3

Астерия проснулась от мягкого солнечного света, пробивавшегося сквозь полупрозрачные занавеси. Комната была наполнена тишиной и покоем, лишь слабый треск догорающих дров в камине нарушал безмолвие. Потянувшись, девушка с удивлением отметила, что чувствует себя действительно отдохнувшей: тело больше не ныло от усталости после долгой дороги.

В этот момент раздался легкий стук — дверь приоткрылась, и в проеме показалась молодая девушка:

— Ох, вы уже проснулись?

Войдя, она поставила на стол таз с водой и низко поклонилась.

— Доброе утро, — с улыбкой поздоровалась герцогиня, приподнимаясь в кровати.

— Доброе утро, госпожа! Позвольте мне помочь вам собраться!

Астерия наблюдала за новой служанкой, и в груди сладко щемило от ее неуклюжей старательности. Та торопилась — то ненароком плескала воду из таза, оставляя мокрые пятна на полу, то спотыкалась на ровном месте, но каждый раз так искренне извинялась, что хозяйка поместья лишь невольно улыбалась. Пальцы служанки, теплые и шершавые от работы, касались человеческой кожи без привычной отстраненности. «Совсем как Тили», — подумала Астерия, когда девушка, забывшись, принялась напевать под нос деревенскую песенку.

— Госпожа, вы очень красивая!

— Спасибо! — рассмеялась герцогиня с умилением. — Как тебя зовут?

— Карин, госпожа!

— Приятно познакомиться, Карин.

Девушка внезапно захлопала в ладоши и широко улыбнулась:

— Наша госпожа такая добрая! Я очень рада служить вам!

Карин была удивительно открытой и милой. Она беседовала с Астерией легко и непринужденно, перескакивая с одной темы на другую, но при этом ловко продолжала выполнять свою работу. В ее поведении не чувствовалось ни малейшей неприязни, ни неловкости по отношению к герцогине человеческого происхождения.

— Карин, где же Анна?

— Главная горничная на кухне, распоряжается насчет обеда. Госпожа очень крепко спала, и хозяин приказал не тревожить вас, пока вы сами не проснетесь.

Усталость оказалась сильнее, чем ожидалось, и Астерия проспала до самого полудня. Мысль об этом вызвала у нее легкое смущение: едва появившись в новом доме, она уже предстала перед его обитателями настоящей соней. Оставалось лишь загладить впечатление — принести извинения герцогу и как можно скорее приступить к своим обязанностям.

— Герцог не будет обедать вместе со мной? — спросила девушка, пока Карин демонстрировала ей наряды, приготовленные на сегодняшний день.

Привезенная из родных земель одежда, увы, совершенно не подходила для сурового северного климата. Но, к счастью, об удобстве герцогини позаботились заранее: гардеробная была наполнена изысканными нарядами на все случаи жизни. От такого богатства кружилась голова — каждая деталь была продумана до мелочей, словно учитывались даже малейшие капризы местной погоды.

— На данный момент хозяин отсутствует в поместье, госпожа, — ответила Карин.

Неожиданное чувство разочарования кольнуло сердце Астерии. Со дня свадьбы она обменялась с супругом всего лишь парой слов. Но что поделать — герцог был вторым по влиянию драконом после самого Императора. Государственные дела, управление землями... У него, вероятно, и правда не находилось ни минуты свободного времени.

Девушка тяжело вздохнула, а Карин тем временем продолжала подбирать аксессуары к наряду, совершенно не подозревая о мыслях своей госпожи...

— Ай!

Внезапно резкая боль вспыхнула на шее, словно кто-то приложил раскаленную иглу. Астерия зажала пульсирующее место — пальцы тут же ощутили что-то теплое и липкое.

Кровь.

Служанка застыла в ужасе, ее лицо побелело, а губы задрожали.

— В-ваша светлость... я... не хотела! — голос ее сорвался на визгливый крик, а глаза наполнились слезами.

