Глава 15: «Тень»

«Я не замена. Я не чья-то тень. И не желаю быть им!» © M.A.S

     ***Арман

     Две недели назад я за этим столом убил человека, который сидел так же как и его сын напротив меня. В тот день, я думал, что я больше никогда не вернусь за этот стол, не сяду с ними, но ирония, ради дочери человека, которого я убил, я перешагнул через себя и свое слова, вернулся. Это была меньше, что я мог сделать для её безопасности.

     — Так, Господа, преступим, — Арслан сел на свое место. — Я вас всех собрал здесь, потому что главы семей хотели, что-то обсудить с со мной насчёт моего брата. Арман здесь, может говорить в его присутствие, — Его низкий голос прозвучал твёрдо и холодно.

     Мы с братом внимательно смотрели, и кто же из них начнет первым. Я уже знал о чем именно пойдет речь, но все же была любопытно как же они это представят, чтобы сделать меня виновником.

     — Мой моя младшая сестра, дочь семьи Сезер в данный момент в руках твоего брата, Арслан, — как я и думал, первым начал Гёкхан, я мелком взглянул на него, и увидев его разбитую губу и бровь, и несколько ссадин на его лице, криво усмехнулся. — Я вчера поехал за своей сестрой, но твой брат отказался и выгнал меня. Когда я сказал, что он не может позволят такие вольности по отношению к девушке, которая ему никем не приходиться, он посмеялся, сказав, что может делать всё, что ему заблагорассудится, и никто ему ничего не сможет сделать.

     — Мы с тобой сейчас точно о моём брате говорим? — Сделав удивленный вид, мой брат посмотрел на меня. От его взгляда уголки моего рта едва вздрогнули в улыбки.

     Я прекрасно знал, что мой брат в курсе того, что сейчас Кайра в моем доме. Бессмысленно было скрывать это потому что у моего брата, всегда были уши и глаза повсюду.

     — Арман, это правда? — спрашивает, один из глав клана Адиль. — Дочь Сезеров в твоих руках?

     — Да! — ответил я, и мой голос гремел эхом в стенах.

     Несколько секунд все молчали, а потом начали быстро что-то говорить то одно, то другое, пытались читать мне какую то мораль, про принципы, про честь и имя семьи.

     — Каких-то две недели назад я здесь убил главу семьи Сезер, не так ли? — я снова подал свой голос, и все замолчали смотря на меня. — В тот же день я оставил стол, чтобы если начнется кровная месть, они мстили мне. Но мой брат дал им выбор, либо место за столом, либо кровная месть. Учитывая, что семья Сезер посадила нового главу клана за этот стол, конфликт был закрыт, как и прав на кровную месть. Но спустя всего лишь несколько дней, на меня совершил покушения с целью убить. Снова. Теперь угадайте, кто был тем, кто хотел меня убить? — Посмотрев на Гёкхан спросил я.

     Его гневное лицо покрылось красными пятнами от злости. В отличие от своего отца, он совсем не мог контролировать свои эмоции чувства. Его выражение лица всегда выдавала его чувства.

     — Это была семья Сезер. А вернее сказать, его младшая сестра, которая сейчас находится в моих руках.

     Тут тишина воцарилась в зале. Все вассалы моего брата во все глаза смотрели на то на меня, то на Гёкхан, и ждали, что он скажет.

     — Учитывая, что мир был уже заключён, они как и бывший клан предателей Ханов, расторгли договор, — я продолжил свою речь после небольшой паузы. — Исходя из этого, я могу убить не только эту девушку, но м объявит вас всех предателями и убить.

     — Мы не имеем к этому отношение, никакого, — воскликнул Гёкхан и встал на ноги.

     — Сядь на своем место, Гёкхан! — Предупредил Арслан стальным голосом, и Гёкхан тут же сел на свое место.

     Все прекрасно знали истинную сущность моего брата. Арслан был не просто какими-то психопатом, убийцей. Он был монстром, обтянутым в человеческую кожу. Холодным, жестоким и бессердечны. То, что он делал и на что был способен, это была одна из худших зрелищ, который люди могли вообще видеть. Он всегда был сторонником того, чтобы показать свою силу, и вселяет в людские сердца ужас. И все наши люди больше, чем уважать, боялись его. И только единицы, а вернее лишь наша семья, знала его как любившего и заботливого. Другим это был не дано.  

