|8|

- Она уже не спит,- сказала медсестра Нуре Жамаловне. - Хорошо,- ответила доктор. - Я верю вам. Если она проснулась один раз, то проснется и ещё один. Возможно. Это ещё вопрос времени.

Каролина слабо застонала и открыла глаза. Глаза незрячие да наполовину закатившиеся.

Нура села рядом с пациенткой на стул, которого Каролина помнила, как стоящего в коридоре. Она взяла свою ручку и начала что-то царапать на бумаге, видимо, это были дальнейшие указания лечения и восстановления Каролины. При виде этой ручки Каролину охватил безотчетный страх, и она вцепилась в руку доктора чуть ниже локтя. Казалось, к её собственной руке привязали груз в шестьдесят фунтов, и она не повиновалась ему. С трудом сжав руку доктора, она потянула её к себе. Непонятная ручка прочертила на листке бумаги синию широкую полосу.

Нура с любопытством смотрела на пациентку, и живой интерес к ней сменился страхом. Доктор с отвращением отдернула свою руку, будто нечаянно прикоснулась к горячему предмету.

- Зачем вы это сделали?

Её голос дрогнул. В глазах Кары застыл страх. Она словно увидел что-то жуткое, чего нельзя ни назвать, ни описать.

Но название этому всё же было.

- Сколько? 36 месяцев? - хрипло спросила она. - 3 года? Нет! Господи, нет! - Каролина, вам нельзя волноваться...

Каролина привстала, но эта попытка оказалась неудачной - она рухнула обратно в постель.

- Мне двадцать один год? - пробормотала она. - Двадцать один, Господи! 

Нура с трудом сглотнула. Когда Каролина схватила её за руку, доктора вдруг охватили ужасные неприятные ощущения, какие испытывала она только в детстве. Отвращение было сродни тому, что она почувствовала в восемь-девять лет, когда они отдыхали на загородном пикнике. Тогда Нура нащупала в камышах что-то мягкое и скользкое, а потом оказалось, что это мертвый зверек, из которого выглядывали кишки. Тогда она кричала от ужаса.

Страх переминило удивление и главный вопрос : Как Каролина узнала?

Около десяти лет научной работы дали ответ на этот вопрос. Было зафиксировано не мало случаев, когда пациенты, находившиеся в коме, просыпались с представлениями (хоть и смутными) о разных вещах, происходящих вокруг. Кома - это лишь вопрос степени погружения в сон. Каролина Росс всегда сохраняла разум : её электроэнцефалограмма никогда не показывала ровную прямую линию, которая свидетельствует об отсутствии разума. Иначе Нура бы не смогла говорить с ней. Иногда кажется, что человек в коме полностью "отключается", но на самом деле его все органы чувств работают, и информацию она могла услышать, запомнить, воспринять из внешних источников.

Через минуту забежала медсестра.

- Неврология предупреждена, а доктор Розочкин уже в пути. - Думаю, знакомство Розочкина с ней  надо отложить. Дай пациентке 5 грамм валиума. - Мне не нужно! - заявила Каролина. - Я хотя знать, что произошло! Пожалуйста!- Отдыхайте,- сказала упрямо Нура. - Я итак отдыхала 3 года! - Ещё дополнительных двенадцать часов ничего не изменят.

Медсестра сделала укол. Каролина сразу ощутила сонливость, а чуть позже погрузилась в сон.

******

В доме семьи Росс сегодня утро для Евы началось не с кофе, а с готовки потрясающего завтрака для семьи. Сегодня ей надо было идти на учебу, поэтому для воплощения своей идеи Ева встала в пять утра, когда даже первые лучи света ещё не выглянули с восточной стороны.

На Еве красовалась длинная розовая футболка-пижама, на задней стороне которой находился единорог, а её обнаженные ступни находились в домашних пушистых тапочках, приобретенных совсем недавно. Её волосы были в пучке, чтобы не попали случайно в еду, иначе всё блюдо испортится при виде волос в еде. А блюдо она готовила явно не простое, а настоящий пирог с тыквенно-малиновым соусом, приготовленным ранее.

Счастья не было предела, ведь скоро она сможет увидеться со своей сестрой и, наконец, крепко обнять её, послушать её странные шутки и истории, а потом рассказать абсолютно всё, что происходило в течении трёх лет.

