Глава 8. Очередное новое начало.

Тати пыталась выбросить встречу с Дмитрием Белозёровым из головы, но его взгляд, его ухмылка застряли в мыслях, будто заноза.

Кристина тоже заметила её напряжённость, но не комментировала, лишь иногда бросала на неё внимательные взгляды.

Дни снова потекли привычной чередой. Работа. Дом. Сон.

Но через три дня он снова появился в кофейне.

- Привет, Тати, - сказал он так, будто они были давними знакомыми.

- Чёрный кофе, без сахара? - спросила она, сохраняя нейтральный тон.

- Уже знаешь мой заказ? - он улыбнулся.

- Работа такая, - отрезала она, передавая ему стакан.

Он не уходил.

- Слушай, мне сказали, что ты хорошо катаешься, - начал он, задумчиво крутя стакан в руках.

Тати напряглась.

- Кто сказал?

- Есть слухи, - он лениво пожал плечами. - Я бы хотел проверить.

- Проверить?

- Да. Давай на каток. Спорим, кто лучше?

Она сжала зубы.

Кататься? После всего?

- Нет, - отрезала она.

- Боишься проиграть? - в его голосе прозвучала лёгкая насмешка.

Тати сжала пальцы так, что ногти впились в ладонь.

- Я не боюсь.

- Тогда докажи, - он сделал шаг назад, бросая ей вызов взглядом.

Тати молчала.

Дмитрий улыбнулся.

- Увидимся, Тати.

И ушёл.

Она так и осталась стоять за стойкой, ощущая, как внутри медленно разгорается что-то тёмное.

Она ненавидела его уверенность.

Ненавидела его ухмылку.

Но больше всего ненавидела то, что часть её хотела согласиться.

Тати не могла выбросить его слова из головы.

Она клялась себе, что не вернётся на лёд. Но с каждым днём в груди росло раздражение.

Кто он такой, чтобы бросать ей вызовы?

Её жизнь уже разрушена, её прошлое - обугленный пепел. Но этот самоуверенный фигурист говорил так, будто ничего не знал, будто имел право её провоцировать.

- О чём ты задумалась? - Кристина хлопнула её по плечу, когда кофейня опустела после вечернего наплыва клиентов.

Тати резко подняла взгляд.

- Он бесит меня.

Кристина закатила глаза.

- Ну конечно. А ещё он зацепил тебя.

Тати фыркнула.

- Чушь.

- Ага, рассказывай, - Кристина хмыкнула. - Так ты пойдёшь на каток?

Тати смотрела в пустую чашку.

Внутри неё шёл тихий, но напряжённый спор.

С одной стороны - страх, воспоминания о боли, о том, как её мечта рухнула.

С другой - злость.

Она не могла позволить Белозёрову думать, что она испугалась.

- Я пойду, - сказала она наконец.

Кристина понимающе улыбнулась.

- Тогда тебе нужно тренироваться.

Ночью Тати снова не спала.

В темноте комнаты она сидела на кровати, обхватив себя руками.

Образ льда, блеск коньков, ощущение скорости - всё это жило в её теле, в мышечной памяти.

Но вместе с этим жила и боль.

Тати знала: если она выйдет на лёд, прошлое настигнет её.

Но разве можно прятаться вечно?

Она встала, подошла к шкафу и достала старую коробку.

Открыла её дрожащими руками.

Внутри лежали её коньки.

Тати взяла один в руки, провела пальцами по холодному металлу лезвия.

Где-то глубоко в груди шевельнулось давно забытое чувство.

Она ещё не проиграла.

На следующий вечер Тати вышла на каток.

Поздний час, почти никого.

Она надела коньки, встала у бортика.

Вдох. Выдох.

Первый шаг.

Лёд был холодным, скользким, но таким родным.

Тело сразу вспомнило.

Второй шаг. Третий.

Скорость.

Ветер в волосах.

Она сделала вираж, почувствовала, как плавно работает тело.

И вдруг - вспышка памяти.

Шестилетняя Таня падает на лёд. Боль, хруст в ноге.

Тати споткнулась, потеряла баланс.

Удар.

Она упала на колено, чувствуя, как холод пробирается через одежду.

- Чёрт... - выдохнула она.

Рядом раздался знакомый смех.

Тати резко подняла голову.

Дмитрий Белозёров стоял у бортика, опираясь на него локтями, и ухмылялся.

- Всё-таки пришла, - протянул он.

Тати сжала кулаки.

- Ненавижу тебя, - процедила она сквозь зубы.

Дмитрий только рассмеялся.

- Отличное начало.

Тати поднялась на ноги, отряхнула колено. Лёд был таким же холодным, как её злость.

- Чего ты смеёшься? - процедила она, встречаясь с Дмитрием взглядом.

- Просто интересно, - он опустил руки и оттолкнулся от бортика, ступая на лёд. Его движения были плавными, уверенными, будто лёд был его домом. - Почему ты вернулась?

- Потому что ты меня бесишь, - отрезала она.

Он усмехнулся.

- Хорошая мотивация.

Дмитрий сделал несколько лёгких движений, словно проверяя лёд. Затем резко развернулся, грациозно проехав вокруг неё.

- Ну что, покажешь, на что способна?

Тати сжала зубы.

Словно по щелчку в ней проснулось упрямство.

Она оттолкнулась от льда, позволив телу вспомнить каждое движение, каждый поворот. Сначала медленно, затем быстрее. Ветер хлестал по щекам, но она не замечала.

Лёд скользил под ногами, но Тати управляла им, чувствовала его.

Разворот.

Резкий вираж.

Она сделала тройку, затем зашла на прыжок - и её тело взмыло в воздух.

Но в последний момент она не смогла побороть страх.