      — То, что только сейчас сказал мой брат, это чистая правда. На него снова покушались, и это снова была ваша семья. И лишь потому, что Арман попросил меня, и я не убил вас в тот день, когда узнал. Но сейчас, я хочу знать, — Арслан поднимается со стула, поправляя свой костюм. Он смерил всех суровым взглядом и заговорил жёстким голосом: — Откуда в одном клане столько смелости дважды покушаться на жизнь моего брата? Или же вы все думаете, раз я один раз простил это, значит, теперь меня можно придавать каждый раз?

     — Нет, Арслан…— начал Гёкхан, но голос моего брата снова перебил его

     — Тогда зачем вы хотели убить девчонку и скрыть следы того, что она покушалась на моего брата? — Подойдя к его столу, спросил Арслан.

     Я смотрю на него, внутри меня начало пульсировать гнев от осознания того, что именно они покушались на ее жизнь. Черт возьми! Её собственная семья стоит за этим? Всего за то, чтобы скрыть то, что она сделала, они так отчаянно пытались её убить, или же за этим скрывается, что-то ещё?

     — Нет, мы не покушались на её жизнь.

     — Кажется я ошибся, вы не покушались на ее жизнь. Вы пытались устроить побеги, и выслать ее из страны, не так ли? — Арслан поставил одно руку на стол, а другую на спинку его стула, внимательно посмотрел на Гёкхан.

    Даже на таком расстоянии я ощущал его страх, который он испытывал, когда Арслан как зверь, который загнал свою добычу, смотрел на него. Кажется от страха от даже не дышал.

     — Какой бы ни было расклада, это всё равно означает, что вы совершили предательство. Учитывая правила стола, что я должен сделать с этим? — Он резко выпрямился, от чего все за столом вздрогнули. — Господа, что вы предлагаете? — Смотря на каждого члена стола, с интересом спросил он.

     Самое любимое развлечение для него была играть с разумом человека. Сейчас он пугал не только Гёкхана, но и других, этим он хочет сказать, что за одну минуту может забрать их жизнь.

     — Арслан, ещё раз говорю, мы не имеем отношения к тому, что случилось. Моя семья была верна тебе годами.

     — Ваши действия показывают обратный результат, — безразлично сказал Арслан, и прошел к своему столу. — Я смотрю ни на слова, а на действия и результат. Если твои слова расходятся с твоими поступками, то ты не представляешь собой никакую ценность. Ты будешь всего лишь занозой на моем пальце, от которого нужно избавиться, — Арслан сел на своё место и посмотрел Гёкхан так, будто тот не представлял из себя ничего. Будто он какая-то пылинка.

     — Если как Гёкхан и говорит, семья  не имеет никакого отношения к этому покушению. Тогда Арману нужно вернуть девушку, семей Сезер, а им нужно принять решение и убить эту предательницу. Лишь так мы сможем сохранить мир между нами. Нужно всего лишь убить эту девушку,

     Мгновенная вспышка ярости ослепила меня.

     — Никто даже к ее волоску не притронется, — жестоким хладнокровным голосом прошептал я и все посмотрели на меня. — Если и есть какие-то права на смерть и жизнь этой девушки, они у меня. Покушались на мою жизнь, только я имею право решать, умрёт она или нет. Никто из вас не смеет голосовать за ее смерть. Даже её семья, — я посмотрел на Гёкхана. — Кровной мести не будет. Я прощу семья Сезер за это покушение и за пролитую кровь, но лишь с условиями того, что Кайра будет моей!

     Сказать, что все были в шоке это ничего не сказать. Даже Арслан, которого вообще редко какими-то поступком можно был удивить, сейчас смотрел на меня так, будто я решился разума. Ожидал ли я от себя самого такое решение? Конечно же нет. Я не Арслан, я такое не делаю, и сюда я пришел сказать совсем не это. Но в какой-то момент я вдруг понял, кого они не смогут тронут, лишь человека, который будет под моей защитой.

