Глава 16

После двух последних уроков, прошедших, к счастью, без эксцессов, я вошел в квартиру на верхнем этаже Алегрии уставшим до предела. Физически я был бодр, но в голове стоял туман - все, чего мне хотелось, это запереться в своей комнате, рухнуть на кровать и зарыться пальцами в мягкий мех моего кота. Первый день в школе меня вымотал. Слишком много людей, разговоров и в целом всего нового. Я был перегружен впечатлениями и даже не знал, с чего начать разбор того, что чувствую.

Но, завидев настороженные взгляды Гаррета и Неро, я понял, что уйти в тишину не получится. Братья сидели на диване, на фоне гудела включенная приставка, джойстики лежали у них на коленях, забытые в ту же секунду, как я переступил порог.

- Ну как прошло?! - выпалил Гаррет, в глазах его плясал азарт. - Было весело? Друзей завел? Чему вас там учат?

Я покачал головой, сбросил ботинки и устало пробормотал:

- Я выжат. Все прошло нормально, но слишком сумбурно. Пойду отлежусь немного. Расскажу все, когда вернется Силас, чтобы потом не повторяться.

На лицах Неро и Гаррета отразовалось разочарование.

- Гребаные интроверты со своим «временем тишины», - пробормотал Неро. - Хотя я не знаю, когда вернется наш королек. Он просто...

- Вечером вернется. Он сам сказал, что, возможно, его не будет, когда я приду из школы, - перебил я брата на ходу, уже сворачивая в коридор. - Позовите, как он вернется.

Удивительно, но братья действительно оставили меня в покое. Обычно они ныли и доставали, пока я не сдавался, просто чтобы от них отвязаться. Видимо, они действительно видели, насколько я устал, или просто догадывались, как меня измотает школа. Я чувствовал себя опустошенным. Мне нужна была тишина, чтобы переварить все, что со мной произошло.

Как в шесть часов может уместиться столько событий? Как люди живут так каждый день?

- Привет, Хью, - сказал я, когда мой кот соскочил с кровати и бодро потрусил мне навстречу, задрав хвост трубой. Дело было не в еде, потому что я оставил ему полную миску. Мой старенький дружочек действительно скучал. Я поднял его, прижал к себе, потом скинул рюкзак на пол, закрыл дверь на замок и завалился на кровать, положив Хью себе на живот.

Я пошел в школу, думая, что подружусь с Тоддом... а теперь мне казалось, что он меня ненавидит. Забавно, но это почему-то не расстраивало. Когда я понял причины, мне больше не хотелось с ним дружить. Не только потому, что он был до смешного обидчивым - злиться на то, что со мной говорил профессор Бритен, серьезно? - но и потому, что человек он оказался, скажем так, сомнительной морали.

Я открыл глаза и уткнулся взглядом в пару зеленых, с довольством щурившихся щелочек.

- Все оказалось куда сложнее, чем я думал, - сказал я Хью, поглаживая его по голове. - Гораздо проще быть котом.

Он не ответил, только продолжал тихонько урчать. Я вновь закрыл глаза и откинул голову на подушку. Было бы здорово лежать так каждый день... но потом я вспомнил, что именно этим и занимался последние четыре года, пока не решил однажды, что пора себя возвращать.

И вот благодаря этому внутреннему порыву снова стремиться к тому, чтобы стать великим принцем, я теперь должен разбираться в странной истории с Тоддом и профессором Бритеном, как-то ужиться с враждебным имбецилом Тиберием, и мириться с отсталым недопанком, явно решившим действовать мне на нервы.

Я уже скучал по своей прежней, простой жизни.

Мысли текли свободно, петляя, возвращаясь к событиям дня, к моим реакциям на них... Я пытался понять, что же на самом деле чувствую и стоит ли с этим что-то делать. Так, убаюканный собственным самокопанием, я незаметно задремал.

Пробудился я сам, меня никто не тревожил, что удивило. Первым делом я взглянул на часы - шесть вечера. Получается, я проспал несколько часов. Видимо, день вымотал меня куда сильнее, чем я осознавал.

Я поднялся, невольно разбудив своего старенького кота, свернувшегося у меня под боком. Желудок заурчал, и я пошел наверх, собираясь заказать что-нибудь на ужин. Из гостиной доносился гул телевизора.

- Здорово, братишка, - сказал Неро, сидевший за столом, за которым Силас обычно занимался королевскими делами. Похоже, он доделывал домашку - как всегда в последний момент.

Гаррет, угрюмый, свернулся на диване. Я сразу понял, в чем дело, когда заметил синяк у него на руке. Видимо, снова сцепились с Неро. У того не хватало ума выражать эмоции словами и он решал споры кулаками. Мне тоже бывало доставалось, но чаще всего мой брат-изверг срывался на Гаррете.

- Что случилось, Гаррет? - спросил я, зевая. - Вы ужин заказали?

- Уже в пути, - ответил Неро. - Невзъебенные бургеры и картошка фри с соусом. Все как надо.

Темные брови Гаррета сдвинулись к переносице.

- Опять сраные бургеры. Я хотел чего-то нового, но этот придурок уперся. А раз он тупой и сильнее меня, то... - Он потер ушибленную руку. - Он засранец.

Я посмотрел на Неро, который в этот момент крутил кулаками у глаз, изображая, что плачет, явно издеваясь над братом.

- Когда станешь самым сильным, будешь выбирать, что на ужин. А пока... терпи, Гаррепутало.

У меня возникло искушение вмешаться, но я вспомнил, как Силас всегда наставлял Гаррета учиться стоять за себя. Да, Неро был сильнее нас всех, даже короля Силаса, но мы были умнее.

Когда я напомнил об этом Гаррету, он усмехнулся:

- Знаю. Просто иногда проще уступить и дать твари с планеты Тупитер сделать по-своему.

Я вздрогнул и отшатнулся, когда что-то маленькое и круглое пролетело мимо меня и с глухим звуком угодило Гаррету в висок.

- Ай! - вскрикнул он, хватаясь за голову.

