Глава 29. Выстрел в спину.

Когда я увидела Энтони, то лишь улыбнулась. Мне не было страшно. Я не боялась, что со мной будет. Совершенно пусто. А вот Алессии бояться стоит, потому что она из другой семьи. И по сути развязала войну.

— Мне конец, — прошептала Алессия.

— Нет, — утвердила я.

Мы остановились, я видела мрачное и гневное лицо Энтони. Затем мы вышли из машины.

— Алессия, стой тут, — пробормотала я.

Она стояла, а я пошла к Энтони, который сверлил меня взглядом. Я остановилась на безопасном расстоянии и только сейчас поняла, что сделала. Я не просто убила Адриану, я её расчленила, и Энтони всё знает. Я совершенно забыла про камеры в особняке.

— Подойди, — его голос был холоден и остёр, словно нож, тем, что я резала Адриану.

— Обещай, что ничего не сделаешь, — хотела сказать твёрдо, но голос дрогнул.

— Сюда. Подойди, — прошипел он, его руки сжимались. — Быстро.

— Пообещай, что... — я не успела договорить, как он двинулся на меня.

— Я сказал, блять, подойти! — крикнул он.

Я вздрогнула и рефлекторно побежала от него. Охрана, которая выбежала из кустов, схватила меня и держала. Я пыталась вырваться, но они не отпускали. Энтони шёл ко мне, и мне казалось, что асфальт под ним трескается либо плавится.

Он вырвал меня грубо из рук охранников, его руки сжимали мои предплечья так, что кости могли треснуть, если ещё сильнее надавить. Он дрожал от злости и ярости. Глаза метали огонь, а зубы были сжаты.

— Ты убила её, — прошипел он сквозь зубы. — Ты не просто убила. Ты блять мучила её!

— Я играла с ней! — крикнула в ответ, а затем замолчала.

Его рука словно поднялась для удара. Я не жмурилась, а смотрела ему в глаза. Он схватил меня за затылок, сжал волосы и дёрнул голову назад. Я поморщилась от боли.

— Ты блять понимаешь, что ты сделала? — его голос понизился до шёпота.

— Убила суку, — прошипела я в ответ.

Алессия стояла около машины. Энтони поднял взгляд на неё и отпустил меня.

— А ты... — его ноздри раздувались.

Я встала между ними и толкнула его назад.

— Не смей даже ей угрожать, — прошипела я. — Она сделала это, потому что я её попросила. Ясно?

— Меня блять не ебёт! — крикнул он, размахивая руками. — Она сука убила члена моей семьи!

— Да какая блять разница! — крикнула я в ответ. — Эта сука всем мешала! Всех бесила!

Энтони дал мне грубую пощёчину. Моя голова дёрнулась, я чуть не упала, но устояла.

— Не тебе решать, кого убивать, Виолетта, — прорычал он и оттолкнул меня.

Энтони пошёл к Алессии, а та покорно стояла и ждала. Я пришла в себя и побежала к ним снова. Я запрыгнула на Энтони сзади. Он удивлённо ахнул и даже не двинулся. Он — чертова гора.

— Если ты не остановишься и не поговоришь со мной нормально, — прошипела я ему на ухо, — я откушу тебе твоё гребаное ухо.

Я держалась за него. Он лишь улыбнулся, но сразу подавил улыбку. Он наклонился вперёд, а я, не успев зацепиться ногами, перевернулась. Затем он быстро выпрямился и схватил меня за талию, сжав бока сильно.

— Виолетта... — прошептала Алессия. — Не нужно.

— Заткнись, Алессия, — я нахмурилась. — Я его сейчас побью, погоди. Потом убежим!

Энтони расхохотался, но смех не был признаком веселья.

— Хочешь поговорить, Виолетта? — прошептал хрипло Энтони. — Хорошо. Давай поговорим.

Он схватил меня одной рукой под подмышку и потащил в дом. А Алессию, как я видела, повели охранники.

— Энтони, не делай ничего Алессии, — прошептала я.

— Молись, чтобы я тебе ничего не сделал, — сказал он спокойным голосом.

Он занёс меня в дом, затем понёс наверх и повернул в сторону моей комнаты. Закрыв дверь, он со злостью захлопнул её — звук раздался по всему особняку так, что стены задрожали. Он поставил меня на ноги и посмотрел в глаза.

