Глава 14: Единственный!

«Ты единственный кто был рядом в трудные времена, ты единственный кто держал меня в своих объятиях, кто я была сломлена.» © M.A.S

     ***Кайра

     Смотрю на напряженные лица Арман, которое выглядит слишком злым, на его лице редко можно увидеть, какие либо эмоции, но если они есть, значит….

     — Что случилось? — Тихо шепчу я смотря в его лицо. 

     — Там, — сказал Арман, указывая пальцем на дверь, — пришел твой брат. Он внизу, сейчас поднимется.

     У меня перехватило дыхание, воздух застрял где-то в горле. Я почувствовала как всё тело будто сковал холод, руки будто заледенели.

     — Гёкхан, — мой голос дрожал, — не забрав меня, он отсюда не уйдёт.

     Когда я это сказала, это прозвучало для меня как приговор. Человек, который пришел за мной, мой брат это не должно меня пугать, потому что сейчас я нахожусь в доме того, кто убил моего отца. Но тогда почему одна мысль о том, что он хочет забрать меня, настолько пугает меня и вселяет в меня страх?

     — А что ты? — Вдруг спрашивает Арман, и я прихожу в себя. — Ты хочешь уйти с ним? Ты хочешь вернуться в тот дом?

     Арман был спокойным, как никогда раньше, но почему то в глубине души я ощущала тоже волнение, которое было во мне. Какой ответ он ждал от меня? Хотел ли он, как и вся, избавиться от меня? Или же он единственный человек, который будет готов защитить меня от других?

     — Что ты выберешь? Останешься со мной, в этом доме, или же уйдешь с ним, Кайра?

     Я никому не могу доверять в этой жизни. Особенно в данной ситуации. Арман защищает меня от других и от тех, кто пытается покушаться на мою жизнь, но также он человек, который убил моего отца. Моя ненависть к нему не исчезла, я не перестала его ненавидеть. Но человек, который называется моим братом…Он сын, женщина, которую много лет назад пыталась убить меня. Задушит меня в собственном доме. Они все ненавидели меня с момента моего рождения. Хоть они считались моей семьей теми, кто носил со мной одну кровь и фамилию, они для меня были чужаками. Не в том доме, не рядом с ними, я не чувствовала себя в безопасности.

     Каждая секунда моего умолчания, будто играла против меня самой. Я застряла между выбором остаться и уйти. И вдруг в этот момент перепутья, когда я настолько заблудилась и не могла найти дорогу, я почувствовала как его теплые руки, коснулись моего лица. Это касание будто прожгла моё сердце. Я поднимаю голову и замираю, когда мои глаза встречаются взглядом с васильковым глазами, проглядывающей из под длинных пышных ресниц, я громко выдохнула. Он смотрел на меня с такой нежностью и теплотой, что мое сердце затрепетало внутри.

     — Кайра, теперь все зависит от тебя, — Арман крепко и в то же время нежно держал моё лицо в своих ладонях. Я словно застыла, не могла оторвать взгляда от его глаз. — Одно твоё слово всё может решить.

    — А ты? Мое решение остаться здесь можно навредить тебе, не так ли? — мой голос прозвучал сипло, с придыханием. — Я принадлежу семье Сезер, и их клану. По правилам и традициям, я не могу здесь остаться, а ты не можешь меня держать. Мы друг друга совсем чужие люди. Если я решу остаться здесь, у тебя будут проблемы со всеми ими. И не только моя семья, но и другие кланы могут пойти против тебя из-за этого.

     — Меня это совсем не волнует, — Твердо сказал он, а потом нежно провел большим пальцем по моей щеке. — Меня волнует лишь твоё решение. Если ты захочешь уйти, я не остановлю тебе, я отпущу, потому что это твой выбор. Я уважаю тебя и твой выбор. Но если ты останешься и доверишься мне, то, клянусь тебе что ради тебя, я сожгу этот город, если это нужно. Ради тебя я начну любую войну и клянусь я выиграю, чтобы ты осталась в живых.

     В тот момент, когда он сказал эти слова моё сердце затрепетало в груди, а дыхание сбилось с равномерного ритма. Никогда еще в жизни никто не рисковал ради меня чем то. А этот человек готов рисковать всем ради того, чтобы я была здесь.

     — Стою ли я такого риска? — Тихо прошептала я все еще смотря в его глаза.

    — Ты того стоишь. Для меня ты стоишь любых рисков и войны, Бабочка, — с улыбкой ответил он. — Мне всего лишь нужен ответ. Он или я? Кого ты выберешь?

