Да, всё хорошо. Часть 3.

ДИМА.

Мы с семьей жили в однокомнатной квартире, которую купили три года назад. Я спал на кухне, на старом диване. А моим бельевым шкафом был подоконник и небольшая тумбочка в комнате родителей. Из всего этого можно сделать вывод, что мы жили очень бедно.

Отец с утра работал на эвакуаторе, а мама, закончив все свои домашние дела, шла к клиентам. Она занималась уборкой в домах состоятельных людей, а иногда подрабатывала няней.

  Каждое утро она накрывала на стол для отца, а затем и для меня перед школой.

— Сегодня опять овсянка? — произнес я, констатируя очевидное. — На воде.

— Какая есть. Ешь и помалкивай, – продолжила она мыть посуду.

— Молока не было?

— Принесёшь – сделаю на молоке.

— Понятно. Мама, — обратился я к ней, не решаясь быть уверенным. — Мне нужны деньги на учебники. 

— Иди в библиотеку.  Или одолжи у друзей. Они же постоянно дают тебе что-то из своего. — Это она говорила о тех вещах, с которыми я вернулся от Давида.

—  Я уже смотрел, там нет тех, что мне нужны.

— Ну, если не можешь взять бесплатно, иди работать. Я уже давно тебе об этом твержу. Ты член этой семьи, поэтому, как и все, должен вкладывать свой труд и приносить деньги в дом.

— Мама, а кто будет учиться? Я хочу поступить в университет.

— Да что тебе эта учёба даст, а?! Вот друг твоего отца с работы окончил с красным дипломом и что? Где он теперь? Наравне с твоим отцом работает.

— Мама, люди разные. Я хочу стать успешным человеком и обеспечить вам достойную старость. Разве вы с отцом не хотите этого?

— Если ты и дальше будешь просить у нас деньги на ерунду, то мы до старости не доживём. Мы с отцом с утра до вечера пашем не для того, чтобы ты грезил иллюзиями о хорошей жизни, а чтобы просто жил. Но, похоже, это тебя совершенно не беспокоит.

— Мама, не начинай, пожалуйста.

— Я закончу, как только ты перестанешь думать только о себе!

Я не выдержал и решил покинуть этот дом как можно скорее.

— Ты не доел! — Мать последовала за мной.

— Не хочу уже, вечером поем.

— И куда ты сейчас? К друзьям своим?

— В школу, мама, — ответил я, обуваясь.

— Сегодня выходной, какая школа?

— По выходным иногда бывают дополнительные занятия.

Она стояла надо мной, и я чуть не задохнулся от этого напряжения. Я любил своих родителей и старался слушаться их, как мог. Но постоянное недовольство с их стороны очень меня выматывало. Даже разозлиться в полной мере, как это делают мои сверстники, не мог.

В школе не было никаких дополнительных занятий. По выходным она закрывалась, а я врал родителям, что у меня нет свободного времени. В это время я просто гулял и дышал свежим воздухом, наслаждаясь тишиной.  Представлял своё будущее и то, как я проживу его в достатке.

Родители бы не узнали о моем секрете — о работе, которую я нашел в тайне от них. Они даже в школу не приходили, избегали родительских собраний под предлогом работы, даже если не были заняты. Думаю, они боялись услышать правду и стеснялись. Я как мог скрывал свое семейное положение, даже самым близким не рассказывал, чтобы оправдать благополучие, которого не было.

  Да, иногда я завидовал и восхищался. Но не желал ничего плохого и не стремился присваивать чужое. Я просто тихо надеялся на себя, что смогу справиться с трудностями и найти своё золотое русло в жизни. Меня расстраивало то, что я был один и не ощущал поддержки близких. Возможно, я просто не смог переубедить родителей, что в их ребёнке есть сила и перспектива.

Когда пришло время отправиться на работу, я развеял мысли о плохом и сел на автобус. Прибыл в кофейню вовремя. Как и всегда, я открыл её ключом, который прятал в потайном кармане рюкзака, чтобы мама его не нашла. Затем я переоделся, причесался и стал ждать гостей.

Матвей Борисович иногда навещал кофейню, наблюдал за моей работой, а после того как выпьет эспрессо, уходил. Мы редко разговаривали, обмениваясь впечатлениями о клиентской базе, продуктах и оборудовании.

Сегодня он тоже пришёл, но выглядел по-другому: был более весёлым и предрасположенным. Улыбнулся мне и кивнул в приветствии. Я ответил взаимностью и поспешил отпустить двух молодых девушек. При выходе они уделили внимание молодому хозяину и исчезли. Теперь в заведении остались только я и он. Эспрессо было допито, но человек не собирался вставать.

— Дима, оставь это и подойди, — сказал он из-за стола, прерывая мою работу. — Налей себе что-нибудь за мой счёт, я хочу поговорить с тобой.

Сначала я не сообразил, о чём он говорит, но как только понял, немного испугался. Начал вспоминать рабочие дни, когда я мог где-то накосячить, но не вспомнил ничего конкретного. Оставалось только надеяться и ждать, пока раскроют карты.

