39 Глава

Аарон

Кто бы сомневался, что я снова буду искать встречи. Я просто не могу иначе, она взывает меня на интуитивном уровне. Словно завороженный, наперекор всему бегу к ней, заведомо зная, что получу только боль. Как подросток или преступник, прячусь на отдаленной парковке, подальше от участка Редфордов, за их густо насаженным садом. Сюда поставили машины всех гостей чтобы не перекрывать выезд у главных ворот. И это плюс для меня, ведь здесь пока никого нет, потому что все заняты праздником в самом доме, я слышу только доносящийся гул громкой вечеринки, веселье в разгаре, поэтому сомневаюсь, что здесь кто-то появится ближайшие пару часов. Старые фонари бросают тусклый свет и тихо трещат, создавая атмосферу мрачную и таинственную.

Топчусь с ноги на ногу и дико хочу закурить, но не буду... потерплю. Кручу колесико зажигалки, чем раздражаю сам себя. От нетерпения начинаю злиться, потому что уже час жду ее ответа, но скорее всего она просто не хочет видеть меня, и я зря здесь торчу, но надеюсь, Лаванда просто не видела сообщение. А что если она совсем не взяла телефон, и я напрасно торчу здесь как дурак? Бросил все, буквально перечеркнул прошлые месяцы, на протяжении которых Саманта пыталась излечить мои раны. И все же я здесь, на что-то надеюсь, жду пока мисс Редфорд в очередной раз разобьет меня.

Несколько раз обошел машину, стукнул ботинком по колесу и посидел на капоте. Сигарета в руке ужасно бесит.

К черту все! Лучше уеду. Возвращаюсь в машину, вставляю ключ в зажигание, но вдруг замечаю мелькнувший силуэт в чаще сада. Это Лаванда! Да? Кажется. Возможно мне привиделось, но мое сердце сейчас просто вырывается из груди, будет обидно если из-за злой шутки воображения меня хватит удар.

Да, это она! Бежит мимо деревьев, похожа на сбежавшую с бала принцессу в пышном, как облако, платье. Невероятно красивая, идеальная. Это правда завораживает. В руках держит подол пышного платья, которое длинным шлейфом развевается позади.

Руки дрожат, дыхание замирает. Я думал, все пройдет, надеялся, забуду, но ошибался, становится все только хуже. Мысль о том, что она не принадлежит мне полностью, просто сводит с ума и доводит до бешенства.

Выхожу к ней, и она меня замечает. Уже совсем близко, светится от счастья. Оглядывается по сторонам и убедившись, что здесь никого нет — бросается в мои объятия, почти сбивая с ног. Подхватываю, а Лаванда руками цепляется за мои плечи. Крепко обнимаемся и кружимся вместе, от чего она пищит, словно маленькая девочка. Как я мог ее отпустить?

— Тише, детка. — Ставлю ее на землю. — Ты можешь привлечь внимание.

— Я уже и не надеялась тебя увидеть. — Поднимается на носочки и тянется к моим губам. Я нежно целую ее. Не хочу отпускать, мне всегда будет мало этого блаженства.

Держу в руках ее лицо, смотрю в большие серые глаза и от каждого взмаха ресниц, мое сердце сжимается сильнее. Я рассыпаюсь. Касаюсь большим пальцем родинки на щеке и слегка целую маленький нос.

— Ты совершенство, детка, — тихо шепчу я и она улыбается моим словам.

— Я ждала звонка. Почему ты молчал целый день?

— Я не мог рисковать, не хотел тебя подставить, застав в неподходящий момент. Тогда мне никак не удалось бы тебя увидеть.

— Я чуть с ума не сошла.

—Понимаю. Тебе не холодно? — Ее плечи дрожат.

— Поцелуй меня, — просит Лаванда и я делаю то, что велено. Чувствую, как в моих руках она обмякла, и тело расслабилось. Я полностью держу ее, иначе — она просто упадет на землю. Интересно, куда же испарилась ее вчерашняя дерзость?

Снова поднимаю ее оторвав от земли и подношу к машине, ставлю и спиной она упирается о дверь со стороны водительского сиденья.

