Катя

Я судорожно вдыхала влажный после дождя воздух, стараясь собраться с мыслями. В голове все путалось, и я прикладывала неимоверные усилия, чтобы мозг продолжал работать. Не найдя Колю и убедившись, что от меня на похоронах уже ничего не требуется, я огляделась в поисках парня еще раз. Потом набрала его номер. В динамике послышались гудки, но ответа не последовало.

- Где же ты? - прошептала я себе под нос, хмуря брови.

Я прокручивала снова и снова происходящее в своей голове и все больше начинала убеждаться, что убийцей был именно Коля. Оставался шанс, что это был Миша, но узнать у него информацию больше не представлялось возможным. От этих мыслей по позвоночнику пробежался холодок и меня передернуло. Миши больше нет. Осознание стрелой пронзило мой мозг, и я обернулась, неосознанно ища глазами полицейских. Они были на похоронах, значит они кого-то подозревают. Я пыталась убедить себя, что копы делают хорошо свою работу и обосновано подозревают Мишу, но уже ранее мне стало понятно, что это не так. Я думала, что это Коля, потому что все сходилось, но признаться самой себе было слишком сложно. Мысли пролетали в голове, но так быстро, что я не успевала их прочувствовать. Надо было найти Колю и все у него выяснить, только так можно было получить ответы на свои вопросы. И мне казалось, что еще немного и я сойду с ума, если так и не узнаю, кто это сделал и почему. Все происходящее было настолько кошмарным, что я самой себе не могла объяснить, почему выяснение личности убийцы было для меня такой важной вещью. Возможно, подсознательно мне хотелось верить, что это Миша, ведь тогда жизнь могла бы идти дальше: я не была бы соучастницей убийства невиновного, убийца Эльвиры был бы мертв, все бы наладилось. Хотя кого я обманываю - жизнь больше никогда не станет прежней.

С этими мыслями я еще раз набрала номер друга, но все так же безрезультатно. Тогда я решила отправиться к нему домой. Рано или поздно он должен был там появиться, а делать что-то другое я не могла физически. Вопросы требовали ответов. Труп Миши в лесу стоял перед глазами.

Так хотелось повернуть время вспять.

***

- Открывай! - кричала я, периодически ударяя дверь ногой.

Кулак уже болел от долгого стука, поэтому в дело пошла тяжелая артиллерия. Уже полчаса я стояла у квартиры Коли, но ответа не следовало. Конечно, у меня не было уверенности, что он там, но его друг, Женя, всегда был на месте, и сейчас он, видимо, был в полной отключке от своей наркоты. Иногда я задавалась вопросом, как вообще могла подружиться с человеком из такого общества - почему Коля мне был важен? Как я вообще втянула себя во все это дерьмо? Мои мысли довели меня до того, что тогда, три года назад, мне вообще не стоило устраиваться на эту работу. Марк нашел меня на соседних складах, я работала на том же этаже, что и сейчас, но у других "хозяев", и меня уже давно не устраивали условия труда. И предложение показалось мне таким интересным, а люди такими приятными, что я сразу же согласилась и перешла в новую компанию. И сейчас я так сильно об этом жалела, что сводило желудок. Словно сам дьявол нашептал мне на ухо приятные слова, и я повелась. И вот итог.

- Открывай, твою мать, Женя, я знаю, что ты дома! - заорала я и размахнулась рукой, чтобы еще раз хорошенько приложиться кулаком к двери. Последнее движение не удалось.

Чья-то рука перехватила мое запястье и болезненно сжала. Я застыла, словно каменное изваяние.

- Что ты делаешь? - каким-то очень веселым голосом спросил сзади человек, в котором я не сразу распознала Колю.

Он пару секунд крепко держал мою руку, а потом разжал пальцы и легким движением развернул меня к себе, прижав к двери спиной. Я ударилась и почувствовала, как у меня перехватило дыхание. Воздух застрял в легких, не находя выхода, и я инстинктивно попыталась согнуться пополам, но Коля мне не позволил.

- Что за нападки на мою дверь? - весело улыбаясь, спросил он, глядя мне в глаза.