Мячик для гольфа с тихим стуком покатился по полу и исчез под диваном.

Гаррет взорвался:

- Да какого хрена тебе от меня надо?! У тебя самооценка ниже плинтуса, так ты самоутверждаешься за счет других?! Заведи себе уже друзей, блядь!

Неро вскочил с места:

- Мне завести друзей? Да у меня полно друзей, хорек ты сраный! А у тебя единственные «друзья» - твои гребаные братья.

- Назови хоть одного, блядь, друга, который не друг семьи, дебил, - огрызнулся Гаррет, лицо у него налилось краской, а руки дрожали от ярости.

Я был слишком вымотан, чтобы в это лезть, и просто отвернулся. К счастью, в дверь постучали, должно быть, принесли еду.

Пока они лаялись, как две дворовые шавки, я пошел открывать. Действительно, доставили наш ужин. Это должно было успокоить зверя. Неро всегда становился невыносимым, когда был голоден... а голоден он был всегда.

Но стоило мне захлопнуть дверь и обернуться, как я застал картину маслом - Гаррет с силой швырнул мячик в Неро. Белое пятно мелькнуло в воздухе и со свистом врезалось прямо между сине-фиолетовых глаз. Мой брат-изверг с грохотом рухнул на пол, отчего доски по всей комнате содрогнулись.

Гаррет остолбенел, глядя на поверженного брата с ужасом в глазах, а заслышав яростный рев Неро, резко сорвался с места и понесся вниз по лестнице. Почему он не побежал к выходу, чтобы спрятаться в одной из пустующих квартир, - загадка. Наверное, потому что он не был химерой-гением, как я.

Неро ринулся за ним. Я взял свою накрытую тарелку и уже на полпути к столу услышал с нижнего этажа вопль, за ним - еще один и еще.

- Что, блядь, происходит?

Я резко обернулся, и внутренности мои словно превратились в воду. В дверях стоял Силас. Король выглядел неважно и явно был не в лучшем настроении.

- Гаррет с Неро дерутся, - промямлил я, сам не понимая, отчего так испугался - я ведь вообще ни при чем. Но когда Силас злился, в его взгляде появлялся такой ледяной блеск, от которого по коже бежали мурашки.

На нижнем уровне Гаррета завопил, чтобы Неро прекратил и отстал от него. Глаза Силаса сверкнули, и он рванул к лестнице. Я отвернулся от заведомо неприятной сцены и сел за стол с едой.

Крики сменились сбивчивым лепетом Неро, к которому вскоре присоединился и Гаррет. Видимо, и он попал под раздачу за то, что не смог постоять за себя. Вкрадчивый голос Силаса прорезал их невнятное бормотание. Я не слышал, что он говорил даже с моим химерьим слухом, но мог догадаться.

- Что происходит? - Я обернулся и увидел Эллис. Она вошла, неся в одной руке сложенное ги, в другой - рюкзак.

- Ты с Силасом вернулась? - Она кивнула. Я указал в сторону коридора. - Неро и Гаррет сцепились, а Силас, похоже, им сейчас мозги вправляет.

Эллис прикусила нижнюю губу.

- Он вообще был не в духе, когда за мной заехал. Я весь день собиралась спросить, можно ли мне... тоже пойти в школу, но как только увидела его лицо... - Она покачала головой и пошла к своей комнате. - Побудь с ним сегодня, Илиш... он весь на нервах с тех пор, как случилась эта история с Госселеном.

Я скривился.

- У меня и так дел по горло, Элли. Ты - его дочь, вот ты с ним и побудь.

- Но он же...

- Эллис, у меня в школе проблем хватает.

К моему ужасу, глаза у нее тут же засияли. Она подошла, уселась рядом - ближе, чем хотелось бы - и затараторила заговорщическим шепотом:

- Расскажи. Я хочу все знать. Расскажи в подробностях!

Мой страдание отразилось на лице кислой гримасой. Я уткнулся в ладони, но Эллис тут же дернула меня за руку:

- Ты не понимаешь, Илиш. Тебе нравится тишина и хватает кота, чтобы поговорить, а мне нужны люди. Я ненавижу Аньмэй, она стерва, и ты это знаешь.

Да, к сожалению, я знал.

- Ну пожалуйста. Хоть какую-нибудь сплетню. Ты видел тех четырех девочек? Там вообще много девчонок?

Почему я должен был разглядывать каких-то девчонок? Я отмахнулся:

- Просто попроси Силаса отпустить тебя в школу. Он и так тебе все разрешает. Подлижись, как обычно, похлопай глазками.

- Это уже не работает. У него ко мне иммунитет. Думаю, все из-за сисек, - заявила она и тут же обняла меня.

Я скривился от отвращения и отпихнул ее:

- Отстань от меня, женщина!

- Этот слоган надо добавить на наш семейный герб, - услышал я за спиной голос Неро. Мы с Эллис повернулись. Мой брат-изверг вошел в комнату, потирая затылок, где наверняка уже наливалась шишка. Отбиваясь от Эллис я и не заметил, что внизу уже все стихло. Наверное, как всегда, Силас орал, раздавал затрещины, а потом начал угрожать.

Если Неро не отступал (а мы с Гарретом и Эллис обычно сдавались), Силас применял свое «переменное касание» и бил током. Как правило, туда, куда бить особенно не стоило. Иногда Неро орал так, что у меня волосы на затылке вставали дыбом. А орал он, когда доводил Силаса до ручки.

- Хозяин Силас... - Я встал, как только король вошел в гостиную. - Хочешь, я принесу тебе что-нибудь?

Силас замер в дверях, глядя куда-то вдаль и не моргая, будто мыслями был на другой планете, и только потом его взгляд медленно скользнул ко мне.

- Меня не будет неделю или две.

У меня отвисла челюсть. У Неро и Гаррета, стоявших по обе стороны от него, тоже.

- Я уже договорился, кто присмотрит за Скайфоллом. Ни о чем не беспокойтесь...

