Глава 17

- Присаживайтесь. Вам, может, чаю?

Детективы вошли в крохотную комнатушку, в которой жил молодой медбрат. В целом она была похожа на обычное помещение общежития: кровать, ванная, некое подобие кухни в виде раковины, газовой плиты, небольшого пространства для готовки, пары настенных шкафчиков и холодильника, для доступа в который нужно было согнуться в три погибели, и какое-никакое рабочее место, главой которого был среднего размера стол, забитый книгами и тетрадками, здесь же стоял гардероб и несколько стеллажей с какими-то папками и все теми же книгами медицинского назначения. Тем не менее откуда-то нашлись целых три стула, так что все присутствующие смогли спокойно разместиться, не мешая друг другу.

Войдя, Майкл тут же начал суетиться на кухне и в комнате, пытаясь навести порядок, однако Мик его успокоил. Почему-то молодой человек вызвал определенную симпатию в детективе: он не боялся полицейских и не старался как-то выслужиться перед ними; Мортред не видел страха в глазах юноши и во время задержания. Предложение чая ощущалось как простая вежливость и добродушие. За время расследования Мик допросил много людей, однако мало кто из них выглядел столь же живым и самостоятельным, как этот молодой человек.

- Спасибо, не надо. Мы здесь все же по делу, – вежливо ответил детектив.

- Ну, не хотите, как хотите, - Майкл уселся на стул около рабочего места и развернулся к слушателям. – Сперва я хотел спросить: Вы не держите на меня зла за ту нелепую погоню? Я могу обработать Ваши раны.

- Не нужно, заживет, – отмахнулся Мик. Он уже достал блокнот, пролистал его и нашел чистую страницу. – Расскажи нам все, что знаешь о Неро. Эдвард сказал, что он, возможно, доверял тебе. Почему?

- Ох, если бы я только знал. Думаю, для начала вам нужно понимать, что это был за человек, – юноша уселся поудобнее для своего рассказа. – Мистер Кроу вам, скорее всего, уже поведал, что это был лучший врач психиатрии в нашей больнице, и так оно и было. Каждый медбрат хотел набиться ему в ученики и следовать по его стопам, однако доктор Хофф таким не занимался и работал по большей части один, хоть и был главой целого отделения. Не буду отрицать, что и мне хотелось быть его протеже - его работа производила впечатление на каждого, кто хоть раз видел его за делом.

Майкл сделал паузу, будто смакуя прокрученные в своей голове воспоминания. Мик не торопил молодого человека, чтобы его не сбивать. Финли продолжил:

- Думаю, то, что я к нему попал, можно назвать чистым везением. Доктор Хофф должен был провести показательный сеанс атропинотерапии в кабинете, в котором я часто работаю. Так как это было новое для него помещение, он не знал, где лежит какая жидкость, ничего не было подписано, поэтому, чтобы все прошло гладко, ему понадобилась моя помощь. Я старался очень чутко реагировать на его просьбы, не задавать лишних вопросов, и, можно сказать, у меня получалось понимать его буквально с полуслова. Доктор Хофф это, видимо, тоже прочувствовал, поскольку с тех пор брал меня на каждую свою операцию и сеанс, даже где не были нужны еще одни руки. Так мы с ним проработали несколько лет.

Майкл замолчал, второй раз за день потупившись в пол.

- Ты знаешь, почему Неро убил того человека? – аккуратно спросил Мик.

- Да. Я знаю многое, о чем понятия не имеет главврач, – глухо ответил медбрат. Он тяжело вздохнул и посмотрел на детективов. – Извините, мне довольно трудно говорить. Доктор Хофф действительно мне доверял, поэтому то, что сейчас происходит, ощущается для меня как предательство. Я скажу даже больше: я попал сюда сиротой, и он, можно сказать, стал мне отцом. Но вы же не ответите: «Хорошо, Майкл, можешь идти отсюда, мы узнали все, что нужно», ведь так? – Финли горько усмехнулся.

Мик начал быстро перебирать в голове варианты того, что можно сказать, чтобы как-то приободрить парня, и собирался было уже открыть рот, однако юноша прервал его жестом руки.

- Не стоит, мне нужно пережить это самому, – сказал Финли. Чувствовалось, что голос его немного окреп, однако все еще звучал глухо и печально. – Я говорил про Неро, так? Я знаю, почему он убил того мужчину. Однако с этой историей тесно связана другая, не менее темная и мрачная.

Он еще раз глубоко вздохнул, откашлялся и начал рассказ:

«Перед тем, как уехать из Камарило, доктор Хофф в последний раз зашел ко мне попрощаться, а заодно и рассказать мне причину своего поступка. Признаться, я не ожидал, что все, чем он тут занимался, происходило из-за этого.

В детстве юный Неро одним летним днем пошел со своими родителями в кинотеатр в своем родном городе, название которого он не сказал. Казалось бы – это был совершенно обычный день. Однако тогда произошла страшная трагедия: в здание кинотеатра ворвался психопат, который учинил там жуткую резню. Жертв было не так много, однако среди них были родители Неро.

