чехол на бедре.

Арлекин в страхе отошел подальше и спрятался за спиной Уокер.

— У нас имеется дополнительный квест, пройдя который, вы попадете прямиком в зал представления. Однако за вашу безопасность я не отвечаю!

— Все же придется пахнуть кровью, — недовольно пробормотал Донно, в упор уставившись на странного мужчину.

Алиса громко вдохнула и выдохнула, набираясь как можно больше терпения:

— Слушай, клоун, у нас не так много времени для твоих фокусов. Двигай своим ртом быстрее, вместо того, чтобы прятаться за моей спиной. Тебя не тронут, если все сделаешь правильно...

— Вас слишком много... — арлекин запнулся, нервно теребя ярко-красный галстук.

— И? — угрожающе начал я.

— Разделитесь на три группы, — клоун протянул нам клочки бумажек и черный бархатный цилиндр. — Напишите свое имя и бросьте в шляпу. Будет две группы по парам и одна команда с тремя игроками.

Опять это тупое распределение и выбор напарников... Как же я устал от всего этого.

Выражение "цирк уехал, клоуны остались" на этот раз приобрело прямое значение. Вроде пришли в элитный театр, а попали в гребанное шапито.

— Первая пара: Алиса Уокер и Дэмиан Мерфи, — зачитал шут, вытащив две бумажки. — Ваш проход в лабиринт слева от меня.

Снова эта отважная блюстительница закона Уокер, уже мутит от одного звучания ее имени.

— Ну надо же, какая удача... — процедил я сквозь зубы, пересекаясь глазами с напарницей. — Ты не планируешь оставлять меня в покое, не так ли?

— Только в твоих снах, — фыркнула она, вздергивая носик.

— Вторая пара: Донно Элоас и Фелисия Милтон, — продолжил клоун, поправляя красный шарик на носу. — Ваш вход прямо за мной.

— И наконец последняя троица: Нинель Гелетей, Калеб Уолш и Ева-Мария Анненкова, — провозгласил арлекин, после чего девушки синхронно напряглись, явно не желая быть друг с другом в одной команде. Блондин же напротив, выглядел привычно расслабленным. — Ваш проход под номером три.

— Я точно в театр, а не на шоу "Холостяк" попала? — процедила Нинель, испепеляя Еву серебристым взглядом, а затем переводя его на клоуна, который оказался виновником их очередного столкновения.

Любовный треугольник — штука на редкость запутанная.

Направившись по указанному пути, мы увидели большую железную дверь, на которой было высечено устрашающее: "1-й тур".

Первый? Дьявол, а всего их тогда сколько?

Войдя внутрь, нас встретил длинный узкий коридор, конец которого тонул во мраке из-за очень тусклого освещения. На потолке мерцала одинокая люстра, полностью погасая на пару секунд, из-за чего становилось не по себе.

Создавалось навязчивое ощущение того, что мы попали в пресловутый хоррор.

— Продвигаемся вперед только когда хоть что-то видно, — предупредил я, учащенно моргая из-за постоянного мерцания ламп. — Хер знает, что за ловушки они могли сюда понапихать.

Спертый воздух лабиринта был пропитан сыростью, пылью и запахом... влажной шерсти? Да нет, наверняка это всего лишь плесень.

— Договорились... — Алиса прислушалась к темноте. — Слышал? Тут кто-то есть, я отчетливо слышала звуки шагов, — девушка взглянула на красный таймер в конце коридора и направилась к нему уверенным шагом. — Четыре минуты тридцать секунд, надеюсь это не бомба... — кинула она по пути.

— Уокер, черт подери, я же говорил идти только при свете! — заорал я, когда лампы снова потухли. — Если тебе надоело жить, не втягивай в это дерьмо и меня!

При очередном загорании тусклой люстры я ринулся вперед, стараясь добежать до другого конца за один заход, когда вдруг замер на месте.

Откуда-то слева донеслось приглушенное рычание, пустившее по телу табун мурашек, сопроводившийся мощным приливом адреналина.

Ведь было оно точно не человеческим.

— Твою ж мать... — шумно выдохнул я, отскочив в сторону и пытаясь рассмотреть металлическую клетку под замыкающим светом. В ее глубине поблескивала чья-то огненно-рыжая шерсть, испещренная черными полосами.— Это что, гребанный тигр?!

В следующую секунду зверь прыгнул прямо на железные прутья, высовывая наружу огромные лапы с острейшими когтями и клыкастую пасть.

— Мерфи?! — раздался испуганный голос Алисы с другого конца коридора. — Что это было?

— Мы не одни, с нами тут пушистый и зубастый друг, — прошептал я как можно тише, чтобы не дразнить опасного зверя. — Не ори ты так, он и без этого в полном бешенстве... Похоже, эти ублюдки не кормили его минимум несколько дней.

Подтверждением моих слов послужила очередная доза хищного рычания и дикий блеск в янтарных глазах.

Голодный тигр и отсутствие путей к бегству, что может быть еще хуже?

— Дэмиан, — едва слышно произнесла Уокер, назвав меня по имени, что служило сигналом ее полной серьезности. — Быстрее сюда, этот таймер... Они выпустят зверя, как только время на нем закончится...

Повторять дважды девушке не пришлось, в следующий миг я уже стоял возле нее, приводя в порядок сбившееся дыхание. Бросив лихорадочный взгляд на электронные часы, висящие над железной дверью, я увидел, что у нас осталось всего три минуты.

По спине пронеслась дрожь.

Нас вовлекли в очередной танец со смертью, в котором мы балансировали на краю бездонной пропасти.

Карты розданы, жребий брошен.

Игра началась.