— Виолетта, — прошептал он. — Ты блять влезла в мою семью. Убила моего человека. Будучи никем.

— Я считаюсь твоей женой, — прошептала я, смотря в его глаза.

— О нет. Ты лишь фейковая жена. Фальшивка. Нет клятвы. Нет брака, — спокойным голосом произнёс он.

— И что ты сделаешь? — поинтересовалась я. — Убьёшь?

— Да, — ответил он сухо.

— Убивай, — твёрдо сказала я.

— Не тебя, — он улыбнулся. — А твою Алессию.

Я поджала губы, затем вздёрнула подбородок и нахмурилась.

— Ты не будешь этого делать, — я прищурилась.

— Кто сказал, что не буду? — усмехнулся он. — Я имею право.

— Я запрещаю, — я цокнула и хлопнула его по груди. — Хватит блять играть правильного. Ты сам хотел её убить, сам хотел прикончить эту суку! Но не делал, потому что её гребаная мамаша погрузила тебя в долг! Скажи мне спасибо, что это сделала я.

Он схватил мою руку и задрал её над головой, а вторую закрутил, сделав мне больно. Он грубо прижал меня к стене так, что я ударилась головой.

— Больно? — спросил он, поднимая бровь.

— Пошёл к черту, — огрызнулась я.

Он заломал руку ещё сильнее. Я сжала губы, чтобы не завизжать.

— Больно? — снова переспросил он.

— Ответ тот же, — прошипела я сквозь зубы.

Он впился зубами в шею — сильно, жгуче. Я пыталась вырваться, но рука болела ещё сильнее. А он всё давил и давил зубами.

— Больно! — сдалась я.

Он отстранил свой рот от моей шеи, затем посмотрел на меня снова. Я нахмурила брови, и моё лицо стало грустным.

— Почему ты сделала так, как хочешь ты, Виолетта? — пробормотал он.

— Почему по имени называешь? — я подняла бровь, а шея и рука ещё болели.

— Потому что я зол на тебя, — он наклонил голову. — Отвечай на вопрос.

— Потому что я так захотела, — выплюнула я. — Ты мне не указ, раз я не в твоей семье.

Он вздохнул и отпустил мою руку. Я вдохнула от облегчения и помассировала её. Он смотрел на меня, а я лишь косилась. Его рука поправила мне волосы, а затем он обнял меня, прижав мою голову к своей груди. Вторая его рука легла на талию.

— Я не должен тебе этого прощать, — прошептал он мне в волосы. — Но если не прощу, то мне придётся тебя убить.

Я уткнулась в его грудь и вздохнула тяжело.

— Ты видел? — прошептала я.

— Видел, — усмехнулся он. — Я знал, что ты что-то придумала.

— Ну конечно, — цокнула я. — Это был бы не ты, если бы не знал всё сначала. Почему не остановил?

— Я не знал, что именно ты сделаешь. Я и подумать не мог, что центром твоего плана могла стать Адриана, — его рука запуталась в моих волосах.

— Не трогай Алессию, — прошептала я и подняла взгляд. — Пожалуйста.

Он смотрел мне в глаза пристально. Его глаза были какие-то усталые, будто сонные. Я закусила губу.

— Я подумаю, — ответил он сухо. — Но сейчас ты пойдёшь к ней в комнату, и вас там запрут. Ясно?

— Да, — кивнула я. — Спасибо.

Я хотела его... ну, что ли, поцеловать, но он выгнул бровь и отстранился. Он что, собирается кормить меня холодом?

Его рука жестко пришлась мне по заднице, заставляя меня выгнуться и вскрикнуть.

— Давно я тебя не порол, — спокойно сказал он, погладив мою ягодицу.

Я нахмурилась и отстранилась.

— Я пойду в комнату, — пробормотала я.

Он схватил меня за руку и повёл сам, словно думал, что я сбегу. Его рука сжимала мою сильно.

Он втолкнул меня в комнату, где уже была Алессия, а затем с силой закрыл дверь, оставив нас вдвоём. Ошибка.

— Виолетта, — прошептала Алессия и пошла ко мне.

— Не время обнимашек, — пробормотала я и подошла к шкафу.

