Глава 35

Злата

Было бы ложью, если бы я сказала, что у меня не вызвало вопросов то, что сейчас происходит. Потому что моя голова разрывалась от количества вопросов, оставшихся без желанных ответов.

Пока что.

За столом почти физически ощущалось напряжение, которое накалялось с каждой секундой молчания. Никто не проронил ни слова с момента, как мы сели за стол. И честно – я уже пожалела, что заварила эту кашу. Я видела, как Надежде неудобно здесь находится. То ли из-за неловкости, то ли из-за пристального взгляда Кирилла, который бесстыдно анализировал её, как сканер.

Впервые в моем присутствии кто-то смог завладеть вниманием Кирилла больше, чем я сама. Но я уже и не знаю, стоит ли радоваться или напрягаться. Его интерес не выглядел добро и любопытно.

Если бы он когда-то посмотрел так на меня, я бы съежилась и сбежала оттуда, как можно скорее. Но он не сделает этого даже под дулом пистолета.

Отпивая чай из кружки, я наконец-то заговорила:

– А вы, Надежда, сами откуда сюда переехали? – поинтересовалась я с целью хоть как-то развить диалог.

– Да я не местная... Приехала из небольшого села в соседней области.

– Отдали предпочтение городской суете?

– Мне и в селе жилось хорошо...

– Так почему же вы не остались там? – перебил её Кирилл каким-то странным, претензионным тоном.

Я пнула его ногой под столом и почти увидела тень улыбки, но он мастерски умеет скрывать её, когда это действительно нужно.

– Дети... – она прочитала горло. – Они подарили мне квартиру и я решила переехать и быть ближе к ним и внукам.

– Вы воспитали отличных детей, – улыбнулась я и женщина немного расслабилась.

– А ты? Ты родом из Киева или приехала  учиться?

Я кинула быстрый взгляд на Кирилла, вспоминая его слова в коридоре. Ну и что в этом вопросе такого подозрительного? Обычное любопытство.

– Я живу здесь и учусь.

– А живешь где? С родителями или отдельно?

– Я...

– Она живет со мной, – заговорил Кирилл, чей голос заставил вздрогнуть даже меня. – Какие-то подонки ограбили её квартиру и мы решили, что пусть лучше она будет жить со мной. Мы ведь жених и невеста, как-никак.

От его последних слов я едва сдержалась, чтобы не выплеснуть весь чай прямо на него, сидящего напротив. И опять он за свое! Мы обязательно поговорим об этом позже....Бросив на него свирепый взгляд, я снова пнула его ногой, но в этот раз хитрая улыбка уже была более явной.

– Конечно-конечно, это правильно! Вы молодые, у вас ещё вся жизнь впереди, – я натянуто улыбнулась, скрывая неловкость за кружкой чая.

– Вся жизнь и огромное, счастливое будущее, которому никто не сможет помешать.

Почему-то я хотела в это верить, но меня терзало ощущение, что во всём этом найдется какое-то «но». Что-то, что не позволяет проникнуться этими словами полностью. Надежда улыбнулась его словам и отпила свой чай из кружки.

– А как насчет университета? Ещё ездишь? Учишься?

– Ага, второй курс заканчиваю только.

– Наверное, хорошо, когда жених возит каждое утро? – с усмешкой спросила она, подмигивая.

Я неловко пожала плечами, не зная, что ответить. Вопросы становились всё страннее и это стало напрягать не только Кирилла, но и меня.

Но благо, мужчина снова забрал ответ на себя:

– Она всё время со мной и под моей защитой, как и под наблюдением и защитой её водителя и охранника.

– О, – удивилась она. – Да с такой защитой никто не посмеет даже приблизится к тебе, Златочка.

– Конечно, никто. Никогда не знаешь, какая тварь захочет напасть со спины на невинную, беззащитную девушку.

С каждым словом между ними возникало всё больше напряжения. Они будто ввели двусторонний диалог, вторую сторону которого я не могла понять, ощущая себя лишней.

Каждый раз, когда соседка пыталась говорить со мной, Кирилл вмешивался и это не просто сбивало её с колеи, но и раздражало: она поджимала губы и сжимала кружку сильнее, отчего керамика могла легко треснуть под её пальцами.