     Я осторожно убрала его руки со своего лица, а потом посмотрела в сторону двери, которая открылась. Спустя минуту в эту дверь зайдет мой брат, тогда мое решение может начать либо новую войну, или же закончить эту вражду.

     — Кайра? — тихо произнес Арман, я снова подняла голову и взглянула в его глаза, а потом четко и твердо сказала свое решение.

     — Ты! Я выбираю тебя!

     Я никогда ещё в жизни не видела, чтобы человек улыбался глазами. Именно до этого момента. Потому что сейчас Арман улыбался не губами, а глазами. Его глаза улыбались.  И это была одна из самых прекрасных вещей, которые мне когда-либо давалась видеть.

     — Иди в комнату и не выходи, пока я не скажу!

     Он подтолкнул меня в сторону спальни, а сам развернувшись спустился по лестнице в холл. Выражение его лица и его взгляд не предвещали ничего хорошего. Я не знаю, что сейчас произойдет, но одно была точно, это только ухудшит наша положение.

     Может это было эгоистично с моей стороны выбирать Армана, но по другому я не могла. Я почти всегда слушала свой внутренний голос, который подсказывал мне, что Арман самый лучший выбор, который я могу сделать. Но сегодня был не только мой внутренний голос, но и мое сердце. Мое сердце подсказывало, что я должна его выбрать, я впервые за всю свою жизнь захотела послушать своё сердце и выбрать его.

     ***Арман

     Когда я спустился по лестнице вниз, Гёкхан уже стоял в гостиной, ждал меня.

     — Что ты забыл в моём доме? Я что-то не припоминаю, чтобы взывал тебя, — проходя мимо него, сказала я.           — Где Кайра? — Сквозь сжатые зубы прошептал он.

     — Ты не должен задавать вопросы, ты должен отвечать на них. Я вроде задал вопрос, но не получил на него ответ. Что. Ты. Забыл. В моем. Доме? — Говорю, я будто спрашиваю маленького ребёнка. Это еще больше злит его, потому что его лица покраснела от злости.

     — Я пришел забрать свою сестру. Где она? Где Кайра? — Я игнорирую его вопрос также, как он игнорировал меня.

      Одна из вещей, которых я больше всего ненавидел своей жизни. Это было повторять что-то дважды.

     — Я тебя спросил: где Кайра?! – сквозь зубы выпалил Гёкхан.

     — Это имя, даже произносить его не смей! Забудь! — Спокойно, но твердо сказал я.

     Меня выводило из себя то, как он произносил ее имя. Повторял его раз за разом, будто играл на моих нервах специально. Я всегда очень четко ощущал опасность, которая исходила от других людей, и, смотря на этого человека, я ощущаю опасность. От него исходит какая то опасность, но это опасность касается не меня, потому что против меня он ничего не сможет сделать. У него не хватит ни сил, ни смелости, чтобы мне что-то сделать. Но вот Кайре… В списке моих подозреваемых тех, кто покушался на её жизнь, её семья была на первом месте. Это могут быть они, кто-то по непонятной причине очень сильно хочет ее смерть.

     — Отдай ее мне и я уйду отсюда, — предъявляет он свои требования, на что я лишь улыбаюсь и качаю головой.

     — С чего бы мне на это соглашаться?

     — С того, что она не принадлежит ни тебе, ни твоей семье, ни твоему клану. Исходя из этого, она не может оставаться рядом с тобой. У вас нет никакой связи и она тебе никто.

    — Хочешь, чтобы я это изменил? — Спрашиваю я с вызовом. Его левый глаз дергается от моих слов.

     — Ты играешь с огнем, Арман. То, что ты принадлежишь правящей семье, это еще не означает, что ты можешь делать всё что тебе заблагорассудится с дочерями других кланов, — Его злой с каждой секундой усиливается и, это так приятно.

     — О, правда? — Я делаю удивленный вид, а потом беру и наливаю себе стакан виски. Подношу стакан к губам, смотрю на него из-под лба, и улыбаясь, прошептал: — Хочешь мы это проверим?

     — Что?

     — Говорю, хочешь, мы проверим, могу ли я сделать всё, что мне заблагорассудится, или нет. Если я сделаю, кто мне что сделает, интересно? Ты что-ли меня остановишь или накажешь?

      Все это была последняя капля в чаше его терпения. Резким движением он вытащил пистолет и прицелился в меня. Азат, Рамо и Тарик тут же вытащили свое оружие и направили на него. Я же только нагло улыбнулся в ответ, продолжая выпивать свой напиток. Когда он сюда поднимался, я специально сказал, чтобы Азат не проверял его, и конфисковал его оружие.