Лаванда дергается от прикосновения к холодному стеклу и я решаю накинуть ей на плечи свою кожаную куртку, а сам остаюсь в простой белой футболке. Ей идет моя одежда.Поправляю светлые локоны, вдыхаю их запах на макушке. Когда я смогу насытиться этой девушкой?

— С ума сойти. Ты такая красивая. В этом платье — похожа на Золушку. — Лбом она упирается мне в грудь, а пальчиками забирается под футболку и ноготками рисует узоры на моем животе, от чего я задерживаю дыхание. С чего это она такая тихая сейчас?

— Я так рада, что ты пришел. Уже перестала надеяться. Даже придумала план мести. — В ее глазах играют огоньки, теперь я узнаю свою девчонку. — Сегодня был очень длинный день, я так хотела тебя увидеть. Они меня все уже достали.

— И вот я здесь, к вашим услугам. Зачем ты хотела меня видеть? — Игриво кусаю ее шею и слышу тихий стон. Ладони скользят по моему телу, задирая футболку вверх.

— Может уедем отсюда?

— Нет, не могу. Я должна буду вернуться.

— Детка...

Ну зачем ей снова туда идти? Кажется, я скоро решусь похитить ее... как только смогу уладить все с Самантой... когда решусь. Мне нужно собрать всю свою волю в кулак и просто все ей объяснить. Она поймет меня, она самая добрая девушка, которую я вообще встречал в жизни, но я боюсь сделать ей больно, она слишком привязалась ко мне, и я многим ей обязан. Сэм не заслужила такого обращения, я всегда ее предаю, постоянно думаю о другой. Я всегда представлял рядом Лав, и даже если сейчас попытаюсь вспомнить лицо Саманты, я не смогу этого сделать. Зато я помню каждую едва заметную веснушку на лице этой сумасшедшей блондинки.И будь я нормальным человеком — то остался бы с Самантой, но нет, я хочу только Лав и ничто это не изменит.

Нужно немного времени. Я все продумал.

Открываю дверь машины, сажусь и прошу ее сесть тоже.

— Я же сказала, что никуда не поеду.

— Ты замерзла, хватит спорить со мной. Здесь нас не увидят.

— Чья это машина?

— Я продал Мерседес и купил эту. Тебе не нравится?

— Та мне нравилась больше... Много воспоминаний.

Согласен. Поэтому мне и пришлось от нее избавиться... Много воспоминаний.

Лаванда осматривается вокруг и немного помедлив, все же соглашается, но садится не на пассажирское сиденье, а забирается прямо на мои колени, подобрав длинный подол.Дергаю рычаг и отодвигаю кресло назад, чтобы было больше места, потому что ее пышное, как сахарная вата, платье, занимает практически весь салон.

— Ты скучал? — тихим голосом шепчет прямо у моих губ.

— Очень.

— Я думала о тебе... ночью. — Скидывает мою куртку и бросает на заднее сиденье.

— И о чем же ты думала? — Заправляю прядь светлых волос за ухо и спускаю с плеча одну лямку, рассматриваю красивый наряд.

— Я вспоминала... библиотеку.И то, что ты заставил почувствовать меня. Я была возбуждена, — говорит смущаясь.

«Ох, Лав... какая ты бесстыжая.»

Беру ее руку и целую пальчики, глядя прямо в глаза.

— Тебе было хорошо?

В ответ она лишь тяжело выдыхает. Нужно перевести тему, я не хочу ее смущать. Я так боюсь, что она сейчас снова вспыхнет, сбежит и момент закончится.

— Теперь ты завидная невеста? Папа сделал тебе шикарный подарок, переписав все права, чем перечеркнул столько лет своей жизни. Ведь ты за месяц все профукаешь, — шучу я и надеюсь, она поймет мой юмор.

— Ну, во-первых, я рада, что ты такого замечательного мнения о моей ответственности. Во-вторых, пока это формально все и папа продолжит свое дело сам. И последнее,... я замужем. Никакая я не невеста, — говорит с ехидной улыбкой.