Я открыла шкаф и достала простыни. Алессия смотрела на меня удивлённо.

— Что ты делаешь? — спросила она, подходя ближе.

— Мы сваливаем в Канаду, — я улыбнулась и стала делать канат. — Мы не закончили наш план. Энтони ещё, кажется, не сказал Лючио, так что думаю, ты можешь воспользоваться своим самолётом. Мы сейчас вылезем в окно, я украду машину, и поедем до аэропорта.

— Виолетта! — воскликнула она. — Ты с ума сходишь! Мне кранты будет, если я ещё и сбегу.

— Не будет, — уверила её я. — Ты сбегаешь не потому что сама хочешь, а потому что я заставляю. Я насильно тебя заставляю.

— Но ты же... — начала она, но я перебила.

— Заставляю, — я подошла к ней и дала леща. — Если не поедешь, то побью.

— Вот сучка, — посмеялась она. — Ладно, заставила.

Я связала простыни, затем посмотрела на неё и подошла к окну, открыла его.

— Привяжи один конец к чему-то, что сможет удержать, — сказала я Алессии, не оборачиваясь.

Она привязала один конец к шкафу. Я дёрнула, проверяя. Всё держится хорошо.

— Я лезу первая, — стала перелазить через окно. — Ты вторая.

Она кивнула. Я стала спускаться по простыням и спрыгнула на землю. Алессия тоже слезла, и мы побежали, прижимаясь к стене особняка. Я взяла камень, чтобы оглушить кого-то, если нам помешают. Стрелять они не будут, наверное.

Мы пробежали к одному из гаражей. Там стоял один охранник. Я подбежала и ударила его камнем — он просто отключился, но не умер. Наверное.

Я быстро забежала в гараж, а Алессия за мной. Мы сели в машину, затем я завела её и выехала из гаража. Охранники увидели и замерли, не зная, что делать. Один из них побежал в дом. Я видела уже, как была около ворот, когда из дома вышел Энтони и поднял пистолет, начав стрелять. Я вздрогнула, и машину стало заносить, но я удержала управление.

Прости, любимый, но так надо.

Я не знала, едут ли они нас догонять или нет, но лучше бы нет. Я вжала газ, а Алессия смотрела в зеркало. Так же она говорила, куда ехать.

Через час мы приехали к аэропорту и быстро выбежали, побежали к её самолёту. Там пришлось повозиться, чтобы Алессия утвердила, что Лючио знает. Пришлось использовать чары. И вот мы взлетели и полетели в Торонто.

Варгас и Риккардо, ждите.

Летели мы два часа, а затем вышли уже в Торонто. У Алессии есть деньги, нам повезло. Очень сильно.

Мы заказали такси и поехали на тот самый примерный адрес, который я нашла.

— И что мы будем делать? — спросила меня она.

— Я не знаю, — пожала плечами. — Придумаем. Можем дать себя связать, а затем перерезать веревки.

— У тебя есть нож? — прошептала она.

Я кивнула и показала нож, который лежал в рези штанов, и она улыбнулась.

— Потом уже убьём Риккардо и Варгаса, — сказала сухо я.

Я попросила у водителя сигарету, и он дал. Я закурила с блаженством.

Через несколько минут мы подъехали к примерному адресу. Это был какой-то склад. Честно сказать, было жутко. Но да ладно. Если умру, то такова судьба, да и буду сама виновата.

Мы перелезли через стенки, которые я бы не назвала воротами, но ладно. Оказались уже на территории, и меня дёрнула за руку Алессия за укрытие.

— Тихо, там вон люди, — прошептала она.

Я посмотрела. Там были охранники, и вот одного я из них узнала. Тот, кто мне указывал дорогу в сад в особняке Варгаса.

— Это люди Варгаса, — я улыбнулась. — Значит, они тут.

— Что делать? — прошептала она, вжимаясь в укрытие.

Я стала осматривать территорию в попытках найти, куда можно перебежать поближе. Я нашла контейнер и поняла, что можно туда.

— В контейнер бежим, — сказала я и побежала, хватая её за руку.

Мы быстро пробежали к контейнеру, оставаясь незамеченными. Я нашла железную толстую трубу.

