9. Денис. Письмо Ника

«Здравствуй, Денис.

Я был очень рад слышать твой голос по телефону, но, к сожалению, нас прервали, и возможности поговорить больше не представилось. Я узнал, что тебя перевели обратно в Центр, как мне и обещали. Надеюсь, у тебя все хорошо. Как твое самочувствие? Тебе, наверное, давали в больнице какие-то лекарства? Я слышал, у них много побочных эффектов.

Я очень за тебя волнуюсь, но тяжелее всего для меня то, что я практически ничего не могу для тебя сделать, никак не могу помочь. Все мои усилия разбиваются о стену правил, законов и тупой бюрократии. Даже связь с тобой не надежна. Я не знаю, доходят ли до тебя мои письма, не знаю, когда ты сможешь их прочесть, и когда мне ждать ответа.

Дозвониться на твой мобильный я отчаялся. Ты ничего мне о телефоне не писал, хотя я спрашивал, так что я исхожу их того, что ты мобильник или потерял, или с ним что-то случилось. Поэтому я послал тебе посылку с новым. Это, конечно, не навороченный айфон, но звонить с него будет можно и в интернет заходить тоже. Ты писал, что в Центре у вас нет вайфая, но, может, он есть в школе? Или ты можешь оплатить мобильный интернет?

Тебе, конечно, придется купить российскую симку или абонемент. Денег письмом я тебе послать не могу, это в Дании запрещено. Но я связался с волонтерами, которые работают в вашем Центре, и через них смогу передать тебе немного. Не удивляйся, если тебя навестит девушка по имени Виктория Бабичева. Это мой «посланец». Думаю, 500 крон тебе хватит? Конечно, Вика передаст тебе деньги в рублях.

Наверное, ты удивишься, что я деньги тебе пересылаю через добровольцев, а не через администрацию центра. Но мне сказали, что посылку для тебя на имя директора послать можно, а деньги они слать не рекомендуют. Потому что, мол, ты их все равно на выпивку потратишь или сигареты. Я ведь знаю, что ты табачный дым на дух не переносишь, да и выпивать не любитель. Но «не рекомендую» у вас в Центре, очевидно, то же самое, что нельзя. Так что пришлось задействовать волонтеров. К счастью, у них есть группа в ВК, которую я не без труда нашел, так что жди Вику 

Денис, я очень надеюсь, что тебя скоро заберут в семью: усыновят или возьмут под опеку. Наконец это стало официально возможным, потому что твоя мама отказалась от своих прав на тебя, и это утверждено судом. Я хотел поговорить с тобой об этом, когда звонил в больницу, но, как я уже сказал, нас рассоединили. Да и, наверное, не слишком удобно было бы обсуждать такую тему по общему телефону, где тебя мог бы кто-то услышать.

Надеюсь, ты не воспринял новость о твоей маме слишком тяжело. Ты же понимаешь, что везде тебе будет лучше, чем с ней. Ведь когда ее нашли и сообщили о том, где ты находишься, она даже навестить тебя не пожелала. Ее бы в любом случае лишили прав, если бы даже она выразила желание забрать тебя из Центра. Но все решилось проще.

Зато теперь, когда ты получил статус сироты, у тебя появилась надежда и перспективы на будущее. Я буду отслеживать базу данных сирот, и как только там повяится твоя анкета, сразу поделюсь ею в соцсетях. Может, хоть так я смогу тебе помочь. Тебя уже снимали для базы данных? Знаю, ты не любишь фотографироваться, и понимаю, что тому причиной. Но все же постарайся пересилить себя – для будуших усыновителей важно видеть фото ребенка, который, воможно, станет частью их семьи.

Мне, конечно, трудно понять систему, где родители могут выбирать ребенка, как куклу на магазинной полке. Здесь, в Дании, приемная семья получает подопечного по решению муниципалитета, и не имеет права выбирать ни пол, ни возраст, ни уж тем более внешность ребенка. Но в России все по другому, и тебе придется жить по правилам родной страны. Поэтому постарайся хорошо выглядеть в день съемок и не очень хмуриться – это может повлиять на твою судьбу.

