Глава 32

Злата

Прошла, кажется, вечность с момента разговора в уборной и до окончания празднования.

Алиса и Глеб лично провожали и благодарили каждого гостя за то, что они разделили с ними этот день. Подруга не старалась быть чрезмерно дружелюбной, поэтому почти не улыбалась.

– Пиши меня, когда нужно, – попросила её я, ловя на себе пристальный взгляд её мужа.

Я не один раз замечала, как Князев наблюдал то за мной, то за Кириллом. В этом взгляде было какое-то опасение либо же осуждение. В одно время я задалась вопросом: «А не узнал ли он о нашей причастности к побегу Алисы?»

Даже если и знал – он всё же пригласил Кирилла, как своего партнера, несмотря ни на что. Это уже что-то значило.

С отцом я так и не заговорила, хоть и в глубине души хотела этого. Что-то внутри мучило меня. Будто это должно пройти после разговора с ним.

Всю дорогу мы с Кириллом не проронили и слова. Я не говорила с ним только потому, что после разговора с Марией я снова стала смотреть на него другими глазами. Ощущение неуверенности охватывало меня каждый раз, когда я подглядывала за ним.

Домой мы вернулись уже ближе к полночи, валясь с ног от усталости, поэтому почти сразу же я скрылась в своей комнате.

Я была почти уверена, что усну сразу же в тот момент, когда моя голова коснется подушки, но... Несмотря на это, я ворочалась в кровати ещё долгое время, прежде чем начать ловить нити дремоты.

Даже вопреки ужасно напряженного дня, моя голова впервые не была забита мучающими мыслями, которые отгоняли мой сон, как только тот подходил ко мне.

Если я и думала о чем-то – так это о мужчине, спящему в комнате напротив. Мужчина, о влюбленности к которому мне кричат со всех сторон. И я прислушиваюсь к этим голосам. Они уже не кажутся такими противными и навязчивыми.

Правда не может быть противной, ведь именно она – единственное, за что стоит благодарить. Может, это придет не сразу, но время заставит убедится в этом.

Только... Если мне сложно убедится в своей влюбленности, то как я смогу сказать об этом в голос? На это тоже нужно время, правда ведь?

Спустя долгое ворочание в кровати, я наконец-то погрузилась в долгожданный сон, который обещал быть долгим и крепким.

***

Тяжело дыша, я бежала по лесу, спотыкаясь о сухие, хрустящие ветки под ногами. Тут было темно, глухо и только моё дыхание – единственный звук среди высоких, могущественных деревьев.

Я бежала так быстро, как мне позволяли ноги. С каждой минутой становилось всё тяжелее и тяжелее, но я знала, что если остановлюсь – никогда не выберусь из этого леса живой.

Я чувствовала чьей-то присутвие, даже если этот «кто-то» не издавал ни звука. Я чувствовала его взгляд, энергетику и тяжелое приближение. Беззвучное и гнетущее.

Мне хотелось позвать на помощь с каждым разом, когда мои ноги грозились предать меня, но я молчала. Во мне не хватило духу сделать этого, ведь это сразу выдаст меня.

Он найдет нас в ту же секунду.

Петляя между огромными столбами высокий сосен, я крепко держала в руках пластмассовую куклу. Она была так похожа на меня: светлые волосы, голубые, стеклянные глаза, ямочки на щеках и едва заметные веснушки. Даже её одежда была точной копией моей – розовое платье с белыми рюшами на юбке.

И я знала главное правило: не выпускать её из рук.

И не отдать её ему.

Он бежит в первую очередь не за мной, а за ней. Но если я позволю ему забрать её у меня, то я потеряю часть себя. Свою вторую половину.

Мы должны найти укрытие, где сможем спрятаться и немного передохнуть, прежде чем снова начнем искать выход отсюда.

Сквозь едва уловимые лучи солнца, я увидела гору больших камней. Они лежали огромной кучей, оставляя между собой щели, в которые я с легкостью смогу пробраться.

Недолго думая, я сделала именно это. Я пролезла между камнями и оказалась в небольшой пещере. Тут было ужасно темно и сыро, но кажется, безопасно.

Сев прямо на землю, я аккуратно прижала куклу ближе, будто она была живым младенцем. Никогда не видела кукол, настолько сильно похожих на живого человека. Такие мягкие волосы и длинные ресницы. Каждая складка и веснушка была четко прорисованной. Но её глаза не моргали.

Она не живая, Злата! Брось её здесь и беги отсюда!

Нет. Не могу. Она была моей самой любимой куклой из всех моих, оставшихся в моей розовой, девичьей комнате.

Я поглаживала её светлые волосы пальцами, пока снаружи не послышались звуки шагов.

Неужели он нашел нас?

– Девочки, где же вы спрятались? – послышался противный, наигранный голос. – Я ведь не могу играть с вами в прятки всё время. Вы выиграли. Я сдаюсь!

Я не издала ни звука. Он врал. Он не играл с нами в прятки. Это очередная ловушка.

– Златочка, Кирочка! Выходите! Пора возвращаться домой!

Кирочка? Это имя моей куклы?

– Злата, возьми Киру и пойдемте отсюда. Я отведу вас в безопасное место.

Я молчала. Что-то внутри подсказывало, что ему не стоит доверять. Его голос противный и ненастоящий. Папа всегда учил нас следовать своей интуиции. И сейчас она подсказывает мне, что я не должна соваться туда.

Больше мужчина ничего не сказал. Неужели он ушел? У меня получилось обмануть его? Теперь мы может возвращаться к маме с папой?

Неожиданно в щели, через которую я забралась, показалась голова.

Это он. Мужчина без лица, в отвратительно чёрном костюме.