Я ошалело смотрела на него, ища в лице своего друга, но находила лишь непонятное существо, которое им явно не было. От него разило спиртным и помоями, будто он действительно давно жил на улице, не мылся и не менял одежду. Хотя, судя по его виду, так все и было. Многодневная щетина на лице и усталый вид были заметны еще на похоронах, но вблизи картина оказалось еще кошмарнее. Глаза парня впали, зрачки были размером с рублевую монету, мешки синели так ярко, что будто светились на его лице. Он исхудал, кожа во многих местах висела, словно забытая на заборе тряпка, но больше всего пугал не его вид, а его эмоции. Всю эту "физиономию", которую сейчас сложно было назвать лицом, довершала улыбка. Нет, не улыбка, оскал. Звериный и совершенно нездоровый. Тонкие бескровные губы обнажали неровный ряд пожелтевших зубов.

- Что с тобой? - хрипло прошептала я, от удивления раскрыв рот.

- Со мной? Это с тобой что? Колотишь в чужую дверь средь бела дня.

Коля отпустил меня и сделал шаг назад. Его взгляд блуждал по мне, но явно не видел. Коля был здесь, но одновременно здесь не был.

- Может отойдешь, я дверь открою?

С этими словами, не дожидаясь ответа, парень отодвинул меня в сторону, и потянулся к замку. Я заметила, что его руки дрожат, а тело не стоит ровно, а шатается. Господи, кажется, он принял уже слишком много, что же он творит. Так и сдохнуть можно. Мысли чередой неслись в голове. Еще один труп, всего лишь. Какая ерунда. Я издала истеричный смешок, а потом, не сдержавшись, расхохоталась, словно сумасшедшая. Мир сходил с ума. Или я сходила с ума?

Парень повернулся от двери и с подозрением посмотрел на меня:

- Ты окей? - с этими словами он толкнул дверь и вошел в помещение, я проследовала за ним, не дожидаясь приглашения и продолжая смеяться, но уже тише.

В голове не укладывалось происходящее, настолько абсурдным оно было. Сначала умерла Эльвира, потом Миша, теперь недолго осталось и Коле. Хотя он живучий, может ему нормально с такими дозами.

Я скинула обувь и прошла в комнату. В квартире стояла дымовая завеса от кальяна и сигарет, но сладкий аромат уже не перебивал вони от грязи и тухлых продуктов. Я поморщилась и прикрыла руками нос и рот, стараясь вдыхать как можно реже. Коля скрылся в коридоре, не оборачиваясь на меня, и я нерешительно села на кровать. Может стоило пойти за ним, но я решила, что подожду. Какое-то время.

- Пиво будешь? - раздался все тот же веселый голос с кухни.

От его интонации у меня по спине бежали мурашки. В такой ситуации веселье было совершенно неподходящим, поэтому мне было не по себе. Создавалось впечатление, что я в каком-то фильме ужасов и вот-вот произойдет катастрофа.

Коля появился в дверях, так и не дождавшись моего ответа, и молча всучил мне бутылку пива, а сам приложился к уже открытой своей. Я нерешительно покрутила напиток в руках, а потом поставила на стол возле кровати. Друг уселся рядом и уставился на экран телевизора, висевший на противоположной стене. Под ним стоял невысокий столик, на которым был плейстейшен, заваленный коробками от еды, банками из-под пива и прочим мусором. Я снова поморщилась. Хотя у меня дома тоже был частенько такой беспорядок, но такой вони не было никогда. Создавалось впечатление, что в квартире кого-то убили и его труп разлагался прямо на полу. От этой мысли меня замутило.

- Поиграем? - парень кивнул головой на приставку и улыбнулся, все еще не глядя на меня.

- Нет, спасибо. Я хотела с тобой поговорить.

Я нерешительно пожевала губы, изучая свои ладони, лежащие на коленях. Коля не отреагировал, поэтому я подняла голову и столкнулась взглядом с его черными мутными глазами. Парень продолжал улыбаться, покачивая рукой полупустую бутылку с жидкостью.

- Коля? - нерешительно позвала я друга.

- Слушаю тебя внимательно, - сказал он, хотя его вид явно говорил об обратном, но я не хотела сдаваться.

- Слушай... Я хотела спросить... Скажи, пожалуйста, только честно...

Я старательно подбирала слова, делая долгие паузы, потому что боялась подобраться к сути вопроса. Коля смотрел на меня в ожидании. Я сделала глубокий вдох и вымолвила:

- Это ты убил Эльвиру?