Он замолчал, и с каждой секундой тишины напряжение в комнате сгущалось. Зеленые глаза Силаса оставались неподвижны, и никому из нас не хватило смелости прервать это молчание.

С ним определенно было что-то не так. Я видел его пьяным, злым, подавленным, грустным... но сейчас он был каким-то странным. Будто тенью самого себя.

Силас потер нос и прошел мимо нас.

- Ведите себя хорошо, мои дорогие.

- Но... хозяин Силас... - Я бросился за ним, но остановился через несколько шагов. - Пожалуйста, останься... Ты же еще не слышал, как прошел мой... мой первый день в школе!

- У меня есть важное дело, любимый. Я уверен, ты отлично справился. - Силас дошел до входной двери, открыл ее... и на секунду застыл. Плечи его обмякли. - Я люблю вас. Всех. И... я безмерно вами горжусь.

И он ушел.

Мы вчетвером оставались в тишине долгое время. Или, может, всего пару секунд, я не знаю. Но помню, что когда Гаррет заговорил, это прозвучало так, будто кто-то поджег петарду в пустом зале.

- И что это, блять, сейчас было?

Я уставился в то место, где в последний раз видел Силаса, зная ответ.

- Гребаный Скай Фэллон это был, вот что, - процедил я с горечью. - Все из-за его злоебучей одержимости клонированием этого идиота. Он расстроен, потому что Периш уничтожил лабораторию в Госселине. Я думал, что достучался до него, но, похоже, эмоции ослабили его настолько, что он опять впал в депрессию, из которой так и не смог выбраться.

'Клянусь, я никогда не стану таким. Ни за что.'

Сколько себя помню, я знал, каким якорем был этот ублюдок для моего хозяина. Даже после смерти, спустя десятилетия, он продолжал тянуть моего хозяина ко дну. Силасу давно пора было его отпустить и найти кого-то другого.

'И, может быть... этим другим однажды стану я.'

Оставшуюся часть вечера мы провели... как обычно. Ну, в том смысле, как это «обычно» бывало у нас. Неро стало скучно, и он начал цепляться ко мне и Гаррету, а Эллис, как всегда, ныла и металась по дому, умоляя меня отпустить ее в обычную школу. Раз я был самым старшим, вроде как главным, она решила, что если вынесет мне мозг окончательно, то я сдамся и разрешу ей ходить туда вместе со мной.

Ага, размечталась.

Старшая школа была моим личным испытанием, моей территорией, и то, что кто-то из младших братьев или сестра сунут туда нос, казалось немыслимым. В Скайленде была еще Старшая школа Кингстоун, она могла бы пойти туда, а если капризной девочке-химере хотелось по-настоящему острых ощущений - пусть поступает в Старшую школу Мороса.

Утром меня снова ждали занятия в школе, поэтому я лег спать пораньше. Неро с Гарретом обычно спали не больше пяти часов, но мне хотелось выспаться за восемь. По словам хозяина Силаса, если я не высыпался, то становился невыносимым, и это потому, что мозг химеры-гения расходовал больше энергии. Король еще говорил, что я могу натренироваться спать по пять часов, как братья, но я отложил это на потом. Эллис, к слову, такая же - если не отдохнет, как следует, становится раздражительной, и все, кошмар в доме обеспечен.

Проснуться в квартире без хозяина Силаса было... странно. Обычно он уже был наверху, когда я поднимался, рассказывал, что заказал на завтрак, или отправлял на кухню есть хлопья, если мы опаздывали. Иногда, когда я его сопровождал, мы заезжали в кафе, и это было для меня меленьким праздником.

Похоже, сопровождать его я еще долго не буду. Как и Периша, кстати. Мне нравилось учиться у бессмертного ученого клонированию. Предполагалось, что я буду помогать создавать новых братьев, которых задумал Силас... И все, что я вложил в маленького Ленникса...

Все пошло прахом. Потому что Периш оказался мудаком. Меня его выходка бесила до чертиков, и я решил поставить ублюдка на место, когда повзрослею, раз уж Силас так и не смог.

Я позавтракал и оделся в свою самую приличную одежду. Питаться все-таки решил в столовой - если бы принес обед с собой, Тиберий точно бы что-нибудь сказал, особенно после вчерашнего. Потом сел в черную машину, которая должна была везти меня на мой второй день в школе.

В этот раз я убедился, что не забыл рюкзак, и, войдя в класс, сразу решил, что из-за Сакарио не хочу садиться туда же, где сидел вчера. Вместо этого выбрал себе место в конце класса. Почти как на уроке английского, только аудитория была другая.

Начали подтягиваться ученики. Девочка с красным рюкзаком, войдя, дважды на меня глянула. Похоже, это было ее место вчера. К несчастью для нее, я мог сидеть, где хочу.

Похоже, она это тоже понимала, потому что села на мое вчерашнее место, вытащила книги и папку и сделала вид, что занята.

Я поступил так же. Этот урок обещал быть куда интереснее - теперь у меня были все необходимые принадлежности, и я не чувствовал себя полным идиотом.

Последние предметы только заняли свои места на парте, как рядом заскрипел стул. Я поднял глаза и, надменно сощурившись, встретился взглядом с Сакарио, который плюхнулся на соседнее место, держа в руках пакетик Скиттлс.

Парень повернулся ко мне и протянул конфеты:

- Только желтые не бери, они мои любимые. - Он заглянул внутрь пакета. - Зато там полно фиолетовых.

- Мне ничего не нужно, - отозвался я, не скрывая раздражения. Скрестив руки на груди, я уставился вперед, на профессора Кавану, который вытаскивал из портфеля свои бумаги. Да что ж с ним не так? Почему он не мог просто оставить меня в покое? Это же у же ни в какие ворота!

- Ну ладно... можешь взять одну желтую, - пробормотал он, и я услышал шорох пакетика, а потом краем глаза увидел протянутую ладошку. Сегодня Сакарио надел черный кожаный пиджак, подвел черным глаза и волосы уложил гелем в острые шипы. Настоящий фрик.

- Я сказал, мне ничего не нужно, - повторил я резко.

