Глава 2. Грязный реализм

Джессика ежилась от холода вот уже десять минут в ожидании такси. Её ноги промокли, руки окоченели, а настроение было ниже нуля. Конечно, в такую погоду одеваться в короткую юбку и легкую кожаную курточку было решением, мягко говоря, неумным, но Джессика себя глупой не считала. Она просто привыкла, что мир должен подстраиваться под неё, а не наоборот.

Наконец, к тротуару подкатил старенький «Форд». Она без стука села на переднее сиденье, шумно захлопнула дверь и, не глядя на водителя, бросила:

– Камден Хайстрит. Клуб «Пропаганда».

Быстрый взгляд в сторону парня – худощавый, темноволосый, молчаливый, с равнодушным лицом. Обычный. Едва ли сильно старше нее.

– Вы не против, если я немного согреюсь? – Джессика уже без приглашения полезла к панели управления. — Тут вообще есть климат-контроль или только кнопки для вида?

– Есть, – коротко ответил водитель и сам включил обогрев.

Салон начал медленно теплеть. Джессика достала из сумочки зеркальце и поправила макияж, бросив брезгливый взгляд на пыльную приборную панель.

– Ужас. Даже Uber Black иногда грязнее, чем этот ваш... как вы это называете? "Комфорт плюс"? – Она фыркнула и распахнула куртку. – Хоть бы салфетки были. Или антисептик.

Водитель промолчал, лишь слегка взглянув на нее. Очередная золотая молодежь... которая даже чаевых не оставит.

– Ну, прошу прощения, что вы вынуждены дышать с нами одним воздухом, – сухо ответил он. – Пробки, к сожалению, для всех одинаковые.

Джессика лишь хмыкнула и криво усмехнулась, как на глупую шутку.

– Ты всерьез думаешь, что мы живём в одном мире, где пробки для всех одинаковые? Что ж... я не трачу время на дорогу – я трачу деньги, чтобы она исчезала. Всё просто. Понимаешь разницу?

Таксист повернул к ней голову. Долго смотрел, насколько позволяло время отвлечься от пустой вечерней дороги. Спокойно.

Очередная «Барби» с пергидрольными волосами не реагировала, словно бы этот парень был для нее пустым местом.

— Понимаю, — сказал он, и в следующую секунду резко затормозил.

Машина встала на пустом перекрёстке. На противоположной стороне стояли несколько дешёвых такси, в ожидании клиентов. Водитель включил «аварийку» и открыл пассажирскую дверь.

– Что за... – Джессика в недоумении посмотрела на открытую дверь. – Ты что творишь?

– Высаживаю, – спокойно ответил таксист. – До клуба доберёшься сама. Может, купишь кого-нибудь из тех ребят – они тебя, может, за «спасибо» и подбросят. Или прямо на руках донесут. Ты же, как я понял, платишь за это.

– Ты больной? Я тебе что, оскорбление нанесла?!

– Нет, ты просто напомнила, почему я терпеть не могу таких, как ты. Доброй ночи.

– Хам! – выкрикнула Джессика и вышла из машины.

Она хлопнула дверью с такой силой, будто этим могла хоть как-то уколоть самолюбие таксиста. Деньги, разумеется, не оставила – даже мысли такой не возникло. Её каблуки звонко застучали по мокрому асфальту, и водитель не стал смотреть ей вслед. Только коротко, сухо выдохнул:

– Стерва.

Он резко вырулил обратно, нырнув под красный свет, и растворился в потоке машин – всё, что ему сейчас было нужно, это нормальный заказ и пассажир без короны на голове.

Таксист не видел, куда пошла девушка – к ряду машин на обочине или просто вперёд по улице. Ему было всё равно.

...Как и не видел того, что буквально через пару минут на том самом перекрёстке, в свете редких фонарей, Джессика остановилась, всматриваясь в фигуру, появившуюся из тени. Мужчина в длинном темном плаще стоял посреди дороги, будто ждал именно её. Он шагнул ближе и раскрыл зонт над головой девушки.

– Вы меня напугали, – бросила она раздражённо. – Но спасибо. Не перевелись еще джентльмены.

Мужчина не ответил. Лишь приблизился вплотную к Джессике, доставая из кармана платок.

В следующую секунду её голос захлебнулся коротким вскриком – и исчез. Ни стука каблуков, ни слов, ни шороха... Со стороны казалось, что под зонтом в обнимку стоит влюбленная пара, и лишь дождь продолжал мерным гулом стучать по асфальту в такт утихающему сердцебиению.

