Глава 34

Кирилл

Мне пришлось нехотя оторваться от спящей Златы после срочного сообщения, которое мне прислал Давид с раннего утра:

Давид: Срочно едь в офис! Твой отец что-то планирует!

Этого сообщения было достаточно, чтобы я подорвался с кровати и собрался со скоростью света, прежде чем оставить Злату одну.

Как бы мне этого не хотелось.

Чертовски не хотелось.

Её внезапное желание и эта ночь – были самым неожиданным и прекрасным моментом моей жизни. Это одна из тех немногих мечт, которыми я по-настоящему грезил.

Все мои мечты, в принципе, связаны только с ней. Легче сказать, что все мои мечты воплощены в один её облик. Она была амбассадором моих желаний.  

И нет, дело не в том, что я почти переспал с ней. Безусловно, я хотел этого каждый раз, когда видел её в тех чертовых коротких шортиках, которые она так любит носить по дому, и буквально сгорал от желания закинуть её себе на плечо и утащить в свою комнату, как пещерный человек.

Но я хотел, чтобы она хотела этого также, как и я. Не просто переспать ради секундного удовольствия, а банально лечь в мои объятия и говорить обо всем, будто она способна доверять мне и никому больше.

Её внезапное желание переночевать в моей кровати ощущалось как самый огромный выигрыш в моей жизни, не говоря о всём, что ждет нас дальше.

А нас ожидает самое счастливое будущее. Одно целое.

Я сижу за одним из мониторов Давида и внимательно вслушиваюсь в звукозапись, записанную на один из прослушек в кабинете отца.

– Видела её своими глазами, – уверенно заявил женский голос, казавшийся до боли знакомым. – Сначала я думала, что она приезжает к нему, но нет же! Она поселилась у него и живет уже целый месяц!

– Ты не открыла мне Америку, Валентина. Кроме тебя, у меня есть и другие, более продуктивные люди, которые докладывают мне и отрабатывают свои деньги, – следом послышался противный голос отца. – В отличии от тебя.

В помещении повисло молчание и кроме тихих, приближающихся шагов – ничего не было слышно. После долгого затишья послышался женский вздох. Испуг.

– Я подобрал тебя с улицы, обеспечил всеми удобствами, привел тебя в человеческий вид, только потому, что поверил твоим никчемным словам и обещаниям сделать все на высшем уровне, – голос отца был тихим, но достаточно угрожающим, чтобы заставить дрожать всем вокруг. – В итоге, ты просто просиживаешь мои деньги на диване, дороже за твою жизнь.

– Не... Не надо, – попросила она, задыхаясь.

Он душил её.

– И вот что мне с тобой сделать? Выбросить тебя обратно или, может быть, сразу прикончить?

– Прошу... дайте мне... ещё один шанс, – вымаливала она, продолжая отрывочно хватать воздух ртом.

Громов ничего не отвечал. Я продолжал слушать, утопая в любопытстве. Что же он сделает с ней? Он был ужасно непредсказуем даже для меня, и сейчас он может поступить наиболее неожиданным способом.

Алексей Громов не из тех, кто дает шансы. Он уничтожает всех после их первого провала, не моргая и глазом, поэтому, в глубине души, я уже знал его последующие действия.

Единственным исключением был момент, когда много лет назад он сказал мне:

– Ты меня предал, сын. Но если ты сейчас же оставишь это охранное баловство и вернешься, чтобы продолжить наши дела – я закрою глаза на эту мелочь и дам тебе второй шанс.

Конечно же, я даже не подумал об этом варианте. Я сразу же отказал, и больше наши отношения никогда не были теплыми. К слову, они никогда такими не были, но раньше мы хотя бы не планировали момент, когда оторвем друг другу головы.

Давид сидел молча, прижав кулак ко рту, нервно подергивая ногой. Будто хотел что-то сказать, но смирно ждал окончания записи.

– Знаешь, я пойду на это. Я дам тебе три дня, чтобы ты выведала для меня всю информацию об этой девице.

Я напрягся, когда он посмел упомянуть Злату. Безусловно, я не верил в его одноразовую месть – он будет мстить, пока до конца не насытится человеческими жизнями. То есть, до конца его недолгой и жалкой жизни.

– Что именно я должна узнать? – дрожащим голосом спросила женщина.

– Всё, глупая. Где они познакомились и при каких обстоятельствах. Где она учится и какое её расписание. Вотрись к ней в доверие и расспросил её о любой полезной для нас информации.

Я не заметил, как сжал мышку компьютера до скрипа. Моё терпение грозилось треснуть по швам уже в ближайшие секунды, но Давид сам поставил на паузу запись, привлекая моё расфокусированное внимание к себе.

В ушах противно отдавался стук сердца. Ярость наполнила меня до краев, мотивируя на самые мучительные пытки для всех действующих лиц этого пиздеца. И факт того, что одно из них – женщина, меня вовсе не останавливало.