В комнате повисла гробовая тишина. Часы на стене внезапно показались очень громкими. Их тиканье ворвалось в мой мозг, сразу отзываясь головной болью. Я поняла, что непроизвольно задержала дыхание, произнеся вопрос, и спустя пару секунд, наконец, медленно выдохнула. Коля молча уставился на меня. Улыбка сползла с его лица, глаза сузились в щелочки, а взгляд стал еще более звериным.

- К чему этот вопрос? - хрипло произнес он на тон ниже, чем говорил обычно, и я почувствовала исходящую от него опасность.

- Ну, - слова вылетали из моего рта отрывисто, с паузами, - ты ушел раньше. После звонка Эльвиры. У нее что-то случилось. Потом труп. Я не знаю. Все очень странно, и я запуталась. Просто ответь мне на вопрос.

Друг молчал, продолжая пристально смотреть мне в глаза. Мое дыхание ускорилось, сердце забилось быстрее, отзываясь эхом в ушах, ладони тут же вспотели. Иррациональный страх заполнил все мое существо, а инстинкты закричали: "беги!", но я осталась сидеть. Это же Коля, мой Коля, мой хороший друг, с которым мы вместе пили и болтали. С которым мы ходили на обед, с которым курили и шутили самые тупые шутки на свете. Мой друг, который спас меня.

Друг, с которым мы закапывали тело Миши.

Последняя мысль заставила все тело напрячься словно пружина. Конечности похолодели, но при этом ноги и руки потели все сильнее. Я чувствовала, как подмышками расплываются влажные круги. Коля привстал и, будто в замедленной съемке, подсел ближе ко мне. Он наклонился к моему уху так близко, что я почувствовала его мерзкое пропитое и прокуренное дыхание на своем лице. Отвращение подступило к горлу, вызывая тошноту. Я было дернулась, чтобы встать, но парень схватил меня за руки, заставляя остаться на кровати в положении сидя, и горячо зашептал:

- Так это ты донесла на меня копам? Ты сказала им, что я был с Эльвирой? Думала, что они меня сразу сделают главным подозреваемым и закроют, да? Думала, так легко от меня избавишься? А нет, видишь, как все сложилось, подозревают нашего Михаила, но мы же знаем, что его не найдут, да, дорогуша? Мы ведь тут с тобой в одной лодке, ты помнишь об этом?

Коля шептал и шептал, и его губы были все ближе к моему уху. Я чувствовала, что тело не слушается меня. Все внутри кричало, что надо бежать и спасаться, но я не могла контролировать свои действия. Все нутро охватила паника, блокируя доступ к двигательным функциям. Мозг словно отключился, сознание исчезло, и в голове звучал только страшный шепот. Часы тикали, как бомба, отсчитывая ударами секунды жизни.

- Нет, - попыталась вымолвить я, но из горла раздался лишь неразборчивый хрип, - я не...

Парень не дал мне договорить, он не слушал. Только его шепот сейчас имел значение.

- Ты всегда ко мне неровно дышала. Стала ревновать к Эльвире, а? Вот и решила с ней разделаться, верно? И подставить меня? Моя мама предупреждала, что надо опасаться, ведь ты непременно так поступишь. Она сказала, что все от меня отвернулись, только она рядом осталась. А все остальные - предатели. А знаешь, что случается с теми, кто меня предает? - друг сделал театральную паузу, - Миша знает. Только теперь это уже не имеет значения. Я помню, что ты пыталась меня утопить, прямо здесь, в квартире, на кухне, но ничего у тебя не вышло, потому что я живучая мразь, ага? Я знаю, что я мразь. И ты все равно хочешь меня, да? Как тебе такая ирония? А мне плевать на тебя. Мы не друзья. Ты для меня лишь пустое место. Вообще никто. Глупая девчонка.

Мозг не работал, но малая часть меня все понимала и осознавала. Коля совсем плох, он путал события, путал прошлое и настоящее. Неужели он действительно думал, что я пыталась его утопить? И его слова... Я пыталась убедить себя, что он просто под кайфом и поэтому говорит все эти мерзкие вещи, но в глубине души я знала, что это правда. Я никогда ничего для него не значила. И моя привязанность была лишь сознанием маленькой наивной девочки, которая хотела друга. Хотела быть понятой. Хотела человеческого тепла. И немножко любви. Ведь меня никогда никто не любил.