Очень надеюсь, что ты будешь регулярно отвечать на мои письма – пойми, мне очень важно знать, что происходит в твоей жизни, что у тебя на душе. Посылка будет идти недели две, так сказали на почте. А потом мы сможем наконец нормально поговорить. Как только получишь номер, звони мне или шли СМС, и я перезвоню тебе через скайп – так будет дешевле.

Всего тебе наилучшего и привет от Малены,

Ник».

Я прочитал это письмо в компьютерном клубе, пока Горелая в туалет отошла. Строчки насчет матери, суда и отказа от родительских прав мне пришлось пробежать глазами раз пять прежде, чем я смог понять их смысл.

Маму нашли. Ей рассказали обо мне. Но она отказалась даже увидеться со мной, не то что забрать к себе. А теперь по закону она больше не моя мать. Просто чужая женщина с той же фамилией. Малышевых в России много.

Я знал, что никогда не вернусь к ней. Только не после того, что она сделала. Не после того, что случилось со мной по ее вине. И все равно мне было больно. Оказывается, в глубине души, в каком-то тайном даже для меня самого ее уголке, я надеялся, что мать хотя бы попытается бороться за меня. А теперь выходило, будто она бросила меня второй раз. Как мусорный пакет, выкинутый на помойку, который кто-то подобрал и попытался всучить обратно хозяйке. Вот так я себя теперь чувствовал: раздувшимся от гнилых очистков мусорным мешком.

Строчки на экране расплылись передо мной, голоса геймеров за соседними компьютерами слились в ровный гул. Я радовался, что они были слишком поглощены «Асассин Крид», и на меня не смотрели, потому что с лицом у меня, стопудово, творилось что-то неладное.

- Денис, ты в порядке? – Горелая плюхнулась на стул рядом со мной. – У тебя такой вид, будто ты на мониторе смерть свою увидел.

Я молча нашарил мышку и попытался закрыть письмо, но у меня все не получалось попасть, куда нужно. И вовсе не потому, что из-за порезов мне приходилось держать мышь левой рукой.

- Денис, - Настя накрыла мою ладонь своей, - что случилось? Это в письме что-то?..

Я мотнул головой и постарался говорить нормальным голосом.

- Моя мать отказалась от родительских прав. Вот почему мне видеопаспорт делали. А Канцлер, тварь, мне даже ничего не сказала. Вообще ни слова.

Настя сочувственно сжала мои пальцы. Ее кожа казалась обжигающе горячей портив моей, холодной и липкой от пота.

- Да сволочи они все. У нас у одной девочки мама-алкашка умерла, печень отказала. Так девчонка эта только через год узнала о смерти матери, и то случайно – услышала разговор директрисы с бабой из опеки. Не то, чтобы это тебя утешило, конечно. А кто тебе про маму рассказал?

Я объяснил про Ника – очень коротко, без подробностей – и закрыл наконец окошко с письмом.

- По такому случаю и бухнуть не грех, - заключила Горелая, задумчиво крутя на пальце прядь волос. – Знаешь, можно совместить приятное с полезным. У меня днюха в воскресенье. Мы с девками отмечать будем. Но я с ними долго рассиживаться не собираюсь – им только дай повод нажраться. Так что ты заходи. Им и без меня весело будет, а мы завалимся куда-нибудь и лампово посидим, а?

- У тебя день рождения? – Я постарался забыть о своем новом статусе и молчании Канцлера. – Блин, что же ты раньше не сказала? У меня ведь даже подарка для тебя нету!

- Да ну, - отмахнулась Настя. – Не привыкшие мы тут подарки получать. Администрация подарит пенал там или шоколадку, и то ладно. Зато вот бухла девчонки раздобудут, это точно. А Помойка еще небось и тортик испечет. Она, как сказочный солдат, из топора может любое блюдо замутить.

- Ну, это, может, у вас, - возразил я. – А я считаю, именинника надо поздравлять. Так что я придумаю что-нибудь. И спасибо за приглашение.

Я действительно очень хотел сделать Насте хороший подарок. Что-нибудь, чего ей действительно очень хотелось бы, а не канцелярские принадлежности или конфеты. Что-нибудь, что бы осталось у нее в памяти. Чтоб потом, спустя много лет, когда она будет вспоминать о своем детдомовском детстве, она бы вспомнила и пацана по имени Денис, который подарил ей праздник.