- Ну ладно-ладно, забирай все, чего орать-то?! - пробормотал он и высыпал на ладонь несколько штук. Через мгновение протянул мне четыре желтых драже.

Просто чтобы он отстал, я сгреб их и закинул в рот. Желтые мне, если честно, не нравились. Больше всего я любил фиолетовые.

Профессор Кавана откашлялся, и все взгляды в аудитории устремились на него. Он начал рассказывать о следующем радзвере, о котором нам предстояло узнать - облученном медведе, называемом урсоном. Как и раньше, преподаватель спросил, видел ли кто-нибудь этого зверя, и один из ребят поделился историей, как встретил урсона в Тинтауне, когда ездил к брату. Когда тот закончил, профессор рассказал свою историю - как охотился на урсона ради еды, но в итоге потерял добычу из-за стаи рейверов. Надо признать, рассказывал он живо. Ему стоило писать книги, я бы с удовольствием их почитал.

Примерно на середине урока на мой стол бросили сложенный пополам листок бумаги. Мы как раз отвечали на вопросы по теме, которую обсуждали, но я заполнил лист с заданиями минут как пять назад и мечтал о том, как охочусь на урсона с братьями и Силасом.

Я краем глаза глянул в сторону и, конечно же, увидел, как Сакарио смотрит вперед с привычным пустым взглядом, словно в голове у него гулял сквозняк. Я покачал головой, хотел было запулить бумажку обратно, но любопытство пересилило.

Осторожно, проверяя, не смотрит ли на меня преподаватель, я развернул лист.

Он был... пуст.

Я уставился на него, потом бросил на Сакарио озадаченный и полный непонимания взгляд.

Он посмотрел в ответ, не мигая своими темно-серыми глазами.

- Мне показалось, моему листику одиноко. Просто проявил заботу, решил найти ему компанию.

Я медленно отвернулся и уставился в свой лист с ответами. В голове было пусто. Что мне делать с этим надоедливым паразитом? Он был сущим наказанием, и это еще мягко сказано. Не воспринимал элементарных социальных сигналов, вел себя странно, как будто тронулся умом, а его чувство юмора... если это вообще можно было назвать юмором... было каким-то кривым и тревожным. Он меня бесил. Но и как с ним справиться я понятия не имел.

Поэтому я просто сидел, уставившись в стол и понимая, что если Сакарио и дальше будет садиться рядом, этот учебный год обещает быть длинным. Очень длинным. После обеда у меня было два других предмета, оба по стандартной программе седьмого класса, и я молился вселенной, чтобы Сакарио на них не было. По расписанию каждый день, кроме пятницы, у меня были ВУФ и Английский 10, а после обеда поочередно: История и Психология 10 по понедельникам и средам, Бизнес 10 и Введение в Скайтех по вторникам и четвергам.

А пятницы... ну, там все сложно. Сначала Скайтех, потом Психология 10, а после обеда - Бизнес 10 и История.

Да, действительно сложно.

Когда прозвенел звонок, я вскочил со стула и сразу вышел. Не мог больше выносить косые взгляды одноклассников, казалось, они все еще сверлят меня глазами.

Идти мне на перемене было некуда, общаться - не с кем. Так что я просто направился в кабинет английского, решив начать читать «Дающего» и не ожидая никого там встретить, но к моему удивлению, профессор Бритен уже сидел за столом, доедая сэндвич и листая книгу в потертой обложке.

Он поднял глаза, и когда приветливо улыбнулся, у меня сердце екнуло. Это было неожиданно. Я не понял, что со мной... Последний раз такое было, когда Тодд вытащил меня покурить на той унылой вечеринке.

Я ответил улыбкой и попытался сохранить видимость спокойствия, хотя сердце у меня скакало в груди, как хребнувший кровавого вина пустынный попрыгунчик.

- Что читаешь? - спросил я. Не хотелось пока идти на свое место в самом конце класса, поэтому я сел на парту в первом ряду.

- А, да просто перечитываю «Дающего», принц Илиш, - сказал профессор Бритен и взглянул на обложку, на которой уже почти не осталось красок, не то что букв. Зато его глаза были невероятные... - Не читал ее с прошлого года, захотелось освежить в памяти, если у кого-то появятся вопросы. Ты уже начал читать?

Блядь. Я же совсем забыл, что надо было начать. Едва справился с остальными домашними заданиями. Вырубился вчера, как только вернулся домой... а потом вся эта история с Силасом...

Но как ему объяснить? Дела королевской семьи его не касались, особенно учитывая, что Силас уехал на неделю, а может и дольше.

- Я... прости, я не успел, - пробормотал я смущенно. - Когда вернулся домой после школы, было... много дел.

Профессор Бритен понимающе кивнул. Он откинул со лба черную прядь, и его глаза - синие, как океан в час сумерек - мягко сверкнули.

- Ты - принц, Илиш. Не кори себя. У наследника Скайфолла и без того забот хватает. Знаю, как только сядешь за книгу, проглотишь ее за день - ты ведь сам так сказал. - Он подмигнул, и лицо мое вспыхнуло, будто я резко открыл дверцу духовки. И не только лицо - сердце тоже дернулось, пропустило удар. Меня начинали беспокоить эти реакции тела, к которым я не был готов. Я не любил, когда чувства приходили внезапно, как незваные гости... Но это ощущение было иным. Нервным, но приятным. Как тогда, с Тоддом...

...Только профессор Бритен, похоже, не собирался превращаться в мудака, как это сделал Тодд.

Хотя, если подумать, Тодд стал мудаком именно потому, что профессор Бритен обратил на меня внимание. Однако, если бы я мог выбирать, с кем бы мне хотелось подружиться... Я бы выбрал профессора. Мне нравилось, что он взрослый, рассудительный, не тупой, как Сакарио, и не придурковатый незрелый говнюк, как большинство в моем классе.

Я тут же решил, что подружусь с профессором Бритеном.

- А какая у тебя любимая книга? - спросил я. - Ты же учитель английского, значит, любишь читать так же сильно, как и я, да?