     — И что же ты сделаешь, убьешь меня? Выстрелишь? — кивая на оружие в его руках, спросил я.

     — И глазом не моргну, — прорычал он, я негромко рассмеялся, поставил стакан на своё место, а потом приблизился к нему, схватил его пистолет и опустил его дулом вниз, к своему сердцу, куда стреляла его сестра.

     — Давай тогда, стреляй. Если у тебя хватит такой же смелости как у твоей младшей сестры.

     — Думаешь, я не убью тебя? — сквозь зубы с угрожающей ухмылкой спросил Гёкхан. — Ты играешь с огнём, — прорычал он, и я снова улыбаюсь.

     — Тут стоит вопрос, кого этот огонь сможет на самом деле сжечь?

     Гёкхан резко выдернул дуло из моих цепких пальцев, и сразу приставил его к моей голове. Азат который стоял сзади него снял пистолет с предохранителя и нацелился в его голову, как и Рамо с Тариком с двух его сторон.

     — Вот прямо сейчас, я пристрелю тебя! Прямо в лоб, кто тогда тебя спасет от меня?

     — Кто тебя спасет от меня тогда? — прошептал Азат. — Отпусти пистолет, или я вышибу тебе мозги.

     — Успокойся, Азат, — тихо сказал я. — Наш гость просто немного перенервничал.

     — Не нужно надеяться так на свою охрану.

     — В отличие от тебя, я не пользуюсь своей охраной как щитом. Если ты действительно настолько смел, давай стреляй. Я здесь, напротив, тебя стрелял, если хватит смелости. Даю слово мои люди ничего не сделают.

     — Арман… — рычит Азат, но я жестом показал, чтобы он молчал.

     — Давай же, Гёкхан, покажи мне свою смелость, — говорю я, но он ничего не делает, только со злостью и ненавистью смотрит на меня. — Вот он и ответ. Ты ничего не сможешь сделать. И не потому что я брат твоего босса, а потому что ты не можешь пойти против меня. У тебя нет смелости, в отличие от твоей сестры.

     — Я не уйду пока не заберу свою сестру, — уверено заявил он.

     — Хочешь поспорит? — сдвинул брови я, перевел взгляд с Гёкхана на Азата и обратно.

     — Кайра!!! — вместо ответа, вдруг закричал он.

     — Терпения мне, — устало закрыл глаза и сжала переносицу большим и указательным пальцами, тяжело выдохнув.

     Я лучше всего мог держать свои эмоции в себе, это была моя самая сильная сторона, в отличие от своего старшего брата, я редко мог впасть пучину своих эмоций и гнева, но от Арслан мой гнев был слишком разрушающим, потому что я долго мог его держать в узде, а потом она вырвалась с такой силой, что разрушала абсолютно все.

     — Гёкхан, не испытывай на прочность моё терпение, оно не бесконечно, — решительно, но сдержано сказал, с вызовом глядя на него.

     — Я не уйду, пока не заберу ее. Где она?

     — Я здесь! — вдруг раздался голос, и мы все вместе повернулись на голос.

     На самой верхней ступеньки стояла Кайра, она холодным взглядом смотрела то, на меня, то на оружие, которое её брат направил на меня.

     — Вы можете, хоть какой-то конфликт решить без оружия? — спросила она, а потом спустилась по лестнице.

     Рамо тут же загородил ей дорогу, Кайра остановилась на месте, и вопросительно посмотрела на него.

     — В чем дело?

     — Я думаю, вам лучше вернуться наверх.

     — Не помню, чтобы я спрашивала тебя что делать, — она рукой оттолкнула его с дороги, и прошла мимо.

     Ее слишком прямая спина и твердая походка говорили о том, что она останавливать её была бесполезно. Пройдя мимо меня, она встала между мной и своим братом, теперь оружие была направлена на неё.

     — Отпусти этот пистолет, Гёкхан, — кивнув на оружие, сквозь зубы прошептал я.

     — Когда на кого-то направляешь оружие то, имей смелость выстрелит. Просто размахивать им не нужно, — убрав дул пистолета от себя, сказала Кайра.

     Я вдруг понял, что сейчас она процитировала мои слова, которые я ей сказал в тот день. Значит запомнила.

     — Что ты тут делаешь? Зачем пришел?

     — Конечно, чтобы забрать тебя, — ответил он, засунув пистолет за пояс.

     — Почему?

     — Как это почему? — Гёкхан растерялся от вопроса своей сестры. — Я хочу забрать тебя домой.

     — Мой сегодня взорвали, и исходя с этого, у меня не теперь нет дома, — она пыталась говорить уверена, хоть её голос дрожал при воспоминание о том, что случилось недавно.

