Глава 19

Любимые читатели! Если во время прочтения вы заметили ошибку – сообщите об этом в комментариях❤️

Злата

Запах приторной ванили встречает меня, когда я переступаю порог родительского дома. Для меня он всегда был, есть и будет родительским, несмотря на обстоятельства. Тут моё детство и воспоминания периоде моей жизни, когда всё было правильным и беззаботным.

В мои планы не входило такое скорое возвращение сюда, но через мою чрезмерную невнимательность я умудрилась забыть здесь некоторые свои вещи.

Я не стала предупреждать о своем приезде, так как не планировала задерживаться здесь дольше, чем на десять минут, и забирать драгоценное время своего папочки. Да и вряд-ли кто-то в этом доме захочет держать меня здесь дольше, чем мне понадобится.Может, отец и по сей день не может смирится с тем, что я больше не живу у него под боком и мешаю этим контролировать меня всё время, но я абсолютно уверена, что с моим переездом в этом доме живется легче.

У отца новая жена, которой он уже много лет не может надышаться, а моё отсутствие только облегчает их семейную жизнь. Никаких посторонних, которые могут подслушать их личные разговоры во время ужина или помешать их совместному времяпровождению.

Как бы я не хотела это принимать, но он любит Марию, как когда-то любил мою мать, и я не вправе заставлять его отказываться от неё. Злится на него и мачеху – это всё, что я могу и всё, что мне остается. Осознание того, что кроме злости я больше ни на что не способна в данной ситуации, только больше заталкивает меня вглубь этого чертового водоворота прошлого и детских обид.

Я злюсь на отца, потому что он растрощил нашу семью вдребезги.

Я злюсь на Марию, потому что она спровоцировала этот крах и разрушила надежды на повторное воссоединение родителей.

Для меня тема детских обид и хмурого прошлого – это всё, о чем я могу думать. Я настолько однотипная и серая, что даже не способна поговорить с собой, в своей голове, о чем то более интересном. Для меня приходится в тяжесть найти внутри себя что-то яркое и красочное, чтобы хотя бы немного скрасить свой вечный мысленный негатив. Каждый раз мне приходится искать что-то, что могло бы и вовсе отвлечь меня от каких-либо мыслей.

Порой, это намного легче, чем искать им замену.

Позвонив в дверной звонок, я сразу же встретилась с Павлом. Скорость, с которой он открыл дверь вызывало ощущение, будто он поджидал меня под дверью. Домоправитель был удивлен, но быстро скрыл это своей наработанной доброжелательностью.

И это странно, ведь я никогда не входила в круг людей, которым он так улыбался.

Этот мужчина работает в нашем доме с момента моего рождения и всегда принимал значимое участие в моей жизни. Павел был для меня третьим родителем, не кровным дедушкой.  Это единственный человек, которого я действительно рада видеть в этом доме.

– Златочка? – он нервно улыбнулся мне, не спеша пропускать меня в дом. – Вот это неожиданность.

– Здравствуй, дядя Паша, – я прищурилась, не скрывая своего подозрения. Когда он продолжил стоять в проеме двери, я спросила: – Я войду?

Сначала мужчина просто молча смотрел на меня, улыбаясь, после чего его будто вернуло в реальность и он быстро закопошился, пропуская меня во внутрь.

– Конечно, заходи. Тебя здесь всегда ждут!

Что-то мне так не кажется.

Я зашла в прихожую, осматривая комнату на наличие каких-либо странных, подозрительных вещей или существ. Не обнаружив ничего, я начала снимать пальто, чтобы повесить его в гардеробную.

Открыв дверь, я учуяла до боли знакомый запах. Запах табака в перемешку с ванилью, которая не придавала привычной сладости, скорее терпкость и горькость. Парфюм был мужским, и у меня не осталось никаких вариантов, кроме...

Да ну бред какой-то... Не мог же Громов заявится в этот дом. Отец бы никогда не позволил этому случится, к тому же, у него нету ни единой причины быть здесь. Наверное...