Он рассмеялся.

- О да. В детстве я ждал экспедиции из Серой Пустоши с большим нетерпением, чем Скайдей. Периш привозил коробки с книгами и раздавал их в нашей начальной школе. Я, как и все в Скайфолле, увлекся «Гарри Поттером». У меня были третья и четвертая части, но я не хотел их читать, пока не достану первые. А когда наконец достал... скажем так, подсел окончательно. А ты?

Он не знал, он никак не мог знать... но от одного только упоминания о «Гарри Поттере» у меня защемило сердце. Я не прикасался к этой книге... с той самой истории, четыре года назад. Это была наша книга. Он читал ее мне.

Я сглотнул и насильно загнал нахлынувшие чувства в яму, где хранились все остальные плохие воспоминания. Потом улыбнулся и кивнул.

- Мне тоже нравится эта серия. Но моя любимая - «Властелин колец». Мне пришлось несколько раз ее перечитать, чтобы все понять. - Я оживился, вспомнив кое-что. - Король Силас даже научил меня квенья - языку эльфов. Он когда-то нашел «Властелин колец» с дополнениями и составил для меня учебник.

Глаза профессора Бритена вспыхнули.

- Серьезно? - Он выглядел восхищенным, и от этого у меня сердце вновь запрыгало, как плоский камешек по водной глади. - Это... потрясающе. Я охренеть как завидую.

Он улыбался, и улыбка у него была невероятная: ровные белые зубы, губы розовее, чем бывает обычно у людей. Густые, аккуратно подстриженные брови... а синие глаза в этот момент казались еще ярче.

- Я могу тебя научить.

Я уставился на профессора, недоумевая, кто это произнес, и только спустя пару секунд до меня дошло. Я это сказал. 'Боже, Илиш, да что с тобой?'

Профессор засмеялся. Мы оба посмотрели в сторону: в класс начали заходить ученики. Почти сразу прозвенел звонок.

- Собрался, значит, учить учителя? - с улыбкой сказал он, подмигнул и начал убирать недоеденный сэндвич в сумку, готовясь к занятию, о начале которого я, признаться, совсем забыл. - Возможно, мне это понравится. Только у короля Силаса спроси разрешения...

- Его... сейчас нет. Ему все равно, - ответил я, опять не подумав. Я соскочил со стула, сердце стучало, как сумасшедшее. Что я творю? - Он не будет против.

В класс заходило все больше народу, и я понял, что нужно поторопиться, если хочу занять свое место. Засунув руки в карманы, я с тревогой наблюдал за выражением лица профессора, пытаясь понять, не выставил ли я себя полным идиотом.

- Думаю, я воспользуюсь твоим предложением, - сказал он, и от этих слов мое сердце взвилось, как воздушный шар, наполненный гелием. - Поговорим после урока.

- Хорошо, - ответил я чересчур поспешно и поспешил к своему месту в конце класса.

Я даже не заметил Тодда, пока не прошел мимо него. Он сидел через несколько парт от меня, уставившись в раскрытый блокнот с таким выражением, будто собирался испепелить его взглядом. Казалось, вот-вот пойдет дым.

Между ними определенно что-то происходило. Тодд мне завидовал. Возможно, у меня было немного опыта в общении с людьми вне близкого круга семьи, но этот настрой я все-таки уловил.

Ко мне подсел какой-то парень. Я понятия не имел, кто это, и знать не хотел. Начался урок. Был вторник, а по вторникам у нас правописание. У меня не были ни малейших сомнений, что я получу по этому предмету высший балл, потому что с легкостью справился с тестом. Но поскольку профессор добавил дополнительные задания, я решил, что выполню его на все сто десять.

Урок тянулся мучительно долго. А ведь после него обед, и тогда я смогу остаться и разговаривать с профессором Бритеном сколько захочу. Может, он даже согласится пообедать со мной? Надо было попросить сенгилов собрать мне ланч! Сам виноват, что решил слиться с простолюдинами. Блядство.

Прозвенел звонок. Наконец!

Но стоило мне подняться, как я понял, что у меня проблема. Все ждали, пока я выйду... а я не хотел уходить. Я уже сделал движение, будто собираюсь встать... и тут заметил, как Тодд исподлобья сверлит меня злобными взглядом. И тогда я решил - а пошло оно все к черту!

- Я остаюсь поговорить с профессором, - бросил я самым равнодушным, небрежным тоном, какой только сумел из себя выжать. - Вы все можете идти.

- Ми все можем ити, - кривляясь пробурчал имбецил Тиберий себе под нос. Казалось, он хотел добавить еще что-то, но скрип десятков стульев по линолеуму заглушил остатки его язвительных высказываний. На удивление, этот дуболом весь урок вел себя тихо. Возможно, его мозг размером с горошину уже исчерпал лимит активности на день, когда хозяин утром почистил зубы.

Что бы там ни было, он ушел вместе с остальными, оставив меня одного с профессором Бритеном. Тот складывал вещи в портфель, и, заметив, что я подхожу, снова одарил меня одной из своих ослепительных улыбок.

Я заранее обдумал, что скажу ему - надо же было как-то коротать время до конца урока. Раз уж я сам предложил поучить его языку квенья, то за мной и дальнейший план. Он ведь не станет напрашиваться в Алегрию, да и не решится позвать меня в место, которое мне незнакомо.

Значит, инициатива за мной. Все-таки я - принц.

И, если уж на то пошло, мне хотелось его показать братьям и сестре.

- В субботу, в пять, - произнес я. Руки за спиной, осанка прямая - я пытался выглядеть как можно взрослее и выше. - Поужинаешь со мной, моими братьями и сестрой, а потом начнем занятия. Я могу прислать за тобой машину и потом отвезти обратно.

На его лице промелькнуло легкое замешательство. Наверное, моя прямота его немного ошарашила. Но он быстро справился с собой, и уголок его губ приподнялся в легкой полуулыбке, отчего левый глаз чуть прищурился. Я тут же дал себе слово заставить его улыбнуться так снова - может, уже в субботу.