     — Что это значит? Ты собираешься жениться на ней? — кто-то спросил, я не понял кто это был, потому что смотрел на Арслана.

     Жениться повторно? Впустить в свою жизнь кого-то и сделать его центром своей жизни, сделать ее своей женой, своей женщиной и целью для всех моих врагов? Нет, никогда!

     — Нет, конечно, — я глубоко вздохнул, и перевел взгляд с брата, на них. — Она будет моей не в смысле того, что я хочу сделать ее своей женой или же кем-то ещё. Этим я хочу сказать, что ее жизнь и смерть принадлежит мне, и я могу убить её в любой момент.

     Эта девушка значит для меня слишком многое. Я не мог понять, что это не мог дать этому название. Но я знала одну она имела значение, и имела такую ценность, что я могу рисковать всем. Но им об этом не обязательно знать. Единственное, что они должны знать, что она мой враг. Все они должны думать, что я злопамятный, жестокий человек, кем я действительно являлся. Единственная цель, которую я преследую, это измучает и уничтожить того, кто посмел покуситься на мою жизнь и пролить мою кровь. Именно так они должны думать.

     — За любой мир должна быть какая то цена. За то, что я прощу клан Сезер, они должны пожертвовать своей единственной дочерью. Отдать её мне, чтобы я мог решить её судьбу. Думаю это будет справедливо?

     — Гёкхан, что ты скажешь? — посмотрев на него, спросил Арслан. — Хочешь вернуть сестру, оставить стол и начать кровную вражду? Либо защищать свое место за столом, свою семью, и отказаться от своей сестры? Выбор за тобой, — Арслан откинулся на спинку своего стула, и в ожидании как и мы все смотрел на Гёкхана.

     Пока я не знаю истинную причину, почему на её жизнь покушаются, единственный выход, который я видел, это оградить её от её семьи. Если я буду держать ее на расстоянии с семей, это могло хоть как-то гарантировать ее жизнь, нежели вернуть ее в тот дом.

     — Я согласен, я выберу свою семью и место за столом, — уголки губ Арслан дрогнули, это был горькая ухмылка.

     В какой-то момент я думал, что он будет мужчиной и выберет свою сестру. Как бы я поступил на его месте? Ради своих сестер, ради Арий и Камиллы, я сожгу этот мир полностью дотла. И ничто не заставит меня выбрать что-то другое. Если на кону поставлена жизнь моих сестер, я откажусь не только от трона, стола, или что то еще. Я мог начать не просто какую то кровную вражду, но целую войну, чтобы спасти своих сестёр. Так поступил бы не только я, но и все мои братья.

     — Тогда всё. С этого момента Армен может сделать с этой девушкой все, что захочет. Убить ее, сделал ее своей женой, или же просто любовницей, — с каким-то удовольствием сказал Арслан, и я резко посмотрел на него.

     Мой брат делал столько вещей за моей спиной, или же играл в опасные игры, но ещё никогда мне не хотелось так врезать ему, как сейчас.

     — Думаю, на этом закончим собрание. Господа, мы все свободны. Арман, нам нужно поговорить, — Арслан первым встал со стола и вышел, я за ним.

     Выйдя из зал, мы поднялись на другой этаж, где и был кабинет Арслана.

     — Что ты вообще творишь? — спросил он, как только за нами закрылись двери.

     — Тоже самое хотел спросить у тебя, — проходя мимо него, сказал я. — Почему ты так сказал? Что значит любовница? Почему ты говоришь о ней так будто она как-то товаре?

     — А ты не видел, что её семья продала как товар? — отвечает вопросом на вопрос.

     — Мне плевать как её семья думать о ней. Но для меня она не товар!

     — Арман, когда эта девушка стреляла в тебя, она что задела твой мозг? Что ты вообще творишь? Зачем тебе всё это? — Арслан сел за свой стол. — Почему ты защищаешь её? На твою жизнь уже столько раз покушались за каких-то полгода. И мы не знаем в лицо твоего врага. Но это точно предательство. И соучастник этого предательства – твоя любимая медсестра! — в гневе закричал он.