***

– Привет, Мэтт! Ты на работе? Можешь забрать меня из полицейского участка на Хайстрит, боро 323?

– Черт... Том, что ты там забыл в два часа ночи?

– Долгая история... Заедешь?

– Да. Через полчаса.

Мэтт устало потянулся и, отклонив все входящие заказы вызова такси, бросил смартфон на соседнее пассажирское сиденье. Надо же – поездка на Хайстрит в третий раз за эту ночь... И если первый заказ изрядно подпортил настроение из-за высокомерной стервы, то второй оказался куда более щедрым и по-человечески благодарным.

Дождь монотонно барабанил по лобовому стеклу, усиливаясь с каждой минутой, и от этого стука внезапно начавшаяся головная боль стала еще сильнее напоминать о себе. Больше всего сейчас хотелось поехать домой, выкурить сигарету-другую вместо ужина и лечь спать.

Интересно, в какую историю вляпался Том на этот раз? Или же он там по работе?..

Ночной Лондон всегда был тихим и просторным, раскрывающим свои пасмурные объятия навстречу старенькому «Форду» с надписью «Такси» на боковых дверцах. Мэтт любил это время суток, когда шумный город, наконец, ложился спать, дороги были практически пустыми, а разговорчивых и вечно куда-то спешащих клиентов становилось меньше. Возможно, стоило бы сменить эту работенку на что-то иное, где не нужно контактировать с людьми или час-другой стоять в пробках в послеобеденное время, но парень предпочитал жить по наитию. Все же такие ночные поездки часто компенсировали отработанную дневную смену...

Проехав перекресток, Мэтт остановился напротив невысокого освещенного здания, на крыльце которого стоял Том и разговаривал с двумя полицейскими. Парень коротко посигналил, и Томас, наскоро попрощавшись со стражами порядка, поспешил к машине.

– Ну и ночка... – выдохнул журналист, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. – Еще и дождь не к месту. Хотя, чего еще я могу ждать от лондонской осени?..

Мэтт усмехнулся, но ничего не ответил. «Форд» неспешно устремился вглубь ночного города, игнорируя одиноких прохожих, пытавшихся голосовать редким проезжающим машинам.

– Я закурю? – спросил Том и, не дожидаясь разрешения, потянулся к пачке Мэтта, лежавшей на передней панели.

– Ты же не куришь...

– Да что-то сегодня нервишки шалят.

Мэтт кивнул, но порой настороженно посматривал в сторону друга. Всегда жизнерадостный и энергичный Том сегодня был сам на себя не похож, а с тлеющей сигаретой в руке и вовсе выглядел уж слишком непривычно.

Некоторое время они ехали молча. Том сделал буквально пару затяжек и отрешенно смотрел вперед на тянущуюся вдаль дорогу. Казалось, его мысли были где-то далеко и он позабыл вообще, что держит сигарету между пальцев.

– Так что все-таки случилось? – поинтересовался Мэтт, сворачивая в сторону центра города.

– Расследование об убийстве пропавшей Эмили Джонсон... – мрачно ответил Том и выбросил окурок в приоткрытое окно. – Горячие новости, спецрепортаж и все такое... ну, ты же понимаешь, от чего зависит моя зарплата. А начальник, конечно же, сейчас спит в теплой постельке в обнимку с какой-нибудь бабой и не подозревает, через какие круги ада мне пришлось пройти для сбора информации...

Том лукавил, и делал он это профессионально – Мэтт, конечно же, не знал, чем еще увлекается его друг помимо журналистики и беготни по горячим точкам, и не знал, перед каким еще начальством ему порой приходится отчитываться. А если бы и узнал – вряд ли бы поверил. Магия, эзотерика, оккультизм и прочая чушь лишь вызывала улыбку на лице Мэтта, который предпочитал верить в судьбу и суровую окружающую действительность.

– Сочувствую... И что же на самом деле случилось с этой несчастной? Я мельком смотрел сегодня новости.

Том на секунду вздрогнул, словно не ожидал этого вопроса либо не хотел на него отвечать, но тут же вновь стал спокоен.