     — Не говори глупости, у тебя есть дом. Мы же твоя семья, твой дом рядом с нами, —

     — Какой именно дом? Тот из которого вы меня выгнали 15 лет назад? Или же тот дом где меня чуть задушили? — Иронично смеясь, призналась Кайра, и я замираю всё тело будто насквозь пробивали острые иглы.

     Что она имела ввиду? Что значит выгнали? Что вообще черт возьми значит пытались задушить? Кто-то хотел её убить?...

     Значит из-за этого она пропала тогда? Если бы я тогда приехал, не случилось то, что случилось, она бы не пережила это? То есть, могло это быть моя вина?

     Я посмотрел на её спину, её макушка доходит до моей груди, хоть у нее и был высокий рост, Кайра на мое фоне казалось совсем маленькой и хрупкой, как тогда….

     Пытались задушить….

     Острая боль пронзила всё тело от пяток до макушки. Моё горло сдавило от сожаления, и я закрыл глаза, отворачиваюсь спиной к ним.

     — В какой дом я должна вернуться? — её мягкий голос возвращает меня в реальность.

     — Кайра, давай пойдем домой, и там поговорим. Здесь не место для разговоров, не рядом с посторонними людьми, — я резко посмотрел на Гёкхан, и мне впервые захотелось вырвать ему сердце, именно таким способом убить его.

     — Я тоже всегда была посторонней в том доме. Сироткой, брошенной дочерью своей родной матерью. Внебрачным ребенком отца, которого твоя мать пыталась задушить!

     Если от её первого признания я почувствовал боль, то сейчас, это была что-то вроде того, как в меня стреляли… но в десять раз сильнее. В ушах гудело, ядовитые иглами колол горло, и будто пронзили мое сердце. Я почти физический чувствовал её боль, мне хотелось сжат свою левую сторону от ощущение, которые пронзила мое сердце.

     — Тот особняк не мой дом, это место всегда для меня была тюрьмой. Я туда не вернусь!

     — Это место тогда твой дом? Рядом с убийцей нашего отца? — с отвращением, спросил он, я закатил глаза.

     — Кто бы говорил, ты же сам сидишь за одном столом с ними. К тому же на месте нашего отца, — отвечает ему в тон, Кайра, я ели сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться. Она была правда. — И к тому же в отличие от вас, моей семьи, этот убийца спас мне жизнь, к тому же несколько раз, — от её слов снова что-то сжалось внутри.

     — Но всё это не меняет факт того, что он убийца нашего отца. Ты не можешь оставаться с ним. Как ты вообще можешь ему доверять? Откуда тебе знать, может это он и организовал твое покушение.

     Кайра повернулась и посмотрела на меня, и в этот момент мое сердце сжалось в тисках ребра от её взгляда.

      — Я ему не доварю, ни каплю, и никогда не смогу довериться.

     Её слова, я никогда не думал, что слова могу причинит мне боль спустя столько лет, но её слова… делали моё больно. Почти физический…

     — Но у меня есть своя голова на плечах, и я вижу то, что он делает для меня. Я знаю, что он не стоит за этим, — она говорила все это не отрывая взгляда от моих глаз, к потом она посмотрела на своего брата. — В отличие от моей семьи. Я не могу быть уверена, что кто-то из моей крови не стоит за этим!

     — Что за чушь ты несёшь? Как ты можешь подозревать свою семью? — он кажется таким оскорбленным этими словами своей сестры, что не зная я какой он человек, поверил бы.

     — А как мне доверять вам? Как? Кто-то пытается меня убить. На мою жизнь трижды была совершенно покушение, как по-твоему кому так сдалась мою смерть? Кто может так сильно ненавидеть меня, чтобы хотеть убить? — с вызовом спрашивает Карай, подходя к брату вплотную.

     — Я не знаю, но мы узнаем об этом.

     — Тогда найди его! — вдруг сказала Кайра, и мы замерли оба смотря на неё.

     — Что?

     — Я хочу голову того, что пытается меня убить! Найти и убей этого человека, кто бы он не был! — прошептала она, глядя брату в глаза. — Ты же говорил, ты мой брат и защитишь меня? Я хочу чтобы ты нашел этого человека и убил собственноручно. Убей его ради меня, вот тогда моя верность будет твоей, и я как положено настающей Сезер буду на твоей стороне и буду подчиняться тебе! Как тебе такой договор?

     Я перевел взгляд с макушки Кайры на её брата, и в этот момент я понял, что ему кажется был нечего ответить. Что-то подзывает, что именно это семья стоит за всем этим, но тогда зачем? Что им даст смерть Кайры? Почему они так хотят её смерти? Может ли это быть они, или же он знает того, что за этим стоит?

