Глава 2

- Мы на месте. И как нам искать его квартиру в этом доме? Будем стучаться в каждую дверь и узнавать, туда ли мы попали? – ядовито спросил Джереми.

- Ты бы хоть иногда включал свою голову, Стаут. На почтовом ящике должны быть фамилия и номер квартиры, – огрызнулся Мик.

- А, да? Забавно, никогда не обращал на это внимания. Давно мы с тобой искали кого-то в многоквартирном доме? Ну да не важно. Пошли? – бодро ответил Джереми.

- Тебе что, на дом почта не приходит? – недоуменно сказал Мик уже закрывающейся двери автомобиля.

Подойдя к входной двери, детективы прильнули к почтовым ящикам.

«Бронкс... Джонсон... Джордан... Вот! Картер, квартира 206. Пойдем, нам на второй этаж».

Добравшись до нужной двери, детективы твердо постучали. За дверью раздался приятный мягкий молодой женский голос: «Иду-иду, милый. Ты сегодня поздно...». Открыв дверь, глазам детективов предстала красивая невысокая девушка лет двадцати трех в простой длинной ночнушке с округлившимися от удивления глазами.

- Э-э-э, здравствуйте, чем я могу вам помочь? – спросила девушка. Появление на ее пороге полицейских определенно ввело ее в ступор.

- Полиция Лос-Анджелеса, детектив Мортред, детектив Стаут. Мы бы хотели с вами поговорить о Мартине Картере. Мы можем войти? – сказал Мик, показывая значок. Он старался не демонстрировать свое смущение ее несколько откровенным нарядом.

- Мартин? Да, входите конечно, – все также ошеломленно произнесла девушка.

Войдя внутрь, детективы попали в небольшую, чистую, скромно обставленную квартиру. Старенький диван, от одного только взгляда на который тот начинал скрипеть, крохотный телевизор, стоящий на таком же миниатюрном комоде, древний шкаф, забитый непонятно чем, внешне будто пришедший из эпохи английских герцогов и королей – в настолько плачевном состоянии он находился – да потрескавшийся кофейный столик составляли все убранство комнаты.

- А что, собственно, случилось? Мартин что-то натворил? – девушка, наконец, вышла из оцепенения.

- Да, можно и так сказать, – осмотревшись, Мик повернулся к ней. – Сегодня ваш муж убил в кинотеатре пять человек. Поэтому мы бы и хотели с вами пообщаться.

- Он... что сделал? – девушка задрожала, ее глаза заблестели и стали еще круглее. Затем она выпалила, – А он? Что с ним? Где он сейчас?

- Сожалеем, но он погиб. Он был вооружен и оказывал сопротивление, поэтому полиции пришлось принять меры, – краем глаза Мик заметил, с каким интересом его напарник уставился на найденную в шкафу бутылочку виски.

Девушка затряслась и закрыла лицо руками, не издав более ни звука.

- Мы бы хотели тут осмотреться и поговорить с вами, это может нам помочь понять причину того, что он сделал, – мягко продолжил Мик, бросая укоризненный взгляд на Джереми. Тот прекрасно понял, чего от него хочет напарник, и усадил девушку на диван. Не дожидаясь положительного ответа, Мик удалился в другую комнату.

Спальня Мику показалась более уютной, чем гостиная. Несмотря на громоздкий шкаф с одеждой, мрачно нависавший над всей комнатой, Мик отметил заставленные семейными фотографиями полки, несколько растений на подоконнике за которыми явно кто-то ухаживал, а также идеально застеленную кровать – все это создавало впечатление, что хозяин с любовью заботился о жилище. Тем не менее все внимание на себя перетягивал массивный дубовый письменный стол, качество которого по сравнению с остальным в комнате не оставляли сомнений, что он достался владельцу в наследство. Именно к нему Мик первым делом и отправился.

Всего у стола обнаружилось три отделения. Открыв верхнее, Мик увидел большую кипу бумаг, в которую он с жутким интересом и залез. Решив не мелочиться, детектив достал все из ящика и разложил на столе. «Свидетельство о браке.... Эмили Картер. Хорошо, запомнили», - подумал Мик и отложил документ в сторону. «Бумаги из университета... Парень учился на инженера, но бросил учебу. Почему? Хм, бумаги из армии? Не годен к службе? Похоже, он бросил учебу ради службы в армии, но его туда не приняли. Здесь написано, что он был направлен на обследование в психиатрическую лечебницу, но для чего не написано, а бумаг из больницы я в этой куче не вижу. Может, в другом отделении?»