Карин протянула руки к герцогине, но, увидев ее окровавленные пальцы, та инстинктивно попятилась назад. В этот миг взгляд Астерии случайно упал на зеркало, и дыхание перехватило — на шее темнел длинный разрез. Он был явно не смертельным, но достаточно глубоким, чтобы кровь струйками стекала по коже, оставляя алые пятна на одежде и груди. Каждое движение лишь усиливало кровотечение. Девушка растерянно вглядываясь в собственное отражение, не понимая, как и в какой именно момент получила ранение.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и в покои влетела запыхавшаяся Анна.

— Госпожа, что... — экономка тут же замолкла, когда она увидела окровавленную одежду герцогини. Следом она метнула полный ярости взгляд на побелевшую Карин: — Позови лекаря, быстро, — зашипела женщина, и молодая служанка поспешно покинула комнату.

Плотно прижав к шее хлопковую ткань, Анна аккуратно усадила Астерию на кровать. Девушка ощущала, как под пальцами пульсирует горячая кровь, и каждый вдох отзывается болью в горле. Голова становилась тяжелой, будто наполненной свинцом, а перед глазами то и дело вспыхивали темные круги. Герцогиня попыталась поднять руку, но пальцы словно не слушались. «Просто из-за какой-то раны?» — мысль показалась абсурдной, и в то же время от нее стало особенно холодно внутри. Липкость крови на коже и пульсирующая боль с каждым ударом сердца только усиливали страх.

— Прошу, потерпите, госпожа. Не двигайтесь, иначе будет только хуже. Лекарь скоро придет.

Голос Анны звучал мягко, но за этой мягкостью чувствовалась стальная решимость. Экономка не позволяла себе паники, хотя ее лоб покрылся испариной от напряжения.

Вдруг дверь тихо открылась, и в покои вошел высокий мужчина среднего возраста. Его взгляд был серьезным, даже несколько встревоженным, а седина на висках придавала ему суровости. В руках он нес тяжелую на вид сумку, от которой исходил терпкий запах сушеных трав.

Лекарь молча склонил голову, приветствуя хозяйку поместья, но приблизился к кровати лишь после того, как аккуратно натянул плотные темные перчатки. Их вид показался Астерии странным: слишком грубые для врача.

— Я постараюсь сделать все быстро, — сказал дракон и принялся за дело.

Стоило мужчине вылить на рану жгучую жидкость, девушка едва сдержала дрожь, но лекарь держался уверенно — это придавало ей смелости и успокаивало. Когда кровотечение чуть стихло, он быстро осмотрел края раны и, не трогая сам разрез, протер кожу вокруг теплым травяным отваром.

— Угрозы жизни нет, даже зашивать не придется, — обратился мужчина к Анне, и оба дракона заметно расслабились.

Все это время экономка стояла в стороне, переминаясь с ноги на ногу, и нервно наблюдала за происходящим. Лекарь неторопливо обработал рану и наложил несколько слоев повязок на шею. Завершив работу, он выпрямился и низко поклонился.

— Простите, что не поприветствовал вас сразу, госпожа. Меня зовут Ной, я врач в поместье. Буду навещать вас дважды в день, пока вы полностью не восстановитесь. Должен признаться, — добавил он, внимательно оглядывая перевязку, — для человека вы держались поразительно стойко.

Мужчина на мгновение замолчал, потом добавил мягче:

— Рад служить вам.

— Рада знакомству, Ной, — ответила Астерия и приветственно кивнула, не в силах даже улыбнуться.

— Отдыхайте и не напрягайтесь. Я вернусь к вам вечером.

С этими словами лекарь поспешно собрал вещи и вышел из комнаты. Однако стоило ему удалиться, как вдруг Анна рухнула перед герцогиней на колени, низко склонив голову.

— Прошу вас, простите, ваша светлость! — ее голос дрожал. — Клянусь, подобного больше не повторится. Отныне я буду следить за всем куда внимательнее!