     — Кайра! — так же закричал я. — Её имя Кайра! Не нужно говорить о ней как будто она не человек, а какой-то пустое место.

     — Не имеет значения. Она, чертово, предатель! Ты её вообще не знаешь. Может это игра. Откуда тебе вообще известно, что её отправили к тебе не для того, чтобы она затуманила твой разум и залезла в твою постель, чтобы убить?

     — Не смей, — я каждой клеточкой ощущал как ярость и злость наполняет меня из-за его слов. — Даже тебе не позволю о ней так неуважительно разговаривать. Она не предательница, и её не отправляли ко мне, чтобы она соблазняла меня!

     Арслан несколько секунд смотреть на меня, а потом начинает смеяться, как самой настоящий больной человек.

     — Это ни ты! Арман, которого я знаю не простит кому-то предательство и покушение на свою жизнь. Ты, чертово мстительный социопат. Ты не прощаешь такое, никому, даже собственной крови. Тогда что с тобой? Ни это ли девушка затуманила твой разум? Почему ты так поступаешь? Зачем защищаешь её?

     — Значит, тебе можно простить предательство, а мне нет? — Арслан замирает от моих слов.

     — Что?

     — Чему ты так удивляешься? Не ты ли простил своей жене столько предательств? Она неоднократно покушалась на твою жизнь, как и в роли твоего врага, так и в роли твоей жены. Но ты всё простил ей. Ты даже стал предателем, чтобы спасти и скрыть её предательство.

     Смуглое лицо моего брата побледнело от моих слов. Меня всегда удивляло то, как он прощал свою жену за всё, что она делала. Чтобы она не делала, Арслан будто это не видел, он слепо спасал и скрывал её дела. И я был соучастником в его делах. Именно я был тем, чьим рукам он убил тех, кто представлял для неё опасность. И если бы весь мир представлял для неё опасность, и даже он сам, Арслан без раздумий ради своей прекрасной жены уничтожил бы всё и глазом не моргнув.

     — Ты сейчас этим пытаешься попрекнуть мне?

     — Я сейчас этим пытаюсь сказать, что не только ты можешь кого-то защищать от их предательство. Ты прав, Кайра, дочь моего врага, и та, кто стреляла в меня. Но также она так, кто неоднократно спасала мою жизнь. Она один раз выстрелила в меня и предала. Но 10 раз спасла мою жизнь. И в данный момент она единственная, кто поддерживает во мне желание жить, чтобы защитить её. Я хочу жить не чтобы кому-то мстить. Я хочу жить, чтоб спасти ее жизнь, чтобы она могла дышать и жить спокойно. Не боясь, что кто-то может убить ее.

     Это была чистая правда. С возвращением Кайры в мою жизнь во мне проснулось желание жить. Именно она поддерживала жизнь в моем мертвом теле.

    — Кто это девушка, Арман? — после долгого молчания, вдруг сказал Арслан. — Кто она и что значит для тебя, что ты стал таким?

     Кем она для меня была? Я не мог понять. У этого не было ни названия, ни причины. Это просто была она. Причиной последствий не имели для меня никакого значения. Единственный результат, который я хотел это ее жизнь, ее спокойствие.

     — Молчишь, значит, сам не знаешь ответа, — сказал, мой брат протер лицо руками. — Не знаю кто она, и какое иметь значение. Но единственное, что сильнее твоей настоящей сущности, — это твои чувства к этой девушке. Ты из-за неё стал другим. Совсем другим.

     Может ли один человек изменить другого? Я всегда был из тех, кто думал, что нет. Человек не способен изменить кого-то, он не способен даже изменить самого себя. Я думал, что только обстоятельства, события, и то, что с тобой случилось, может сформировать из тебя того, кем ты стал. Я родился совсем другим человеком, с другим характером и эмоциями. Но то, что заставили меня пережить, те пытки издевательства и те события сформировались из меня, человека, который пытается тотально контролировать свои эмоции, ощущения, и всё своё окружение. Я никогда не помню, чтобы слушал свое сердце. Я всегда тот, кто действует, исходя из твоей логики и голоса разума. Все это было до ее появления…

     Этим утром, когда я ее поцеловала что-то во мне, в тот момент сломалось.  Я не мог понять, почему я это сделал, что именно подтолкнуло меня к такому шагу. Но рядом с ней мой разум отключался. Я не слышал голос своей логики и не подчинялся ей. И это сводит с ума. Я терял свой контроль. Этого нельзя была допускать.

