Часть 2. Счастливый билет

Неизвестность — хреновая штука. Можно гадать до бесконечности, но обычно все догадки рушатся прахом, потому что ты всё равно не готов к тому, что тебя ждёт.

Собственное отражение, глядящее на меня с другой стороны разбитого зеркала, казалось крайне нелепым.

Уставший от жизни бродяга и наркоман, не так давно чуть не сдохший от адской ломки, одетый сейчас в элегантный серебристый костюм, висящий мешком на моем худощавом теле. Отброс общества и престижный смокинг — две несовместимые друг с другом вещи.

Длительное голодание давало о себе знать, желудок мучительно скручивался в тугой узел, умоляя о пище. Приглашение в ресторан от какого-то странного типа казалось даром небес, хотя интуиция подсказывала мне, что это очередная ловушка. Я все еще не знал, где и с какой целью нахожусь, но перспектива наконец поесть была самой значимой на данный момент.

Напоследок взглянув в треснувшее зеркало, я попытался пригладить непослушную кудрявую челку, упрямо спадающую на лоб. Покрасневшие от слез непарные глаза не совпадали не только по цвету, но и по эмоциям. Льдисто-голубой выражал отчаяние и тревогу, а изумрудно-зеленый светился уверенностью в себе и чистой яростью.

Потуже затянув темно-вишневый галстук, я сжал в руке мятый конверт с билетом и вышел из номера.

Едва ступив в тускло освещенный коридор, я тут же наткнулся на вездесущего Финна. Местный консьерж терпеливо стоял у двери, ожидая меня все с той же пугающе любезной улыбкой. Что-то в его милом личике выдавало некую фальшь, скрывающую истинную сущность.

— Прошу Вас следовать за мной, мистер Мерфи, — пропел юноша, уверенной походкой продвигаясь по коридору.

— Как будто мне давали выбор, — сквозь зубы процедил я, лихорадочно ища глазами тяжелый предмет, которым можно его вырубить.

— Не стоит делать глупостей, Дэмиан, это не в твоих интересах, — предупредил Финн, словно прочитав мои мысли. — Одно нажатие на кнопку и через пару секунд тебя будут сопровождать уже пара накаченных громил.

Решив не испытывать свою удачу, я все-таки подчинился, послушно плетясь за ним.

По обе стороны узкого коридора тянулась вереница белоснежных дверей, на которых поблескивали золотистые номера, всего я насчитал их тринадцать. Тринадцать дверей, значит и тринадцать людей, запертых в этих клетках, как и я?

Ресторан, располагающийся на крыше отеля, встретил меня ослепительно-ярким светом изящных ламп, натянутых над землей. Только выйдя из душного коридора, я с облегчением вдохнул пропахший последождевой сыростью осенний воздух. Еще пару дней в том чертовом номере, и в добавок к акрофобии у меня развилась бы еще и клаустрофобия.

Ливень закончился, ночное небо прояснилось, отчего мириады звезд стали видны как на ладони. По мраморному полу струилось мерцание ядовито-желтой луны, застывшей так близко, словно к ней можно было прикоснуться рукой.

Само заведение полностью соответствовало статусу пятизвездочного отеля, все было выполнено с чрезмерной помпезностью. Золотистые столы, бархатные стулья нежно-кремового оттенка и хрустальные бокалы, поблескивающие под лунным светом.

Отчаянно подавляемая мною акрофобия напомнила о себе, когда я приблизился к стеклянному бортику у самого края крыши. Голова тут же закружилась, поэтому я сразу отшатнулся назад, максимально избегая мыслей о том, что нахожусь на семидесятом этаже.

Только сейчас я обратил внимание на то, что людей здесь было довольно мало, учитывая габариты ресторана и самого отеля. У длинной барной стойки столпилось около десятка человек, не терпящих сделать свой заказ. Судя по их растерянному виду и испуганным глазам стало понятно, что они такие же невинные пленники, как и я.

Увидев свободный стул, я уселся возле атлетически сложенного светловолосого парня, по виду чуть старше меня самого. Тот окинул меня оценивающим взглядом, хмуря густые брови.