Произошедшее оставило неизгладимый отпечаток в душе и разуме Хоффа. Однако поразило его не столько то, что перед ним убили несколько человек, в том числе и его родных, а то, что никто из других посетителей кинотеатра даже не попытался помешать этому, хотя у преступника помимо ножа не было ничего. Они просто пытались спрятаться и отвернуться от происходящего, будто это не происходило прямо перед ними. Они хотели поскорее забыть, как из горла матери Неро хлестала во все стороны кровь, забрызгивая пол и кресла, и как жутко глядели на них пустые глазницы мужчины в костюме, лежащего рядом с ней.

Преступника задержали, а Неро с тех пор поклялся себе, что изучит все книги о психологии и психиатрии, какие только найдет, но поймет, что в тот момент двигало этими людьми. Прошло много лет, он успел закончить с отличием школу, отучиться в Стэнфорде и, наконец, прийти сюда. Здесь он и обосновался.

Ответ на свой вопрос он так и не получил, но помимо этого ему еще стало интересно «изучить границы человеческого сознания» – так он это называл. С того момента началось то, что можно натурально назвать экспериментами над людьми. Да, я присутствовал на почти всех «закрытых» сеансах, что проводил доктор Хофф. Он пробовал самые различные комбинации методов лечения психических заболеваний и лекарств, разные дозировки, разные условия, разные пациенты. Зрелище, честно сказать, далеко не всегда было из приятных: люди корчились в немыслимых муках, изворачивались в наручниках и веревках, пытаясь вырваться из оков и остановить происходящее. Однако доктор Хофф все время говорил, что это ради блага науки, и что мы ничего не делаем плохого. Конечно, происходили и различные инциденты в таких экспериментах, однако их именовали «несчастными случаями». Когда человек входил в кабинет просто больным, а выходил натуральным «овощем», если выходил вообще, но всякий раз у Неро получалось как-то объясниться перед Кроу, не раскрывая своих истинных мотивов, и заминать такие эпизоды.

В день, когда доктора Хоффа уволили, произошло то, чего никто не ожидал. Нам привезли пациента на осмотр, все было как обычно. Однако им оказался тот самый маньяк, что когда-то давно убил родителей Неро. Доктор Хофф не смог себя сдержать и выместил всю свою ненависть и злость, накопившуюся за много лет, на этом человеке. Трудно сказать, контролировал ли он себя вообще. Доктор Хофф не стал оправдываться и отнекиваться, он понимал, что в этот раз у него не получится выйти сухим из воды. Слишком много свидетелей такого зверского убийства средь бела дня. Единственное, чем мистер Кроу мог ему помочь – это уберечь его от глаз правосудия, что он и сделал, но вариант, что Неро останется в больнице даже не обсуждался. Поэтому он быстро собрал вещи и в тот же день уехал отсюда».

Рассказ Майкла прояснил для Мика многие вещи: почему использовался гипноз, дозировка нейролептиков в крови «преступников». Однако еще один важный вопрос оставался нерешенным.

- Ты знаешь, где нам найти Неро?

- Да, я знаю один адрес. Я сказал, что доктор Хофф попрощался со мной в последний раз, однако месяц спустя он позвонил мне. Конечно, это было манипуляцией, но он знал, как я к нему отношусь, – юноша хотел было потупить глаза в пол, однако передумал и посмотрел в глаза детективу. – Он... попросил меня выкрасть для него медицинские карты его бывших пациентов. Около половины из них были теми, над кем он проводил эксперименты.

- Вот, почему доктор Рид не смог предоставить нам их, когда мы его попросили.

- Верно. Я пробрался ночью в архив и выкрал их. Это было очень непросто: большую часть того, что относилось к доктору Хоффу, уничтожили, а что нельзя было уничтожить – убрали в самый глубокий ящик и погребли под сотней других бумаг. Вот, почему я побежал, когда увидел полицию – я думал, Эдвард прознал о моем поступке и послал вас за мной. Неро сказал отвезти все на бульвар Резеда 9423, что в Нортридже – там находится многоквартирный дом. Я оставил пакет около квартиры 37 на третьем этаже, самого доктора Хоффа я не видел. Если вы хотите найти его, советую начать оттуда.

- Сколько личных дел ты туда отвез? – поинтересовался Джереми.

- Не меньше пятидесяти, – с серьезным лицом ответил Финли.

- Тогда нам нужно идти, – резко сказал Мик и поднялся со стула. Перед тем, как выйти из комнаты, он повернулся к юноше и сказал, – Спасибо, Майкл. И береги себя.

Выйдя из комнаты, Мортред повернулся к напарнику и взволновано сказал:

- Если хотя бы человек десять из того списка являются подопытными Неро, то нужно спешить. Иначе у нас будут большие проблемы.

- Тут я с тобой абсолютно согласен, – мрачно сказал Джереми, поправил шляпу и отправился в сторону выхода из больницы.