     — Мы поговорим потом, давай, сейчас мы уходим! — эта мразь схватила ее за руку, и довольно в грубой форме протянул к себе.

     — Отпусти меня! Пусти, я никуда не пойду! — Кайра попыталась вырваться, но он ещё сильнее сжал её руку, вырывая с её губ короткий вскрик.

    Ярость охватила меня, кровь ударила в голову, подойдя к нему, я вырвал из его рук Кайру, отодвинул назад, правой рукой я схватил его за горло, а левой – за руку, которой он держал её руку. Я со всей силой впечатал его об стеклянный стол, который стоял рядом, удар был настолько сильным, что стол в миг разбился, слышу испуганный крик Кайры, переступив через осколки, и не обращая внимания на то, боль в левой руке, склонившись, взглянул на него.

     — Если ты посмеешь ещё хоть бы раз прикоснуться к ней, и тем более причинит ей боль, я сломаю все 206 костей на твоём теле, разорву каждую твою мышцу, сантиметр за сантиметром, вырву все твои внутренности, а потом выброшу тебя в Босфор, чтобы ты стал кормом для рыб. Ты никогда не будешь так себя вести с женщиной, особенно с ней!

     Гёкхан хотел что-то  сказать, но сумел лишь задушено всхлипнуть, когда моя рука твердая как сталь снова схватила его за горло и, легко подняв с земли, приблизила к своему лицу.

     — Клянусь, Гёкхан, если я узнаю, что ты имеешь отношения ко всему этому, я сотру тебя с лица земли, — прошелестел мой голос. — Вы мне все за каждую её слезинку ответите.

     — Я-я-не ничего не делал…— заикаясь, выдавил из себя он. — Я не…хо-чу…чтобы ей навредили… Если она не вернётся…у те-бя будут проблемы… Мой дедушка хочет, чтобы она вернулась…Её брак уже должен быть заключен.. она обещана сыну семьи Карабай….

     — Даже твоя тень этого человека не касается её, так и передай своему дедушке. Ты меня хорошо понял? — сжав его горло, прорычал я, он молчит. — Не слышу ответа!

    — Д-да, я понял. — сипло прошептал он. — Я все понял.

     — Это будет в последний раз когда ты проявил такой неуважение к ней, или вообще к любой женщине, в мое присутствие. Ты даже не будешь мысленно делать, что-то что ей может причинить дискомфорт. Если увижу, заставлю тебя пожалеет о том, что ты родился на белый свет. А теперь проваливай с моих глаз!

     Одним небрежным движением отшвырнув его тело в сторону, я выпрямился и повернулся. Кайра стоял рядом с Азатом, и смотрела на меня со смесью ужаса и чего-то ещё, кажется беспокойство.

     — Это в последний раз когда он может войти в отель. С этого момента ему выход в «Zeus» запрещён, он никогда больше не приблизится к моим владением.

     Рамо и Тарик помогли ему и вынесли из Пентхауса, Кайра пошла в сторону кухни, а я подошёл к Азату.

     — Это в последний раз, когда кто-то из вас направляет оружие на Кайру. Впредь чтобы не случилось, чтобы она не сделала, вы не будете направлять на неё оружие, и тем более сделать ей больно.

     — Арман, я не знаю зачем ты это делаешь, но это девушка опасна. Она способна на все, а наш долг тебя защищать любой ценой.

     — Твой долг подчиняться моим приказом, Азат, — перебиваю я его. — И я приказываю тебе, Кайра твой приоритет, ты меня понял? Где бы мы не были, чтобы не случилось, вы все отвечайте за её жизнь собственной, как и я.

      — Но почему? Это на тебя не похожа. Ты не прощаешь то, что она делает. Кто это девушка, Арман? — в недоумение спрашивает он, я посмотрел в сторону кухни.

     Азат был прав, я не прощаю то, что она сделала, я не защищаю тех, кто проливает мою кровь, но её…. Она была чем-то другим…. Я не мог этому дать название, я не мог сказать причину, впервые в жизни я был в таком состоянии, я не знал, что сказать.

     — Я её должник. Когда я ей кое-что обещал, но не смог сдержать свое слова, и теперь я хочу исправить свою ошибку, и ты, — я посмотрел на Азата. — Будешь делать всё возможное и невозможное, чтобы защитить её. Ты меня понял?

     — Я тебя понял, — Азат согласился, я улыбаюсь.

     — Теперь иди и сделай то, что я сказал.

