Глава 28

Злата

Я до последнего думала, что следующая неделя будет адской и невыносимой для меня. Целая неделя взаперти, без возможности выйти на улицу и в одиночестве прогуляться по тихому парку.

Что может быть хуже?

Отсутствие университета такое долгое время было такой же дикостью — я впервые «прогуливала» его так долго.

Кирилл заверил меня, что сам решит все проблемы с деканатом, и мне ничего не оставалось, кроме как довериться и отступить. Всё это казалось ужасным, но прожив эту неделю, я осознала, что глупо ошибалась.

Я не чувствовала себя запертой, оторванной от всего мира принцессой в башне — и всё это только из-за мужчины, который старался делать всё, чтобы меня полностью не поглотили пустые стены пентхауса.

Я понимала, что Кирилл не будет рядом всё время и большую часть времени будет пропадать в офисе. Да, мы ездим по магазинам, прогуливаемся в парке, ездим в рестораны, когда Кирилл возвращался с офиса. Даже сквозь усталость он никогда не отказывал мне в вечерней прогулке или выезде в супермаркет за продуктами.

Но всё же большую часть дня я и вправду проводила в одиночку. Иногда Янина приходила ко мне и развлекала как могла, прекрасно зная о всей сложившейся ситуации, но всё же – не всегда.

И я сумела прекрасно справляться с этим.

Кирилл очень помогал и привозил всё, что поможет мне не умереть от скуки: книги, картины по номерам, цветы.

Да, он всё также продолжает дарить мне цветы каждый раз, когда возвращается домой. И впервые мне не в тяжесть принимать их. Теперь у меня было много времени и возможностей ухаживать за ними, хоть до этого проблема была далеко не в этом.

Как я и обещала – я готовлю для нас и избавляю Громова привычки есть бог знает, что и бог знает где.

Честно, я не знаю, в какой момент я так изменилась. Совсем недавно я кричала громче всех о том, что никогда не приму внимание мужчин. Одного мужчины. Сейчас же я стою у него на кухне и готовлю ужин к его приходу.

Я действительно должна быть более аккуратной в своих высказываниях. Кто знает, как скоро я пожалею об этом.

На часах 19:56. Кирилл всегда приезжал к восьми, и ни на минуту позже. Иногда даже раньше. Я стояла и присматривала за рыбой в духовке, когда в дверь неожиданно постучались.

Я насторожилась.

Кирилл всегда открывал дверь своим ключом. Я понимала, что не должна никому открывать, но интерес взял вверх, и я решила просто заглянуть в глазок.

Тихо подкравшись, я стала на цыпочки и посмотрела в маленькое отверстие в двери. За ней стояла женщина возраста моей мамы - невинная, ничем не угрожающая, милая женщина.

Немного поколебавшись, я всё же решила открыть дверь. Женщина с небольшой корзинкой в руках тут же любопытно уставилась на меня, прежде чем растянуть свои губы в дружелюбной улыбке.

– Ой, здравствуйте! – пропела она, удивляясь. – А мне сказали, что здесь живет мужчина...

– Эм... Да. Я здесь не живу, – быстро оправдалась я.

Она оценивающе осмотрела меня, а после бросила взгляд мне за спину, будто искала там кого-то ещё.

– Вы что-то хотели? – отвлекла её я, чувствуя подходящее раздражение внутри из-за её чрезмерного любопытства. – Или, может, вы ищете кого-то конкретного?

Женщина быстро вернула свой взгляд на меня и по-доброму засмеялась.

– Да нет! Я ваша новая соседка, – она указала на дверь справа от нас. – Вот решила прийти познакомиться.

Теперь пришло время осматривать её мне: женщина среднего возраста, с белокурой, короткостриженой прической и заметными морщинами на лице. Она была одета просто и без пафоса, что заставило меня удивится.

Нет, я вовсе не меркантильна и никогда не судила людей по одежке, но что-то мне кажется, что эта женщина не могла бы позволить себе жить в одном из самых дорогих жилых комплексов столицы среди успешных бизнесменов.

Хотя, мне не знать истинной истории о том, как она оказалась здесь.

– Я Надежда Ивановна. Просто Надя.

– Я Злата, – замялась. – Но повторюсь, я не живу здесь, а хозяин квартиры сейчас не дома. Можете прийти в другой раз, и я надеюсь, вы сможете застать его и познакомиться лично.

Я схватилась за ручку двери, но она быстро положила свою руку на мою, останавливая.

- Нет, нет! Я не буду настаивать! Просто принесла вам корзинку с пирожками. По-соседски.

