43 Глава

Лаванда

Беру на руки своего малыша, я так скучала, целый день только о нем думала, он еще слишком маленький и мне сложно оставлять его на такой долгий период времени. Связь с таким крошечным ребенком еще слишком сильна. Две ручки тянутся к моей шее, требуя объятий. Это слишком умилительно.

— Мама, мама! — пищит детским голосом мой карапуз. Он только учится говорить, но слово «мама» произносит осознано. Целую пухлые щечки и носик.

— Такой тяжелый мальчик.

— Привет, любимая, — с радостью в голосе говорит мой муж. — Мы скучали.

— А я еще больше.

Целую его в губы. Я не вру, у меня отличная жизнь. Замечательный сын, который каждый день радует меня новыми достижениями, любящий муж, который души во мне не чает. А женщина, не обязана любить без памяти, от такой всепоглощающей любви ничего хорошего не жди, это всегда заканчивается катастрофой... предательством. Это я точно знаю. Лучше позволять себя любить и знать, что твои чувства не растопчут, не разобьют твое сердце на самые мелкие кусочки, которые ты никогда не сумеешь найти.

Господи, да ощущать себя любимой — уже счастье в какой-то степени. Мне, кажется, любая женщина хочет быть слабой, а не только бороться за счастье с человеком, который в этом и не нуждается вовсе. Теперь это вообще не важно, любовь я отдам только своему ребенку и никому больше. Никогда. Этот маленький человечек, вернул меня к жизни, в самый сложный момент, подарил стимул. Сам того не зная — спас.

Я не знаю, почему у нас с Киллианом все так началось, почему он совершал такие сумасшедшие поступки, почему решил насильно меня добиваться, но сейчас всего этого больше нет. Ему достаточно того, что я не отвергаю его сильные чувства, и он пытается сделать все, чтобы я была счастлива. Мы просто живем, воспитываем ребенка, радуемся жизни. Я уже приняла эту судьбу и смирилась. Ни один человек, кроме Камилы, не знает всей правды о нашем прошлом и я сама хочу все забыть.

***

Пришли к родителям на ужин с барбекю, раз в неделю мы к ним ходим или принимаем их сами. Они безумно любят внука и всегда рады проводить с ним время.Папа нашел общий язык с Киллианом, но только, что касается семьи, бизнес они не обсуждают. Мама не может вытерпеть споров и соперничества за столом. Хотя я не знаю, что они обсуждают во время гольфа, главное, чтобы не подрались.

Сейчас я уже вижу как папа жестикулирует руками, старается что-то активно доказать Киллиану, они как две сплетницы, только обсуждают биржевые акции. Готова поспорить, что стейки сгорят и мы с мамой снова не рискнем им об этом сказать.

Наблюдаю за тем как мама играет с моим сыном, старается всем ему угодить, но это очень сложно. У него, кажется, будет тяжелый характер. Такой маленький, но уже такой серьезный, хмурые бровки и серьезный взгляд. Иногда мне, кажется, что он значительно старше своего возраста. В нем моя сила, радость и слабость. В этом ребенке вся моя любовь, моя душа, в нем то, что нужно сердцу.

Вернувшись домой, приготовила ребенка ко сну, прочитала сказку, поцеловала и укрыла теплым пледом.

— Спи мой сладкий, я люблю тебя.

Взяла радионяню и ушла в соседнюю комнату. Устроившись поудобнее на груди Киллиана, выслушиваю планы на ближайший отпуск. Он гладит мое плечо, а я не могу избавиться от тревоги в душе, которая не покидает меня целый день. Крепко зажмуриваю глаза, надеюсь прогнать ненавистный образ. Пусть уходит.

Мне необходим нормальный сон, завтра сложный день, встреча с партнерами в неформальной обстановке. Стол в ресторане Шато уже заказан на время ланча, значит сына придется оставить с мамой на некоторое время, но она будет только рада.

Can't pretend - Tom Odell

Аарон

Ранее

Чертовски неприятно видеть, как она держит за руку, и целует того, кто забрал мою жизнь, украл шанс быть счастливым, забрал себе все, что мы делили на двоих. Она меня даже не заметит, потому что слишком увлечена своей прекрасной семьей. Ее идеальная улыбка делает новую дыру в груди, сжигает сердце. Понимание того, что не я причина ее хорошего настроения, приносит ощущения жуткой боли.