     Азат ушел, а Кайра вернулась с аптечкой в руках.

     — Зачем это? У тебя что-то болит? — указывая на аптечку в её руках, спросил я.

     — У меня нет, твоя рана, её нужно обработать. Ты снова снял бандаж, и руку тоже нужно продезинфицировать, она кровоточить, — указывая на мою ладонь, сказала она.

     Я посмотрел на свою правую руку, она и вправду была ранена, я даже не заметил или не поучаствовал.

     — Сними пожалуйста свою майку, — проходя мимо меня, Кайра подошла к дивану, села, и посмотрела на меня. 

     — Хочешь, чтобы я разделся перед тобой? — с ухмылкой спрашиваю я, Кайра закатывает глаза в своей обычной манере.

     — Если ты стесняешься, я могу закрыть глаза, но думаю тогда я не смогу обработать твою рану.

     Я ничего не сказал, хотел снять с себя рубашку, как поучаствовал резкую боль в руке, была больно, я стиснул зубы, Кайра тут же посмотрела на меня.

     — Боли?

     — Ничего это терпимо, — говорю я, и начинаю растягивать пуговицы на своей рубашке.

     — Постой, — Кайра встала и подошла ко мне. — Давай я, — она убрала мои руки, и сама начала растягивать пуговицы, молча, я лишь замираю, ничего не могу сказать или же возразить, просто смотрю как она раздевает меня.

     Когда она осторожно сняла с меня рубашку, попросила сесть на диван, я молча выполнил то, что она сказала, и она сняла мою старую повязку, осторожно, почти с нежностью начала обрабатывать мою рану. Я будто решился умение говорить, молча, как немой смотрел на неё, жадно изучая каждую черту её лица.

     Её черный брови, длинные как крылья бабочки ресницы, ровный утонченный носик, на ямочки, который появлялись когда она что-то говорила, на её пухлые губы, цвета малины, и самое главное на её глаза. Её глаза, я в жизни не видел более красивых глаз чем у нее. Её голубое, словно небо в самую красивую погоду глаза, в них была столько красоты и эмоций. Каждая её черта, была как творения искусство.

     — Ты меня вообще слушаешь? — её голос который был полон возмущение, вернула меня в реальность, и я вопросительно взглянул на в её глаза.

     — Ты что-то сказала?

     — Говорю рука не болит? — показала она мою руку, которую она сейчас держала в своей, на моей ладони была глубокий порез.

     — Чего мне переживать, у меня есть прекрасный врач, который мне поможет. Не так ли, Бабочка? — с улыбкой проговорил я, Кайра вздыхает, а потом подула на мою рану.

     — Любое лекарство может быть во вред человеку, если его принимать больше чем нужно, так же и с врачом. Иногда из-за их ошибки люди могут умереть. Если такой термин врачебная ошибка, слышал о таком? — забинтовывая рану, спросила она.

     — Да, но я тебе доверяю, — говорю я, и она замирает, смотря в мои глаза.

     Это была правда, я впервые доверяю человеку, без того, чтобы он этого доказывал. Я просто доверял ей, даже зная, что она может убить меня, что ненавидела меня больше всех, я доверял ей. 

     — Не слишком ли глупо доверять той, кто стреляла в тебя? — Кайра вопросительно взглянула на меня своими красивыми глазами.

     — Доверять тебе это мой выбор, а предать это твой выбор.

     — Хочешь сказать, чтобы теперь мы с тобой не враги? — осведомилась она, вопросительно склонив голову набок. Я ухмыльнулся.

     — Нельзя враждовать с женщиной, тем более с слишком красивой женщиной, — она рассмеялась, обнаружив при этом ровный ряд белоснежных зубов.

     — Мой тебе совет: не доверяй женщинам. В особенности слишком красивым женщинам.

     — То есть, я не могу тебе доверять?

     — Я бы на твоём месте не доверяла, — честно ответила она, а потом засмеялась глубоким, грудным смехом.

     Я лишь смотрел на неё, не мог оторвать взгляда, у меня была такое ощущение, будто я вижу её впервые. Ей шла улыбка, она сияла когда улыбалась.

    — Но я уже принял решение доверять тебе, — снова говорю я, Кайра смотреть на меня несколько секунд, а потом тихо прошептала.

    — Ужасное решение, правда. Нельзя доверять тому, кто ненавидит тебя.

     Кайра ненавидела меня, я это прекрасно понимал, но что-то подсказывает мне, что она не мой враг. Только не она.

     — Ты никому не доверяешь, почему?

     Мне была интересна, в какой момент она перестала верить людям, потому что та маленькая девочка, которую я знал, верила во все что ей говорили. Кто тогда её настолько сильно разбил, что она перестала доверять людям?