– Так почему ты решила навестить отца? – отвлек меня голос Павла, который всё это время следовал за мной по пятам.

– Я не к отцу. Пару дней назад я забыла здесь некоторые вещи, поэтому приехала на пару минут, чтобы всё забрать. Нет причин тревожить отца и Марию по этому поводу.

Я направилась в сторону лестницы, в свою комнату.

– Ты куда? – быстро спросил мужчина сзади.

Я странно покосилась на домоправителя через плечо, крайне удивлена его тупым вопросом.

– Что значит куда? К себе в комнату, дядь Паш. Я же только что сказала, – я хмыкнула и пошла дальше.

– Подожди, подожди! Пока не ходи туда! – догнал меня он, мягко хватая за локоть.

– Что? Что значит не ходить? Что там такого запретного? – закидала я его вопросами, пока тот искал для себя укрытие глазами. – Дядь Паш, ты сегодня совсем на себя не похож, тебе лучше пойти и отдохнуть. Возьми выходной.

Когда мужчина молча продолжил держать меня за локоть, я почувствовала, как раздражение начинает медленно, но навязчиво заполнять меня с ног до головы. Какого черта в этом доме от меня всегда что-то скрывают?

– Павел, если вы сейчас мне не скажете, что происходит, я вырвусь и сама это выясню, – мой тон заставил мужчину опустить голову вниз и ослабить хватку на моей руке.

Мне было стыдно за свой неуважительный тон, но по другому я не смогла бы получить никакого результата.

– Злата, отец...

– Злата, как неожиданно! – из гостинной вышла Мария, перебивая Павла. – Привет, дорогая.

Девушка подошла ко мне и по-матерински обняла, пропитывая мою одежду своим сладким парфюмом.

– Привет, – сухо ответила я, отстраняясь.

– Почему ты не предупредила, что заглянешь? – Мария положила руку мне на спину и подтолкнула в гостинную, отвлекая меня от моих первоначальных планов и мастерски спасая домоуправляющего от оправданий.

– Я не задержусь надолго. Мне всего лишь нужно забрать кое-что из вещей.

Я старалась быть как можно спокойной и постараться как-нибудь улизнуть от разговора с мачехой. Хотя мне действительно интересно узнать, о чем она намерена со мной поговорить.

Интерес к этому появился только из-за того, что говорить нам не о чем. Каждый наш разговор начинается и заканчивается темой "Как стать доброй мачехой для своей падчерицы". Зачастую, эта тема никогда не развивалась и заканчивалась моим уходом из комнаты.

– Хочешь чай? – спросила она, подталкивая меня к дивану.

– Нет, Мария, я пожалуй пойду к себе за вещами.

Я уже собиралась уходить, но Мария снова взяла меня за локоть и остановила.

– Ну подожди. Отец был бы очень рад увидеть тебя. Давай подождем, пока он закончит встречу.

Слабо верилось в то, что отец действительно был бы рад меня видеть, но я решила промолчать по этому поводу и просто смирительно села на кожаный диван.

Прокрутив последние слова Марии в своей голове, я вопросительно покосилась на неё.

– Подожди, у отца сейчас встреча на втором этаже?

– Ну да, – закивала мачеха рассматривая свои ногти.

– Какого рода встреча? – я сузила глаза, прокручивая в голове мои всевозможные подозрения.

Скорее, одно подозрение, которое не дает мне покоя с момента прихода в этот дом. Только одна мысль о том, что этот вариант может был больше, чем просто теоретическое предположение, вгоняют моё тело в чертову Сахару. Мои руки уже вспотели, а высокий воротник кофты душит, как никогда. Мария пожала плечами и поджала губы, не спеша отвечать на мой вопрос. Это нервное ожидание только глубже тащит меня в канаву моих страшных мыслей.

– Ну как какого... Обычная деловая встреча.

– Мария, этот партнер сейчас в доме? – почти срываясь, спрашиваю я, окончательно теряя терпение.

Мачеха нахмуренно, с беспокойством уставилась на меня, будто у меня выросла вторая голова, а после крылья за спиной.

