Глава 13. В темноте

Игорь стиснул плечо Дениса и, глядя ему прямо в глаза, злобно прошипел: «Ты тоже молчи, придурок. Никому об этом не говори. Понял? Никому!». Денис часто видел этот сон. Всегда одно и тоже. Игорь хватал его за плечо и приказывал молчать. Но на этот раз кошмар немного отличался. Бледное лицо Игоря выплыло из темноты. Скрюченная рука упала на плечо. «Ты тоже молчи, придурок. Никому об этом не говори. Понял? Никому!», — губы Игоря не шевелились, а голос был гулкий, будто из бочки. На его шее был широкий порез через всё горло. Игорь был мёртв. Но из чёрной раны на шее вырывалось сдавленное «Молчи!». Денис очнулся в полной темноте. Несмотря на холод, он был весь в поту. Ему всё ещё казалось, что мертвец где-то рядом. Притаился и ждёт. Чтобы снова напугать. Вокруг было тихо. Ни шороха. Денис натянул простыню на голову, и это его немного успокоило. Он и забыл, когда в последний раз лежал в полной тишине. От Игоря всегда было много шума. Если он ничего не говорил, то бил кулаками в стены. «Хорошо, что он умер», — подумал Денис и вздрогнул. Когда весь этот мрак стал для него привычным?!

Денис вспомнил своего учителя истории Романа Николаевича. Его, кажется, увлекали времена, когда над людьми властвовал голод. Поэтому Роман Николаевич в таких красках рассказывал о Ленинградской блокаде, о голоде в Китае и на Украине... А что творили поляки в кремле перед концом смуты! Тот урок истории Денису хорошо запомнился. Роман Николаевич рассказывал, как человеческие ноги продавали по три золотых. Вели суды, кому отдать тело покойного — родственникам или однополчанам. Солили головы мертвецов в кадках... «Вас удивляет, как низко люди могут пасть? — спрашивал Роман Николаевич, улыбаясь. Ему нравилось ошеломлять учеников своими рассказами. — А меня больше удивляет не человеческая жестокость, а человеческое милосердие. Верность себе... Кажется: отбери у нас еду, и мы все друг друга перегрызём. Нет, не все. Кто-то съест своего ребёнка, а кто отдаст незнакомому последний кусок хлеба. В самые тёмные времена люди будто обнажаются и показывают свою суть. Спросите себя: кем вы будете в таких обстоятельствах?».