     — Неважно, кто она. Единственное, что все должны знать, так это то, что я буду её защищать любой ценой. Если кто-то ей навредит, я клянусь, я собственноручно, уничтожу этого человека. Кто бы он не был! — смотря в глаза своего брата, твёрдо сказал я.

     — Кто бы это не был? — повторите он, будто пытается понять смысл моих слов.

     — Кто бы не был!

     Меня не волнует цена, которую мне придется заплатить за её жизнь. Я заплачу. Единственное, что имело для меня хоть какое-то значение это ее жизни. Я должен ее защитить, я должен её спасти и не позволить, чтоб с ней что-то случилось. Я её защищу.

     ***Кайра

     Обнял меня сильнее, заставляя почувствовать его твердую грудь, и склонился к моим губам, накрывая их своими. В этот самый момент мне казалось, что я слишком хорошо знаю и эти губы, и обнимающие меня руки, и самого мужчину. Будто я знаю его всю свою жизнь. Будто я всегда принадлежала ему….

     Наш поцелуй длился будто вечность, а сердце билось все быстрее, и я обхватила крепкие плечи, приникая ближе, растворяясь в тепле сильного тела, тая в тепле чужого дыхания, теряя себя и забывая обо всем.

     — Господи, Кайра, о чем ты думаешь?

     Выдохнувшись, присела прямо на пол в ванной комнате, чувство эйфории схлынуло, оставив внутри щемящие чувство пустоты. Прошло уже столько часов, а я всё ещё думаю о том, как Арман меня поцеловал. Если наш первый поцелуй был моей инициативе, и я чувствовала что-то приятное и новое. То этот поцелуй, был таким, что его эффект до сих пор остался.

     Мне хотелось, чтобы этот поцелуй длился вечно….

    И опять меня словно током от этих мыслей прошило, и в ногах какая-то неестественная слабость разлилась, а в животе те самые воспеваемые всеми бабочки запорхали, щекоча крылышками и добавляя несвоевременного дискомфорта. Я впервые испытала что-то такое. В тот момент я вдруг почувствовала лёгкое жжение внизу живота – первый, но абсолютно верный признак нарастающего желания. Я хотела его. Черт возьми. Как я могла так хотеть человека, которого считала своим врагом и тем более стреляла в него?

     — Я скоро сойду с ума!

     Я легла на пол, и застонала от бессилия. Как я могла так обложатся и ответить на его поцелуй. Надо был ему дать пощечину, но нет, я умудрилась его поцеловать. Дура!

     — Ты ещё никогда не была такой дурой, Кайра!

     Я взяла телефон и целых десять минут смотрела на контакт Армана. «Айсберг», как-то по-другому я не могла его сохранить. Он для меня действительно был какой-то ледышкой, но только не этим утром…. Боже, снова эти мысли.

     Так, Кайра, приди в себя. Как будто ты до этого не целовалась. Хоть целовалась, но такое ощущение не испытывала, но это не самое главное. Нужно взять себя в руки. Если я буду избегать его, он подумает, что этот поцелуй что-то значит для меня. Так что нужно вести себя как и всегда.

     Глубоко вздохнув, и я нажала на кнопку вызова. Подношу телефон к уху и жду пока идут долгие утки. И вдруг он сбрасывает мой вызов? Что?

     — Ты совсем уже офигел? — Смотря на экран телефона, прошептала я в гневе.

     И снова набрала его. Снова идут долгие гудки, и он сбрасывает. Итак по нескольку раз. Я в какой-то момент почувствовала себя навязчивой девушкой, которую отшили.

     Кайра: «Подними трубку, нам нужно поговорить» — отправляю, доставлено, прочитано, нет ответа.

     Кайра: «Арман, что была на совещание? Как всё прошло?» — отправлю, снова доставлено, прочитано, нет ответа.