– По всей вероятности, объявился неизвестный маньяк, – ответил он, пожав плечами, – и что неудивительно – вновь на территории юго-восточных районов. Саутварк, Ньюхэм... Полиция ищет виновного. Какой-то придурок похищает девушек, обливает их лицо кислотой, а затем их тела находят мертвыми на окраине города. От чего именно они погибают – пока непонятно... Для большего ажиотажа другие репортеры приписывают этому убийству всякую мистику и даже «вестминстерские ужасы» приплели, но ты же знаешь, что я всегда докапываюсь до правды.

– Так значит, это уже не первый случай?

– К сожалению, да. Будь осторожнее, Мэтт...

– Я не похож на девушку, маньяку будет со мной неинтересно, – отшутился Мэтт, но завидев, что Том едва ли улыбнулся, тяжело вздохнул. – Да, я понял...

Том мрачно посмотрел в окно, наблюдая, как свора бродячих собак с лаем опрокинула переполненный мусорный бак и скрылась в переулке. Утром местному дворнику будет работа... Парень на мгновение подумал о том, что и он невольно убирает информационный мусор по вине непредусмотрительного мистера Дэвидсона. Вот только зарплату за это он не получит.

– А у тебя что нового, дружище? – сменил тему Том и, потянувшись за еще одной сигаретой, передумал и протянул пачку Мэтту. Тот охотно воспользовался предложением.

– Да ничего нового. Утро, чертов будильник да пустой холодильник, – улыбнулся Мэтт, выпуская изо рта густой дым. – Всякий раз хочется взять заказ в другой город, уехать и не вернуться. Казалось бы, никто и ничто меня не держит, но я почему-то все еще здесь...

– Потому что тебе совесть не позволяет бросить меня здесь один на один с маньяками, жадными начальниками и противной миссис Пэрриш из бухгалтерии.

– Да-да... На съедение миссис Пэрриш я тебя точно не оставлю. До сих пор помню ее плотоядный взгляд в твою сторону, когда я развозил вас по домам после корпоратива...

– Твою ма-ать... – Том закрыл лицо руками. – Не напоминай.

Парни рассмеялись, и недавно витавшее напряжение исчезло. Мэтт улыбнулся, отметив про себя, что его друг, пожалуй, прав – Мэтт его не бросит. Или же... себя? После смерти отца не так много людей занимали какое-то важное место в его жизни. Хоть он и старался ни к кому не привязываться...

Машина подъехала к трехэтажному дому с аккуратным двориком, огражденным невысоким забором. Том как-то тоскливо взглянул на темные окна своей квартиры и явно не торопился прощаться с другом.

– Может, пропустишь завтрашнюю смену? Попрошу кузину, она напишет тебе справку о том, что ты в кои-то веки заболел, как все нормальные люди, – предложил Том и как-то горько усмехнулся. – Что-то выпить хочется... Да и мы уже сто лет не общались нормально.

Конечно, Мэтту такое предложение показалось заманчивым, но он лишь покачал головой в ответ. Головная боль и желание лечь спать настойчиво требовали вернуться домой как можно скорее.

– В другой раз, Том. Ммм... послезавтра?

– Ловлю на слове, – Том хитро сощурил глаза. – Как раз послезавтра мне понадобится водитель.

– Договорились.

Друзья попрощались, и вскоре Мэтт вновь остался наедине с ночной дорогой и проливным лондонским дождем. Может, и стоило согласиться на эту небольшую авантюру и возможность прогулять «любимую» работу на денек ... Но выбор уже сделан, и Мэтта терпеливо дожидалась холодная постель в стенах старой квартиры на окраине города.

Боро Ньюхэм считался одним из худших районов Лондона и далеко не самым безопасным. Каждую ночь на улицах то и дело была слышна короткая перестрелка, пьяная ругань в темных дворах и шум драки. Но за двадцать с лишним лет Мэтт уже привык к этому хаосу.

Отогнав машину на охраняемую стоянку, парень пошел домой пешком и практически не реагировал на те или иные подозрительные шорохи в тенях неосвещенных улиц. Пожалуй, даже предупреждение Тома о шныряющем в этих краях маньяке не вызвало у парня какого-то особенного чувства самосохранения.

Может, он даже был бы не против такой встречи...

Совсем скоро показался знакомый дворик небольшого общежития, между балконами которого были натянуты бельевые веревки, а на крыльце первого подъезда сидела женщина. Мэтт подошел ближе и узнал в ней свою соседку – пожилую миссис Робертс, которая вот уже пару лет как изрядно пристрастилась к выпивке. Та явно задремала после очередной порции дешевого джина или чего покрепче, и парень попытался аккуратно приподнять ее, чтобы в который раз отвести несчастную женщину домой от греха подальше.

