Глава 26. Путь связи

Ванесса сделала шаг — и всё исчезло. Звук. Цвет. Воздух. Мир исчез, как будто его выдернули из под её ног. Не осталось ни стен, ни горизонта, ни неба. Только пустота, тянущаяся во все стороны, как чёрный шелк без складок. Бесконечная, вязкая, как будто сама магия — испарилась.Ванесса замерла. Слишком резко. Слишком неожиданно. Сердце застучало громко, будто единственное живое в этом пустом пространстве. Она вытянула руку — световое заклинание, самое простое, базовое, детское, — но ничего не произошло.— Illumina, — сказала чуть громче. Магия должна откликнуться. Обязана.Ничего.Она произнесла другое — сложное, мощное. Потом ещё. И ещё. Никакой реакции. Ни вспышки, ни вибрации в пальцах, ни магического импульса в груди. Пусто.— Что за…? — прошептала Несс, впервые в жизни не контролируя тембр своего голоса. Он дрогнул. Стал... живым. Человеческим.Её дыхание сбилось. К горлу подступил комок. Это не просто пустота. Это запрет на контроль. Запрет на ту часть себя, которую она всю жизнь лелеяла, как броню.«Ты без магии — ничто? Или ты боишься, что без неё ты настоящая?» — прошептал голос из темноты. Он был её. И не её.Она закрыла глаза. Не чтобы сосредоточиться. Чтобы не разрыдаться. Сквозь это мнимое спокойствие вдруг промелькнул... голос. Его голос.— Ванни?Она вскинулась. Как будто из другого конца бесконечности, будто из-под воды, — папа. Его голос был приглушён, как из сна, но в нём было то, чего у неё давно не было: доверие.— Просто доверься себе.Ванесса обернулась, но ничего не увидела. Ни света. Ни источника. Только голос — будто указывал направление внутри неё самой.Она медленно, на ощупь, двинулась вперёд. Один шаг. Второй. Пустота не сопротивлялась — но и не помогала. Она чувствовала себя слепой. Уязвимой. Умереть было бы проще, чем идти без магии. Без контроля. Её пальцы дрожали. Ванесса тянулась вперёд, будто через плотную вату. Каждый шаг — словно борьба с самой собой.— Ты не справишься, — снова прошептал тот голос. — Тебе всегда нужно было держать всё в руках. Ты не способна быть слабой. Ты не знаешь, кто ты, если не колдуешь.Она споткнулась. Упала на колени. Вскинула лицо, пытаясь закричать, но горло сдавило.«Где ты, папа? Где магия? Где… Я?!»И тогда она увидела. Впереди, как искра в кромешной тьме — вихрь. Медленно вращающийся поток света и теней, хаотичный и пугающий. Он тянул, звал, жил своей жизнью. Ванесса почувствовала: если она туда войдёт — она потеряет всё, что знала о себе.«Контроль — это не сила. Это клетка.»Её тело дрожало. Ванесса сделала шаг к вихрю. И остановилась.«Я не могу. Я не могу без заклинаний, без схем, без плана. Я же не… Я не знаю, как просто... быть.»Но в груди зажглось нечто. Что-то тёплое, древнее, как интуиция, как пульс в тишине. Как вера в себя, не завязанная на знания, статус, силу.— Просто доверься.Она закрыла глаза. И вошла в вихрь. Свет окутал её, не подчиняясь. Он не слушался приказов, не следовал формулам. Он жил сам по себе. И она позволила. Позволила себе отпустить. Не знать. Не контролировать. Не руководить.И вихрь… смягчился. Он встал стеной позади неё — и исчез. А она стояла — всё та же. Но будто без брони. Без щита. Зато с чем-то новым внутри: доверием к себе, даже уязвимой.Магия вернулась. Но теперь — она не была инструментом. Она была дополнением к личности, а не её сутью. Ванесса сделала шаг вперёд. И всё вокруг — запело.