- Наивная Катерина. Ты такая жалкая в своем стремлении быть ко мне ближе. Эльвира мне хотя бы нравилась. Она была такая забавная. Думала, что может бесконечно играть со мной в кошки-мышки и не давать, и ничего не будет. А оно видишь как. Так жизнь не работает. Когда ходишь по тонкому льду слишком долго, в конце концов всегда в итоге провалишься в ледяную воду и утонешь, потому что никому ты не нужен, и никто не кинется тебя спасать. Вот она и утонула.

- Это ты ее убил? - наконец, смогла я вымолвить вновь свой вопрос, хоть и лишь тихим шепотом. Но Коля услышал.

Его губы снова растянулись в подобии улыбки, которая теперь была не просто странной, а дико пугающей, и я тут же пожалела о своем вопросе.

Его пальцы все еще сжимали мои запястья, приковывая тело к кровати и обездвиживая. Хотя, мне кажется, от страха я и так бы не сдвинулась с места. Будто вся энергия жизни разом вышла из меня. Руки онемели от чересчур сильной хватки, но я даже не пыталась пошевелить пальцами. Сил не было.

- Глупая. Глупая Катерина. Все мы смертны и жизнь всех нас ведет лишь в одно место. Или в два. Хотя, я думаю, что и ты, и я, мы оба прекрасно знаем, что нам одна дорога - только в ад. Ведь то, что мы сделали с Мишей, примут только там, внизу. А может и он там, и скоро мы с ним встретимся, - Коля отодвинулся, продолжая удерживать мои руки, и посмотрел на меня глазами сумасшедшего - бешеные искры сияли в его огромных черных зрачках, в которые я глядела, будто зачарованная.

Его слова почти не достигали моих ушей, потому что от шока я не могла разобрать, что он говорил. Я чувствовала боль в руках, чувствовала биение сердца в ушах, слышала какие-то нечленораздельные звуки, которые нарушало тиканье часов.

- Знаешь, хоть ты и жалкая, но от тебя я никак не ожидал такого предательства. Я думал, что это Марта сдала меня копам, но это была ты. Я в тебе так разочарован.

Коля покачал головой и с досадой цокнул языком. Я разлепила онемевшие губы и еле слышно произнесла:

- Ты убил ее...

Парень расхохотался, словно я только что рассказала самый смешной в его жизни анекдот, а через секунду приблизил свое лицо к моему и, выплевывая слова вместе со слюной, прорычал:

- Ох, дорогуша... Лед-то твой треснул. Кто тебя спасет со дна? - и он вцепился ледяными пальцами в мою шею, - никто не спасет. Ты никому не нужна.

Его пальцы сомкнулись. Я инстинктивно вскинула руки, пытаясь ослабить хватку, но они не слушались от долгого нахождения в одном положении. Кровь перестала поступать в конечности после того, как их долго удерживал Коля, и сейчас я оказалась совершенно беспомощной.

Говорят, перед смертью в голове проносится твоя жизнь - это не так. В моем сознании были лишь шок, боль, непонимание и разочарование. Но больше всего страх. В момент беспомощности и близящейся смерти ты не думаешь.

Несколько минут я пыталась бороться, когда мои руки, наконец, пришли в себя. Я царапала ногтями пальцы парня. Старалась уцепиться за них, содрать со своей шеи, но ничего не выходило. Сознание, которое и так было долгое время далеко, сейчас уплывало еще дальше. Я силилась сделать вдох, но не могла, и из горла вырвался лишь жалобный хрип. Шея начинала неметь, зрение становилось все более нечетким.

- Ты не сможешь победить меня. Тебе меня не одолеть. Я боролся и буду бороться. Никто не сможет меня убить, я сам всех убью. Мама, ты же меня защитишь, да? Я все правильно делаю? - тараторил Коля, глядя куда-то сквозь меня. В его глазах была пустота и бессмысленность, но вместе с тем какая-то ужасающая осознанность.

Последнее, что я видела перед тем, как отключилась, это его черные бешеные зрачки, которые приблизились к моему лицу так близко, что я смогла увидеть свое отражение. И через секунду остались лишь я и темнота.