Глава 6. Белый ад.

Чувство ожидания. Оно струится в крови — тихое, но назойливое, как шёпот листьев перед грозой. Время будто замедляет шаг, растягивается вязкой паутиной секунд, и каждый миг становится тяжелее предыдущего. Сердце стучит чуть громче, чуть тревожнее, будто пытается пробиться сквозь толщу неизвестности. 

Ожидание — это когда мир замер в полушаге, когда будущее уже тянет к тебе руки, но ещё не обняло. Когда каждая клетка тела поёт от напряжения, а разум рисует картины, яркие, как сны наяву. И ты стоишь на грани — между «скоро» и «сейчас», между мечтой и явью, меж небом и землёй. И даже если знаешь, что ждёшь, — всё равно не готов. Потому что ожидание — это не просто время. Это целая вселенная, рождающаяся в промежутке между «ещё нет» и «вот оно». 

Сегодня — день рождения Кармелы. Я надела то самое красное платье, которое купила. Сделала себе красивую укладку и макияж. Гости уже приезжали поочерёдно. Зал, где проходило мероприятие, наполнялся с каждой минутой — бизнесмены, представители других мафиозных семей... 

Кармела была в своём королевском платье — боже, она такая красивая! От неё просто глаз не оторвать. Рядом с ней стоял Лючио, одетый в коктейльный костюм-тройку. Они такие милые вдвоём. 

Я стояла рядом с Алессией — она в своём мятном платье просто красотка, а Риккардо, как обычно, безупречен: синий костюм-тройка, пиджак небрежно лежит на плечах, волосы собраны в небрежный хвост, а привлекательная улыбка не сходит с его лица. 

Все поздравляли Кармелу, делали с ней фотографии. Конечно же, я не была каким-то отбросом и сделала очень много снимков с ней — до мероприятия и после. 

Я ходила рядом с Алессией, она знакомила меня со своими знакомыми, с гостями. Потому что я мало кого знала тут, а она решила, что пора узнавать всех. Это утомляло, но я не жаловалась — наоборот, была счастлива, что у меня появляется столько новых связей. Конечно, среди гостей были и те, кто видел меня на мероприятии у Энтони, когда он опозорил меня, а потом объявил своей женой. 

Я взяла бокал игристого и подошла к Риккардо, который своей харизмой перетянул на себя внимание больше, чем сама именинница Кармела. Наглец. Это заставило меня едва сдержать смешок. 

— А это вот — принцесса, — сказал Риккардо, указывая на меня. 

Все гости устремили на меня взгляды. Я невольно покраснела и закусила губу. 

— Я Виолетта, — улыбнулась я. — Это Риккардо называет меня принцессой, хоть я такой и не являюсь. 

— Не слушайте её, она просто скромная личность, — перебил Риккардо. — Наедине — огонь. 

Гости засмеялись, а я посмотрела на него и выгнула бровь. Он лишь подмигнул, отчего я цокнула и отошла от его круга общения. Мне не было обидно, но его слова были неуместны. Я знала, что в мафии нет понятия «скромность», особенно у мужчин. Им ничего не стоит взять кого-то и трахнуть прямо тут, но они этого не делают — якобы потому, что «неприлично». 

Конечно, я чувствовала на себе взгляды тех, кто помнил меня как Виолетту Скалли, ту, что была с Энтони. Но теперь всё изменилось. 

А где, собственно, он сам? Я думала, что он и эта сучка приедут быстрее всех. Но, видимо, она  заглатывает у него по самые яйца. Боже, откуда у меня такие мысли? Я что, ревную его? С чего бы? Мне на него наплевать. Абсолютно. 

Я подошла к Кармеле, которая была утомлена от общения с гостями, и непроизвольно хихикнула. Она посмотрела на меня и выдавила улыбку. 

— Вижу, что ты устала, Кар, — сказала я, беря её за руку. 

— Есть такое, эти люди меня замотали, — ответила она, сжимая мою ладонь и выдыхая. — А мероприятие только началось... 