– Ааа, Мэттью... Это ты?.. – неуверенно позвала миссис Робертс, стараясь четко выговаривать слова, и подняла свою лохматую голову. От нее повеяло перегаром и запахом несвежей рыбы.

– Миссис Робертс, давайте я проведу вас домой, – Мэтт наклонился к соседке и начал осторожно приподнимать ее за плечи. – Вам стоит поспать...

– Ох, мой мальчик... – женщина хрипло рассмеялась и, в свою очередь, потянула парня вниз за руку, усаживая его рядом с собой. – Ты всегда был таким хорошим, Мэттью... Посиди со мной немного. Дождь уже закончился...

Миссис Робертс положила голову на плечо парня и со вздохом прикрыла глаза, все еще немного пьяно напевая что-то себе под нос. Когда-то она была вполне успешной женщиной, живущей в достатке, насколько это было возможно в таком неблагополучном районе Лондона, и имела счастливую семью. Но беспощадный город-миллионник мог запросто в один миг лишить любого своего жителя семьи, денег, крыши над головой, здоровья и жизни... Миссис Робертс не стала исключением, как и не стали родители Мэтта. Разница была лишь в том, что его соседка не разбилась на машине, и не умерла от тяжелой послеродовой болезни, а продолжала существовать в стенах серого и теперь уже ненавистного города. Некогда ухоженная, но теперь уже сухая и грубая ладонь женщины ласково сжимала руку парня, выросшего у нее на глазах вместе с ее сыном, погибшим три года назад тотчас после мужа – и сейчас этого было более чем достаточно, чтобы сию минуту не сорваться в поисках забвения на дне стакана.

– Не осуждай меня, Мэттью... – пробормотала миссис Робертс и коротко всхлипнула. – Ты ведь бежишь от одиночества, как и я. Ты знаешь, насколько холодно стало в наших домах, насколько пусто... Но ты сильный! Ты такой же сильный, как и твой отец... Я знаю, он сейчас присматривает за тобой. А я... а я совсем...

Женщина начала задыхаться в беззвучных рыданиях, а Мэтт только и мог лишь обнять ее. Ему нечего было сказать, как и во все те разы, когда он находил миссис Робертс пьяной и в полном неведении в какой-нибудь подворотне или мирно спящей на крыльце подъезда. За много лет он привык к этой слишком рано начавшейся взрослой жизни, и права была женщина – теперь уже он был сильным.

Ему пришлось стать сильным, чтобы выжить...

– Вы не одна, миссис Робертс... Я с вами, – тихо произнес Мэтт и вновь попытался поднять женщину с мокрых ступеней. – Пожалуйста, возвращайтесь в дом...

Миссис Робертс неуверенно закивала и с помощью Мэтта кое-как зашла домой, после чего улеглась на старый диван в гостиной и сразу же заснула. Парень осторожно захлопнул входную дверь квартиры соседки и направился, наконец, к себе.

Дождь вновь частично затопил лоджию из-за дырявых прогнивших оконных рам. Благо, лежащие на полке сигареты остались сухими. Мэтт закурил и, прошлепав по мокрым половицам, вернулся в гостиную. Спать расхотелось, но голова была настолько тяжелой, словно ее напичкали изнутри свинцом. Парень усмехнулся, подумав на мгновение о свинцовых пулях.

Или о пуле – одной-единственной. Ее ведь хватит, чтобы вынырнуть из этого болота?..

Или утонуть, захлебнувшись, раз и навсегда.

«Ну и мысли... Докатился, Мэтт?..»

Пепельница на журнальном столике наполнилась окурками еще больше за последние полчаса. Мэтт включил телевизор и, не найдя ничего интересного, кроме дурацких ток-шоу и малобюджетных сериалов, равнодушно выключил надоевший ящик. Одни и те же картинки, один и тот же обман – все это в последнее время вызывало лишь раздражение. Хотелось по-настоящему забыться и отвлечься, глотнуть хоть немного свежего воздуха, хотя бы раз заснуть спокойно и не думать о завтрашнем дне...

Тишина в темной комнате начала давить, заглушая даже тиканье настенных часов. Мэтт взглянул на дисплей смартфона. Четыре утра... Что ж, все-таки стоит немного отдохнуть перед еще одним днем, еще одной борьбой за выживание. Что, если именно в этот день понадобятся силы для побега от этого грязного лондонского реализма?..