     — Этот придурок сейчас меня игнорирует? — сжав мобильный телефон в ладони, прошептала я.

     Кажется, еще никогда меня нет злило то, что меня игнорировали, так сильно, как сейчас. Какого черта он вообще меня игнорирует?

    — Да пошел он! — я встала и вышла из ванной.

     Когда я вышла из своей комнаты, Тугче была уже здесь, она что-то говорила, вероятно снова то, что я не смогу есть.

     — Госпожа, вы голодны? — вытаскивая из духовки противен, спросила девушка.

     — Нет, спасибо, я уже поела, — а поела я всего лишь фрукты кофе. Я не хотел обижать и говорит, что мне не нравится еда, которую она готовит. Ведь она была не обязана мне что доделать.

     — Вы так мало едите, неудивительно, что вы такая худенькая, — сказала она, и я посмотрела на свою фигуру.

     Да, назвать меня девушкой с соблазнительной фигурой было невозможно. Я действительно была худой, почти плоской, наверно. В последнее время, после смерти отца я еще несколько килограмм сбросила.

     — Ты для кого столько готовишь? Один Арман будет все это есть? — Показывай на еду, спросила я девушка улыбнулась.

     — Ну вообще-то господин Арман не есть такую жирную еду, никогда. У него собственная диета и рацион приёма пищи. Он никогда не ест, когда готовит кто-то другой.

    — Так он не только по жизни зануда, но и к еде придирчивой, — бубнила себе под нос, но вдруг поняла, что сказала это слишком громко. — Если Арман это не сесть, для кого все это?

     — Я приготовил это для мальчиков, они сегодня будут ужинать здесь.

     — А где сейчас они?

     — Внизу, в игровой зоне.

     — Арман тоже там?

     — Да, они вернулись полчаса назад.

     Ничего больше не сказав, я развернулась и направилась к сторону лестницы, которая вела вниз. Когда я спустилась и пошла по коридору, я услышала голоса, которые издавались из одной из комнат, открыв дверь, я вошла. Железная лестница вела вниз, я спустилась по ней, и попала в просторную игровую зону. Здесь была бильярдная, огромный барный уголок, плазменный телевизор, игровые приставки, и многое другое. Когда я вошла на меня посмотрели три пар глаза, Азат, Тарык и Рамо, но их босс который играл с одной здоровой рукой, даже не взглянул на меня.

     У меня иногда такое ощущение будто он тупой, у него больная рука, но ему вообще нет дело. Хоть сегодня уже была проблема с тем, что он не мог самостоятельно одеться.

     — Почему ты не отвечаешь на мои звонки? — скрестив руки на груди , спросила я.

     — Я был занят, — обходя бильярдный стол, ответил он.

     — На смс почему не ответил? Ты не прочитал их?

     — Прочитал, — он все ещё не смотрит в мою сторону.

     — Если прочёл, тогда почему не позвонил или не написал? Ты мог бы просто ответить.

     — Я же вроде ответил. Мое молчание за ответ на сообщается. Если я молчу, значит на то есть причины.

     — То есть ты меня игнорируешь? — Он молчит, как будто я не здесь. — Что случилось на собрание? Что мой брат сказал? — снова тишина. — Арман, я с тобой разговариваю! ㅡ я подхожу к бильярдному столу, но Арман игнорировал меня, сосредоточившись на игре, он загнал в лузу третий шар

     Ярость охватила меня, кровь ударила в голову, я резко схватила шар и швырнула его в стену, где висела картина, тут же стекло разбилось и его эхо разнеслось по комнате. Все замерли, Арман посмотрел на картину сзади себя, а потом перевел свои холодные глаза на меня.

     ㅡ Не смей игнорировать меня, когда я с тобой разговариваю! ㅡ прорычала я. — Я не твои подчинённый, чтобы ты со мной не считался!

     Арман обвёл присутствующих ледяным взглядом, по сравнению с которым арктические льды показались бы горячими пирожками. Ему не пришлось ничего говорить, его люди тут же ушли, он выпрямился.

