13. Горелая. Не буди лихо...

«Какой я, понять бы: я демон или ангел?

Я миролюбивый, или мне надо проблем?

В моей голове то невероятный крамп, то балет.

Кто-то бунтует всегда на моём корабле»

Tanir. Бунт на корабле

Я попросила у Вики мобильник. Номеров рыцарей у меня не было, зато я помнила телефон Помойки. У меня хорошая память на числа.

«Это Настя, привет. - Проэсэмэсила я. – Со мной все норм. Я оставила в спальне свою библию. Не знаешь, где она сейчас?»

Ответ пришел минут через пять – я как раз успела умять соответствующее количество сырников, которые напекла Викина мама – волонтерка жила с ней. Отец девушки умер от рака пару лет назад. Это на его машине Вика умыкнула меня из Дурдома.

«Библия у Мерлина. – Писала Помойка. – И твой мобильник тоже. Он считает тебя шпионкой».

Я вздохнула. Конечно, Мерлушкин не дурак, да и Ленка только прикидывается чумоходкой.

«Объясню все при встрече. – Набрала я, как только смыла с рук сметану и жир. – Телефон очень нужен».

«Придется подождать. – Отозвалась Ленка. – Сама знаешь, почему. Я буду там вечером».

Я сразу поняла, где это «там».

Фигасе! Помойка в чирлидерши заделалась?! Жесть.

Вообще-то я сама собиралась на стройку. Нужно было, нет, просто необходимо заснять последний акт драмы. Кульминацию и развязку. Чтобы у нашего с Денисом видео получился достойный финал.

«Возьмешь мой мобильник с собой?» - Написала я. Подумала и добавила. – «Или пусть Мерлин возьмет».

Помойка медлила с ответом. Я присела в зале на диван, накрытый плюшевым покрывалом с тиграми. Вика с матерью мыли посуду на кухне и переговаривалась вполголоса. Я кожей чувствовала, что речь идет обо мне.

Волонтерка наплела маме, что пригласила меня в гости, чтобы помочь с фильмом, который мы, креативные воспитанники, типа снимаем о детском доме. Мама не то, чтобы очень обрадовалась, но улыбку держала, хотя та чуть померкла, когда Валентина Андреевна разглядела мою физиономию. Интересно, что женщина говорит Вике теперь, когда они остались наедине? «Эта детдомовская слишком много сырников схомячила»? «Чтоб духу ее тут не было»? «Постирай потом полотенце для рук, вдруг она заразная»?! А-а, пофиг. Вот выйду из Дурдома и заведу себе сама такой диван с мохнатым покрывалом.

Мобильник в руке мяукнул: пришел ответ от Помойки:

«Великий и ужасный запрещает тебе туда идти. И мне, кстати, тоже».

Да кем Мерлин себя возомнил?!

«Ты, конечно, послала его?»

«Наоборот. Поблагодарила за заботу. Но я все равно пойду. Просто не буду об этом кричать на каждом углу. Посмотрим, какой Мерлин ясновидящий!»

Не, бабский бунт это, конечно, замечательно. Давно наболело. Но мобильник-то мой у Мерлушкина, а не у Помойки!

«Поосторожней там. – Предупредила я Ленку. – И не пиши сюда больше – это чужой телефон».

Я снова подумала о Дашке. Наверняка на канкулы папаша отправил ее на какие-нибудь Мальдивы – подальше от греха. Хм... скорее, настолько далеко, чтобы его глаза греха не видели. Но в понедельник - школа. Может, Батурова уже вернулась? Я, кстати, знаю, где она живет. Вернее, в каком подъезде: наверх-то я никогда не поднималась. Неужели не вычислю квартиру методом дедукции?

Если Дашка дома и наслышана о дуэли, она придет на стройку стопудово, кто бы ей чего не запрещал. Король хвастался, что она через балкон к соседке перелезала, когда отец как-то ее посадил под домашний арест, а уже от соседки...

Стоп! Вот и важная деталь: у Батуровых есть балкон.

Теперь предположим, что Артур решил не отягощать трепетное Дашкино сердце и скрыть от нее топовое событие сегодняшнего вечера. Тогда я возьму роль вестника на себя. У Дашки телефон не чета моему. Айфон последней модели, а там камера с такими примочками!... Я бы с удовольствием сняла полет Титана в шахту лифта в слоу-моушен. И поставила на повтор. Решено! Следующий пункт программы – Батурова.

Неожиданно, но Вика не хотела меня отпускать. Вбила себе в голову, что несет за меня ответственность. Это после того, как подвезла меня и сырниками накормила? Пришлось заверить волонтерку, что Дашка моя одноклассница и очень хорошая подруга, что она поможет доделать клип, а потом ее родители даже, быть может, разрешат мне остаться у нее на ночь. Ну, а если нет, то я вернусь к Вике – это мне пришлось клятвенно пообещать. Еще волонтерка затребовала Батуровский номер, но тут я спокойно соврала, что он в моем мобильнике остался, а наизусть я его не помню.

Подвалила я к Дашкиному дому в районе четырех. Погода как с цепи сорвалась – вот что значит глобальное потепление. Хорошо хоть на ногах у меня вместо тапок – Викины резиновые сапоги, утепленные, красивые такие, с цветочками и резинкой по верху. А еще волонтерка одолжила мне свою старую парку и зонт. Зонт, правда, уже сломало ветром – с двух спиц сорвало ткань и выгнуло их не в ту сторону. Но ничего, может, потом получится починить. Зато есть надежда, что в такую погоду Дашку можно застать дома.