Она не упустит возможность, мне об этом напомнить. Хочет снова все испортить? Волосы собираю в кулак и целую шею.

— Ты замечательная жена, раз уж сидишь в моей машине, на моих коленях, и так усердно возбуждаешь меня своими движениями.

— Наверняка не хуже тебя. Ты же точно предупредил свою девушку, что собираешься к своей бывшей? Твоя рука сжимает бедро под моим платьем, а вторая держит мою голую грудь. Кажется, мы оба времени не теряем.

— Ты сравниваешь абсолютно разные вещи. Я не женат.

— Так ты уже расстался с Самантой и сказал, что не любишь ее? Ты честен с ней? — говорит продолжая покрывать мою шею поцелуями, кусает мочку уха.

— А ты сейчас пойдешь к Киллиану и попросишь развод? Скажешь, что любишь меня?

— Я даже тебе этого не скажу. Зачем мне бросать его? Ради тебя? Для начала я хочу увидеть твои поступки. Ты мужчина. Брось Саманту и мы обсудим это снова.

— Не трогай ее.

— Так что же? Так все и будет продолжаться? — Она прекращает целовать меня и отстраняется. — Сейчас ты вернешься к ней и снова сделаешь вид, что все хорошо? Очень цинично с твоей стороны.

— Брось, Лав! Ты, черт возьми, вышла замуж, за долбаного Киллиана Бейла! Какого черта считаешь, что имеешь право диктовать условия? Бросила меня, даже не осмелилась все объяснить. Ты не знаешь, что я пережил потеряв тебя. Ты просто меня предала!

— Это ты ничего не знаешь! — Чуть понизив тон продолжает:— Аарон... ничего уже не вернуть, забудь, что было. Наши пути разошлись, лучше нам забыть все и жить дальше.

— Ты сама себе врешь. Ничего не кончено. Я все помню, каждый момент. И как бы ты не топталась по мне, я не отступлю.

Впиваюсь в ее губы, нагло пробираюсь языком в рот, она делает вид, что против, но получается плохо. Я знаю ее, она просто не хочет мне уступать. Туман в голове путуает мысли, но пощечина быстро возвращает меня к реальности. Какого черта?

— Не делай так, не целуй меня против воли.

— Какая недотрога. Самой не смешно?

Беру ее руку и рассматривая линии на ладони, целую каждый пальчик.

— Это не смешно.

— Ты так забавна, когда пытаешься злиться. Хочешь устроить драку? — Ее грозный взгляд забавляет меня.

Спускаю лямки платья, рукой держу ее шею, постепенно спускаюсь ниже. Смотрим друг другу в глаза. Никто и никогда не заменит ее. Никто уже не сможет ее затмить и прежде мне не приходилось испытывать подобных чувств. И как бы я не пытался идеализировать Саманту, она никогда не станет моей Лавандой. Я полностью только ей принадлежу, но порой она так меня раздражает, смотреть даже тошно. Как я так вляпался?

— Я не злюсь, просто хочу указать, где твое место.

— Мое место здесь, а твое на мне или подо мной, выбирай сама.

Она тут же убирает мои руки, поправляет платье и собирается уйти.

— Ты куда рванула, я не закончил с тобой. — Взгляд у нее убийственный. Что за истеричка?

— Ты мне надоел. Сначала реши свои проблемы — потом поговорим... возможно. Меня ждет муж.

— Я тебя предупреждал? Следи за своим языком, мать твою! Иначе твой любимый муж станет вдовцом. Снова.

Она ничего не отвечает, вырывается из моей хватки и быстро покидает машину. Что она себе позволяет, не слишком ли дерзкая? Ну, сама виновата.

Выбегаю за ней громко хлопнув дверью. Она чего так быстро бегает? Разве не должна сломать себе все ноги на этих каблуках? Хочет в кошки-мышки поиграть? Тогда скажу, что недооценила противника. Догоняю и обхватив двумя руками, крепко держу, но она брыкается. Силенок конечно маловато, поэтому удается быстро ее усмирить.

— Успокоилась? Ты куда собралась, разве я разрешал уйти?