— Паршивый день? — поинтересовался я, с облегчением закуривая дешевую сигарету, ранее найденную в номере.

Решив, что брату по несчастью сейчас это нужно не меньше меня, я предложил ему смятую полупустую пачку.

— Паршивая жизнь, — хмыкнул незнакомец, взяв сигарету и зажимая ее между зубами.

— Дэмиан Мерфи, — представился я, протягивая ему свободную ладонь.

— Калеб Уолш, — кивнул парень, выдыхая свое имя вместе с густым дымом и крепко пожав мою руку. — Заметил что-нибудь по выходу из номера? Я насчитал две камеры, и то лишь в фойе на выходе из отеля.

— Ничего я не заметил. Как мог выгрызал свободу... — пробормотал я, стряхивая пепел в стоящее рядом блюдце. — Ублюдки...

— Я и смотрю — зверем выл, — указал Калеб на свежие ссадины на костяшках — последствия разбитого зеркала в ванной.

Какой наблюдательный.

— Ха-ха, — поморщился я, с неохотой признавая собственную слабость и страх. — Не каждый день, знаешь ли, меня крадут.

Новый знакомый был явно не в духе для того, чтобы вести продолжительную беседу, впрочем как и я сам. Для начала неплохо, по крайней мере теперь я знаю тут хоть кого-то кроме чертового очаровашки Финна.

Нежное звучание живой скрипки сменилось на взрывную джазовую мелодию, рвущую своей громкостью барабанные перепонки.

— Чего изволите, сэр? — раздался чей-то вежливый голос, тонущий в оглушительной музыке.

Это был высокий темноволосый юноша, стоящий у мраморной барной стойки. Бейджик на рубашке гласил: "Сэмюэль".

— Еды, как можно больше еды, — выдохнул я, словно попрошайка на улице.

Что ж, последние месяцы своей жизни я провел именно так, мне не привыкать к подобного рода унижениям.

— Я бармен, а не официант, — поправил Сэмюэль, криво усмехнувшись. — Любой напиток за счет заведения.

— Прямо-таки аттракцион неслыханной щедрости, — закатил я глаза, лениво изучая барную карту, содержащую в себе список коктейлей с крайне пафосными названиями, многие из которых я видел впервые. — Почему в меню нет обычного пива или виски?

— Это престижный ресторан, а не дешевая забегаловка, — с гордостью пояснил молодой человек, поправляя свой галстук-бабочку.

Ну и пижон, это что, новая версия бесячего Финна?

— Давай что-нибудь самое алкогольное, что у вас есть. И льда побольше, — махнул я рукой, поняв, что простым смертным здесь делать нечего.

Пока бармен готовил напиток, я разглядывал других посетителей, а точнее пленников, запертых тут вместе со мной. Как и ожидалось, всего я насчитал тринадцать человек — восемь девушек и пять парней, включая нас с Калебом.

Интересная пропорция. Изучая их внимательным взглядом, я попытался разглядеть всех насквозь, словно мои глаза были рентгеном. Однако, несмотря на врожденную проницательность, все они так и остались загадками.

— Ваш заказ готов, сэр, — сквозь громкую музыку донесся голос Сэмюэля. — Космополитен высшего сорта.

Взяв у него из рук хрустальный бокал с темно-вишневой жидкостью, засахаренный по краям и украшенный кусочком спелого лайма, я осушил его в пару жадных глотков.

На секунду мой мозг пронзила мысль о том, что крайне безрассудно так доверчиво пить коктейль из рук незнакомца, однако она исчезла в тот миг, когда на дне стакана осталось лишь пара розоватых капель. Если бы меня хотели отравить, они бы сделали это еще в номере.

Терпкий сладкий напиток разлился по телу, пуская по венам обжигающее тепло и оставляя после себя кисловатый привкус клюквы и лимонной водки. Конечно, не привычный мне бурбон, но сейчас сойдет и это пафосное подобие на нормальный алкоголь.

Внезапно оглушающая своими битами музыка стихла, на крыше небоскреба повисла звенящая тишина.