– Найди мне эту тварь, пока я позвоню Злате.

Я схватился за телефон, чтобы немедленно набрать её номер и предупредить о том, чтобы она никуда сегодня не выходила, но громкий хлопок падающей папки на стол привлекает моё внимание быстрее.

– Валентина Анатольевна Азарова, или... Надежда Ивановна.

Это имя ничего не сказало мне до момента, пока я не открыл папку. Внимание привлекла маленькая фотография женщины в левом верхнем углу.

И эта женщина была уж слишком сильно похожей на нашу доброжелательную соседку с пирожками...

***

Я примчал домой сразу же после встречи с Давидом. Мне с трудом удалось вырваться и отменить все планы на ближайшие два дня, чтобы не выпускать Злату со своего поля зрения.

Сейчас за ней нужен особый присмотр.

И, блядь, какими бы ужасными ни были обстоятельства – я счастлив возможности беспрерывно быть рядом с ней.

Когда я вошел в кухню, Злата сидела за стойкой, потягивая кофе и не отрываясь от экрана телевизора. Когда она все же заметила меня, её лицо вытянулось в удивлении.

– Уже? Так рано? – неуверенно, с удивлением спросила она, натягивая рукава рубашки на ладони.

Только тогда я заметил, что она сидела в моей огромной, голубой рубашке, которая прикрывала её тело достаточно, чтобы я не сошел с ума.

Но я сошёл. Она шла ей настолько сильно, что с каждой секундой искушение стянуть её становилось все больше и больше.

– Ты расстроена этим?

– Что? Нет! – её губы растянулись в легкой улыбке, когда она спрыгнула со стула и подошла ближе. – Просто не ожидала увидеть тебя так рано.

– Значит ли это, что ты соскучилась? – я не смог удержаться от ехидного вопроса.

Вместо того, чтобы привычно смутится, девушка гордо задрала подбородок и уверенно заявила:

– Может и значит.

– Тогда докажи это.

– Как? – в недоумении уставилась она.

Я указал пальцем на её приоткрытые губы, давая подсказку. Ожидал, что она, опять же, смутится, а после подарит мне свой невинный поцелуй в щеку, но следующие её действия абсолютно меня поразили...

Злата хмыкнула и хитро улыбнулась одним уголком губ, прежде чем взять меня за воротник рубашки и потянуть вниз к себе. Теперь её губы обвалились на мои в требовательном, сбивающем с толку, поцелуе.

Признаюсь, мне понадобилось какое-то время, чтобы одуматься и ответить ей.

Я ухватился за её талию и поднял в воздух, после чего Злата обвила мою талию ногами, удерживаясь руками за мою шею. Я понес её к ближайшему дивану, усаживая на его спинку, не отрываясь.

Тяжело было осознать то, что всё это – её инициатива, без смущения и колебаний. Впервые ощущение победы приносило действительно многообещающий результат. Цель, которая вот-вот на пороге её достижения.

Я смог заслужить этого от неё. Выше награды для меня не существовало.

Моя рубашка опасно задралась на её маленьких бедрах, оставляя огромное место для воображения. Одна рука оставалась на её талии, в то время как вторая медленно переместилась на оголенное бедро, поднимаясь всё выше и выше.

Когда моя рука достигла её задницы, я не почувствовал под ней какой-либо ткани.

– Без белья, – ликующе подтвердил я, отрываясь от поцелуя.

– Не ожидала, что ты так рано вернешься, – повторила она с улыбкой, загадочно пожимая плечами.    

Эта соблазнительная улыбка окончательно свела меня с ума. Я без лишних колебаний накинулся на неё, целуя оголенную шею. Из её губ вырвался подавленный стон. Но я хотел слышать большего.

Моя рука медленно, но уверенно двинулась к ней между ног. Вопреки прошлой ночи, я все ещё опасался её реакции. На момент я замер, но когда Злата двинулась на встречу моей руке, я разрушил эти переживания и принял приглашение.

Я продолжал покрывать её шею поцелуями, касаясь её горячей плоти, из-за чего она вздрагивала и стонала. Всё также сдержанно и тихо.

Я уже планировал себе то, как долго я смогу заниматься этим, пока она не станет более раскрепощение и даст мне услышать её настоящую, но...

Всегда, блядь, было НО!

Звонок в дверь вырвал нас в эту реальность. Я мог бы наплевать на это и продолжить, но Злата мягко отторгала меня от себя, как надоедливого ребенка.

– Кирилл, остановись, – прошипела она.

– Не обращай внимания. Это сейчас неважно, – ответил я, продолжая целовать её шею.

– Нет, важно! – настаивала, продолжая всё сильнее отталкивая меня. – Ты сейчас же остановишься, или я...

Она оборвалась на полуслове, вероятно, не придумав ничего достаточно убедительного.

– Или ты что? – хитро спросил я, поглаживая носом мягкую кожу её щеки.