Мик открыл другой ящик, где увидел еще бо́льшую кучу бумаг. Озадаченно кивнув головой, детектив также достал их и положил на стол. «Счет за квартиру, счет за отопление, счет за воду, счета... счета... счета... Это далеко не то, что я ищу. Здесь же можно видеть и другую сторону медали: расписка о выдаче кредита, расписка о погашении кредита, расписка... расписка... Хм, отказ в работе. И не один, а листов семь, не меньше. И все разные. Судя по всему, парень усердно пытался устроиться на работу, но без опыта и без образования он не сильно кому-то был нужен. Да, не сложилась жизнь, ничего не скажешь.

Может, он пошел убивать из ненависти, а заодно и решил таким образом закончить свою жизнь? Такое вполне возможно, не самое редкое явление, хоть обычно это и не так происходит», – вспомнив залитый кровью кинозал, Мик невольно поежился. «Это несколько проливает свет на произошедшее, но не ключевое. Мы ведь достоверно знаем, что парень был в тюрьме за преступление, а после этого проходил принудительное лечение в больнице. Об этом обязательно должны быть какие-то документы».

Не теряя энтузиазма, Мик открыл третье отделение стола и тут же нахмурился. Звонко звеня, на него выкатились пустые бутылки из-под пива, вина, виски и прочего алкоголя. «Не это я ожидал здесь увидеть. Интересно, его жена об этом знает? С таким количеством выпитого должна, как минимум, догадываться», – мрачно подумал Мик и ногой закрыл ящик. Когда отделение захлопнулось, Мик услышал необычный щелчок, который до этого ни в одном из отделений слышен не был. Озадаченно выдвинув ящик снова, на детектива все также весело выкатились бутылки. Повторив свой эксперимент, Мик вновь услышал тот же щелчок. Открыв ящик, он вытащил оттуда все бутылки и заглянул в него.

На дальней стенке полицейский увидел отверстие. «Палец туда не пролезет, нужно что-то более тонкое». Мик взял со стола карандаш и вставил в отверстие. В это же мгновение нижняя часть ящика резко отодвинулась, открыв изумленному взору детектива еще несколько бумаг, а также патроны для оружия. «Двойное дно. Наверное, можно было и догадаться. Стол явно старый, а в то время очень любили такие штучки». Обрадовавшись, детектив вытащил из потайного отделения все найденные документы и боеприпасы.

Первым делом он взял патрон и повертел перед собой: «Пистолетные, сорок пятый калибр. Мы пользовались такими на стрельбищах. Раз он их прячет, значит, как я и думал, он приобрел оружие нелегально, но поиском продавца должны заниматься не мы. И раз какие-то боеприпасы он оставил дома, значит он не покупал пистолет специально для сегодняшней стрельбы, он просто его с собой носил. Только если он не планировал уйти живым после того, что он сделал, но в это я поверить не готов».

Отложив патроны, Мик приступил к изучению бумаг, и с каждой прочитанной строчкой на его лице все больше растягивалась хищная улыбка. Документ, в который так жадно впился детектив, оказался заключением лечащего врача психиатрической больницы.

«В ходе беседы с пациентом было установлено, что в юности наблюдалось легкое пассивно-агрессивное расстройство личности, из-за чего имелись проблемы с учебой, больной не мог найти общий язык со сверстниками, а также не был допущен до службы в армии. На данный момент было выявлено острое импульсивное расстройство личности, а также большое депрессивное расстройство. Разрешение на лечение новыми методами было получено, в связи с чем рекомендуется прохождение интенсивного курса атропиношоковой терапии (14 сеансов), а также полного курса лечения нейролептиками. В случае рецидива, пациент должен пройти короткий курс атропиношоковой терапии (7 сеансов), а также малый курс лечения нейролептиками, после чего должен находиться на постоянном курсе атропиношоковой терапии (2 сеанса в неделю) до улучшения состояния. Подпись: лечащий врач Говард Рид».

«Вот оно! Похоже наш парень перестал ходить на лечение и сорвался», – Мик выглядел так, будто выиграл в лучшую лотерею в своей жизни. «Стоит, конечно, еще поговорить с этой Эмили, но, думаю, теперь мы знаем достаточно».

Оставшиеся бумаги оказались заключением врача больницы об обследовании, на которое Мартина направили после того, как ему отказали в службе в армии, и еще несколько справок о прохождении постоянного лечения в больнице. Переписав себе содержимое документов, Мик аккуратно сложил все бумаги и вернул их в свои ящики. Выйдя наконец из спальни, детектив по пути заглянул на кухню, где его встретили еще пять пустых бутылок. «Что ж, значит она все-таки что-то знала. Но, вероятно, далеко не все, иначе он бы не стал прятать их у себя в столе».

Мик уже собирался было вернуться в гостиную, как вдруг решил задержаться еще на минуту. «Стоит принести воды, может ей станет чуть лучше, и тогда на допросе она будет сговорчивее», – подумал детектив, открывая шкафчики в поисках стакана.