Женщина протянула мне плетеную корзинку, полностью заполненную пирожками. Я едва сдержала улыбку. Это выглядело как эпизод из сказки «Красная Шапочка» — только бабушка и внучка временно поменялись ролями.

Я взяла корзинку с ароматными пирожками, но Надежда всё также продолжала стоять на месте, будто ждала какого-то продолжения. Может, она хотела, чтобы я пригласила её на чай?

Нет уж, я точно не стану пускать незнакомого человека в квартиру Кирилла, пока его нету дома. К тому же, Громов вот-вот должен вернутся с работы, и я не думаю, что он будет рад каким-либо гостям.

Между нами возникла неловкая пауза, и я уже хотела поблагодарить женщину и закрыть дверь, но вдруг она спросила:

– А вы его невеста? Ну я имею, мужчины, который живет здесь.

Я застыла в ступоре.

– Что? Не...

– Невеста, – послышался знакомый, уверенный голос.

Кирилл, во всей своей красе, в черных брюках и такого же цвета рубашке, возрос прямо за спиной соседки. Хоть он и говорил к ней – его палящий взгляд был полностью сосредоточен на мне. Я неловко поджала губы, даже вопреки бушующему урагану внутри меня.

Надежда быстро повернулась на голос мужчины. Увидев его, она отпрянула с мимолетным испугом в глазах, но быстро скрыла его за знакомой, дружелюбной улыбкой.

– Здравствуйте! А я ваша новая соседка, – она поприветствовала Кирилла громким тоном, будто у него были проблемы со слухом.

Нет, я понимаю, что габариты этого мужчины удивляют многих, но я не думаю, что он был настолько оторван от Земли.

Я невольно скривилась, на что Кирилл понимающе мне ухмыльнулся.

– Я вот пирожки принесла, – она указала на корзину в моих руках.

– И спасибо вам за это, – мужчина попытался пробраться в квартиру, протискиваясь между Надеждой Ивановной и проем двери. – А теперь позвольте мне забрать свою невесту и удалится для семейного времяпровождения.

Я хотела возмутится и сказать, что это не так, но Кирилл уже закрыл дверь у женщины прямо перед носом. Только тогда я заметила букет, который он прятал за своей спиной.

Он аккуратно забрал у меня корзину с рук, будто опасался, что я швырну её ему в лицо.

А я могу!

Вместо корзины Кирилл быстро всунул мне в руки букет, успокаивая им мой пыл. На этот раз – розовые и белые тюльпаны, которые заставили меня затаить дыхание. На самом деле, все цветы вызвали у меня такую реакцию, и к счастью – это был только восторг. Кирилл обещал, что будет вырабатывать во мне привычку принимать подарки мирно и без протестов, и кажется, у него получилось. Я наконец-то не чувствую жгучей вины.

Недовольно уставившись на мужчину, я обняла букет двумя руками.

– Цветочки конечно очень красивые... Спасибо, – я прочистила горло. – Но что это всё значит?

– Ты о чем? – невинно спросил он.

– Ты знаешь, о чем, – я закатила глаза. – О той части, где ты назвал меня своей невестой! Я надеюсь, ты шутил, и если это так, то знай – это не смешно!

Кирилл лениво пожал плечами, и как ни в чем не бывало, направился в сторону кухни.

– Не думаю, что я шутил, – я не видела его лица, но я слышала в его голосе чертову улыбку. – Меня спросили – я ответил.

– Но ты солгал ей! – не успокаивалась я, догоняя его.

Громов повернулся ко мне со странной ухмылкой.

– Нет, я не лгал. В детстве мне всегда говорили, что лгать плохо.

Чтобы скрыть свой неожиданную, наивную улыбку, я повернулась к нему спиной и стала наполнять вазу водой.

Господи, почему я не могу контролировать себя рядом с ним?

Ну вот и чего ты улыбаешься, Злата? Чего ты смеешься? Давно ты кричала протесты ему в лицо?

Мне срочно нужно вырваться из этого, пока он окончательно не околдовал меня. Пока не стало слишком поздно.

В моем стиле было бы продолжить протесты, но вместо это я сказала с демонстративной иронией:

– О, как же я могла забыть о твоей самовлюбленной, самоуверенной натуре.

–  Она всегда со мной, – Кирилл подошел ближе и остановился прямо за моей спиной. – Особенно, когда мне нужно переубедить одну маленькую упрямицу.

После этих слов, он взъерошил мои волосы, как непослушному ребенку. Я попыталась скрыть ещё одну смущенную улыбку и покрытые жаром щеки за прядями своих светлых волос.

Но Кирилл, кажется, не обращал на это внимание, и уже с любопытством заглядывал мне за плечо.

– И что у нас сегодня на ужин?