Забыв о боли, Астерия вскочила и схватила женщину за руки в попытках поднять:

— Вставай, Анна, что же ты делаешь!

Экономка стремительно встала на ноги и мягко, но настойчиво усадила хозяйку обратно на кровать.

— Госпожа Астерия, лекарь сказал вам быть осторожной.

Герцогиня тяжело вздохнула, покачав головой. Вся ситуация казалась ей сплошным драматическим абсурдом: какая-то нелепая царапина, появившаяся словно из ниоткуда, вдруг превратила обстановку в нечто накаленное до предела, будто речь шла о жизни и смерти. Девушка ощущала целую гамму чувств, которые смешивались в ее голове в беспорядочный клубок.

— Не понимаю, Анна... как это случилось?

Служанка заметно занервничала, ее взгляд метался, словно она пыталась подобрать слова.

— Госпожа, понимаете... драконы не привыкли к людям. Порой нам трудно понять, что для человека может представлять угрозу. Карин еще молода, и у нее мало опыта...

— Что ты хочешь этим сказать?

Анна протянула руку и показала тыльную сторону ладони, вытянув длинные пальцы.

— Когти, госпожа. Даже если мы не выпускаем их полностью, для человека они все равно остры. Одно неловкое движение — и...

Астерия тихо ахнула. Действительно, человеческая кожа по сравнению с драконьей очень уязвимая и тонкая, как пергамент. Даже неокрепший коготь драконенка способен разорвать ее без малейшего усилия.

— Значит, для человека опасно находиться здесь, — произнесла девушка вслух, больше размышляя, чем утверждая.

Женщина резко покачала головой.

— Нет, госпожа! Мы сделаем все возможное, чтобы вам ничего не угрожало. Впредь каждый в поместье будет вдвойне внимателен. Мы обеспечим вам безопасность.

Виноватый вид экономки вызывал у Астерии жалость. Но мысли кружились тяжелым вихрем: страх за собственную жизнь переплетался с виной перед прислугой поместья, вынужденной менять привычный уклад из-за нее одной. Девушка сама себе казалась обузой — и для этого дома, и для самого герцога. Тогда в душе зародилось недоумение: он ведь знал, на что шел, когда брал в жены человеческую женщину. Астерия не являлась принцессой, союзной фигурой или источником выгоды. Так почему же дракон сделал этот выбор? Ради чего решился на столь нецелесообразный шаг? Эта загадка, казалось, останется тайной не только для молодой герцогини, но и для многих вокруг.

***

Оставшись, наконец, наедине с тишиной, Астерия позволила себе немного расслабиться. Недавний инцидент все еще стоял перед глазами, вызывая легкую дрожь. Но вкусный обед оказался лучшим утешением: насыщенные ароматы, мягкие, тающие во рту блюда постепенно отгоняли тревожные мысли. Слуги накрыли стол прямо в покоях, и, стоило герцогине устроиться в удобном кресле, даже боль, что недавно так настойчиво напоминала о себе, словно растворилась, оставшись лишь слабым эхом на краю сознания.

Внезапный грохот распахнувшейся двери заставил девушку вздрогнуть. За сегодняшний день бедная дверца перенесла слишком много испытаний — чудом будет, если к вечеру не слетит с петель.

— Герцог? — удивленно выдохнула Астерия, поднимая взгляд на хозяина поместья.

Не дав ей и шанса подняться для приветствия, он быстро пересек комнату. Дыхание мужчины было сбито, грудь подрагивала, а волосы слегка взъерошились. На одежде виднелись следы снега и дорожной грязи, плащ был смят и блестел от влаги — очевидно, дракон только что вернулся с дороги. Его янтарные глаза остановились на перевязанной шее супруги, и на мгновение взгляд стал холодным, неподвижным, отчего Астерия снова невольно вздрогнула.

— Ты замерзла? — тут же спросил герцог и, не дожидаясь ответа, обратился к Анне: — Подбросьте дров в камин. И принесите горячий чай.