Лючио разговаривал с каким-то мужчиной, но кивнул мне в знак приветствия. Я улыбнулась в ответ и продолжила болтать с Кармелой, как к нам подошла Алессия, уже успевшая нахлебаться вина или шампанского. У неё были розовые щёки, а глаза блестели в свете ламп. 

— Мне кажется, я пьяная, — прошептала она и хихикнула. 

Мы с Кармелой переглянулись и засмеялись. Алессия тут же подхватила наш смех. Мы стояли, как три дурочки, и хохотали. 

— А почему мы смеёмся? — спросила Алессия, вытирая слезу от смеха. 

Мы с Кармелой рассмеялись ещё громче. Алессия смотрела на нас, как на сумасшедших, но не могла сдержаться. 

Атмосфера дня рождения была лёгкой, тёплой и по-настоящему праздничной. 

В воздухе витало оживление — смех, переливы разговоров, звон бокалов. Освещение мягко рассеивалось по залу, создавая уютное золотистое сияние, в котором лица гостей казались ещё более радостными. Где-то играла ненавязчивая музыка, сливаясь с общим гулом, но не заглушая его. 

Несмотря на усталость некоторых, настроение было заразительным — стоило кому-то засмеяться, как смех подхватывали другие, даже не зная причины. Лёгкая беспечность витала в воздухе: кто-то болтал ни о чём, кто-то уже слегка под шафе, как Алессия, но все чувствовали себя своими, будто собрались не просто на вечеринку, а в кругу близких по духу людей. 

Даже формальности — приветствия, светские беседы — казались необязательными, будто все и так понимали друг друга с полуслова. А когда три подруги без причины хохочут в уголке, это только добавляло очарования всему вечеру — будто сама радость стала незримой гостьей на празднике. 

Идеальный баланс между шумным весельем и уютной непринуждённостью — вот что царило вокруг. 

Я допивала, наверное, уже пятый бокал шампанского — или больше, я не считала. Моё тело расслабилось, но стоило мне почувствовать то, что я всегда ощущала, когда рядом был Энтони, — я  напряглась.

Я повернулась и встретилась с ним взглядом. Энтони смотрел на меня. И я — на него.

Он изменился. И это пробрало меня до мурашек. 

Его волосы отросли, стали длиннее, чем раньше. Глаза — холоднее, отчего я непроизвольно сжала губы. Так же он отрастил себе что-то вроде бороды. Тело покрылось мурашками. Он будто стал массивнее, и я разглядела новые татуировки, проступающие сквозь ткань его чёрного костюма-тройки. 

Сердце забилось чаще — от этой встречи, от его взгляда. Ладони вспотели, пальцы сжали бокал так, что стекло затрещало. Он стоял и просто смотрел. Его лицо, всегда бывшее сплошным льдом, таким и оставалось. 

Я облизнула губы и поморгала, подумав, что это снова видение. Но нет. Он по-прежнему стоял там, не отводя глаз. 

Я выдохнула и  отвела взгляд. Не хочу, чтобы он видел мою реакцию, хотя уже выдала себя. Руки похолодели, будто я стою на морозе. Кончики пальцев покалывали, дыхание участилось.

Я повернулась обратно — и увидела рядом с ним Адриану. Она была в чёрном платье такого же фасона, как у меня.

Вот сука.

Я прожигала её взглядом, а она, повернувшись,  ухватилась за меня глазами и улыбнулась. Я сжала губы, закусив щёку изнутри, чтобы не броситься на неё. Пусть сейчас она горделива, но я помню, как она кричала, когда я её била. Это заставило меня ухмыльнуться. 

Я не заметила, как ко мне подошла Алессия — ещё пьянее, чем раньше, но всё ещё в адеквате. Она увидела Энтони и взяла меня под руку.

— Пошли, — прошептала она мне в ухо. — Не стоит портить себе настроение из-за Адрианы. 

— Всё нормально, я в порядке, — ответила я спокойно и пошла за ней. 