     — Знаешь, трудно доверять людям, когда все вокруг ненавидят тебя, и хотят твоей смерти, — на мгновение её лицо исказилось, и тонкие пальцы судорожно сжали аптечку, которую она сейчас держала в руках. — Вообще человек не сможет доверять, кому-то кто его решил чего-то в жизни.

     Кайра посмотрела на меня, и её красивое лицо снова исказилось. Но в этот раз это была не боль. Не знаю, злоба это была или гнев… пожалуй, то и другое вместе.

     — Я считаю, что доверять можно только тем, кто тебе доверяет. Я тебе не довариваю, и поэтому ты тоже не доверяй мне. Я не хочу разочаровать тебя, потому что я не уверена в себе, когда дело касается тебя. Может быть не сейчас, но однажды я верну тебе ту боль, которую ты вселил в моё сердце.

     — Я никогда не делаю то, о чем потом буду жалеет, — твердо сказал я, смотря в её глаза. — Я мало кому доверяю. Вернее сказать этих людей можно посчитать по пальцам. Поэтому, если я говорю, что доверяю тебе, знати я действительно доверию тебе, Бабочка.

     Кайра смотри на меня каким-то странным взглядом, будто пытается прочитать меня, вру ли я сейчас, или нет. Кажется она ничего не смогла найти, поэтому быстро встала на ноги.

     — Я пойду, ты прими свои лекарства, — она только прошла мимо меня, как я осторожно схватил её за запястье, и повернул к себе лицом.

     Нежно провел пальцами по её руке, ощутив с какой силой бился её пульс у себя под рукой, её глаза расширились от удивления.

     — Что ты делаешь?

     — Как ты себя чувствуешь? — Подняв руку, я провел пальцем по ее волосам и нахмурился. — Только ответь честно. Ты в порядке?

     Кайра смотри на меня несколько секунд, будто хочет что-то сказать, но молчит. Это сводит меня с ума, она была не в порядке. Только сегодня она потеряла своего друга, свою семью, а сейчас пытается как-то улыбнуться, но это не она. Я вижу боль в её глазах.

     — Я в порядке, — после долгого молчания, вдруг сказала она, и улыбнулась. Врёт.

     — Скажи это ещё раз, но в этот раз честно. Ты в порядке? — Кайра смотри на меня как-то слишком странно, будто её впервые спрашивают, в порядке ли она?

     — Я…— она замочила, опустила голову, смотрела на свои руки, её пальцы сжимаются вокруг её запястье, её ресниц подрагивают, она кусает губы, будто пытается проглотить свою боль.

      — Нет, не делай так. Посмотри на меня, — я взял двумя пальцами её за подбородок, и она взглянула в мои глаза.

     В этот момент в её глазах была столько боли и тоски, что мне странно не по себе.

     — Хватит себе причинять боль. Не держи это в себе. Скажи мне. Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке?

     — Я.…— Она покачала головой, и её глаза наполнились слезами. — Просто… — Прижав ладонь ко рту, она повернулась, чтобы скрыть от меня свои слезы. — Можешь не смотреть на меня? Прошу…— её голос дрожит, она не хочет, чтобы кто-то видел её в таком состоянии. И в особенности я.

     — Кайра…— я прикоснулся к её плечу, и осторожно повернул её к себе, она отчаянно качает головой, не хочет смотреть. — Не поступай так.

     — Она умерла…из-за меня… Ей наверное была очень страшно и больно…— Кайра замолкла, не договорив, её глаза наполнились новыми слезами, и моё сердце болезненно сжалось.

     Слёзы лились по щекам, подборка начала дрожать. Кайра прикрыла рот рукой и сделала шаг назад. Потом еще один. Она повернулась, и снова захотела сбежать от меня.

     — Не убегай от меня, когда тебе больно, — моя рука легла ей на талию. Я схватил ее и, прижав к себе,

     — Пожалуйста, отпусти, — вдруг жалобно попросила она.

     — Нет, — прохрипел я, ей в затылок, и уткнувшись ей в волосы, вздохнул. — Если хочешь плакать, плачь передо мной. Я хочу быть рядом с тобой, когда тебе больно.

     — Я не в порядке, Арман… мне так больно…

     Кайра повернулась ко мне лицом, обняла меня, уткнувшись мне в груди, она разрыдалась. Я обнял её в ответ, прижал как можно сильнее, и закрыл глаза. Это всё случилось из-за меня. Я виноват в том, что сейчас она переживает.

     ***Кайра

     Ты в порядке?...