***

Теодор моргнул — и всё исчезло. Тот самый миг, в котором он стоял с луком на тренировке, исчез, будто его вырезали из плёнки. Ванесса — рядом — исчезла. Эмили — смеявшаяся с Эдрианом — исчезли. Воздух стал тяжёлым, как туман, пропитанный гарью.Он открыл глаза — и увидел смерть. Академия была в руинах.Когда-то величественные шпили лежали грудой камней. Башня магов была срезана пополам. Ветряные флюгеры валялись, погнутые, как сломанные руки. Обугленные деревья стояли, как памятники гибели. Теодор встал в центре этого мёртвого мира.Снег падал медленно — но был чёрным. Пепел. Он тянул ладонь, пытаясь уловить хоть крупицу реальности, но всё было мертвым. Тишина звенела в ушах, как натянутая струна.— Что… что это? — прошептал он.И тогда он услышал её голос.— Ты нас подвёл, Найти.Он обернулся — и увидел Ванни. Она стояла на руинах главного зала, глаза её были сухими, холодными. Лицо — чужим. Лицо боли, не любви.— Ты обещал защитить. Где ты был?Сердце Теодора кольнуло. Он сделал шаг, другой — но внезапно из теней вышла Эмили.— Всех потерял. Даже меня. Даже Эдриана. Ты не справился.— Нет… — прошептал он, голос срывался. — Это неправда. Я… Я был с вами. Я старался. Я…И тогда перед ним, как кадры из сломанного сновидения, возникли тела. Джеймс — с разбитым мечом. Эрни — в крови. Ванесса — с закрытыми глазами, навеки. А рядом — он сам. Стоящий. Один. Ни царапины. Ни крови. Живой.— Я выжил… один? — Теодор упал на колени. Его пальцы дрожали, как будто в них прокрался холод, которого нельзя согреть.— Ты думал, что любовь — это сила. Но ты не смог удержать нас. Ты не смог нас спасти, — произнесла Ванесса.Он поднял взгляд. И в её глазах не было укора. Только печаль. Не злость. Прощание.— Нет, — выдохнул он. — Нет. Я не… Я не хочу это терять.Он вскочил. Побежал к ней. К Эмили. К друзьям. Но когда дотронулся — они рассыпались пеплом. Один за другим. Молча.Остался один. И он закричал. Громко. Не от гнева — от ужаса.— НЕТ! Пожалуйста! Вернитесь! Я всё исправлю! Я не хотел быть один! Я…— Любовь — это не победа, Тео. Это выбор. Это уязвимость, — прошептали голоса.Он опустился на колени. Один. Под пепельным снегом. И замер. А потом — поднял голову. И прошептал:— Вы правы.Молчание. Он выдохнул. Глубоко. Долго.— Я не смог вас спасти. Я ошибался. Я не всемогущий. Я...Он сжал пальцы в кулак, но не от ярости — от боли.— Но... Я всё равно вас люблю. Даже если вас нет. Даже если остался один. Даже если это наказание — я всё равно люблю.И в тот момент, когда он произнёс это — не как воин, не как брат, а как человек — небо разорвалось светом. Пепел поднялся вихрем и исчез. Руины растворились. Перед ним — вновь тишина. Но не мёртвая. Спокойная. И только один голос, еле слышный — её.— Мы рядом. Всегда были.Он выдохнул. Закрыл глаза.И открыл их — взрослым. Он не вернул никого. Но принял, что любовь не умирает, даже когда всё рушится.

***

Всё началось с тишины. Не той, что гудит в ушах. А той, что разносится по долине, как шёпот пробуждения. И в этот момент где-то в глубине зачарованной земли, в Долине Забытого Света, пять фигур поднимались из сна. И каждая — в другом месте.

Эмили лежала в высокой, почти золотистой траве. Лепестки цветов щекотали её щёки. Веки тяжёлые, как после плача. Слёзы высохли, но кожа всё ещё стянута солью. Она встала медленно. Как будто заново училась поднимать голову.Перед ней — пустое поле. Никаких теней. Только её отражение в ближайшей луже. Она смотрела в него — и впервые не отводила взгляд. На запястье — тёплая повязка, как символ принадлежности. Она сама завязала её. И теперь она — не сестра Теодора. А Эмили. Та, кто выстояла. Она шла. Прямо, не оборачиваясь. Глаза — сухие. Но внутри — наконец-то есть ядро.

Джеймс проснулся среди осколков мрамора. Белая пустота. Треснувший пьедестал под ногами. Пыль в воздухе. Остатки "идеального мира", где он был героем.Он поднался. Посмотрел на трещины — и не пожалел. Приколнулся к своему амулету. Тот слегка пульсировал теплом. Но не магия в нём — а память о тех, ради кого он сражается. Не для славы. А чтобы быть рядом. Джеймс улыбнулся впервые за долгое время — не потому что выиграл. А потому что понял цену победы.