Осознав это, я понимаю, что это она. Для меня — это всегда будет только она. Родственная душа.

Держит на руках результат их... любви? Да как такое могло произойти? Она родила ему сына. Твою мать! Неужели с ним ей лучше? Как можно было так врать?

«Лаванда, за что?»

Я сейчас вспоминаю, что она никогда не говорила о ненависти к нему, значит это я был ее ошибкой, обычным увлечением, которое она не могла отпустить? В конце-концов сделала свой выбор, и я вижу его итог.Вот только жаль, что мне так сложно отпустить, так сложно забыть ее. Потому что для меня она единственная была всем.

***

Бутылка рома почти пуста, я не очень осознаю реальность времени и пространства. В глазах туман, в легких дым. Я так и знал, что, вернувшись сюда, сразу отправлюсь на ее поиски. Зря я решил прилететь один, сам я ведь не справлюсь. Мне нужна поддержка, удерживающая крепко за руку.

Нужно держаться подальше. Вот дерьмо, да почему меня это так беспокоит?. Меня ее жизнь не касается у меня своя есть, я давно забыл, прошлое осталось в прошлом. Мы оставили друг друга, так зачем все ворошить? Она красиво со мной попрощалась, так что я до сих пор вижу это во снах. Один и тот же сон. Ушла молча, не сказав: «до встречи». Но для чего слова любви в записке? Для того чтобы я думал об этом всю свою жизнь.

Два года в поиске гармонии и покоя пошли насмарку, начерта я снова ее нашел, я же себе обещал. Кому в этом мире можно доверять, если не верю даже себе?

Я стал сильнее, старше, но без нее все не так, только она остановит мои мученья. Но это никогда не свершится, я навсегда ее потерял, теперь она мама, у нее все настоящее, мне нет места в ее жизни. Да и с какой радости я таю эти надежды?

Лучше бы эта долбаная квартира пустовала еще лет двадцать. Нужно было и дальше скитаться по Лондону, прятаться в тумане и никогда не видеть свет, который излучает эта блондинка.

Нужно было еще тогда, оставить все как есть и не искать ее. Не копошиться в прошлом Киллиана Бейла. В голову возвращается момент в библиотеке, я часто вспоминаю тот день и всегда о нем жалею, почему не сдержался и зачем вообще вернулся с теми жалкими доказательствами? Я ...

Резко вскакиваю с дивана, из моих рук выпадает стакан и разбивается вдребезги под моими ногами.

Я. Не. Предохранялся!

Твою мать! Это может быть мой ребенок! Земля уходит из-под ног.

Как сумасшедший хожу из угла в угол, стараюсь собрать воедино фрагменты из памяти. Я и в отеле тогда забыл про защиту, мне было не до этого.

Боже, она же не могла так поступить, она же сказала бы мне? Хотя, может из-за этого она тогда даже ничего не объяснила... из-за того, что узнала о беременности от Киллиана?

Какой возраст ее ребенка? Так сложно определить, возможно год, если больше, то количество вопросов удваивается.

Когда он родился? Кто мне может помочь? Может ее верная подружка — Камила? Нет. Плохая идея, она всегда была против меня, так что сдаст меня через секунду, сразу ей все доложит.

Нужно все разузнать, выведать правду. Мне нужны ответы на все мои тысячу вопросов. Если это правда, я даже не знаю, что с этой стервой сделаю. Не думал, что она может меня еще чем-то удивить.

Кажется, выпитый алкоголь испарился в секунду, я абсолютно не ощущаю опьянения, теперь мой мозг перебирает все возможные сценарии развития прошлых событий.

***

И вот я снова слежу за ней, как придурок, хотя считаю, что имею полное право напрямую предъявить ей все претензии. Но я боюсь услышать правду, она перевернет всю мою жизнь... Какой бы она не была.

Лав сейчас обедает в супер пафосном ресторане с тремя мужиками, очевидно встреча рабочая. Но я прямо настоятельно могу им посоветовать, не иметь с ней никаких дел. Она разведет их как лохов, ни одному ее слову нельзя верить. Лицемерка.