Мы пробирались сквозь гостей, но я по-прежнему чувствовала на спине жгучий, ледяной взгляд Энтони. 

Будто он шептал: 

«Повернись. Посмотри. Подойди».

Ну уж нет. Я не обернусь. Он не имеет власти — ни над моим разумом, ни над телом, ни над душой, ни над сердцем. Он — прошлое,  которое терзает меня, заставляя дрожать при одном взгляде. 

Мы с Алессией подошли к Кармеле, которая что-то обсуждала с другими девушками — наверное, показ моды или что-то в этом роде. Никогда не понимала такого — меня это не интересует. 

Алессия по дороге стащила бокал вина у официанта. 

— Ветта? — спросила Кармела, глядя на меня. 

— Всё хорошо, — ответила я и улыбнулась. 

— Ты уже видела его, да? — она сказала это шёпотом, чтобы слышала только я. 

— Видела, — кивнула я. 

— И эту сучку, — влезла в наш разговор Алессия, допивая вино. 

Я усмехнулась, глядя на неё: она прикрывала глаза от терпкого вкуса. 

К Кармеле снова стали подходить гости — те, кто приехал позже. Мы с Алессией стояли у неё за спиной и перешёптывались. Я фыркнула от смеха, и Алессия ткнула меня локтем, чтобы я не привлекала внимания.

— Поздравляем тебя, Кармела. От семьи Скалли, — раздался женский голос. 

Я мгновенно подняла взгляд. 

Адриана стояла под руку с Энтони, улыбаясь имениннице. Алессия  сжала мою руку крепче — предостерегающе.

— Спасибо, — вежливо ответила Кармела. 

Адриана перевела взгляд на нас с Алессией. 

— Ох, Виолетта, какая встреча! — воскликнула она с насмешкой. — Не ожидала увидеть тебя здесь. 

Алессия прожигала её взглядом, но Адриана даже не посмотрела в её сторону. Я вздохнула и подошла ближе к Кармеле, которая теперь оказалась между двух огней. Она даже отступила на шаг, давая нам пространство. 

— Привет, Адриана. Как тебе вазы тут? Понравились? — саркастично спросила я, разводя руками. — Сама выбирала. Самые большие. Хрупкие.

Адриана сжала губы, а я ощутила на себе взгляд Энтони — тяжёлый, пожирающий.

Да что ему, блять, надо?

Я посмотрела на него. И не отводила глаз, не собиралась отступать. 

— Виолетта, пошли отсюда, — прошипела Алессия, сжимая мою руку. 

Сердце колотилось, будто рвалось наружу — бешеный, неровный стук, от которого звенело в ушах. Каждый удар отдавался в висках, сжимая горло. Живот сводило резкой, болезненной судорогой — будто внутри  затянули тугой узел, и с каждым вдохом он становился туже.

Я чувствовала его взгляд на коже — как прикосновение раскалённого металла. Он прожигал меня насквозь, а я не могла пошевелиться, не могла оторваться. 

Голова гудела, мысли путались, превращаясь в белый шум, сквозь который пробивалась только эта  проклятая мелодия — Under My Skin — назойливая, как голос безумия.

«Отвернись. Уйди. Дыши»— но тело не слушалось.

Ноги  вросли в пол,  пальцы  похолодели, а в груди что-то рвалось —  страх? Злость?Или эта чёртова, невыносимая тяга, которая тянула меня к нему, как марионетку?

Я ненавидела его. Ненавидела себя за то, что не могу отвести глаз. 

Мир сузился до его лица, до этого ледяного взгляда, а вокруг не было ничего — только пустота, только этот тихий, белый ад.

— Энтони, пошли, — голос Адрианы разорвал этот момент.— Нам ещё с другими нужно поздороваться. 

— Да, ты права, — медленно ответил он,  отводя взгляд и обнимая её за талию. 

Алессия дёрнула меня за руку, уводя в сторону. Я шла, всё ещё не приходя в себя после этого взгляда.

Хотелось стукнуться головой об стену, вышибить его из мыслей.