- Я живу у самого океана, так что машина пригодится. Договорились, принц, - сказал профессор. Он записал свой адрес на зеленом стикере и протянул его мне. - В субботу, в пять. - Кадык дернулся, когда он с трудом сглотнул. Похоже, он нервничал.

Меня поразило, что он даже не попытался этого скрыть.

- Должен признаться, немного страшно идти в дом принца Скайфолла. Я ведь видел тебя только по телевизору и на Стадионе, мы знакомы два дня, а ты уже приглашаешь меня на ужин и занятия, - он усмехнулся, неловко провел пальцами по своим черным вьющимся волосам. - Судьба - удивительная штука, не правда ли?

- Правда, - ответил я, стараясь не пялиться, хотя не мог оторвать взгляд от его лица и плавных движений. Так же как с Тоддом... но теперь я был очарован не только внешностью, но и личностью. В любом случае я был моложе и глупее, когда повелся на харизму Тодда, а теперь-то понимал, что чувствую.

Да кого я обманываю - не понимал я ни хрена. Просто знал, что хочу продолжения.

В том числе, чтобы послать Тодда на хуй за то, что он такой мудак. Месяцами я тосковал по нему, мечтал стать его парнем, а он так обошелся со мной, только потому что я понравился профессору Бритену? Пошел он. Я мог заполучить кого захочу и когда захочу и собирался доказать это тупоголовому засранцу.

'Пошел ты, Тодд!'

- Не хочешь... пообедать вместе? - вырвалось у меня прежде, чем я успел как следует подобрать слова. Эмоции взяли верх, а это для меня худший сценарий.

Я почувствовал, как заливаюсь краской, когда заметил его заминку, а услышав его участившееся сердцебиение, захотел сквозь землю провалиться. Похоже, идея была не из лучших. Все слишком быстро, он, наверное, подумал, что я ненормальный.

- Вообще-то... я забыл взять с собой... - начал я, заикаясь. Он и слова не успел вставить, а я уже понял, что перегнул. Сильно перегнул. 'Блядь, мне теперь придется его убить, да?' - До завтра, профессор Бритен.

И, не дожидаясь его ответа, я вылетел из кабинета, как ошпаренный, и рванул по коридору в столовую.

Взяв пастуший пирог, сладкую кукурузу и консервированную фасоль на гарнир и желе в качестве десерта, я поставил свой красный поднос на стол и уткнулся лицом в ладони, тихо простонав.

'Все шло так хорошо... и вот я снова все испортил. Да еще так унизительно. Молодец, Илиш.'

Ничего уже не исправить. Оставалось только забыть. Жаль только, что это всегда легче сказать, чем сделать.

Я без аппетита ковырял еду, но как только услышал низкий снисходительный голос Тиберия где-то неподалеку, решил, что лучше все-таки поесть по-нормальному. Школьная еда была не ахти, но вполне съедобной, просто аппетит куда-то делся после всего произошедшего.

'Все не так плохо, Илиш.

У Райана сердце так быстро забилось... и это гребаное замешательство. Он не хотел. Спорим, он вообще не хочет приходить на ужин?

Все не так плохо. Ты просто придаешь этому слишком большое значение, потому что он тебе нравится.

Заткнись... дурацкий мозг.'

Я вздохнул и сосредоточился на еде. Хорошо хоть в столовой было шумно и многолюдно. Крики, возня и редкие окрики учителей успешно заглушали самоироничные мысли и стыд, все еще зудящий где-то под кожей.

Но покой мой продлился недолго. Рядом заскрипел по полу стул, и я поднял взгляд.

И не поверил своим глазам...

'Сакарио?!'

- Чего тебе?! - раздраженно рявкнул я.

Он держал в руке новую упаковку Скиттлс, без ланча, без книжек - только конфеты.

- Тебе нужна бумага? Вот, держи! - Я выдрал папку из рюкзака, раскрыл металлические кольца и вырвал лист. - Пожалуйста! Теперь иди!

Сакарио посмотрел на бумагу, потом на меня.

- Но это не та бумага...

И тут я взорвался:

- Да мне плевать! Это такой же гребаный лист, как и все остальные! - заорал я. Достал ручку и швырнул в него. Она отскочила от его груди и упала на стол. - Вот тебе ручка! Новая, не тронутая! Гораздо лучше твоей убогой! Апгрейд, так сказать. А теперь оставь меня в покое. ИДИ!

Сакарио уставился на ручку, затем - снова на меня.

Он... он выглядел так, будто обиделся.

Странное выражение для него.

- Хорошо, - тихо сказал он. Развернулся и ушел от моего стола, оставив и бумагу, и ручку. Последнее, что я видел - как он выходит из столовой с пакетиком Скиттлс в руке.

Я огляделся - на меня смотрело несколько человек. Я злобно зыркнул в ответ и вернулся к еде, кипя от досады на последние минуты разговора с профессором Бритеном. Пусть бы кто-нибудь только посмел что-то сказать!

Но в затылке уже зудело тревожное чувство... назойливая мысль...

...а не вел ли я себя как законченный ублюдок?

'Нет. К черту. Я - принц. Имею право вести себя, как хочу!'

Последние куски пастушьего пирога залетели в рот, прозвенел звонок, извещавший об окончании обеденного перерыва, я поднялся и направился на следующий урок - историю.

Это был мой первый урок истории. Учительницей оказалась профессор Харриер - довольно приятная женщина, как и остальные преподаватели. Все ученики в классе какое-то время посматривали на меня, но вскоре успокоились и сосредоточились на лекции. Профессор Харриер начала семестр с темы о Второй мировой войне - одного из самых увлекательных и моих любимых исторических событий.

К сожалению, Силас запрещал нам дома все, что касалось войны, потому что застал Вторую холодную. Но Неро, не менее меня увлеченный темой войн, тайком приносил домой журналы, книги и фильмы из Серой Пустоши, когда бывал там с Чжоу. Естественно, нам все это приходилось прятать.