Да, я тоже умею читать людей, Кирюша.

Они смотрели друг на друга в упор. Молчаливая злость читалась в обоих взглядах, и казалось, если я оставлю их наедине – они поубивают один одного.

Ладно, Кирилл способен сделать это быстрее.

Спустя несколько минут, женщина сделала последний глоток и встала из-за стола.

– Что ж, пойду я, наверное. Спасибо за гостеприимство, Злата.

Я встала, чтобы проводить её к выходу, но Кирилл тут же подорвался следом.

– Мы проведем.

Предложение Кирилла не вызвало у соседки позитивных эмоций. Она уже не скрывала своей неприязни и недовольства к хозяину дома. И это уже не на шутку напрягло даже меня.

Быстро обув свои шлепанцы, женщина ступила за порог и сухо попрощалась, прежде чем закрыть дверь. Действительно, странно.

Повернувшись к Кириллу на пятках, я уставилась на него острым взглядом.

– Очень много у меня вопросов, Кирилл Алексеевич!

– Задай мне один из них.

– Что это только что было?!

– Нудный и долгий ответ. Давай попозже.

– Но ты обещал! – со злостью завопила я, мягко толкая его в плечо.

– Обещал. И я сдержу слово, но чуть позже, – в привычной, спокойной манере ответил он. – Я не хочу портить тебе настроение прямо сейчас, потому что хочу провести этот день с тобой и твоей превосходной улыбкой.

И я не смогла скрыть эту «превосходную улыбку».

Кирилл притянул меня к своему твердому телу и зарылся носом в мои волосы.

– Вечером, – пообещал. – А сейчас назови любое место, где мы проведем с тобой вместе этот день.

– Вон там! – я указала пальцем в сторону зала. – Диван, телевизор и вкусная еда.

– Прекрасно.

***Я впервые была рада целому дню, проведенному в закрытой квартире перед телевизором, с огромной кучей вредной еды. Раньше я старалась не вовлекать себя в подобное и проводить дни с пользой и без вреда здоровью.

Наверное, всё это из-за вечно ограниченного детства, но я не психолог, и вряд ли могу утверждать о каких-либо детских травмах. Возможно, это просто желание проживать жизнь, а не прятаться от неё под огромным, теплым одеялом.

За два года я привыкла к этому ритму и какие-либо моменты, что выбивают меня из него, заставляют чувствовать не только вину, но и неприятную тоску.

Но в связи с последними происшествиями, мне пришлось справится с собой и своими привычками, и сейчас это уже не ощущается столько болезненно и невыносимо.

Особенно, когда я не одна.

Только один человек рядом, и желание спрятаться с ним под одеяло от всего мира навсегда становится самым заветным желанием.

Кирилл заказал доставку с всякой сладкой, соленой и острой дрянью из ближайшего супермаркета, пока я выбирала фильм. В итоге, курьер притащил два полных пакета еды.

Мы не съели даже половины. Если конкретнее, я – за всё время Кирилл съел лишь пачку каких-то ужасно острых колбасок, которые я не смогла даже проглотить. И как бы я не уговаривала его попробовать мой карамельный попкорн – он отказывался, прикрываясь ненавистью к сладкому.

Ага, были бы это мои булочки с корицей, он уплетал бы их за обе щеки.

Ну, а в целом, мы посмотрели два фильма, один из которых мы почти не запомнили. Кирилл рассказывал мне много интересного о их с Яниной детстве. Даже если оно было не красочным – он вспоминал отрывки счастливых моментов, и я была слишком рада это слушать и широко улыбаться, как дурочка. О моменте, который прервался звонком соседки, мы не вспоминали. Нет, мысленно я возвращалась к это каждый раз, когда его рука лежала на моем животе опасно низко, но никаких признаков смущения я старалась не выдавать.

Вечером я, как и обещала, вернулась в комнату Кирилла, постепенно перенося свои вещи. Не чемоданами, конечно, но моя зубная щетка, умывающее средство и пара футболок уже покоятся на его полочках в ванной.