- Доброе утро! - в кухню (не по планам Евы) зашла мама в черном халате и растрепанной прической на голове. - Мама! - возмутилась Ева. - Что? - Аврора подошла к кофейнику и налила себе свежего кофе. - Ты мне мешаешь готовить! - Ева, прекрати сейчас же! Мать твоя до сих пор придти в себя не может, что твой отец отключить Кару хочет, а ещё ты наезжаешь! Готовь свою дрянь - Я выпью кофе и поеду на работу, да же непопробуя! - заявила она и гордо ушла из кухни.

Ева не совсем поняла значение этих слов. Неужели Карл не сказал о пробуждении Каролины, неужели он до сих пор обвиняет свою жену в этом происшествии, которое (пробуждением Каролины) буквально вчера отрезало все пути прошлого. Ева не понимала до конца и, оставив свой пирог, она вышла из кухни и прошла в зал, где у окна в кресле развалилась Аврора, глотая горячее кофе и наслаждаясь расветом.

- Мама? - Ева, ты, конечно, прости меня, но мне правда не до твоих глупостей. За эти три года выросли все, кроме тебя. Ты всё ещё стоишь  и играешь в свои гребаные игрушки! - Каролина пришла в себя.

Слова застряли в горле Авроры Росс, и она согнулась, как от удара, уронив кружку с кофе. Ева отвернулась; ей хотелось так обрадоваться и начать кричать от счастья, как она делала это вчера, но она боялась, боялась сглазить.

- Каролина... - Она замолчала и, с трудом сглотнула,  продолжила : - Кара.. наша Каролина? - Да, мы вчера ездили в больницу. Разумеется, нас не пустили, сказав, что это ложное пробуждение, но вечером, позвонив папе, сказали, что она уже всё понимает и даже может двигаться. - Каролина очнулась?

Аврора зажала руками рот. Нижнюю часть её лица закрывали руки, а над ними все больше и больше округлялись глаза. Ева испугалась, что они выскочат из орбит и повиснут на ниточках. Потом они закрылись, и Аврора издала какой-то странный звук.

- Мам? Всё в порядке? - Почему Карл ничего не сказал? Почему ты ничего не сказала? - Я... Я не знаю!

Аврора встала.

- Я должна поехать к ней. И должна сказать, что люблю, что верила в её пробуждение, что очень скучала. А также я знаю, что всё это не случайно! - О чём ты говоришь? - Гоподь избрал мою Каролину своим орудием для чего-то важного.

Аврора подошла к шкафу, где висело пальто, не отдавая себе отчета о том, что на ней только ночная рубашка и халат. Её лицо выражало ликование 

- Мама... - Я должна рассказать моей девочке о том, что Господь... - Аврора! - в комнату зашёл Карл в ночной рубашке и мешковатых штанах.

Она повернулась к мужу, но мыслями была не здесь, а с дочкой. Карл положил свои руки ей на плечи.

- Ты никуда не поедешь! - Поеду! Поеду! Поеду! - Ладно, поедешь, но ты скажешь ей, что любишь, что молилась. Как никто другой. Ведь ты же - мать! Ты горевала по ней, ведь так? - Да, конечно! - А еще ты будешь молчать о Господе и о всём том, что ты говорила только что! - Не смей мне указывать! Не смей! - Смею! Потому что я её отец! - хмуро возразил Карл. - Завтра ты будешь ей просто матерью, а не священником в церкви, ясно? - Не смей так говорить со мной!

Аврора дрожала, разбираясь между радостью и гневом, и в её лице не было ни коровники.

- А сейчас одевайся,- грубо сказал Карл,- и поедем.

Весь долгий путь в город N они молчали. Только на лице Авроры застыло выражение восторга.

******

В четверть десятого следующего утра медсестра вошла в палату и сообщила :

- Приехали ваши родители. Хотите увидеться с ними? - Хочу.

Утром Каролина чувствовала себя намного лучше. Сил прибавилось, и в голове прояснилось. Однако предстоящая встреча пугала её.  Каролине казалось, что  видела родителей три месяца назад.

Медсестра собиралась уйти, но Кара схватила её за руку.