Я сделал себе сладкий кофе, чтобы взбодриться и успокоить бурю внутри с помощью глюкозы. Неспеша сел напротив и замер. Чувствовал себя неуютно, как будто ждал приговора.

— Я сначала сомневался, стоит ли брать тебя на работу или нет, — начал он, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. — Ты школьник, на носу сложные экзамены. Я думал, у тебя не будет времени на работу, или ты будешь делать её на полсилы. Но ты меня удивил. Ты лучший работник из тех, кого я нанял на это место. Ты хорошо трудишься и делаешь это так, будто от этого зависит твоя жизнь. 

Я молчал. 

— Может, расскажешь побольше о себе? — спросил он. — Где ты живёшь?

— Я живу рядом, недалеко, в соседнем здании.

— И твои родители ни разу не видели тебя здесь?

— Нет, они сюда не заходят.

— Какие у тебя планы на будущее? Чем ты собираешься заниматься после школы? Могу предложить работу на полный рабочий день, если хочешь.

— Спасибо, я ценю это. Но, думаю, после школы я не смогу работать. Я собираюсь поступать в университет.

— Вот как, — сказал Матвей, широко улыбнувшись, и положил руки на стол.

— Я хочу немного подзаработать. – Ответил я ему. — Хочу, чтобы у меня была почва для начинаний. Родители вряд ли мне помогут в этом.

— Понятно. — Кивнул он. — Это правильно. Но хватит ли тебе денег, заработанных здесь?

— Пока это все, что я могу себе позволить.

Матвей услышал меня и начал размышлять. Его глаза смотрели мимо моих, а губы сжались, будто ему было тяжело решиться на слова. Он немного подумал, а затем посмотрел на меня и сказал:

— Я буду платить тебе вдвойне того, что ты заработаешь.

Мне послышалось? Не знал, что ему ответить, и ждал, пока Матвей продолжит.

— Но ты же понимаешь, что просто так заплатить я тебе не могу.

— Да, конечно, — согласился я. — Вы хотите, чтобы я сделал что-то?

Я уже испугался, что он предложит незаконные действия, за которые можно оказаться в тюрьме или еще хуже. Решил для себя, что не буду соглашаться на подобное, сколько бы мне ни предложили.

— Ты понимаешь, — заметил он. — Ты же учишься в сороковой школе?

— Да. Откуда вы знаете?

— Видел тебя там, когда навещал директора.

— Вы знаете нашего директора?

— Мы с ним хорошие друзья, давно знакомы. Так вот, у меня есть сестра, — начал он. — Ей столько же лет, сколько и тебе. Она учится в том же классе, что и ты.

— Может, я её видел? — предположил я.

— Нет, она не ходит в школу. Точнее, ходит, но из-за проблем со здоровьем не может посещать занятия, как все. Официально она проходит обучение в сороковой школе, но занимается с учителем для особых детей дома.

— То есть она на домашнем обучении?

— Да. У неё есть всё. Она достаточно самостоятельная, умная и творческая. Только вот из-за того, что почти не выходит из дома, у неё нет друзей. Я бы не беспокоился. Но недавно она мне рассказала, что мечтает о друге. Хочет пойти на выпускной с другом.

Я замер на мгновение, задумавшись. Матвей Борисович тоже молчал, смотрел на меня в ожидании.

— Я слышал, что у нас в классе есть ученица, которая не посещает занятия по семейным обстоятельствам. Никогда бы не подумал, что это ваша сестра, — улыбнулся я ему, надеясь, что это его не обидело.

— И что ты думаешь?

— Я пока не понимаю, что от меня требуется,   — признался ему.

Мне было неясно, чего он хочет: чтобы я стал нянькой для его сестры, помогал ей с учебой или же просил меня сходить с ней на выпускной. Я был неуверен.

— Если ты согласишься, встретишься с ней пару раз и на выпускной пойдёшь. Этим можно подытожить.

— Вы хотите, чтобы я ходил с ней на свидания? — Думаю, моё удивление было видно невооружённым глазом.

— Можно и так сказать. Но ты должен помнить, что я плачу тебе за это, и честно отрабатывать эту возможность. — Я не понимал, как он мог так легко это мне предложить.

— Ладно, допустим, я соглашусь. У меня есть свои вопросы. Почему именно я, а не кто-то другой? И как вы объясните это сестре? Вдруг она не захочет меня видеть? Мы ведь совершенно незнакомы.

— Дима, ты хороший парень. И тебе нужны деньги. Я понял, что ты сможешь справиться с этой работой, поэтому и не думал обращаться к кому-либо еще. Что касается сестры, я с ней поговорю. Уверен, что знакомство с тобой ей только на пользу.

— Не знаю, радоваться мне сейчас,  благодарить вас, или напрячься из-за странного предложения. Ваша сестра точно не будет против?

— Я же сказал, что решу это. Ты главное подумай, как тебе быть, ничего тяжёлого и невыполнимого я тебе не предлагаю.

— Хорошо, Матвей Борисович, подумаю. Просто я пока не уверен, подходит ли мне такой путь заработка или нет.

— Я буду ждать, — завершил он наш разговор и передал мне свою визитку, заранее вытянутую из бумажника.