— Сделаем точно так же, как с Адрианой, — сжимая трубу, я посмотрела на неё. Она кивнула.

Мы вжались в стену и пошли к этим людям, которые стояли около входа. Их было трое: двое около выхода, а один ходил туда-сюда. Его-то нам и нужно было вырубить, чтобы забрать пистолет.

Я взяла камень и бросила в сторону, чтобы он подошёл к нам на шум. Никто не услышал, потому пришлось топнуть, и тогда нас услышали. Мужчина пошёл в нашу сторону, доставая пистолет. Я сжала трубу и встала наготове. Когда он уже был около нас и стал заворачивать, я с размаху ударила его по носу, а затем ещё раз, и он вырубился. Даже не успев выстрелить.

Чтобы не было звука падения, пришлось Алессии его удержать. Мы положили его на землю, и я стала его щупать, забрав пистолет. У него их было два: один я отдала Алессии, которая удивлённо на меня посмотрела, а затем я нашла ещё обоймы.

— Я не умею стрелять, — она сжала губы.

Я ей быстро объяснила, что и куда, она слушала и в конце кивнула.

— Нужно стрелять одновременно. Сразу в головы. Понятно? — твёрдо сказала я.

— Да, — уверенно ответила Алессия.

Я сняла с предохранителя у неё и у себя, а затем дала знак: когда выходим из-за угла, я стреляю в дальнего, а она — в ближайшего.

Мы вышли из-за угла и выстрелили. Охранники ничего не успели даже сделать либо понять — они уже лежали в своей крови.

— Бежим! — крикнула я.

Мы побежали. Я быстро забрала у них ещё пистолеты, магазины, и мы зашли внутрь.

Внутри было тускло, почти не было света. Я вжала Алессию в стену, когда один охранник проходил мимо нас. Я быстро достала нож из штанов и подкралась к нему сзади, воткнула в шею, закрыв ему рот. Затем вытащила и перерезала горло. Он стал падать, я его опустила.

— Пошли, — прошептала я.

Мы пошли дальше, всё так же прячась в тени, чтобы нас не было видно. Чёртовы белые волосы... Вот, надо будет перекраситься.

Алессия держалась близко ко мне, слишком близко. Наверное, боится. А боюсь ли я? Я сейчас ничего не чувствую, кроме сумасшедшего адреналина.

Мы стали идти на голоса, где я вроде услышала Риккардо. Алессия выдохнула, когда мы всё ближе и ближе подходили к какой-то мини-комнате.

— Пошуми, — приказала я шёпотом Алессии.

Та пошаркала обувью по полу, привлекая внимание тех, кто сидел в комнате. Я приготовила нож и пистолет, сжимая металл в руке. Рука чуть задрожала, а сердце стало биться быстрее. Словно я хищник, который ждёт добычу.

Первый вышел и стал смотреть. Я прикрыла дверь, оставляя нас в темноте. Тот быстро обернулся, а я уже около него и воткнула нож в горло, продвигая его по длине. Он пытался меня оттолкнуть, но Алессия схватила его руку и зажала рот. Кровь брызгала на нас, но мы не отходили. Его глаза стали закатываться, и он обмяк в наших руках. Алессия уложила его на пол. В то время как я ждала второго, тот вышел точно так же без оружия. Я дала ему ногой по паху, он застонал и согнулся. А затем вышел третий. Алессия выстрелила в него, а я первого зарезала ножом.

Мы только что убили троих мужиков, а до этого ещё троих. Мы становимся убийцами.

Я слышала, как в комнате кто-то притаился. Нам пришлось быстро прорваться, держа пистолеты наготове.

Риккардо сидел с пистолетом, наставленным на нас.

— Принцесса и сестричка, — прохрипел он с улыбкой. — Какая встреча.

Мы с Алессией в крови. Я видела, как её глаза стали холоднее — она явно готова выстрелить.

— Где Варгас? — проговорила я.

— Где-то на складе, — он пожал плечами. — Либо уже убегает.

Я хотела что-то ещё сказать, но Алессия просто взяла и выстрелила ему в голову.

— Прости, брат, — прошептала она. — Но ты предатель и потому не имеешь права жить. Мафия не прощает. Она убивает. Предательство — единственный грех, за который карают без суда.