Но все же я здесь, прячусь в арендованной машине. Просто я бесхребетный и судя по всему полный идиот, без чувства собственного достоинства и силы воли, не буду правду отрицать.

В ближайшей забегаловке взял себе китайскую лапшу и черный амереканно, нужно поесть иначе сдохну. Открываю крышку картонного стакана, чтобы добавить сахар, но меня пугает внезапный стук в окно и кофе проливается мне на ноги. Твою мать, как горячо! Пытаюсь стряхнуть жидкость с черных джинс и перевожу голову вправо.

Все тело охватил паралич. Мне сейчас чертовски плохо. Какого хрена? Лаванда склонилась перед окном пассажирского сидения и улыбаясь смотрит прямо в мои глаза. Какого мать его черта!? Стучит еще раз, я нажимаю кнопку и стекло опускается.

— Прокатимся?

Нет. Не хочу.

— Садись.

— Может откроешь дверь?

Господи, не успела сказать и десяти слов, но уже сумела меня достать. Нужно что-то сделать, я сейчас выгляжу как придурок, но как пошевелиться, я кажется, прилип намертво. Собираю все силы в кулак и выхожу открыть ей чертову дверь.

Огибаю машину спереди и подхожу так близко... опасно. Ощущаю тот самый пьянящий аромат, сглатываю ком в горле и делаю, что велено, а после выпрямляюсь перед ней.

— Ты такой галантный, настоящий джентльмен. Если бы еще не приходилось тебе напоминать.

— Была бы ты леди, у меня бы выработался рефлекс, но нет, — язвлю в ответ.

Она лишь закатывает глаза, ничего не ответив садится в мою машину, и я делаю то же самое. Сидим в гробовой тишине ни разу не посмотрев друг на друга. Прокручиваю ключ зажигания и выруливаю на дорогу.

Едем в той же тишине, каждый боится промолвить первое слово. Я слышу только как бешено стучит ее сердце... у моего — такой же ритм. В унисон.

Внешне мы оба стараемся казаться сильными, но это не так. Хотя хрен ее знает, что творится в этой блондинистой башке.

Я замечаю, как руками она сжимает свое голубое платье, выше я боюсь поднять свой взгляд.

Сейчас мне предстоит самый важный разговор в жизни, и я на самом деле не знаю точно, что хочу услышать.

— Куда ты меня везешь? — Этот голос... практически такой же как в старых голосовых сообщениях, которые она присылала, когда все было хорошо.

— Нужно поговорить.

— Мы не можем поговорить в людном месте, зачем ты везешь меня именно туда?

Для меня, это «наше место». В Нью-Йорке не так много мест где можно уединиться, но эта проселочная дорога и лес рядом с Лонг-Айлендом — именно там мне хорошо. Там мы совершили первую нашу ошибку, с которой все началось. Моя первая слабость.

— Нет, не можем, я хочу нормально все обсудить, в спокойной обстановке.

Она хохочет. Ну и что смешного?

— Что такое? — Решаюсь посмотреть на нее и сразу жалею. Слишком близко.

— Нет, не можем, я хочу нормально все обсудить в спокойной обстановке.  — повторяет мою фразу пытаясь скопировать мой акцент, который снова усилился из-за долгого пребывания в Лондоне. Ей точно не двенадцать лет?

— Ты взрослая девушка, ты помнишь об этом?

— Ты взрослая девушка, ты помнишь об этом? — повторяет снова, и заходится звонким смехом.

— Ты не в себе, это сейчас не уместно, может не будешь злить меня?

Она смеется еще громче, прикрыв рот одной рукой. Она все только портит.

— Боже, прости, просто обстановка слишком напряжена, нужно расслабиться, это истерика, — говорит сквозь смех, но резко успокаивается и выражение лица, снова становится серьезным.

Я так боюсь этого разговора, так сложно подобрать слова. Я боюсь того, что услышу, а она ведет себя словно подросток.

— Так вот...

— Зачем ты снова преследуешь меня?

— Я тебя не преследую! — Плохо получается врать.

— Я уже второй день вижу эту машину, так что даже не пытайся. Я видела ее у своего дома, а значит догадываюсь, о чем конкретно ты хочешь поговорить.