У двери подъезда меня встретили мягко подсвеченный оранжевым домофон и запертая дверь подъезда. Теоритически я представляла себе, что снизу можно позвонить в квартиру – к домофону даже прилагалась табличка с инструкцией для тупых. Вот только как узнать, в каком именно номере живут Батуровы? Что ж, придется подкрепить дедукцию методом научного тыка. И, конечно, импровизацией.

Я выбрала для звонка квартиру на втором – оттуда начинались балконы. Никто не ответил. Ладно, попробуем соседнюю.

- Здравствуйте, - затараторила я, как только ломкий старушечий голосок продребезжал из динамика: «Хто там?». – Это Дарья Батурова? Дарья, я нашла вашу сумочку, вы ее в кафе забыли, помните? Там все: и кошелек ваш, и документы. Вы не откроете, я вам ее отдам?

- Ты не в ту квартиру звонишь, милочка. – Оживившимся голосом проскрипела бабулька.

- Как это не в ту? – Изобразила я удивление. – Я же в паспорте прописку посмотрела. Вы разве не Батурова?

- Говорю же: не в ту! – Довольно шамкала бабка. – У меня пятьдесят пятая квартира, а у Батуровых – шестьдесят пятая.

- Шестьдесят пятая? Ой, простите. Я цифру на домофоне неправильно нажала.

Вот так. Проще пареной репы. Теперь набираем Дашкину квартиру.

Звонила туда я долго. Когда уже практически убедилась, что Батурову на Мальдивах смыло цунами, из динамика донеслось с сексуальной хрипотцой и французским прононсом:

- Это автоответчик. Никого нет дома. Не стоит оставлять сообщение, их никто не слушает.

Простыла она там, что ли, под своими пальмами?

Я не стала долго объяснять, кто я, и чего мне надо, а ответила в Дашкином духе:

- Привет, автоответчик. Король сегодня сразится с Титаном. Все билеты в финал распроданы, но могу продать один со скидкой в первый ряд.

Доходило до Дашки секунды три, а потом домофон замигал зеленым. Из чего я заключила, что Батурова поняла: речь идет не о футбольном матче.

Семья Батуровых выкупила две смежных квартиры на четвертом этаже и отгородила свое ответвление лестничного коридора решеткой. Впрочем, для меня она преградой не стала: Дашка встретила меня у открытой двери. Загара у нее на лице прибавилось – Мальдивы! – а приветливости убавилось. Еще я обратила внимание на покрасневшие глаза и опухший нос: простуда? Или аллергия на ананасы?

- Что ты там гонишь про Короля? – Здороваться Дашка, очевидно, сочла ниже своего достоинства.

Пришлось пересказывать основные события, которые Батурова пропустила, валяясь на пляже. Внимала она молча, изредка прерывая мой фонтан краткими возгласами, в основном матерного содержания, и щелчками зажигалки. Сначала Дашка курила на лестнице, потом мы поднялись в квартиру, потом – когда я дошла до видеоэпопеи, которая требует мощного финала, - мисс Бикини курила уже в форточку, стоя на подоконнике.

- Отец везде понатыкал детекторы дыма, - пояснила она. И добавила. – А ты вообще в курсе, о чем мой влог?

- Конечно, - соврала я. Лесть еще никому не вредила. Да и потом, какая разница, о косметике Дашка ролики делает или о диетах. – Артур мне показывал. Все круто.

- Да ну? – Батурова подняла одну идеальной формы бровь – у нее это здорово получалось, наверное, долго тренировалась перед зеркалом. – Ладно. Жди тут. Я щас.

Она отстрелила окурок в дождь и закрыла форточку. Спрыгнула на пол, бесшумно приземлившись в своих пушистых носках, и скрылась за одной из двойных дверей. В квартире, к счастью, никого больше не было. Я пялилась на развешанные по стенам здоровенные картины в позолоченных рамах с завитушками. Везде фрукты, кувшины, мертвые птицы, мертвые цветы в вазах. Рядом тикают старинные часы с трубящими ангелочками, стрелка которых медленно ползет к половине пятого. Блин, Батурова что, марафет там наводит? Или платье в шкафу выбрать не может? Хотя она же не носит платья...

Наконец двойная дверь распахнулась, и явилась Дашка, твердо впечатывая в паркет каблуки. Вместо потрепанных шортов с бахромой и капюшонки, открывающей голый пупок, на ней был костюм Женщины-кошки. Вернее, так мне сначала показалось. Высокие ботинки на рифленой подошве, кожаные штаны, кожаная курточка – все, конечно, черное и сидит, как вторая кожа. В руке плотно набитая сумка – тоже черная.Только хвоста не хватает.

- Что у тебя с собой? – Батурова опустила сумку на пол, сунула руку за спину и стала там с чем-то возиться. Ну точно, хвост поправляет.

- В смысле? – Не поняла я. – Говорю же: мой телефон в Дурдоме остался.

Дашка демонстративно закатила глаза.

- Да я не про это. Я вот про что. – Она вытащила руку из-за спины, и у меня вдруг возникло стойкое ощущение, что я сплю и вижу очень плохой сон. В хрупкой Дашкиной руке топорщился короткий черный пистолет, пластиковый на вид. 

С картины за ее спиной на меня смотрели мертвыми глазами застреленные фазаны.