- Как они выглядят? В смысле... - Отлично. - Ладно. Хорошо. - Вы сможете провести с ними полчаса. И немного вечером, если неврологические обследования не сильно утомят вас. - Так решил доктор Розочкин? - И Нура Жамаловна тоже. - Ладно, пусть так. Я, если честно, сама не знаю, сколько выдержу ощупываний и укалываний.

Медсестра помедлила.

- Что-то не так? - поинтересовалась Каролина. - Нет, я приглашу ваших родителей.

Она с волнением ждала. В палате она осталась одна - парализованую девочку увезли на время в другую, пока Каролина спала от укола валиума. Дверь открылась. Каролина испытала потрясение и облегчение : потрясло её то, как они постарели. Вместе с тем её обрадовало, что эти изменения всё же были не такими заметными. Больше она не успела не о чём подумать - мать обняла её, в нос ударил запах фиалковых духов, и в ушах раздался шепот :

- Слава Богу, Каролина, слава Богу, что ты жива!

Она обняла маму, но ослабевшие руки через несколько секунд произвольно упали. Карл медленно подошёл сзади. Он похудел также сильно, как растолстела мама. Волосы поредели, но лицо осталось прежним - таким же простым, родным и любимым. Достав большой платок из кармана, он вытер свои глаза и протянул руку.

- Здравствуй, дочка. Рад, что ты снова с нами.

Из глаз Каролины брызнули слезы.

- Извините,- сказала она. - Извините, я просто... - Поплачь,- Аврора уселась на кровать рядом с дочкой. Её лицо прояснилось и выражало только материнскую заботу.

- Поплачь,- снова сказала она. - Иногда это лучшее лекарство.

И Каролина послушалась её. 

******

Карл рассказал, что тетушка Оля умерла, а Аврора рассказывала о том, как проходило строительство церкви в центре города. Карл сообщил, что Ева выросла и стала потрясающей девушкой, конечно, показав фотографии, Каролина снова расплакалась.

- Моя хорошая, не плачь! - сказала Аврора, прижав голову дочки к своейгруди. - Я не могу вспомнить кое-что,- тихо сказала Каролина. - Расскажи, что тебя беспокоит,- перебила её Аврора, прижимая сильнее к себе. - Аврора! Отпусти её! - Нет, неудачник, не отпущу! Ты вообще хотел её отключить от аппарата, так что молчи в тряпку! - Мам, я так хочу пить. Принеси пожалуйста имбирного чая. - Хорошо, моя хорошая!

Когда Аврора ушла, Каролина спросила :

- Давно это с ней? - После твоей комы состояние всё хуже и хуже,- Карл почесал затылок и продолжил. - Сейчас она проводит в церкви времени больше, чем дома, несёт какой-то бред про то, что ты орудие Господа, но началось это давно, ты знаешь. - А она... - Нет, она не сумасшедшая.

Каролина вздохнула.

- Как я здесь оказалась? Я не помню, честно! - Тебя... Ты.. - Он не мог сказать прямо о том, что её изнасиловали. - Пап, я уже никакой информации не боюсь. - Тебя изнасиловали- О Господи! - воскликнула Каролина. - Этого-то я и боялась! - Кома из-за удушья. Что-то связано с инсультом... - Главное, что я жива и, возможно, здорова. - Определенно.

******Р

аннее утро Нуры Жамаловны началось не с кофе, а с подготовки к маленькой поездке на заброшенную Московскую площадь. Она ходила по всей квартире, собирая вещи в свой походной рюкзак, а за её движениями наблюдал её любимый верный пёс по кличке Вулкан.

"Так-с, карту города взяла, запасной спортивный костюм здесь, вода есть, чертежи 18 века города и Московской площади на месте!" - восторженно сказала она и застегнула свой рюкзак.

Нура была одета в темно-зеленый, болотный спортивный костюм и чёрные кроссовки с крупной мягкой подошвой из силикона. Её волосы были собраны в конский хвост, а сверху на голове красовалась чёрная кепка, сзади которой была вышита её мамой буква N, говорящая об имени женщины. Она, выходя из квартиры, насыпала корм для Вулкана и, по привычке попрощавшись (автору неизвестно, с кем она прощалась), женщина вышла на лестничную площадку и мигом побежала по лестнице вниз.