Урок пролетел незаметно. Я пытался сосредоточиться, но мысли уносились куда-то далеко. Завтрашний урок английского вдруг стал казаться чуть ли не концом света. Профессор Бритен, наверное, отменит договоренность о встрече в субботу.

Последним был урок «Введение в Скайтех», которого я с нетерпением ждал с тех пор, как узнал, что его включили в мое расписание. Я уже стажировался у Периша и знал о клонировании больше, чем любой ученик в этой школе, поэтому надеялся не только легко справиться, но и многому научиться.

Класс находился недалеко от столовой, поэтому мне не пришлось спрашивать женщину за стойкой, где его найти. Сел я, как обычно, в самый конец. Преподаватель еще не появился, но звонок уже прозвенел, и ученики потихоньку заполняли класс.

Кабинет ничем не отличался от остальных, разве что был чище. На новых партах ни единой царапинки, на учительском столе - безукоризненный порядок, а не хаотичные груды бумаг и тетрадей, как у остальных учителей. Мне уже тут нравилось, напоминало лабораторию в Госселине, да и вообще любою лабораторию Скайтеха, в которых я бывал.

Потом вошел преподаватель. Я думал, что узнаю его, но нет. Мужчина был в возрасте, с аккуратно подстриженной седеющей шевелюрой и усами. В идеально выглаженном лабораторном халате с вышитой на груди фамилией «Шепард» он выглядел, как настоящий ученый.

- Садимся, через десять начнем, - сказал профессор Шепард. Он открыл небольшой футляр, надел очки и обернулся к двери: - Как всегда опаздываешь, Сакарио.

Сакарио?

Я втянул голову в плечи и уставился в открытый блокнот, уже готовясь услышать скрип стула рядом.

Но его не последовало.

Я поднял голову, огляделся... и увидел, что Сакарио сидит в другой половине класса, положив перед собой свою потрепанную папку.

Что ж... хорошо... по крайней мере, он... понял намек.

Профессор Шепард провел обычные представления - себя и меня. Я уже привык к этому и не обращал внимания, мои мысли витали совсем в другом месте.

День выдался паршивый, и вчерашний не лучше. Почему я был принцем? Почему, блядь, не мог родиться обычным человеком?

Под фоновый шум этих мыслей прошел урок. Шепард рассказывал, что нас ждет: клонирование, ботаника, а также совместный проект Скайтеха и Декко - небоскреб, предназначенный исключительно для выращивания фруктов и овощей. У нас уже были огромные теплицы, но целый небоскреб мог стать прорывом для продовольственного обеспечения Скайфолла и роста экономики в целом. Нам даже пообещали экскурсию в конце семестра на место строительства.

Я никогда ничего не выращивал. Это было в новинку, и мне действительно было интересно.

После короткой лекции об основах клонирования и других технических деталях профессор Шепард выдал нам домашнее задание. Прозвенел звонок, и я быстро вышел из класса, но сперва заглянул в туалет, перед тем как отправиться искать черную машину, которая должна была меня забрать.

Еще один день в школе, о котором я бы с радостью забыл, закончился.

Несколько учеников инстинктивно отступили, уступая мне дорогу, когда я вышел через парадные двери и направился к лужайке перед школой, чтобы срезать путь к стоянке, где меня ждал водитель в черной машине.

На парковке в это время всегда было полно родителей, забирающих детей, и старшеклассников, уже имевших права. Конечно, я мог бы просто зарезервировать место для своей машины, чтобы водителю не приходилось каждый раз искать свободное... но выглядел бы конченным мудаком, а большинство местных подростков и так уже считали меня придурком.

И все же... как я скучал по траве. Она напоминала мне о доме, где прошло мое детство. Мы бывали там теперь всего неделю-другую летом да изредка на Новый год. И все там казалось уже не таким, как раньше.

Вокруг меня сновали дети, почти у всех за спинами болтались рюкзаки, некоторые были небрежно перекинуты через плечо. Ученики собирались группками, переговаривались, смеялись. Многие бросали на меня взгляды, когда я проходил мимо, но никто не произнес ни слова.

- Эй, и куда ты так спешишь?

'Этот голос... Тиберий? Он это мне?'

Я обернулся, чтобы поинтересоваться, какого хрена ему нужно, но наткнулся взглядом на его широченную спину. Тиберий с тремя своими дружками шел на кого-то. Нет... не на кого-то.

На Сакарио.

- Крутые шипы, пидор. Идешь петь Эванесенс? - сказал Тиберий и толкнул его в грудь. Сакарио пошатнулся, выронив свою потрепанную синюю папку. Затем молча поднял ее и зашагал прочь, опустив голову и уставившись в землю.

Один из приятелей Тиберия схватил его за куртку, рванул на себя, оттянул руку и ударил в живот. Сакарио согнулся и опустился на колени, а компания ублюдков разразилась гоготом выродков гиены и утки. Тиберий подскочил и с размаху пнул папку Сакарио. Она дугой пролетела по воздуху, теряя листы и ручки, и все это плюхнулось на землю.

- В Скайленде не место для трущобных крыс, заморыш, - прошипел Тиберий. Он вцепился в один из поставленных на гель шипов волос Сакарио, дернул парня вверх и ударил по носу с такой силой, что тот взвизгнул. В этот момент кровь во мне вскипела.

- Говорят, ты ночуешь под трибунами, - усмехнулся Тиберий. - Что, отсасываешь за пачку Скиттлс, отброс?

И вот тогда меня прорвало.

- Четверо на одного, вы просто сраные трусы! - крикнул я.

Тиберий и его дружки обернулись. В поросячьих глазках тупицы-качка что-то сверкнуло, он выпустил Сакарио и сделал шаг ко мне.

- Иди-ка ты, куда шел, принц, - прорычал он. - Если не хочешь, чтоб я показал тебе, что такое настоящая школа.

Тиберий демонстративно сжал кулаки, хрустнув костяшками. Четверо дружков за его спиной захохотали, будто он сказал нечто остроумное. Даже неуместный в их компании хлюпик присоединился.

