7. Мерлин. И тебя вылечат...

«Темнота. Поиск черного кота.

Одна беда - комната замкнута.

Итак, лживость ума опасней, да,

Чем та лживая искренность рта»

Тбили Теплый. Темнота

- А чем это от тебя несет? – Лопасть рядом со мной сморщил нос.

Я тоже принюхался к Насте. От нее пахло чем-то резким цветочным и... горелым. В сочетании с растерзанным видом и диковатым взглядом Красавиной это наводило на мысли. А еще мои уши уловили какой-то шум. Может, визги и девчачьи вопли доносились через открытые форточки верхнего этажа и раньше, но пока Король бушевал, мы этого не слышали. Зато теперь к ним добавились надрывные крики:

- Красавина! Ты где? Настя! Вернись немедленно! – Орали воспитки за углом Дурдома.

- Атас! - Возбужденно закрутил башкой Лопасть, взяв на себя роль Вороны, которая все еще сидела в спальне.

- Настюха, что ты натворила? – Нахмурился Король.

- Долго объяснять, - махнула рукой Горелая и повернулась к волонтерке, ошеломленно наблюдавшей за развернувшейся перед ней сценой. – Вика, миленькая, можно я у вас в машине спрячусь? Я на пол лягу, меня никто не увидит. А вы просто уедете – вы же и так уезжать собрались, правда? Мне тут никак нельзя оставаться! Если останусь, меня или снова в карцер, или в психушку! А может – сразу в тюрьму. Тут такое творится, такое!

- Карцер? – Изумленно пробормотала волонтерка, глаза у которой стали размером с блюдца. – Психушка... – Девушка закусила губу, морща высокий лоб.

Шум и крики тем временем приближались. Я обернулся через плечо. Нас пока не обнаружили, но воспитки вот-вот доберутся и сюда.

- Ладно. – Внезапно решилась Вика. – Я вывезу тебя за территорию, хотя, если об этом узнают, мне не поздоровится. Но обещай, что как только окажешься в безопасности, расскажешь мне, что тут происходит. Всю правду!

- Обещаю. – Решительно кивнула Горелая.

Волонтерка распахнула заднюю дверцу машины, и Настя поставила ногу в тапочке внутрь. Вдруг она обернулась на нас, будто о чем-то вспомнила.

- Артур, Мерлин, не забудьте: моя бибилия! Она в нашей спальне осталась. Обязательно ее раздобудьте. Это очень важно!

Я машинально кивнул. Ну точно, Настя рехнулась. Вот только не думал, что это произойдет на религиозной почве. Все-таки религия, и правда, опиум.

Вика захлопнула за Горелой дверцу, вытащила из сумочки блокнот и быстро что-то в нем нацарапала.

- Вот мой номер, - она протянула вырванный листочек Королю. – Позвоните вечером. Колю вам пока навещать нельзя, ему только что сделали операцию. Но как только посещения разрешат, я все организую. Оставайтесь на связи.

В этот момент из-за угла Дурдома показались запыхавшиеся Сирень и Хари-Кришна. У Сирени на плечах болталось незастегнутое пальто. Хари-Кришна так и выскочила на холод в развевающемся оранжевом то ли платье, то ли халате.

- Ребята, вы Красавину тут не видели?

- Не-е, - мы дружно замотали головами.

Воспитки подсеменили ближе и, видно не надеясь на нас, обратились к волонтерке.

- Девушка, э-э... Вика, да? Вы тут девочку не видели лет пятнадцати? У нее лицо еще такое, - Сирень растопырила пальцы в кольцах у себя перед носом, - со шрамами.

- И руки, - быстро добавила Хари-Кришна.

- Нет, - Вика шагнула чуть в сторону, загораживая собой стекло у заднего сиденья старенькой «ауди». – А что такое? Что-то случилось?

- Нет, нет, ну что вы, - Хари расплылась в нервной улыбке. Сирень тоже блеснула золотым зубом. – Просто у Красавиной сейчас дежурство. А ее нет на месте. Ну вот мы и подумали...

У воспиток ложь – вторая натура, для них врать так же естественно, как дышать. Может, если бы Сирень и Хари тогда сказали правду о том, что учудила Горелая, Вика отошла бы от машины и сама бы открыла дверцу. Но они предпочли не выносить сор из избы перед посторонней, так что Вика быстро распрощалась, сославшись на занятость, и вырулилила за ворота Дурдома.

Мы узнали, что произошло на самом деле, как только вернулись в корпус. Настюха подожгла Пургу! Да, блин! Рисунков Андерсена и коридора Горелой было мало. Теперь эта пироманка на людей перекинулась! Да так, что Пургу повезли в больничку. А Денис-то еще Красавину защищал! Мол, это точно не Настя, она бы никогда... Ага, как же!

В отличие от ночного пожара на этот раз Горелую видела куча свидетелей. Так что бедная волонтерка, сама того не зная, помогла опасной преступнице да к тому же, возможно, психической.

- Надо Вику предупредить, - насел я на Короля. Разговаривали мы в «зимнем саду». Нужно было поддерживать видимость нормальной жизни, а в это время Король с Лопастью обычно ходили в бассейн. – Мало ли что. Не хочу, чтобы у нас на руках была чужая кровь.

- Ты хочешь сказать, зола? – Хихикнул Лопасть, у которого всегда было черное чувство юмора.

- Атас! – Каркнула Ворона, которую я вызволили из заточения в спальне, и встряхнулась.