Я расположилась на той же стороне, что и прошлой ночью, и стала растирать крем по своим рукам. Кирилл вышел из ванной, и в этот раз в одних, мать твою, трусах.  Он, действительно, собирается с каждой ночью снимать из себя по одному элементу одежды? 

В таком случае, мне придется задуматься. Может, завтра мне придется переночевать у себя.

Не дав мне разглядеть себя более детальнее, он нырнул под одеяло и облокотился о спинку кровати, отзеркалив мою позу.

Разместившись рядом, он стал пристально наблюдать за мной.

– Что? – со смешком спросила я.

– Мне нравится то, что я вижу.

– И что же ты видишь?

– Свою будущую невесту в своей кровати.

Не удержавшись, я прыснула от смеха.

– Почему ты смеешься? – усмехнулся он, хватаясь за мою прядь пальцами.

– Прости. Твоя самоуверенность всегда будет поражать, – ответила я, стараясь перевести дыхание.

– Это не самоуверенность – это факты. Поначалу, я действительно был самоуверенным, когда дело касалось тебя, но сейчас мне не нужна моя самоуверенность, какой-бы огромной она не была, – самодовольно заявил он. – Сейчас я вижу, что ты мне веришь, поэтому я просто буду ждать, когда ты сама примешь это и когда-то скажешь, что я не один способен быть настолько влюбленным.

Мои руки замерли в воздухе. Я посмотрел на Кирилла ошеломленными глазами, пока тот, как ни в чем ни бывало, продолжал прокручивать прядь моих волос пальцами, внимательно рассматривая её.

Я хотела увидеть подтверждение услышанного в его глазах. Не послышалось ли мне ненароком?

Лицо его было спокойным, без лишних эмоций и напряженности. Этого было достаточно, чтобы подтвердить всё, но следом пришло другое осознание...

Это не новость, ведь я каждый божий день замечала это в его словах, действиях, поступках, отношении ко мне и во взгляде. Видела это со дня нашего знакомства, но вечно отвергала.

Что я отвергала? Тогда я ещё не знала.

Будто были догадки, но я не хотела слышать их подтверждения вслух. Боялась, что это может выйти за рамки моих иллюзий, которые не были такими невыносимыми, как реальность.

Сейчас... Ощущение дежавю накрыло меня с головой. Будто эти слова уже звучали где-то, но на самом деле, я слышу их впервые. Но так знакомо и... тепло. Сейчас, как будто бы тот момент, когда иллюзии стали явью и настало время лишить себя вечных гаданий и раздумий о их действительности.

– Молчишь... Как будто бы, это стало новостью для тебя? – спросил он тихо и мягко.

– А разве это не так? – я не узнала свой голос, когда задала ему встречный вопрос.

– Я никогда не скрывал этого. Все вокруг кричали об этом.

– Они кричали это мне.

– И ты им не верила? – он наконец-то поднял на меня глаза и я потеряла дар речи.

Я просто проигнорировала этот вопрос, ведь не знала, что ответить. Я слышала, но до последнего не хотела верить в это. Или просто боялась столкнуться с этим?

С тяжелой головой и желанием убежать, я опустилась на подушку, повернулась спиной к Кириллу и накрылась одеялом по уши. На первый взгляд, бессмысленный, детский жест протеста, но я ни с кем не пыталась бороться. Разве что, с самой собой.

Не прошло и полминуты, когда Кирилл настойчиво попросил:

– Цветочек, повернись ко мне.

А я не могла. Было тяжело.

Когда я промолчала, он настаивать не стал. Я услышала шорох, после которого матрас поднялся от пропажи огромного веса. Разнеслись его тяжелые шаги по комнате. Он решил уйти в другую комнату? Шаги были одинаковыми, из-за чего было тяжело понять, куда он направляется.

Моё тело неосознанно вздрогнуло, когда его огромная фигура появилось рядом с моей половиной кровати. Кирилл медленно присел напротив, сравнивая наши взгляды.

– Что я сделал не так? – прошептал он, от чего моё сердце сжалось. Так виновато и тоскливо это прозвучало.

– Ты ничего не сделал.

– Тогда почему ты снова убегаешь? 

– Я не знаю...