— Я не ... Черт! Здесь жарко.

Давлю на тормоз, открываю дверь и выхожу на улицу, мне необходимо пространство, потому что дышать с ней одним воздухом просто невыносимо. Мне, кажется, я уже весь пропитан ее запахом, хотя даже к ней не прикасался. Через несколько минут она выходит тоже и становится напротив меня на расстоянии вытянутой руки. Делаю шаг назад. Лучше бы я сделал его примерно три года назад или ушел сразу, как только почувствовал то притяжение.

— Спрашивай, Аарон. — Когда мое имя звучит из ее уст, по телу бегут мурашки. Пристально смотрю в серые глаза, в них мой космос и мой Рай. Отвожу взгляд, лучше не смотреть. Ведьма.

Она склонила голову на бок и выжидающе смотрит на меня. Решаюсь.

— У тебя есть ребенок, сын.

— Есть, да.

По выражению ее лица видно, что мои мучения доставляют ей удовольствие.

Лаванда

Flashback

Примерно два года назад

— Лаванда, я не понимаю, что с тобой. Ты сама захотела провести отпуск в Монако, но все время поникшая и все тебе не нравится.

— Что я здесь не видела? Мне уже надоело. И морская болезнь меня уже достала.

— Какая морская болезнь, мы же не на лодке плаваем, а на огромной яхте, здесь почти нет качки, тем более сегодня штиль.

— Давай просто сойдем на берег, я хочу погулять.

Мое тело окутал озноб, кажется, я перегрелась на солнце. Держа мужа за руку, плетусь по живописным улицам Монако. Очень красиво здесь, но мне все равно, я уже выпила вторую бутылку воды. Телефон Киллиана звонит, и он снимает трубку, останавливаемся, чтобы он спокойно мог поговорить. Я решаю подождать у ближайшего фонтана и в голову мне приходит идея, намочить ноги, но не успеваю я насладиться прохладной водой, как  подлый жандарм делает мне замечание, только потому что нельзя опускать ноги в воду. Козел. Демонстративно игнорирую его, за что получаю штраф.

Поднимаю голову и перед глазами вижу вывеску с огромным красным крестом. Аптека. Нужно купить таблетки от укачивания.

Осматриваю ассортимент на витринах, пока девушка копошится среди полок. Стоп! За этими долбаными событиями и своими переживаниями я забыла, что у меня очень длинная задержка. Твою мать!

— Девушка, мне не нужны таблетки, дайте мне тест на беременность...два! — говорю слишком громко, чем пугаю ее.

Стоя в уборной, дрожащими руками держу палочку с положительным результатом.

Я беременна.

***

Вернувшись в Нью-Йорк первым делом записываюсь на прием к врачу и иду сразу же. Заполняю все документы и меня приглашают в кабинет доктора, я ложусь на кушетку и приветливая девушка наносит холодный гель на мой живот, спустя несколько секунд я слышу сердцебиение маленького создания. На экране вижу мигающую горошину. Такой маленький.

— Вот ваш ребенок, — радостно говорит врач, хотя я и сама вижу, ведь это моя кроха.

— Плод развивается хорошо, и его размер соответствует сроку шести недель и трех дней.

Вернувшись домой, в нашу квартиру, я замечаю Киллиана сидящим с ноутбуком за островным столом.

Подхожу ближе и встаю с противоположной стороны от него.Смотрю в его голубые глаза и не знаю, как сказать.

— Все нормально, милая?

— Все хорошо не волнуйся.

— Ты что-то бледная, точно ничего не случилось?

Зачем же тянуть, это ведь неизбежно.

— Только то, что ты будешь отцом, Киллиан.

Вижу шок на его лице. Господи, нужно было его подготовить, а не так резко бросать ему это в лицо. Через секунду он оказывается рядом и крепко сжав меня в объятиях кружит на руках. Он так рад. Интересно, а Аарон также радовался новости, о беременности Саманты?

— Ты не представляешь, как я счастлив, Лаванда!

Я тоже счастлива, он сделал меня счастливой и оставив эту память, теперь я никогда не смогу его забыть.

End of flashback

— Это мой ребенок, Лав?

— Да.