– Или сегодня ночью я вернусь в свою комнату! – быстро и уверенно заявила, заставляя меня остановится.

На лице Златы расцвела победная улыбка, когда я медленно отстранился, сверля её суженными глазами. Цветочница знает, куда стоит надавить.

– Убедительно.

Больше всего я боялся того, что после прошлой ночи Злата отдалиться и закроется от меня, полностью отрицая всё произошедшее. Я боялся того, что мы снова можем вернутся к первоначальной точке, когда она не могла терпеть моего присутствия рядом.

Да, я прекрасно видел и понимал это, но я также знал причину и никогда не стал бы винить её в этом.

Сейчас Злата чувствовала себя победителем, стоя напротив меня с высоко поднятой головой, даже если я никогда не позволял ей проигрывать мне ранее. Я, в то же время, ощущал дикую ярость и желание переломать руки тому, кто посмел нас прервать. Но я пытался хорошо скрывать это.

– Я открою, – сказала Злата, когда звонок в дверь стал более настойчивым.

А вы уже оперативно принялись за работу, Надежда Ивановна...

Я сразу же направился следом за Златой, не желая оставлять её с этой старой сукой наедине ни на секунду. Уверен – больше всего она рассчитывает на моё отсутствие, но я буду рад лишить её подобной радости.

Когда подошел ко входу, Злата уже открыла дверь, как я и предполагал, нашей соседке, которая широкой, фальшивой улыбкой вызывала только больше отвращения к себе. С маленькой корзинкой в руках, она приветливо поздоровалась:

– Златочка, здравствуй! – но когда её внимание привлекла моя появившиеся фигура, она выровнялась и помрачнела. – Здравствуйте, Кирилл Алексеевич.

– Добрый день, Валентина Ивановна, – ответил я.

Глаза фальшивой соседки увеличились раза в два, когда я назвал её настоящее имя, прежде чем прочистить горло и опустить взгляд себе под ноги, избегая моего взгляда.

– Кирилл... – прошептала светловолосая, дергая за рукав рубашки. – Надежда Ивановна.

Я посмотрел на Злату, которая то и делала, что неловко улыбалась женщине и мельком бросала мне взгляд «Не тупи». Хотелось лишь улыбаться этой картине.

Сейчас я продолжал сверлить взглядом гадину, стоящая на моем пороге с корзинкой какой-то мучной дряни, которой снова суждено оказаться в мусорке. Теперь я имею все причины думать, что эта еда пропитана мышьяком.

– Прошу прощения. Перепутал.

Нет.

Спустя некоторое время неловкого молчания, рядом послышался нежный голос Златы:

– Почему стоять на пороге? Может зайдете? Чаю попьем с пирожками. Ты же не против, если Надежда Ивановна зайдет? – она повернулась ко мне, моргая своими блестящими, небесными глазами, которым невозможно отказать.

Мне до ужаса не импонировала эта идея. Меньше всего я хотел впускать эту крысу к себе в квартиру и подпускать её к деталям нашей жизни слишком близко. Очень рискованно и небезопасно. Мне стоило бы обыскать её всеми возможными устройствами, чтобы проверить на наличие каких-либо прослушек и микрофонов.

Но мне не под силу отказать этим кукольным глазам, поэтому я ответил:

– Почему бы и нет?

Злата благодарно улыбнулась мне, в то время как Валентина (или всё же Надежда?) напряглась.

– Да нет! Вы, наверное, отдыхаете. Не хочу вас беспокоить, – стала испуганно отрицать она.

– Это не так! Вы не раз угощали нас, а мы никак не отвечаем взамен, что очень некрасиво с нашей стороны, – продолжала настаивать девушка, чуть ли не заталкивая соседку силой.

Та тяжело вздохнула и с натянутой улыбкой зашла в квартиру, осматриваясь.

– Проходите прямо по коридору на кухню. Мы сейчас подойдем.

Мои слова заставили её невольно вздрогнуть и оглянутся на меня с опаской, прежде чем быстро зашагать на кухню.

Боишься? Правильно делаешь.

Злата уже хотела пойти за ней следом, но я остановил её, удерживая за локоть.

– Что?

– Мне она не нравится, цветочек, – прямо ответил.

– С чего бы это? Она хорошая.

Я хотел бы рассказать ей всю правду, но сейчас не самое подходящее время. Я обязательно расскажу ей это после того, как эта крыса покинет наш дом, а пока я просто прошу её:

– Я тебе расскажу всё позже, а пока старайся не говорить о личном и не отрицай ни единого слова, которое я скажу сегодня.

Светловолосая бестия смотрела на меня нахмуренным взглядом, как на сумасшедшего. Но поняв, что ей ничего не оставалось делать, она быстро сдалась.

– Хорошо. Но обещай, что ты всё расскажешь мне сразу же, как она уйдет.

– Обещаю.