Я посмотрела удивлённо на неё, но ничего не сказала против.

— Пошли искать этого ублюдка, — сказала она и посмотрела на меня.

— Думаешь, он ещё не убежал? — я выгнула бровь.

— Думаю, что он ещё тут. Склад большой, — она пожала плечами.

Когда мы вышли, то я поняла, что это была вся охрана. Больше тут никого нет. Мы пошли на поиски Варгаса.

Нашли мы его в какой-то комнате, откуда доносились стоны. Открыв дверь, мы увидели Варгаса, который трахает какую-то девушку, а та визжит почти.

Подкрались сзади, и я прикладом дала ему по башке. Он упал, а девушка от страха завизжала, но Алессия выстрелила ей в лоб.

Повозившись какое-то время, мы нашли стул, скотч и привязали полового Варгаса к стулу. Я выложила нож на стол, а Алессия нашла топор. Я подняла брови и улыбнулась.

Я дала жгучего леща Варгасу, и, кажется, он стал приходить в себя. Затем я дала по второй щеке, и он уже окончательно очнулся. Он поднял голову и увидел меня с улыбкой. Он пытался как-то вырваться, но скотч ему не дал.

— Привет, уёбок, — проговорила я с улыбкой.

— Звёздочка, — он улыбнулся. — Какая встреча.

— Льдинка, — сказала я серьёзно. Он выгнул бровь. Я схватила его за волосы и дёрнула голову назад. — Не звёздочка, а Льдинка. Понял?

Он молчал. Я отпустила его волосы и отошла. Алессия смотрела на всё это, и я лишь посмеялась.

— Ну, как дела? — я скрестила руки на груди, а затем взяла нож.

— Что ты делаешь? — его голос был твёрдым, но в глазах уже нарастала паника.

— Мы тут всех людей перебили, — я пожала плечами. — Я пришла по твою душу.

Я стала подходить ближе, держа в руках нож.

— По мою душу? — он посмеялся. — И что же тебе нужно от меня?

— Месть, — я прошептала.

— Ты убьёшь босса? — он усмехнулся.

— О нет! Я не то что убью. Я замучаю тебя до смерти. Даже после смерти ты будешь видеть меня в аду. В следующей жизни вспомнишь меня. Ты будешь молить меня, чтобы я перестала, — я улыбнулась.

Лезвие холодно блеснуло в тусклом свете, скользнув по кончику его пальца, будто лаская кожу перед болью. Я не спешила — ведь чем дольше ожидание, тем слаще момент, когда сталь вонзится в плоть.

— Тык! — я растянула буквы.

Нож вошёл под ноготь безымянного пальца, медленно, неотвратимо, рассекая мягкую ткань, заставляя её расходиться в стороны. Варгас резко вдохнул, зубы сжались, но звука не последовало — только короткий хрип. Я провернула лезвие, ощущая, как металл скребётся по кости.

— Ну же, не молчи... — прошептала я, наклоняясь ближе. — Я хочу слышать, как ты сдерживаешь крик.

Его пальцы дёрнулись в оковах, сухожилия напряглись, но скотч не давал даже сжать кулак. Я вытащила нож, капля крови упала на пол, затем снова ввела его — теперь уже под углом, поддевая ноготь, медленно отрывая его от ложа. Хрящевой хруст, прерывистое дыхание, на лбу выступили капли пота.

— Ты... сука... — он выдавил сквозь зубы.

Я рассмеялась, проводя ножом по его губам.

— Будешь моим рабом, — я расширила свою улыбку.

— Виолетта... — обеспокоенно сказала Алессия.

Но я уже не слышала.

Кровь с лезвия капала на пол, оставляя тёмные пятна, будто чернильные кляксы. Я прижала нож к его груди, чуть ниже ключицы, и без колебаний провела первую линию.

— «Л», — прошептала я.

Кожа расступилась, обнажая багровую плоть. Варгас дёрнулся, но я крепче впилась ладонью в его плечо, прижимая к спинке стула.

— Дыши глубже, это поможет, — усмехнулась я, выводя вторую черту — изогнутую, аккуратную.

Он застонал, когда лезвие углубилось, прочерчивая букву за буквой.

— «Ь», — продолжила говорить я.