— Прошу минуточку внимания, дамы и господа, — раздался зычный басистый голос, принадлежащий массивному мужчине в таинственной маске ворона. — Я вынужден отвлечь вас от ваших божественных коктейлей.

— Объясните, кто Вы и что тут происходит! — крикнул кто-то из пленников.

— Да, мы хотим наконец получить ответы! — добавил робкий голос из толпы.

— Для начала вам всем надо выбрать одно печенье с предсказаниями, — продолжил человек в маске ворона, протягивая серебристый поднос. — Это определит вашего напарника, а также будущие привилегии или несчастья.

— Это шутка какая-то?! — воскликнул высокий парень, ранее представившийся Эллиотом.

— Костюмированный вечер уродов, — пробубнил я себе под нос, встречаясь с напряженным взглядом Уолша.

— Мы не какие-то безвольные марионетки, чтобы вы могли вертеть нами, как вздумается! — возмущенно закричала какая-то девушка, озвучив мысли всей группы похищенных. — Нас обязательно найдут, а вас посадят за решетку!

Незнакомец вытащил из кармана небольшой пистолет и сделал предупредительный выстрел в воздух, пронзив ночную тишину и вызвав у трясущихся от страха людей панический вскрик.

Он был словно охотник, распугавший стадо беспомощных кроликов. Однако проблема в том, что мы не звери, а люди.

— Делайте, что говорят, если хотите остаться в живых, — вкрадчиво произнес незнакомец таким ледяным голосом, что приморозил всех к своим барным стульям. — Один человек — одно печенье.

Присутствующие стали по очереди подходить и выполнять требования нового куратора, который был явно жестче милашки Финна.

— Номер четыре: ты проводишь ночь на улице, — грозно провозгласил человек в маске ворона, огорчив пленницу не самым приятным предсказанием. — Номер двенадцать: мы конфискуем твои личные вещи.

Черт, самое лучшее печенье пока было у девушки, которую в номере ожидал подарок и у парня, которому отключат скрытую камеру наблюдения на одни сутки.

Моему новому знакомому — Калебу выпала посылка с личной вещью родного ему человека. Мысль о том, что из близких людей у меня остался лишь старший брат, с которым мы уже давно разорвали все связи, болезненно кольнула в самое сердце.

— Следующий, — позвал басистый голос и очередь наконец дошла до меня.

На серебристом подносе все еще оставалось много печенья, но я сделал свой выбор довольно быстро. Порядковый номер моей гостиничной комнаты, самое счастливое число по легендам, может хоть сейчас оно принесет мне удачу.

— Семь, — кивнул я, надкусывая хрустящее тесто и вынимая крохотную мятую бумажку, которая должна была решить мою дальнейшую судьбу.

— Номер семь, мои поздравления, Вам выпал счастливый билет, — холодно произнес человек в маске ворона, читая текст на пергаменте. — Вас ожидает поздний ужин в Палац Фесоль.

При одной мысли о еде желудок отчаянно заурчал, еще немного и я свалился бы в обморок от изнеможения.

— Почему бы просто не накормить нас всех, мы голодаем уже два дня! — услышал я чей-то возмущенный голос.

Просто прекрасно, меня уже начинают ненавидеть единственные люди, с которыми здесь можно было наладить контакт. Хотя на их месте я и сам бы себе завидовал...

— Не всем это положено на данный момент, — коротко отрезал куратор. — Дэмиан Мерфи единственный, кто поест сегодня что-то кроме печенья. Ты везунчик, парень, возрадуйся этому.

Да уж, везунчик, правда только по сравнению с другими пленниками. По факту я все еще не понимал, что за цирк тут творится и оставался беспомощной марионеткой, выполняющей приказы незнакомых людей.

Плевать, будем играть по их правилам. В любом случае, дома, которым в последнее время была гнилая картонная коробка под мостом, меня ждет лишь разочарование, желание сдохнуть и очередные проблемы с законом.

Что бы здесь не происходило, это будет в разы легче и веселее, чем моя прежняя ничтожная жизнь.