Цена имени

Утро следующего дня встретило Мортиса не светом надежды, а свинцовой тяжестью в животе. Несколько жалких монет, зажатых в потной ладони, казались ничтожными против голода, смотревшего на него с двух маленьких лиц сестер. Он тяжело вздохнул, запихнул деньги в карман и, не прощаясь, вышел из дома. Каждый визит в деревню был для него испытанием.

Лес, как всегда, встретил его мрачным молчанием. Свет пробивался сквозь частокол елей скупо, и тропа тонула в сыром полумраке. Внезапно позади ясно и четко раздался хруст ветки. Мортис резко обернулся, сердце прыгнуло в горло. Глаза впились в густую завесу теней между деревьями. Никого. Только старые, знакомые страхи, оживавшие в его воображении. «Показалось, — попытался он убедить себя, но спина оставалась напряженной, а волосы на затылке шевелились. — Всегда кажется».

Деревня встретила его шумом и гвалтом, которые после лесной тишины оглушили. На рынке толклись люди, кричали торговцы, мычал скот. Воздух был густым от запахов пота, навоза и жареной колбасы. Мортис, съежившись, пробирался сквозь толпу, чувствуя себя чужим, грязным пятном на этой яркой картине.

Он зашел в первую же торговую лавку, откуда пахло свежим хлебом. За прилавком стоял дородный мужчина с красным, одутловатым лицом и маленькими, заплывшими глазками. Его взгляд, скользнув по потрепанной одежде Мортиса, стал презрительным.

— Чего надо, щенок? Денег просить? — его голос был хриплым и грубым.

Мортис выпрямил спину, стараясь казаться увереннее. —Я хочу у вас работать.

Мужчина фыркнул, осматривая его с ног до головы. —Тебе-то сколько лет? Десять? Одиннадцать? Мал еще воровать, не то что работать. Ты из того приюта, что за рекой?

— Нет, — упрямо покачал головой Мортис. —А мамка твоя где? Пусть сама приходит, коли работу ищет. —Я не знаю, где она, — ответил мальчик, и это была горькая правда. —Ну, фамилию свою скажи, раз такой самостоятельный.

Мортис сделал глубокий вдох. —Мортис Люцифер Уайт.

Эффект был мгновенным и пугающим. Лицо продавца стало серым, как зола. Он отшатнулся, будто от гадюки, и схватился за прилавок, чтобы не упасть. —Пошел вон! — его голос сорвался на визгливый, испуганный шепот. — Ступай, пока цел! И чтобы духу твоего тут не было!

Мортис выскочил из лавки, чувствуя на спине жгучий, ненавидящий взгляд. Его имя снова сработало как проклятие. Он глубже натянул капюшон и, опустив голову, ринулся в толпу, пытаясь скрыться.

И тут он увидел ее.

Словно луч света в грязной луже. Девочка с волосами цвета спелой пшеницы и глазами, ясными, как летнее небо. Она стояла, покупая яблоко у торговки, и казалась ему существом с другой планеты — чистой, светлой, недосягаемой. Сердце Мортиса вдруг заколотилось с непривычной силой, по щекам разлился горячий румянец. Впервые в жизни он почувствовал не страх или злость, а что-то теплое и щемящее.

Внезапный мощный толчок в спину выбил из него дыхание. Он грузно рухнул в грязь, растянувшись на мостовой. Поднявшись, весь в грязи и унижении, он тут же бросил взгляд на то место. Девочки там уже не было. Растаяла, как мираж. На его лице застыла маска горького разочарования.

— Глянь-ка! — раздался рядом чей-то визгливый возглас. —Господи, что это? — подхватила другая женщина, тыча в него пальцем. —Глаза! Вы видели его глаза? Разные! — заорал мужчина, отскакивая, будто от прокаженного.

На него показывали пальцами. Его окружал шепот, полный ужаса и омерзения. Он был зрелищем, уродцем, нарушающим спокойный порядок их дня. Мир сузился до множества враждебных глаз. Задыхаясь от паники, Мортис рванул с места, сломя голову, не разбирая дороги, лишь бы убежать от этого.

Он влетел в первое же открытое помещение, оказавшееся на его пути — в мясную лавку. Воздух здесь был густым и тяжелым, пах железом и смертью. За прилавком стоял крупный, бородатый мужчина в заляпанном фартуке. Увидев перепуганного, задыхающегося мальчика, он нахмурился, но не с презрением, а с долей удивления.

— Эй, парень, с тобой все в порядке? Выглядишь так, будто от смерти убегал.

Мортис, опираясь на колени и пытаясь отдышаться, лишь покачал головой. —Люди... они... — он сглотнул ком в горле. — Они на меня смотрят, будто я монстр.

Мясник внимательно посмотрел на него, его взгляд задержался на разноцветных глазах. Но в его взгляде не было ни страха, ни отвращения — лишь спокойная, усталая оценка. —Э, да брось. У каждого свои особенности. У меня, вот, шрам через все лицо, — он указал пальцем на бледную полосу на щеке. — И что? Мир не рухнул. Не обращай внимания на дураков.

Эти простые слова показались Мортису бальзамом на душу. Он выпрямился, все еще дрожа. —Спасибо...

— Как звать-то, парень? —Мортис... Мортис Уайт, — выдохнул он, уже готовый к очередному отпору.

Мясник замер на секунду. В его глазах мелькнуло что-то сложное — не страх, как у торговца, а скорее... понимание? Или предостережение? Он тяжело вздохнул и потер ладонью лицо. —Так... Ну что ж. И что привело ко мне Мортиса Уайта?

— Мне нужна работа, — проговорил мальчик, собрав всю свою решимость. — У меня есть сестры. Нас есть нечего.

Мясник молча изучал его еще мгновение, будто взвешивая что-то на невидимых весах. —С мясом управляться умеешь? Не побрезгуешь? —У нас свое хозяйство. Я все умею, — поспешно заверил его Мортис.

Ладно, — мясник кивнул, приняв решение. — Помощник мне и правда нужен. Приходи завтра к открытию. Разберешь тушу, что в холодильнике. Посмотрим, на что ты годишься. Облегчение хлынуло на Мортиса такой волной,что у него подкосились ноги. —Спасибо! Огромное спасибо, мистер...?

— Торн. Мистер Торн, — представился мужчина. И затем, почти невзначай, но с какой-то странной интонацией, добавил: — И удачи тебе с твоей мамой.

Прежде чем Мортис успел что-либо спросить или понять скрытый смысл этих слов, мистер Торн уже отвернулся, демонстративно занявшись разделкой туши. Разговор был окончен. Мортис вышел на улицу, чувствуя странную смесь радости и ледяной тревоги. Он получил работу. Но почему его имя и имя его матери вызывали у людей такую реакцию? Ответы на эти вопросы пугали его куда больше, чем злые взгляды на улице.