– Рис и запеченная рыба с овощами, – я выключила плиту и повернулась к мужчине. – Но сначала руки.

Кирилл поднял руку к виску в жесте «слушаюсь», и направился в ванную.

После этого он помог мне вытащить горячий противень с рыбой и накрыть на стол. Это стало такой себе маленькой традицией. Он всегда помогал мне накрывать на стол, а после – убираться.

Впервые за долгое время ужин ощущался уютно. Раньше, с отцом и Марией я никогда не чувствовала подобного. Вместо этого хотелось сбежать и спрятаться в комнате от их невыносимой компании. Мы никогда не говорили за ужином и не обсуждали то, как прошел наш день. Только стук приборов и гробовая тишина.

С Кириллом всё иначе. Какое-то время мне нужно было даже привыкать ко всем этим разговорам и его вопросам. Он каждый раз спрашивал меня о том, как прошел мой день, хоть и знал, что за целый день в стенах квартиры со мной ничего интересного не происходило.

Но ему было интересно слушать о том, как я подрезала букеты или смотрела какое-то скандальное шоу.

Я стала интересоваться тем, что интересного произошло с ним за этот день, но он никогда не вдавался в подробности. Единственным его ответом было:

– Ты самая интересная часть моего дня.

И, о Боже, я стала обожать это! Последние дни я спрашиваю его об этом, в глубине души надеясь только на этот ответ.

Запивая еду соком, я решаюсь задать ему вопрос, который мучает меня весь день:

– У тебя получилось что-то выяснить о тех грабителях?

Кирилл поднял глаза, в которых было четко видно, что ему уже не нравится этот разговор.

– Да, мы их нашли. Сейчас с ними разбираются правоохранительные органы.

Больше он ничего не сказал.

– Вероятно, есть какое-то «но»? Я ведь ещё не могу вернутся к себе в квартиру?  – выдвинула я свою догадку.

Мужчина напротив медленно, чарующе положил приборы и вытер рот салфеткой.

– Да, цветочек, «но» есть, и очень большое, – он пытался говорить спокойнее, но последние два слова он буквально прорычал сквозь стиснутые зубы.

Уже несколько дней я вынашивала в своей голове теорию, которая так и ждала подтверждения.

– Можно ещё один вопрос? – несмело спросила я.

– Тебе можно всё, – улыбнулся он уголком губ.

– Большое «но» - это твой отец?

Секунду назад он улыбался мне, а сейчас его глаза приобрели самый темный оттенок, а челюсть напряглась до скрежета зубов. Маска жесткости, которую я, клянусь, никогда не видела на нем.

Тяжело сглотнув, я прокляла себя за этот вопрос. Ещё хуже то, что теперь я видела в его выражении лица ответ.

– Откуда ты знаешь? Тебе уже кто-то угрожал? – голос был полностью срисован с его вида – стальной и темный.

– Нет! Это только мои догадки! – заверила я, но это ничуть его не успокоило.

– Да, ему что-то нужно от тебя, и я уже выясняю, что именно.

Я только кивнула, но внутри меня творился хаос. Мне было совершенно не понятно, что именно ему нужно от меня. А главное – из-за чего он нацелился на меня. Неужели Громов старший спустя столько хочет отомстить отцу за прошлое? Иди дело в его сыне?

В горло больше и кусок не лез. Я осушила стакан с соком, смачивая пересохшее горло, и отставила тарелку в сторону.

– И что теперь? Сколько мне ещё сидеть взаперти? – обреченно спросила я, смотря на него грустными глазами.

– Нисколько. Пока я пристально наблюдаю за ним и контролирую ситуацию, поэтому со следующей недели ты сможешь вернутся к учебе.

В одно мгновение мою грусть как рукой сняло. Я быстро оживилась и запищала от радости. Спрыгнув со своего места, я подбежала к Кириллу и повисла у него на шее.

– Спасибо!

Я услышала его грудной смех возле своего уха, который всегда вызывал у меня мурашки. Как и сейчас. Он обнимал меня в ответ, хоть и с особой осторожностью.

– Не благодари.

Отпрянув, я косо посмотрела на него.

– Что значит «не благодари»? Ты не из тех, кто скромничает, – усмехнулась я.

– Просто не нужно. Это я благодарю тебя всё это время. 

– За что? – удивленно уставилась на него я.

– За то, что ты появилась в моей жизни.

Отступив на шаг, я смущенно уставилась себе под ноги. Есть слова, которые я готова слушать от него вечно. А есть слова, которые задевают за живое. Как эти.

Чем именно – не знаю. И это самое ужасно.

Быстро прогнав навязчивые, противоречивые мысли, я слегка улыбнулась и ответила:

– Я даже не старалась.