Приземление оказалось неловким, она пошатнулась, потеряв равновесие.

Дмитрий поймал её за локоть, удерживая.

- Не хватает уверенности, - заметил он, смотря на неё слишком пристально.

Тати вырвала руку.

- Не твоё дело.

- Тогда докажи, что можешь лучше, - он прищурился.

Она прикусила губу.

Сейчас это был не просто вызов - это было личное.

Тати снова сделала заход на прыжок, разогнавшись.

На этот раз она не дала страху взять верх.

Она взлетела, развернулась в воздухе и мягко приземлилась, чувствуя, как мышцы вспоминают забытые ощущения.

Дмитрий кивнул.

- Уже лучше.

- Иди к чёрту, Белозёров, - фыркнула Тати.

Он усмехнулся.

- Встретимся завтра.

- Кто сказал, что я приду?

- Ты придёшь, - бросил он через плечо, уходя с катка.

Тати осталась стоять на льду, чувствуя, как её сердце колотится.

Злость. Раздражение. И странное предвкушение.

Она ненавидела его.

Но ещё больше она ненавидела то, что он был прав.

Тати осталась на льду ещё на пару минут, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. В груди горело что-то непонятное - смесь раздражения, вызова и... желания доказать себе, что она может.

Она обвела взглядом пустой каток. Воспоминания были слишком живыми - боль, падение, невозможность двигаться. Но теперь она стояла. Она снова каталась.

«И я не остановлюсь».

С этими мыслями Тати направилась к бортику, сняла коньки и вышла с катка.

На следующее утро она с трудом открыла глаза. Всё тело ломило после вчерашней тренировки, мышцы гудели от непривычной нагрузки.

Кристина уже собиралась на работу, но, увидев её сонное лицо, усмехнулась.

- Доброе утро, чемпионка.

Тати только поморщилась.

- Заткнись.

- О, значит, утро действительно доброе, - Кристина рассмеялась. - Так что, идёшь сегодня снова?

Тати промолчала.

Вопрос был риторическим. Она знала ответ ещё до того, как проснулась.

Кофейня, как всегда, была наполнена ароматом свежесваренного кофе и негромкими разговорами посетителей. Тати работала на автомате, её мысли крутились только вокруг вечера.

- Ты сегодня сама не своя, - заметила Кристина, наблюдая, как она машинально наливает капучино.

Тати поставила чашку перед клиентом и пожала плечами.

- Просто устала.

- Ага, конечно, - хмыкнула подруга.

Она не настаивала, но её хитрая улыбка говорила, что она знает больше, чем говорит.

Тати отвернулась, пряча выражение лица.

День тянулся невыносимо долго.

Но наконец, когда солнце начало садиться, она поняла - пора.

Каток был пуст, кроме одного человека.

Дмитрий уже катался. Его движения были лёгкими, грациозными, будто он не просто катался, а танцевал.

Он заметил её и остановился, подкатив ближе.

- Я же говорил, что ты придёшь, - ухмыльнулся он.

Тати закатила глаза.

- Не льсти себе, Белозёров.

Она завязала коньки и вышла на лёд.

Сегодня она не собиралась проигрывать.

Дмитрий наблюдал, скрестив руки на груди.

- Покажешь, чему научилась?

Тати молча разогналась.

Сначала осторожно, потом быстрее.

Разворот, перекрестный шаг, заход на прыжок.

Она взлетела - и в этот раз страх не успел её догнать.

Идеальное приземление.

Дмитрий приподнял брови.

- Уже неплохо.

Тати только усмехнулась.

Она ещё не закончила.

Тати чувствовала, как с каждым движением тело вспоминает забытые ощущения. Ветер бил в лицо, лёд был гладким, а сердце билось ровно, в такт каждому её повороту.

Но она не хотела просто кататься - она хотела доказать Дмитрию, что он не лучше.

Разгон. Ощущение скорости, лёгкость в ногах. Она наклоняется, делает глубокий заход, отталкивается - и взлетает.

Один оборот. Второй. Приземление.

Идеально.

Дмитрий присвистнул.

- Уже что-то.

Она резко развернулась, глядя на него.

- Думаешь, можешь лучше?

Он ухмыльнулся и, не говоря ни слова, ушёл в разгон.

Тати не могла не признать - он двигался идеально. Без лишних движений, без напряжения. Его прыжок был мощным, вращение - быстрым, а приземление таким лёгким, будто он не касался льда.

Раздражение вспыхнуло в ней с новой силой.

Дмитрий откатился к бортику и бросил ей взгляд, полный вызова.

- Ну что, Тати? Сдаёшься?

Она сжала зубы.

- Никогда.

Она снова ушла в разгон, но теперь её движения были более резкими, более отчаянными. Она хотела не просто доказать, что может - она хотела уничтожить сомнения.

Прыжок.

Один оборот. Второй.

Но в последний момент её нога дрогнула.

Ошибка.

Лёд ушёл из-под ног, и Тати полетела вниз.

Удар.

Боль пронзила плечо и ладонь.

- Чёрт... - она стиснула зубы, ощущая, как по телу расходится тупая боль.

Дмитрий уже был рядом.

- Ты в порядке?

Она резко подняла голову.

- Не смей спрашивать!

Он замер, но не ушёл.

- Ты слишком спешишь. Если хочешь победить, тебе надо не злиться, а чувствовать лёд.

- Не учи меня, - огрызнулась Тати, пытаясь встать.

Дмитрий не двинулся.

- Ты хочешь выиграть или просто упасть?

Тати посмотрела на него.

А затем снова поднялась на ноги.

- Тогда ещё раз, - бросила она, разгоняясь.

На этот раз она не дала себе упасть.

Она снова взлетела над льдом - и в этот раз страх её не догнал.