Крючок вонзился резче, кровь потекла гуще. Он сжимал зубы.

— «Д», — я закусила губу. Долгий, ровный разрез, будто я выводила не на его теле, а на бумаге.

— Ты... с ума... сошла... — он хрипел, голос срывался на каждом вдохе.

— Нет, просто я очень внимательна к деталям, — прошептала я, переходя к «И».

Нож скользнул вниз, затем вверх — две параллельные линии, соединённые диагональным штрихом. Кровь залила буквы, но я продолжала, будто завороженная процессом.

«Н» — вертикальные разрезы, «К» — резкий угол, «А» — завершающий укол.

Я откинулась назад, любуясь работой. Надпись «Льдинка» теперь красовалась на его груди, буквы слегка расплывались в алом потоке, но всё ещё читались.

— Нравится? — я провела пальцем по ране, собирая кровь, затем размазала её по его губам. — Теперь ты мой.

Он дрожал, но в глазах ещё теплилась злость.

— Это просто царапины... — прошипел он.

Я улыбнулась, поднося нож к его животу.

— Тогда давай добавим тени... чтобы буквы выделялись.

Лезвие вошло глубже, процарапывая уже не кожу, а мышцы. Его крик наконец сорвался с губ, эхом отразившись от стен.

— Виолетта... — прошептала Алессия.

— Заткнись, — прорычала я. — Я играюсь. С султаном.

Его дыхание стало прерывистым, глаза метались, следя за движениями ножа. Я провела лезвием по его щеке, медленно, почти нежно, останавливаясь у самого основания уха.

— Ты слышал, что я тебе сказала? — прошептала я, прижимая остриё к хрящу. — Или это ухо уже бесполезно?

Он попытался дёрнуть головой, но я схватила его за волосы, резко оттянув назад.

— Не дёргайся, а то получится неровно, — я прошипела.

Лезвие вонзилось в мягкую ткань за ушной раковиной. Тёплая кровь тут же потекла по пальцам, липкая и густая. Варгас заскрипел зубами, но не закричал — ещё пытался сохранить лицо. Я медленно вела нож вперёд, разрезая хрящ с мокрым хрустом. Плоть сопротивлялась, но сталь была острее. Когда лезвие прошло половину, он наконец издал сдавленный стон — глухой, животный.

— Вот так, уже лучше, — я ускорила движение, и с последним усилием ухо отделилось, повиснув на тонком лоскуте кожи.

Один рывок — и оно осталось у меня в пальцах, тёплое, окровавленное. Я поднесла отрезанное ухо к его лицу, заставив смотреть.

— Теперь ты будешь слушать меня внимательнее, — я улыбнулась.

Его зрачки дрожали, кровь стекала по шее, пропитывая рубашку. Я бросила мясной лоскут на пол и прижала нож к другому уху.

Я подошла и взяла топор. Тяжёлый и холодный, пока я медленно подходила к Варгасу. Его глаза, уже затуманенные болью, расширились, когда он увидел, что я держу в руках.

— Ты думал, я ограничусь ухом? — я провела лезвием по его бедру, оставляя тонкую алую полосу. — Нет. Я заберу у тебя всё.

Он попытался сжаться, но скотч держал его намертво. Я поднесла какую-то железную длинную деталь квадратной формы, которая лежала на столике.

— Не стесняйся, — усмехнулась я, прижимая его член к металлической пластине. — Последний раз чувствуешь его тёплым.

Он задышал чаще, жилы на шее напряглись.

— Звёздочка... — он прошептал.

— Я. Льдинка, — прошипела я и занесла топор. — Хрясь!

Лезвие рассекло плоть одним чётким ударом. Кровь хлынула фонтаном, заливая пластину, капая на пол. Он заорал — нечеловеческим, разрывающим глотку воплем. Я подняла отрубленный кусок мяса, ещё дёргающийся в пальцах, и бросила его ему в лицо.

— Кастрация произошла успешно, — сказала я с улыбкой.

Он захлёбывался, трясся, лицо побелело. Я лишь смотрела. Алессия, кажется, была в ужасе, она стояла бледная.

Я бросила топор, и он с глухим стуком упал. Варгас хрипел, его тело судорожно подёргивалось, но сознание ещё цеплялось за жизнь — а значит, боли хватит на последний акт.