- Прежде, чем кому-то звонить, надо сначала самим разобраться, что да как. – Король задумчиво теребил висящее на плече полотенце. – Поджечь живого человека – отчаянный шаг. Что-то же Настюху на это толкнуло? К тому же, она гнала о мести воспам и о своей библии. Думаю, с библии и надо начать.

- Да она просто чекалдыкнулась! – Возразил я. – Знаешь, говорят, любовь – это психическое заболевание. Вот она в Андерсена втрескалась - и того.

- Ну знаешь, - Король неодобрительно покосился на меня, - если так расуждать, половину Дурдома надо на психу отправить.

- Ага. А я оттуда ваще вылазить не буду, - радостно закивал Лопасть.

- Может, ты завидуешь, Мерлух? – Артур в шутку шлепнул меня полотенцем. – Смотри, так девственником нецелованным и помрешь.

- Еще, еще! – Заорала хрипло Ворона, раскачиваясь у меня на плече.

Пацаны заржали:

- Во, даже птица чувствует, что ты безнадежный!

А я стоял, весь красный, под шляпу прятался, и думал об Асе. Смог бы я ради нее совершать безумные поступки? Даже если бы знал, что мы подходим друг другу так же, как звезда и болотная жаба? Ведь Ася – явление совсем другой категории. Я мог представить ее рядом с Денисом, а вот рядом с собой... Тут воображение зашкаливало.

Не знаю, на что надеялась Горелая, но она, в отличе от меня, не сдавалась. Не боялась показаться смешной, жалкой и нелепой. Ее упорство вызывало даже уважение. Ее отчаянность наводила страх. Нет, я никогда не смог бы любить так. А ведь говорят, девушкам нравится, когда парни показывают, что готовы пойти ради них на все. Что бы сделала Ася, если бы я внезапно появился перед ее дверью с огромным букетом цветов или с плюшевым медведем? Или с Вороной, которую подучил бы говорить: «Ася красивая»? Или: «Ася, ты мне нравишься». Или: «Ася...»

- Эй! – Лопасть заехал мне по плечу, а Ворона недовольно каркнула в ухо. – Отомри. Не время для эротических фантазий. Слышал, что Король сказал про библию?

- По ходу, нет. – Вздохнул Артур. – Я сказал, пока мы в бассейне, поговори насчет библии с Помойкой. Она вроде теперь наш агент в бабском стане.

Я только вздохнул:

- А вам обязательно туда идти?

Если честно, я имел в виду не столько тренировку по плаванию, сколько предстоящую дуэль на стройке у железки. Как только мы остались одни, я высказал Королю все, что я думаю по поводу его «гениального» плана.

- Самоубийца! – Орал я, а Ворона металась взад-вперед по подоконнику, повторяя мои передвижения. – Пятнадцатый этаж! Да от тебя даже не смятка, одно мокрое пятно на полу останется.

- Не кипишись, - отмахивался философски Король. – Ширина шахты всего два метра. А я на физре больше четырех прыгаю.

- Но это не физра! – Размахивал я руками, которые тряслись больше обычного. – Там ямы с песком не будет! И если не допрыгнул, второй попытки тоже!

Но Артур, конечно, меня не слушал. И сейчас не послушал тоже. Закинул полотенце на плечо и потопал себе в бассейн. А Лопасть щенком вокруг него прыгал. Конечно, этому-то все хихи-хаха. Он наверное вообще не верит, что смертен. И Король для него вечен, как бог.

В общем со всеми этими переживаниями я совершенно забыл, что телефон-то у меня еще с утреннего собрания стоит на беззвучке. А потому обнаружил СМСку с номера Короля только, когда отправился Помойку разыскивать. Денис прислал мне фотку своего рисунка, сопровождавшуюся вопросом: «Мерлин, ты когда-нибудь это место видел? А штуковину вроде пуговицы? Знаешь, что это? Ответь срочно!» Подписался Андерсен очень странно: «Будда».

«И тебя вылечат, - пришло мне на ум классическое. – И Настюху вылечат».

Я увеличил картинку на экране с паршивым разрешением. А следующее, что помню: я сижу на полу, спиной к стене, а по ногам у меня Ворона скачет и за коленки щиплет:

- Мерлин! Мерлин!

На этот раз меня не мутило, и башка не болела. Наоборот: я вдруг стал видеть все кристалльно ясно, а в теле легкость такая образовалась – дунешь, полечу.

Я подобрал с полу телефон – к счастью, он не пострадал, - и снова увеличил рисунок. Так вот зачем Андерсен разбудил меня посреди ночи! Не знаю, как ему это удалось, но я будто снова оказался в том месте, которое увидел во время гадания. Все было воспроизведено верно до малейшей детали. Вот только это был не подвал. Я с самого начала пустил друзей по ложному следу. Зациклился на ступенях и следах, и забыл о том, как в окне свисел ветер, доносивший внутрь крики птиц.

И еще косточка... Та круглая косточка, что прыгала по лестнице. Денис написал, что она похожа на пуговицу. И мне кажется, я такую раньше где-то видел. В реале. Вот только никак не могу вспомнить у кого. То же самое и со зданием на картинке. По краю памяти скользит что-то смутно знакомое, но что именно – я определенно сказать не могу.

«Надо срочно показать рисунок остальным, - решил я. – Может, кто-то что-то вспомнит». И отослал Денису ответ: «Привет, Андерсен! Место и пуговица точно, как в моем видении. Кажутся знакомыми. Вспомню, где их видел, сразу напишу. Как ты сам? М.»

Потом подумал, что надо бы добавить насчет дуэли, Розочки и Горелой. Но пальцы у меня дрожали так сильно, что я не стал мучиться – позвонил. Андерсен был недоступен. Наглухо.