Дракон взял шерстяной плед со спинки кресла и накрыл им плечи Астерии. Он аккуратно подтянул края, укутывая ее полностью, затем отстранился. Девушка затаила дыхание, наблюдая, как супруг молча снимает плащ и перчатки. Подойдя ближе, он коснулся ее лба, затем плавно скользнул к щекам, внимательно вглядываясь в ее лицо. Когда горячие пальцы герцога прикоснулись к забинтованной шее, Астерия непроизвольно отшатнулась.

— Я не причиню боли, — мягко произнес дракон. — Позволишь?

После смиренного кивка он развязал повязку. Едва царапина обнажилась, по лицу мужчины пробежала тень, а янтарные глаза словно потемнели, став ледяными. В ту же секунду воздух в комнате будто тяжелым покровом навалился на плечи, дыхание перехватило, и от этой невыносимой суровости у Астерии сжалось сердце.

— Кто это сделал? — негромко спросил герцог, и от его ровного, спокойного голоса по телу девушки пробежала дрожь.

— Это вышло случайно...

— Астерия, — тон супруга стал жестким, взгляд — недовольным.

Герцогиня нервно опустила глаза:

— Это была молодая служанка...

Плечи дракона заметно напряглись, а глаза опасно сузились. Он молча завязал бинты, и именно это молчание тревожило девушку сильнее слов — будто в тишине рождались самые изощренные кары для беспечной служанки.

— Не наказывайте ее, — вырвалось у нее дрожащим голосом. — Прошу вас...

Взгляд герцога задержался на Астерии. Мужчина медленно приблизился и опустился на одно колено перед женой.

— Ты боишься меня?

— Нет, — едва слышно вымолвила девушка. — Просто немного... напряжена.

Словно осекшись, дракон заметно расслабился, и выражение его лица мгновенно смягчилось.

— Прости, если я тебя напугал, — чуть тише сказал он, — и за то, что не досмотрел за прислугой, тоже прошу прощения.

Внезапно герцог чуть наклонился вперед и, протянув руку, осторожно заправил за ухо замершей леди выбившуюся прядь волос. Его яркие глаза неотрывно удерживали взгляд Астерии, и девушка, почувствовав мягкое тепло от его пальцев, застыла, боясь пошевелиться. Сердце предательски дрогнуло в груди, дыхание сбилось, а по щекам разлился легкий румянец — смесь удивления и смущения сковала сильнее любых слов.

— Ты моя жена и вовсе не должна бояться меня. Одно твое слово — и я поступлю так, как ты велишь.

Астерия моргнула, словно пытаясь убедиться, что не ослышалась, и робко отвела взгляд. Уголки ее губ дрогнули, и неуверенная, но теплая улыбка родилась сама собой. Едва увидев ее, мужчина резко отвернулся и перевел взгляд к окну: снаружи бушевала метель, но внутри комнаты царили тепло и уют.

— Отдыхай и не перетруждайся, — произнес он и резко встал с места.

Герцог уже направился к двери, когда Астерия внезапно вскочила и схватилась за его рукава. Дракон обернулся, и их взгляды на миг встретились. Уловив в его глазах тень удивления, девушка тут же отдернула руку и опустила глаза, чувствуя, как лицо заливает смущающий жар.

— Я лишь хотела спросить...вы не против позавтракать вместе?

Повисла тишина. Герцог молчал, а Астерия, затаив дыхание, ждала его ответа.

— Конечно.

Холодное лицо дракона вдруг смягчилось: он посмотрел на девушку с такой немыслимой теплотой, что она непроизвольно прижала руку к груди, будто пытаясь унять клокотание сердца. От прежней суровости не осталось и следа — мужчина глядел на супругу с безмолвной нежностью, впервые явив свою улыбку. Герцог бережно отвел руку Астерии от вздымающейся груди и приник горячими губами к нежной коже на тыльной стороне ее ладони.

— Отдыхай, Астерия, — тихо добавил он и вышел, покинув растерянную герцогиню.