     ㅡ Знаешь, иногда ты забываешь, кто стоит перед тобой, Кайра! — от его взгляда всё внутри леденеет, но я гордо задела подбородок.

     ㅡ И ты забываешь, кто стоит перед тобой, Арман! ㅡ отвечаю ему в тон, и он ухмыляется.

     ㅡ Мне интересно откуда ты берешь такую смелость? ㅡ скептическим тоном спросил он, пристально изучая моё лицо своим холодным взглядом. Словно выискивал на нём что-то. — Кто источник твоей силы, что ты осмеливаешься так себя вести?

      ㅡ Ты сам! — его бровями вопросительно поднялись. — Я просто знаю, что ты ничего мне не сделаешь! ㅡ Нагло заявила я, Арман криво усмехнулся, а затем медленно стал приближаться ко мне.

     Я замираю на месте. От волнения у меня всё сжалось внутри, и я стояла с деревянной спиной, боясь даже голову лишний раз повернуть.

     ㅡ Конечно, кого ты можешь бояться, когда за твоей спиной стою я! Я же твой живой щит. Я защищу тебя от всех, но кто тебя защитить от меня, маленькая госпожа? ㅡ склонившись надо мной, спросил он, а потом провел пальцем по моей щеке. ㅡ Кто тебя защитить от меня, Бабочка?

     ㅡ Я тебя не боюсь, Арман, ㅡ я задрала подбородок.

     ㅡ Но стоил бы, Кай-ра! ㅡ прошипел он перед моими губами, и вздрогнула.

     То как он произносит мой имя, это вызывало что-то неприятное, это на него не похожа. Он так не произносит моё имя.

     ㅡ Видишь, ты не такой уж и смелая, ㅡ с серьезным видом сказал он, но тут же на губах мужчины появилась победная улыбка, от которой в животе бабочки запорхали, а внутренности стянуло в тугой жгут.

     Что не так со мной? Почему от его улыбки все внутри порхает? Почему я себя так чувствую?

     ㅡ О чем ты хотела поговорить? ㅡ спрашивает он, но я не могу ответить, лишь смотрю в его васильковый глаза. ㅡ Карай, ㅡ я почувствовала его руки на своем лице. ㅡ Дыши, Кайра, дыши, ㅡ прошептал он на мое ухо, и я снова задышала.

     Господи, почему я забываю дышать когда смотрю в его глаза? Что со мной не так?

     ㅡ Если так пойдет и дальше, то ты вовсе разучишься дышать, ㅡ улыбнулся он.

     Так волнительно почему-то стало, внутри вновь бабочки запорхали, а стоило ему улыбнуться мне, аж дыхание перехватило.

     Это же не то что я думаю, не так ли? Я же не начинаю в него влюбляться? Этого просто не может быть. Я не могу влюбиться. В этого человека, не в убийцу своего отца, а ещё хуже в мужчину чьё сердце занято своей погибшей женой. Я не могу снова быть бля кого-то заменой. Не могу.

     ㅡ О чем ты хотела поговорить? ㅡ снова спросил он, и я посмотрела в его глаза.

     ㅡ Хотела сказать, чтобы ты больше никогда не переходил границу дозволенного.

     ㅡ Что это значит?

     ㅡ Это значит, больше никогда не смей прикасаться ко мне, целовать меня, или же трогать вообще. Я здесь, чтобы выжить, а ты обещал меня защитить. Это всё. Никаких отношений, прикосновение, или же нарушение личных границ. Если ты ещё раз нарушишь мои границы…

     ㅡ И что же ты тогда сделаешь? ㅡ холодным взглядом смотря на меня спросил он, я сглотнула.

     ㅡ Я уйду отсюда навсегда. И ты не сможешь меня остановить.

     ㅡ Даже не смотря на смертельную опасность? ㅡ в недоумение спрашивает он.

     ㅡ Да, потому что я буду выживать, нежели снова буду заменой для кого-то! Однажды со мной пытались забыть свою потерянную любовь, ничего не вышла. Только мое сердце разбилось. Второго раза я не допущу. Я не она, Арман. Я не Лайя, и не буду её заменой! Моё имя Кайра, а не Лайя. Я не чья-то тень!