– Злата, с тобой всё в порядке?

Я сама не заметила, как изменился мой тон, Вместо того, чтобы выяснить всю правду, я только глубже закапываю себя и заставляю других задавать мне вопросы.

А ведь ответ на них может сейчас и не сидеть у моего отца в кабинете и разговорить с ним о, бог знает, чём.  Я и вправду понятия не имею, о чём Кирилл может говорить с моим отцом. Он скорее пошлет его и выбросит за дверь, нежели впустит в свой дом.

– Я в норме, – женщина не выглядела переубежденной. – Я просто хочу поскорее вернутся домой.

Мария тяжело вздохнула, будто эти слова ударили по ней. Нет, это уж точно не способно расстроить её.

– Послушай, – несмело начала она. – Я понимаю, почему тебе так противен этот дом и люди в нем, но прошло больше десяти лет и все уже смирились с прошлым. Может, твоя семья в какой-то мере и разрушилась из-за меня, но поверь, я никогда не была намерена делать это нарочно.

Я не хотела снова погружаться в этот разговор, но на этот раз последняя часть заставила меня впервые посмотреть на мачеху трезвым от ярости взглядом.

– Что..?

Мария сжала губы в тонкую линию.

– Твой отец никогда бы не рассказал тебе об этом, а я не хотела ещё больше рушить ваши с ним отношения. Они у вас и так не сахар.

Я прочистила горло и неловко спросила:

– То есть, мой отец не сказал, что женат и обманывал тебя всё это время?

Она беспомощно пожала плечами и уставилась на свои руки.

– Я бы положила этому конец ещё раньше, если бы узнала о том, что у него есть жена и такая очаровательная, восьмилетняя дочь, – она шмыгнула носом, но не плакала. – Даже если бы сильно любила.

В огромной комнате повисло гнетущее молчание. Я смотрела в стену, переваривая каждое сказанное Марией слово. Всё это время я думала, что она намеренно привязалась к моему отцу, чтобы разрушить нашу семьи и занять место хозяйки этого дома. Думала, ей было плевать на всех кроме себя и статуса отца. Думала, что она специально охмурила отца, чтобы он выбрал её, а не нас.

Ещё немного, и мои глаза станут стеклянными. Правда, которая никогда даже не посещала мои мысли, сейчас заставляет меня разрыдаться на ровном месте, потому что однажды клишированный мир заставил меня поверить в ложь.

Я хочу сказать что-то, но мой рот – пустыня. Хоть и сказать то мне нечего. В какой-то мере это открыло мне глаза на реальную ситуацию, но сейчас я вряд ли способна переварить и принять здравое решение.

– Злата...– прервала мой поток мыслей мачеха, аккуратно ложа свою ладонь на мои вспотевшие руки. – Я рассказала тебе правду, потому что правда хочу быть с тобой близка, но я не хочу вредить своему мужу. Я никогда ничего у тебя не просила, и вряд ли я в том положении, чтобы вообще просить тебя о чем то, но если ты можешь... Прости своего отца и позволю ситуации забыться в далеком прошлом.

Я посмотрела на Марию стеклянными глазами, не в силах вымолвить и слова. Поднявшись, я направилась к двери, и на этот раз меня никто не останавливал. Прежде чем выйти из комнаты, я последний раз повернулась к мачехе.

– Спасибо.

Это всё, на что я была способна.

Я молча направилась к лестнице, в которой уже спускался отец.

– Дочь, – слегка удивленно поприветствовал он. – Ты без звонка. Что-то случилось?

– Привет, – ответила я, не в силах посмотреть на него.

Я даже не остановилась. Просто шла вперед, в свою комнату, куда меня вяло тащили мои ноги. Теперь хотелось не просто уйти из этого дома – хотелось сбежать. Сбежать, желательно, незаметно для всех.

И я так и сделала.

Быстро собрав вещи, я выбежала из дома, не оглядываясь назад. И теперь вряд ли когда-либо ещё буду.

Прошлое такое же лживое, как и настоящее.