Поворачиваю к себе.В ее глазах огонь и злость искрится, мне, кажется, сейчас она меня прикончит на месте.Ну, если успеет первой, потому что я и сам с трудом сдерживаю свой гнев.

— Меня может Киллиан искать, не хочу, чтобы он беспокоился. Я зря пришла сюда.

— Лав, заканчивай пластинку эту играть, мне уже надоело.

Еще одно слово про Киллиана и я за себя не ручаюсь. Знаю, что намеренно провоцирует меня. Она злится еще больше, а я отталкиваю ее к дереву, руки ставлю по обе стороны и приближаюсь к лицу, но Лаванда отворачивается. Носом провожу по ее щеке.

— Ненавижу тебя.

— Так у вас с ним любовь, — шепчу на ухо. — Он тебя во всех смыслах удовлетворяет?

— Так же, как и ты Саманту, надеюсь, она всем довольна.

— Об этом не волнуйся. Ты же меня знаешь.

К чему этот разговор? У него плохой конец.

— Ты тоже не переживай, Киллиан опытный мужчина, он знает чего я хочу.

— Неужели? Прости, но мне трудно в это поверить.

— Почему же? — Вопрос ее прозвучал громче дозволенного, и мне в очередной раз пришлось оглядеться вокруг.

— Ты не была верна ему, так что не говори, что сегодня ночью сможешь выбросить из головы, что я снова вернулся в твою жизнь и спокойно пустить его в свою спальню. Ты ему изменила. Поступи ты так со мной, я бы тебя убил, — последние слова я произнес тихо но с полной уверенностью.

— Ты немного недооцениваешь Киллиана и наши отношения.

— Так ты уже рассказала ему про то, что было между нами?

— Может и рассказала.

— Предоставила детальный отчет, рассказала правду и ничего кроме правды? После таких откровенний, он никогда в себя не прийдет.

Беру ее руки и поднимаю над головой, держу крепко, чтобы не вырвалась. Целую шею, грудь.

— Я проклинаю день, когда встретила тебя, — говорит дрожащим голосом.

— Не будь стервой, детка. Иначе придется ответить.

Вижу, что она борется сама с собой, сходит с ума, едва стоит на ногах. Мне даже жаль ее. Упрямая. Ослабив хватку, руками мягко провожу вдоль ее тела, целую в губы. Я чувствую слабость и головокружение, в ушах звенит, меня словно пробрало дурманом. Скольжу под платье, благодаря длинному разрезу это не сложно, предвкушение сводит с ума... но она сильно отталкивает меня и я, пошатнувшись отступаю назад. Не успеваю осознать происходящее, как вижу, что она уже убегает, подобрав руками длинный шлейф.

— Лав! — кричу я и она поворачивает голову. — Ты моя!

Ладонью она касается губ и посылает мне воздушный поцелуй. Слышу удаляющиеся смешки.

Сбежала.

Да что она творит со мной?

Все же сигарета пригодится, подкуриваю, делаю глубокую затяжку, никотин полностью заполняет грудь и я начинаю осознавать, что это судьба играет с нами в жестокие игры, посылая нам эти встречи, потом снова разделяет, давая понять, что ничего не вечно в этом мире. А что если мне придется привыкнуть к мысли, что до конца моих дней эта девушка будет всего лишь моим воспоминанием? Боюсь, наше упрямство сыграет злую шутку и мы окончательно потеряем друг друга.

Я возвращаюсь на парковку и сажусь на капот, смотрю на звездное небо, и выдыхаю горький дым.

Мы делаем друг другу больно, не потому что кто-то из нас любит меньше, а потому что оба с ней сумасшедшие. Мы любим как в последний раз. Между нами все очень остро, по-живому, по сердцу и нервам. Мы боремся между собой, боремся с ревностью, дурацкими вспышками гнева и обидами.Мы разбегаемся на время, чтобы глотнуть свежего воздуха свободы, чтобы остыть — но очень скоро понимаем, что порознь еще хуже. Все в мире теряет очертания, стает блеклым. Расстояние ломает, как наркомания.

Тушу окурок ботинком, и возвращаюсь в машину.

Почему так хорошо?