Во мне что-то щелкнуло. Что за жалкое подобие человека! В нем же ни достоинства, ни ума, ни харизмы. Просто тупоголовый увалень с отцом-военным.

Он для меня пустое место.

Не говоря больше ни слова, я подошел к Тиберию и... ударил его.

Прямо в лицо.

Со всей силы.

От удара его голова запрокинулась. Потом медленно вернулась в исходное положение, мерзкая физиономия снова возникла перед моими глазами, и я увидел, как разбитые губы изогнулись в кривой ухмылке.

А следующее, что почувствовал, - удар. Настолько мощный, что мне показалось, будто меня сбил грузовик. Меня подбросило в воздух, все закружилось, и я рухнул на траву. Перед глазами вспыхнули яркие огни, и все поплыло.

Позади раздался рев. Я узнал голос, но в сознании все слишком перепуталось, чтобы понять, кто это. Весь мой мир в тот момент состоял из пульсирующей боли, ярких вспышек перед глазами и тошнотворного головокружения.

А потом чьи-то руки подняли меня с земли. Я щурился, пытаясь сфокусироваться, и когда все, наконец, обрело форму...

Я не поверил своим глазам.

Неро лупил Тиберия.

Мой брат-изверг держал пятнадцатилетнего Тиберия за ворот куртки и молотил его по голове - не как мальчик, а как чудовище в теле подростка. Сакарио стоял в стороне, прижав к себе свою синюю папку, и хлопал на все это круглыми, как у совы, глазами. Как будто не мог поверить в то, что видел. Как и я.

Неро отпустил Тиберия, ударил его ногой в живот, а потом схватил за грудки и швырнул к моим ногам, как щенка.

- Лижи его ботинки, ублюдок! - прорычал Неро.

Лицо моего брата пылало багряным, глаза горели, как красные карлики, только насыщенным оттенком индиго. Он был в такой ярости, что казалось: еще немного, и тело не сможет удержать существо, которое рвется наружу. Если бы Неро мог вылезти из кожи, то обернулся чудовищем и пожрал бы всех на школьном дворе.

Тиберий застонал и закашлялся. Кровь сочилась у него из носа и рта, покрывая щетину алой пленкой, стекала и капала на газон, прилипая к травинкам бусинами густой краски.

Он поднял на меня взгляд, потом покосился в сторону, и я заметил, что трое из его дружков уже валялись на земле. Четвертый, самый мелкий из них, тот, который всегда выглядел чужаком в их компании, стоял чуть поодаль с выражением шока на лице - хотя даже его потрясение меркло на фоне взгляда Сакарио.

Тем временем Тиберий пополз ко мне, даже не пытаясь оспорить приказ Неро. Он протянул руку к моим ботинкам.

Мне не хотелось, чтобы слюни этого идиота испачкали мою школьную обувь. Вместо того чтобы насладиться его унижением, я отвел ногу назад и вмазал ему прямо по роже.

Неро взорвался гортанным, злобным смехом, затем поднял ногу и с силой опустил ее Тиберию на спину:

- Легко отделался, дружище. Ну че, кусок дерьма, ты сожалеешь?

- Да, - прохрипел Тиберий. Вокруг нас уже собиралась толпа, и все наблюдали за происходящим, будто за гребаным финальным эпизодом любимого телешоу.

- Громче, мразь. Я спросил, ты сожалеешь, блядь, или нет?! - прорычал Неро и снова ударил каблуком ботинка в поясницу Тиберия. Того перекосило от боли, на лбу выступил пот, смешиваясь с ярко-алой кровью.

- Прости меня! - заорал он.

- Вот и отлично. - Неро наконец убрал ногу с его спины и с показным отвращением вытер подошву об траву. - С сегодняшнего дня ты охраняешь моего брата. Усек, говнюк?

- Да, - захрипел Тиберий, но тут же закашлялся, разбрызгивая розовые слюни.

- Рад, что мы все уладили. Поверь мне, сладенький, если бы за ним приехал король Силас, ты бы уже вялятся обоссавшимся в штаны трупом. А теперь катись отсюда.

Тиберий поспешно поднялся и, прихрамывая, заковылял прочь. Собравшаяся толпа зашептала и разразилась смехом, окончательно смешивая его с гразью.

Неро подошел ко мне, в его глазах все еще полыхал гнев.

- Братишка, ты в порядке? - спросил он. - Он тебе нехило врезал. Я бы ему руки оторвал, но не хотел давать повода нашему корольку возвращаться домой пораньше... а то опять кого-нибудь убьет. Как твоя мордашка?

- Болит, - выдавил я, а потом, посмотрев за его спину, сказал: - Секундочку.

Я направился к Сакарио, который так и не сдвинулся с места. Он по-прежнему сжимал свою потрепанную синюю папку и выглядел так, будто не до конца понимал, что вообще произошло.

- Ты в порядке? Он тебя сильно ударил, - сказал я, подходя. Неро шел рядом, очевидно, чтобы подстраховать, если вдруг не удержусь на ногах.

Сакарио посмотрел на меня, и в его взгляде читалось удивление. Меня тут же захлестнуло волной стыда и сожаления. Я ведь вел себя с ним, как последняя сволочь. Он был первым, кто вообще заговорил со мной, попытался подружиться... а я обошелся с ним, как с куском мусора. Он смотрел на меня с недоумением, потому что я впервые обратился к нему с добрыми словами.

Да, он был странным... но, может, мне как раз нравилось странное.

- Это кто? Твой друг? - спросил Неро.

Я оглянулся, чувствуя, как по подбородку стекает кровь, а рука, которой я вмазал Тиберию, пульсирует от боли. Но все равно улыбнулся, превозмогая жжение на лице, и кивнул:

- Ага. Он - мой друг. - Я кивнул подбородком в сторону, где стояла машина. - Пойдем. Нас обоих осмотрят... и... хочешь остаться на ужин, или типа того?

На лице Сакарио отразилось не просто удивление - почти шок. Он молчал секунд десять, прежде чем наконец медленно кивнул:

- Да... это было бы круто.