— Ты знаешь, Варгас... — я провела пальцами по его окровавленным волосам, сжимая их в кулак. — Ты всегда гордился, что собираешь трофеи. Помнишь? Волосы девушек.

Лезвие ножа блеснуло перед его лицом. Он замер.

— Ты был прав. Я приду к тебе сама. Я пришла. Ты не создал меня заново, ты просто дополнил то, что сделал Энтони. Ты дополнил свою смерть. Свою погибель, — прошипела я.

Его губы дрожали, а сам он был бледным, как мел. Страшно? Мне тоже было страшно.

— Но я тоже стану коллекционером, — я прошептала. Я резко дёрнула его голову назад, обнажив лоб. — И моя первая добыча — твои волосы.

Нож вонзился в кожу у самого начала роста волос. Он застонал, но уже не мог даже кричать — только слабо дёргался, когда лезвие медленно прорезало плоть по окружности черепа. Кровь текла ручьями, заливая лицо, шею, плечи. Я работала аккуратно, методично, словно снимала кожу с апельсина.

— Ты первый, — я поддевала скальп, отделяя его от черепной кости. — И не последний. Я буду забирать скальп всех мафиозных боссов, которые будут против меня.

С последним рывком кожа оторвалась с мокрым звуком. В руках остался трофей — окровавленный клок волос с куском плоти. Я подняла его перед его помутневшими глазами.

— Прекрасное начало коллекции, да? — я победно улыбнулась.

Его зрачки уже закатывались. И, кажется, он перестал дышать.

Я снова взяла топор. Я чувствую вес топора в руке. Тяжёлый, липкий от крови. Заношу его над его шеей — она уже вся в рваных ранах, но этого мало. Первый удар. Топор вгрызается в плоть с мокрым чавканьем. Кровь брызгает мне на руки, тёплая, почти живая.

Второй удар — сильнее. Лезвие застревает в чём-то твёрдом, хрустит. Я с силой дёргаю, вырываю топор. Кровь хлещет из раны, заливает пол, мои ботинки.

Третий. Короткий взмах — и на этот раз голова отделяется. Откатывается в сторону, оставляя за собой кровавый след. Тело дёргается ещё несколько секунд, потом затихает. Я смотрю на свою работу. Готово.

Я откинула топор и повернулась к Алессии, которая смотрела на всё это с ужасом. Я лишь улыбнулась.

— Всё прошло успешно, — я хихикнула.

— Ты... — начала она, но сразу замолчала. Её голос дрожал, а в глазах — полный ужас.

— Пошли, — сухо сказала я и стала выходить из этой комнатки.

Мы вышли и стали идти по складу, а затем, когда уже собирались выходить, дверь открылась, и ворвался Энтони, а за ним Лючио.

Их внимание сразу упало на нас. Лючио смотрел на побледневшую Алессию, которая была отчасти в крови. А я была залита кровью точно так же, как Энтони тогда, хотя не сказала бы.

Шон, который вышел из-за спины Энтони, пошёл по складу с остальными людьми. Энтони смотрел на меня и просто убивал взглядом.

— Ты снова ослушалась, — прошипел он.

Я смотрела на него и цокнула, а Алессия пошла к Лючио, который был сейчас зол и дёрнул её к себе, сразу что-то шепча на ухо.

— Ну зато... — начала я, но перебил меня удивлённый возглас Шона.

Я повернулась, и всё внимание ушло на него. Шон шёл с раскрытыми глазами и в полном шоке.

— Это вы сделали? — он спросил у меня и Алессии.

— Это сделала я, — твёрдо сказала я и улыбнулась.

— Ахуеть, — он просто замер.

— Что там? — Энтони нахмурился и пошёл туда.

Шон повёл его в комнату, где на стуле сидел Варгас без головы, без члена. Я лишь ждала и посмотрела на Лючио с Алессией. Лючио смотрел на меня и улыбнулся. Алессия сжимала губы и смотрела в пол.

Я повернулась, когда Энтони выходил из комнаты и прожигал меня взглядом. Его взгляд был горящий от ярости и... что ли, восхищения?

Раздался выстрел, и я видела, как тело Энтони дёрнулось, а ткань пиджака порвалась, и Энтони стал падать.