Кирилл тяжело вздохнул, потирая лицо ладонями, будто уже сам не знал, что со мной делать. Было ощущение, будто я снова создаю проблемы, которые ему приходится решать. Почему я думаю об этом? Ну почему это происходит тогда, когда всё слишком хорошо?

– Не бери в голову. Я снова загоняюсь из-за мелочей. К утру пройдет, – произнесла я как можно более бесстрастным голосом, не выдавая лжи в этих словах.

– Это не мелочи, и если ты хочешь, чтобы они не забивали твою голову – ты должна говорить об этом. И я здесь для того, что поговорить и выслушать. Скажи, что сейчас тебя мучает?

Я сглотнула, поднимая взгляд на его лицо. Глаза были уставшими, но тепло, забота и переживание молили о просьбе ответить меня хоть что-то.

– Ты. Я боюсь того, как ты относишься и ведешь со мной.

Кирилл посмотрел на меня так, будто я влепила ему пощечину. Выражение его лица было полно удивления и потерянности.

– Ты боишься меня? – призрачным тоном задал вопрос он, будто боялся получать ответ.

– Не тебя, а твоего отношения ко мне. Я боюсь всей той заботы и внимания, которым ты одариваешь меня, потому что не понимала, чем я заслужила это. Я не любила подарки, потому что не считала их заслуженными. С самого начала я отвергала это только по этой причине, а не потому, что ты был невыносимым для меня.

Я не заметила, как вылезла из одеяла и приняла сидячее положение. Вывалить всё на одном дыхании было легче, чем справится с осознанием сказанного. Теперь я рассказала о себе всё – без преувеличения.

Сейчас он не выглядел ошеломленным или встревоженным. Кирилл просто смотрел вниз на свои руки с абсолютно бесстрастным лицом. И это выглядело страшнее, чем его испуг пару минут назад.

– Но что произошло сейчас?

– Сейчас пришла стадия, которую я боялась больше всего. Если всё вышеперечисленное я смогла принять, то чувства я вряд ли смогу принять так просто. И не твои, а свои. Мне нужно время, чтобы действительно поверить в это.

– Я дам тебе время, но... сейчас? Ты совершенно ничего не чувствуешь? – спросил он с надеждой.

– Не совсем. Я привыкла к тебе и мне с тобой намного лучше, чем с кем-либо другим. Мне нравится проводить время здесь, в твоей квартире, и совру, если скажу, что хочу поскорее уехать отсюда. Мне комфортно и спокойно, как здесь, так и с тобой.

– Так почему же этого недостаточно? – он взял мои руки и сжал их сильнее привычного.

– Потому что я не верю, что заслужила этого одним своим существование! Должна быть причина, почему я живу жизнь своей мечты! Когда-то же настанет этот переломный, когда всё разрушится! – почти на срыве завопила я.

Кирилл помрачнел и опустил взгляд, сжимая челюсть.

– Не говори так... Мы заслужили это за всё то, что пережили в детстве и ты никогда не должна искать причину моего внимание к тебе. Я делаю это, потому что хочу, могу и желаю. Я безума от тебя с первого дня, и порой сам не понимаю, как можно быть настолько ослепленным кем-то.

Я невольно улыбнулась от уровня искренности в его словах. Так легко, эмоционально и громко сказано. И я ведь верю в это. Что же меня останавливает...

– Что я должен сделать, чтобы покончить с этой преградой?

– Ты и так сделал много.

– Но недостаточно, раз ты всё ещё не доверяешь мне.

Я промолчала о том, что это не так. Я доверяла, и он не представляет, насколько сильно. Дело было ведь не в нём, но видимо, он этого не понял.

– Время, Кирилл. Немного время, чтобы я наконец-то разобралась со своими проблемами самостоятельно.

Мужчина послушно кивнул в знак согласия. После он поднялся и вернулся на свою часть кровати. 

– А теперь, цветочек, повернись ко мне или ты станешь причиной моей бессонной ночи, – бодро приказал он, ложась на свою часть.

Я была очень рада и благодарна такой резкой смене настроения.

Засмеявшись, я повернулась к нему лицом, после чего он поцеловал меня в висок и обнял, прижимая к своему голому телу....