До площади невозможно было доехать на маршрутке или на автобусе, так как ближайщие улицы, ведущие на площадь были закрыты на ремонт несколько лет назад. Хоть ничего ремонтировать так и не начали, преграды, закрывающие переулки, стояли и мешали проехать даже машине, поэтому лучшим решением для Нуры - это был велосипед.

Под ритм музыки, под прохладный поток воздуха, создаваемый ею, она наслаждалась не только ездой, но и ранним появлением солнечных лучей, освещающих её лицо, играя с соседними лучиками света, но в неожиданный момент, когда на перекрестке на светофоре загорелся "красный'' свет, ей позвонил её неповторимый и любимый друг Василий Афанасьев, будто чувствуя, куда и зачем направляется Нура.

"Вот чёрт тебя взял! Старый пердун, да обоняние ещё действует!" - прошептала она, смотря на экран, и только тогда она взяла трубку :

- Здравствуйте! Что же...- Нурочка, я тебя предупреждаю ещё раз,- перебил он её. - Не лезь не в своё дело. - Кто мне помешает? Ты? Я уже давно поняла, что ты тоже замешан,- она хихикнула и продолжила путь вдоль парка Панфилова. - Я свои руки пачкать не собираюсь, Нурочка- Они уже испачканы, на твоих руках не первый литр крови! Я всё узнаю, я всё докажу! - Я знаю, что ты умная, но в конце концов тебя придется остановить, если не сделаешь это по своей воле,- он затянул сигарету и продолжил, - Куда ты едешь? - На работу- В пять утра? - Долго ехать- Всё понятно, Нура, но я напомню : Любопытной Варваре на базаре нос оторвали,- и с этими словами он отключился от разговора.

Нура, взяв полотенце, протерла свой лоб от пота и продолжила свой путь. Она была готова на все, дабы понять, что происходит в этом городе. Пока что Нура знала совсем немного, а каких-либо улик против насильника у неё совсем нет : странное письмо с адресом заброшенной площади и Василий, который при их телефонном разговоре подтвердил, что он связан со всей этой историей - не доказательства, а лишь факты и предположения, но скоро она узнает всё.

******

Каролина лежала в своей постели. В это время резвый маленький золотой лучик уже спешил разбудить её. Тихонько и осторожно он полз по ее подушке. И вот, наконец, он достиг её носа, и она по-настоящему  ощутила его тепло. Вот лучик добрался до её глаз. Каролина не могла больше спать, ведь лучик уже разбудил её и ему уже не терпилось поиграть с Карой. Осторожно через боль присела на кровать и протерла заспанные глазки. Обезбаливающее переставало действовать, и боль, словно прилив в море, всё медленно, но эффектно напоминала о себе.

- Приветик,- прозвучал гнусавый хриплый голос, который раздался эхом по всей палате.

Через несколько секунд из под кровати вылезла обнаженная девушка, чьё тело было в грязи и в свежей земле. На её огненных, рыжих волосах висели водоросли и белая плесень. Девушка создавала ужасное впечатление; Каролине казалось, что она только что вылезла из гроба, где пролежала несколько лет. О фигуре незнакомки нечего сказать : она была ни толстой, ни тонкой, грудь её была обвисшей, а лицо покрыто множеством воспаленных прыщей.

Каролина сморщилась, потом присмотрелась к её глазам и поняла, кто стоял перед нею. Это была Кэрри Эшвелл, девушка, изнасилованная 3 года назад за сутки до изнасилования Каролины.

- Кэрри? - Вся я! - Зачем ты здесь? Как ты сюда попала? - Ты должна вспомнить,- Кэрри показала на свой висок. - Как ты проснулась? Где ты была всё это время? - Случайно,- Каролина вздохнула. - Врачи называют  это чудом, так как у меня, по сути, никаких шансов не было.- Нет! Твой мозг спрятал все грязные воспоминания далеко в памяти, но ты должна найти, зайдя в "Поисковую систему". - Ты несёшь полный бред!- Нет! - Уходи отсюда! Уходи! Пошла вон!

Кэрри кивнула и, открыв окно, она прыгнула вниз, оставив Каролину с её мыслями наедине.