Тихий плеск воды. Эрни сидел у маленького пруда, где поверхность гладкая, как стекло. Там, в отражении, он видел Аарона. Того самого, из детства. Того, кто звал остаться. Но теперь — отражение улыбнулось и исчезло. Брат отпустил его. Прошлое больше не держало. Эрни вытер щёки. Поднялся. Его пальцы дрожали — он почти остался. Он почти сдался.Но он смог. Он живой. И идёт вперёд. Даже с разбитым сердцем. Даже один.

Беззвёздная магическая пустота теперь переливалась светом. Как будто сама ткань магии вернулась. Ванесса стояла посреди неё, раскинув руки.Никаких чар. Никаких ритуалов. Только внутреннее доверие.В её волосах — белые искры, как от фейерверка. Она дышала ровно. Сердце уже не билось в панике — оно впервые спокойно. Она отпустила контроль. И… земля появилась под ногами. Лес. Реальный. Тихий. Она вернулась. — Спасибо, папа, — прошептала Ванни. Может, он и не слышит. Но это уже неважно.

Теодор вставал посреди выжженной земли. Но теперь это не кошмар. Это просто место. Не руины Академии, а пустая равнина. Без пепла. Без голосов. Он держал в руке кусочек ожерелья Ванессы. Тот, что остался в том сне. Но теперь — он настоящий. Символ его любви, его утраты, и его выбора.Он сделал шаг — и руины исчезли. Под ногами снова трава. Воздух — чистый. Небо — голубое.И Тео знал: он не всё исправит. Не всех спасёт. Но будет рядом. До конца.

Они вышли из сна. Из разных точек долины. Из разных реальностей. Каждый — другой. Каждый — чуть тише, чем был. Чуть глубже. Чуть взрослее.Они начали искать друг друга. Один за другим. И когда их взгляды встречались, никто ничего не говорил сразу. Потому что все знали: они прошли сквозь тьму. И выжили. И теперь... они не просто команда. Они — связанные душами.

И тогда перед ними появился он — дух. Старший. Древний. Похожий на дыхание Источника. Может быть, Абнер. Может быть, просто память. Он говорил негромко, но каждое слово — как камень на грудь:— Один должен остаться. Пожертвовать собой. Только тогда вы сможете освободиться.Молчание длилось мгновение. Или вечность. Потом заговорили.— Я пойду, — тихо сказала Эмили, голос дрожал, но в нём — была решимость. Она сделала шаг к алтарю. — Я не могу потерять вас.— Ты что, с ума сошла?! — Теодор схватил её за руку. Его глаза горели — страх, ярость, отчаяние. Он не может снова потерять её. Не Эмили. — Даже не думай.Лицо Эрни было пустым, как после долгого сна. Он почти не говорил. Просто подошел. Тихо. Решительно. Он встал перед алтарём. Он уже жил в прошлом. Остаться тут — вроде как просто.— Нет! — Джеймс остановил его, резко, будто оттолкнув тень. — Не так это работает. Мы не ломаем одного, чтобы спасти всех. Это не победа, это повторение старой ошибки!Ванесса тянулась к магии. Воздух вокруг неё сгущался. Она шептала древнее заклинание освобождения. Но… ничего. Только пустота. Сила не подчиняется. Контроль — не работает. Комната молчала. Слов не хватало. Только дыхание. Только боль. Все обернулись.  Никто не знал, что делать. Все хотели умереть — но не хотели, чтобы умер кто-то другой. Это не героизм. Это любовь. Чистая. Раздирающая.И тогда Теодор шагнул вперёд. Он смотрел на каждого. На Эмили — его половину. На Эрни — его нового друга, брата по разуму. На Джеймса — с которым всегда спорил, но сейчас шёл рядом. На Ванессу — любовь всей его жизни. Его солнце. Слова пошли сами. Без подготовки. Без защиты:— Мы не делаем выбор между собой. Мы уже доказали, что стоим этого. Мы дошли сюда вместе. Через страх, через боль, через себя. Мы — не жертвы. Мы — команда. И мы уходим отсюда вместе. Впятером. В этот миг всё изменилось. Земля затряслась. Алтарь треснул. Свет вспыхнул — не резкий, не выжигающий. Тёплый. Признающий. Словно сама древняя магия поклонилась выбору не силы, а любви. Голос Духа стал тише, как шорох исчезающего дождя:— Вы выбрали не путь силы. А путь связи. Поэтому… вы свободны.Он исчез. Они остались. Пятеро. Сильнее, чем были. Свободнее, чем когда-либо. Впереди — дорога. Но внутри — свет.