– Я вас нашел! – с триумфом заявил он, протягивая руку. – Ну же, девочки, выходите.

Я покачала головой, не имея сил сказать и слова. Он опасен. Ему нельзя доверять.

– Злата, выходите! – уже строгим тоном приказал он, звуча всё более разъяренным.

– Я не пойду. Я буду ждать папу здесь, – тихо сказала я, прижимая куклу к груди.

– Папа скоро придет, а пока я отведу вас к нему.

– Я тебе не верю! – закричала я.

Мужчина стал тяжело дышать. Он злится.

Неожиданно он отступил и скрылся. Неужели ушел?

Нет.

Спустя мгновение камень возле меня упал в сторону, разрушая наше убежище. Свет ослепил мои глаза. Но теперь мы могли отчетливо видеть его. Всего его, но только ни его лица. Оно было чистым полотном, на котором можно было рисовать красками.

– Мне не нравится то, как ты говоришь со мной. Пора отвечать за свой тон.

Незнакомец схватил меня за локоть и потащил за собой вглубь леса. Я продолжала всё также крепко держать куклу Киру. Я не позволю себе её потерять.

Спустя несколько минут он остановился и указал на пень, рядом с которым лежал топор.

– Положи куклу сюда, – приказал он, но я покачала головой.

– Это она моя любимая!

Он не стал спорить со мной и просто вырвал её из моих рук.

– Эй! Что ты собираешься с ней сделать?

Мужчина ничего не ответил. Просто положил Киру на пенек. Следом он взял топор и подкинул его в воздух.

– Однажды твой папа разбил мою постройку, которую я очень долго строил.

– Как конструктор?

– Именно.

Он подошел ближе к пню, и молча замахнулся топором. Последнее, что я видела – это блеск лезвия под единственным лучом солнца, прежде чем закричать:

– Что ты делаешь? НЕТ!

Но было уже поздно. Острое лезвие пробило пластик и разрубило куклу на две части.

Он отрубил ей голову...

Я хотела закричать, но чей-то голос вдалеке привлек моё внимание и заставил съежится:

– НЕТ!

Звук эхом разнесся по густому лесу. До боли знакомый голос. Повернув голову, вдалеке я увидела фигуру отца. Боль застыла на его вечно-серьезном лице. Это пугало ещё больше.

Но почему папа один? Где же мама?

Я хотела закричать ему, но он уже ответил мне на мой вопрос своим болезненным, отчаянным взглядом. Папа покачал головой.

Я всё поняла.

Безлицый мужчина уже нашел нашу маму и расправился с ней...

***

Я подорвалась с кровати с трясущимися руками и рваным дыхание. Первые секунды я не понимала, где нахожусь и покинула ли я сон на самом деле. Темная комната освещалась дальними сиянием ночного города, исходящим из огромного окна.

Что только что произошло? Почему такой странный сон так сильно меня взъерошил? Воспоминания приходили отрывками: сначала лес, потом мужчина без лица и кукла.

Кукла? Серьезно? Это она стала причиной моего испуга.

Да. И этот факт только прибавлял жути. Я продолжала дрожать даже после осознания, что всё это дурной сон. Понимала, что мне нужно успокоится, но тревога внутри не покидала меня. Будто этот сон был не простым кошмаром...

Я понимала, что не усну ближайшее время, поэтому встала с кровати и направилась на кухню. Когда-то я приучу себя наливать себе стакан воды перед сном и ставить его рядом с кроватью.

В пентхаусе было тихо и пусто. Как и всегда. Кирилл, вероятно, уже давно спит, но я всё же с опасением осмотрелась на случай, если он снова захочет напугать меня своим присутствием.

Но его не оказалось ни в коридоре, ни на кухне, ни в зале.

Налив себе воду, я взяла стакан и направилась обратно в свою пустую комнату. Честно? Мне не хотелось находиться там. Отрывки кошмара ещё мучили меня и возвращаться на место, где все это произошло – последнее моё желание.

Я могла бы посмотреть фильм в зале или посмотреть в окно, но я понимала, что не могу себе этого позволить. Я должна выспаться, ведь завтра меня ждет новый учебный день.

Поднявшись наверх, я остановилась посередине коридора между своей комнатой и комнатой Кирилла. Я ни за что не стала бы его тревожить по такому пустяку, хоть и ужасно хотелось.

Просто поговорить. Просто для собственного спокойствия.

Тяжело вздохнув, я повернулась к своей двери и уже схватилась за ручку, как позади раздался щелчок.

Кирилл появился на пороге своей комнате во всей своей красе, в одних, мать твою, штанах.

Я надеюсь, что моё удивление было ни настолько очевидным. Но внутри всё облилось жаром от этой картины: его оголенный, рельефный торс с татуировками на груди.

Я действительно не знала о их существовании. До этого дня.

– Цветочек? Ты почему не спишь? – спросил он тихим, встревоженным тоном.

– Я... А ты?

– Я первый спросил.

– Мне... приснился кошмар и я решила попить воды, – я подняла стакан, подтверждая свои слова.

– Какого рода кошмар? – Кирилл встревожено нахмурил брови.

– Да ерунда. Может потом расскажу.

На какое-то мгновение между нами повисло секундное молчание.

– Но сейчас ты в порядке?

– Эм, да, наверное...

Это прозвучало не то чтобы неуверенно. Это было ужасно неубедительно.

Теперь молчание между нами казалось вечностью. Я уже хотела повернуться к двери и оставить этот бессмысленный разговор, но понимала, что внезапно пришедшая идея не оставит меня в покое...

Собравшись с мыслями, я подняла взгляд и посмотрела на мужчину.

– Могу ли я переночевать у тебя?

Губы Кирилла растянулись в улыбке.

– Я не имею права тебе отказать, цветочек.