     Как бы это не звучало, но меня никто не спрашивал, как я себя на самом деле чувствую. Никому не была интересна, что я пережила, или чувствую. Кроме него…. Вчера ночью Арман стал первым человеком, кому я действительно ответила, кому сказала правду. Я не была в порядке. И не думаю, что буду в ближайшее время. Этой ночью даже под воздействием лекарств я не мог спать, мне снились кошмары, и в каждом я не могла спасти Снежинку. Я её теряла раз за разом, и с каждым разом боль была сильнее.

     Сейчас я сидела в своей комнате, после душа, мне ничего была одеть, все мои вещи сгорели, теперь у меня кроме телефона и колышка ничего не осталось. Всё сгорела и превратилась в пепел, как и моя жизнь.

     Я посмотрела на свою одежду, которая уже высохла, а потом тяжело вздохнув, одела их. Переодевшись я вышла из комнаты, из нижнего этажа раздавались голоса, я подошла к стеклянным перилам, и взглянула вниз. На первом этаже стоял Арман, со своими людьми, они о чем-то спорили, Арман был на грани срыва, потому что Азат его отчитывал.

      — Что здесь происходит? — спустившись по лестнице, спросила я, и они все посмотрели на меня.

     — Ничего! — Арман снял с себя этот проклятый бандаж и бросил в другую сторону.

     — Госпожа Кайра, хоть бы вы скажите ему, чтобы он позволил нам ему помочь. Ему нельзя перезагружать руку, а он хочет все делать сам, — говорит Азат, и Арман метнул в него холодный взгляд.

     — Ты снова снял это бандаж, — говорю я, и подходя беру бандаж с пола, ставлю его на стол, а потом подхожу к Арман. — Знаю, что ты не хочешь казаться слабым, но просит помощи не делает тебя слабым, — я поправила его рубашку, а потом начала застёгивать его пуговицы. — Давай, — я протянула руку, и Азат моча дал мне галстук. — Никто не сомневается в твоей силе, — я обвела вокруг его шеи черный галстук. — Будешь игнорировать свое здоровье, я так же буду игнорировать твои приказы, — через минуту я закончила возиться с галстуком, и помогла ему одеть костюм, а потом надел на его снова бандаж. — Готова!

     Я поднимаю голову и замираю, Арман смотрел на меня молча, он был нервным, но ничего не говорил, а его люди смотрели на нас с хитрой улыбкой, я не сдержалась и улыбнулась, а потом быстро прячу свою улыбку и снова смотрю на него.

     — Ты принял свои лекарства? — с видом строго врача спрашиваю его.

     — Да, — сквозь зубы прошептал он, смотря на Азат самым смертельным взглядом, будто сейчас убьет его.

     — Прекрасно, а куда вы идете? — смотря на их костюм, спросила я.

     — У нас собрание правление кланов, — поправив свой костюм, ответил Арман, и у меня сердце упало.

     — Это из-за меня? — Арман резко посмотрел на меня. — Тебе что-нибудь сделают из-за того, что я здесь? — со страхом спрашиваю я.

     — Кто и что мне может мне сделать? Ни у кого не хватит сил, что-то сделать мне, — с уверенностью сказал он. — Ладно, нам уже пора. Ты можешь не переживать, в Пентхаусе ты в безопасности. Я скоро вернусь, — он только хочет уйти, как я схватила его за руку, Арман остановился и посмотрел на меня.

     — Арман…— я сначала посмотрела на его людей, он тоже посмотрел на них, а кивнул, и они быстро покинули дом.

     — Что случилось? Ты в порядке? — он взял мою руку, и взглянул в мои глаза.

     — Если они будут давить на тебя из-за меня, откажусь от меня, хорошо? Я вернусь, если…— Арман прижал свой указательный палец к моим губам, заставляя меня замолчать.

     — Я никогда от тебя не откажусь.

     — Но они всё равно захотят меня вернуть обратно, — Арман улыбнулся моим словам.

     — Будто кто-то из них  сможет забрать тебя у меня! — Арман приблизился к моему лицу, у меня дыхание перехватило от того, как он был близок. — Если они попытаются забрать тебя у меня, я обрушу тот стол им на головы, и сделаю этот город их могилой! — клятвенно произнес он, а потом закрыл глаза, и прижался лбом к моему лбу. — Если для того, чтобы держать тебя рядом с собой, нужно начать новую войну, и разрушать этот мир, то я согласен. Я разрушу все, но не отдам тебя им! Ты моя, Бабочка, — прошептал он, несколько секунд пристально смотрел мне в глаза, а после наклонился и коснулся губ нежным поцелуем.