«Никем!», — решил для себя Денис. Тогда, на уроке, он представлял кровавые ужасы смуты и думал, что не выдержал бы ни одного дня в таком кошмаре и покончил бы с собой. А что теперь? Он видел, как его друзей режут на части. Запихивают в бочки их мёртвые тела. Денис мало ел, плохо спал, постоянно мёрз, а впереди его ждала такая же мучительная смерть. Но он жил. Уже очень долго он жил в этом кошмаре. И теперь Денис понимал, почему те люди пожирали друг друга вместо того, чтобы умереть. Кошмар наступает не сразу. Сначала дни становятся немного мрачнее. Тьма подступает, не торопясь. Ты и не замечаешь, как немыслимое становится обыденностью... Когда начался этот кошмар для Дениса? В тот день, когда он проснулся в стеклянной камере? Нет! Раньше! Утром в загородном доме Игоря. А что было ночью накануне? Денис был пьян. Игорь затолкал его в комнату к той девушке. Она была без сознания... Денис хотел этого сам? Да, хотел. Он одновременно ощущал приятное волнение и леденящий страх. Боялся последствий. Но Игорь мог решить любые проблемы. Денис так думал... Сколько это длилось? Меньше двух минут. Пока девушка не очнулась. Она врезала ему в ухо с размаху. Денис свалился на пол, взвыв от боли. Девушка чуть приподнялась и снова упала на кровать. Она была обессилена. Только в тот момент Денис понял, что творит нехорошее. Он лежал на боку со спущенными штанами, и ему было мерзко. Девушка напомнила ему главный урок детства: если тебя ударили — пора остановиться и включить мозги. Всему есть предел. Жаль, Денис не умел сам себя останавливать. Он натянул штаны, ещё немного посидел на полу в тёмной комнате и решил: эту девушку нужно отпустить. На самом деле это не было проявлением героизма. Денис не думал о том, какие у него будут проблемы, когда эта девушка окажется дома. Ему никогда не хватало мозгов на то, чтобы оценивать риски. Денис лишь хотел, чтобы она поскорее убралась и не вызывала в нём все эти мерзкие чувства... К тому времени Арик куда-то пропал. Игорь был уже мертвецки пьян. Он что-то бормотал про «второй заход», но сам не мог и подняться с кресла. Жаль только он сидел напротив двери в комнату. Нужно было дождаться, когда он уснёт. Уже светало. Входная дверь была заперта на ключ, и Денис открыл все окна на первом этаже. Пусть убегает! Он вернулся в комнату. Склонился над девушкой и прошептал, что она может уходить, если хочет... Девушка глубоко дышала. У неё была кровь на лице и синяки на шее. Она приоткрыла глаза и сжала кулаки. Денис попятился к двери. Ему не хотелось, чтобы она смотрела ему в лицо. Это был последний раз, когда он видел девушку живой. Спустя час или полтора Игорь разбудил Дениса. Всё было плохо. Девушка лежала на полу. Игорь указывал на открытые окна и что-то орал. Но Денис ничего не слышал. У него в ушах колотила кровь. И как он тогда выдержал всё это? Как устоял на ногах? Ему ещё никогда не было так страшно. Игорь закрыл окна, велел Денису и Арику заткнуться, а сам стал звонить. — Витя... А где ты есть, если не в городе?.. Ты мне нужен... Ой, не надо, а!.. Ты понимаешь, в какой мы... — Игорь ходил взад-вперёд. Он хотел, чтобы Витя приехал, но, похоже, у него не получалось договориться. — Слушай, лучше тебе сегодня вернуться из своей дыры. И первое, что ты сделаешь — это вычистишь папкину тачку. С пеной, с шампунем! Языком её вылижешь! Понял меня? В ту минуту Денис осознал: Игорь не решает проблемы. Он их создаёт, а потом пытается хоть как-то прикрыть свою задницу от последствий. Почему это раньше не было для него очевидным? Денис указал на тело девушки и, заикаясь, спросил, точно ли она мертва. Игорь проорал ему в лицо, чтобы он захлопнул свою грёбаную пасть. Потом он снова достал телефон и вызвал такси. Денису и Арику он приказал пойти в спальню и закрыл их там. — Сидите и ждите, я скоро приеду. Если кинете меня, я вас обоих убью и закопаю, — сказал он через дверь. Игорь вернулся через час на своей машине. Давно он сам не садился за руль... Денис и Арик делали всё так, как говорил Игорь. Это было лучше, чем думать самим. Они положили девушку в багажник и поехали вниз, вдоль леса. Эта дорога вела к садовым товариществам, к бедным пенсионерским дачам. Когда закончился асфальт и машина начала прыгать по бетонным плитам, Игорь тормознул. Они вышли. Денис постоянно оглядывался, прислушивался — не едет ли кто. — Кладём её вон за то дерево и валим! — сказал Игорь. — Её сразу найдут, — возразил Арик. Игорь злобно ударил кулаком по багажнику. — Кладём её за то дерево и валим! — повторил он. Они сделали всё в три секунды. Подняли крышку, взяли мёртвую на руки и отнесли её к большому дубу. Денис в последний раз посмотрел на неё. Долго он потом вспоминал это лицо. Что он видел на этом лице, когда она была жива? Злость, отчаяние, отвращение. А теперь это лицо было спокойным. Белое, красивое лицо. Волосы, раскиданные по траве... Невозможно было поверить, что эта девушка уже никогда не очнётся и не будет живой... Это как говорил тот странный парень, с которым Денис познакомился на ярмарке «Город мастеров». «Смерть — это чья-то шутка, но люди её не понимают. Твой мир — цветная картонка. Тот, кто умер, отогнул фальшивку и спрятался от тебя. Ты, двухмерный болван, не можешь даже представить, что там. Все, кого ты считаешь мёртвыми, смотрят на тебя из прорезей, и до чего же им смешно!», — так он сказал. Очень странный парень. Волосы крашенные в чёрный, длинные, некрасивые. И рисовал он чёрт те что. И нёс всякую нелепицу невпопад. Но Денису всё-таки вспомнились его слова, пока Игорь гнал машину прочь из того места... Денис стал чувствовать, как тот парень. Ему казалось, что эта девушка смотрит на него. Стоит где-то в темноте, за невидимым занавесом. Выглядывает, юрко прячется и смеётся, прикрывая рот ладонью. Почему ей было смешно?..

— Ну, ты доволен тем, что сделал? — спросил Арик Игоря, когда они доехали до города. — Я сделал? А ты так, мимо проходил, да? — огрызнулся Игорь с дрожью в голосе. — Радуйся, что я вас из этой задницы вытащил, и держи свой рот на замке. Арик схватился за голову. Он не мог смириться с тем, что произошло. Потом Игорь влез на заднее сидение к Денису. — Ты тоже молчи, придурок. Никому об этом не говори. Понял? Никому! — сказал он, сжимая плечо Дениса. Теперь, когда Денис вспоминал это, ему казалось, что и тогда он видел длинный порез на шее Игоря. Всё из-за дурацкого сна... Окружающая темнота размывала границы между сном и реальностью. Денис вдруг с ужасом осознал, что все, кого он видел в то утро, теперь мертвы. А вдруг они здесь? Стоят в темноте рядом с койкой и ждут... Смотрят. Не дышат. Игорь с перерезанным горлом. Безрукий Арик. А той девушки нет. Чего ей делать рядом с этими засранцами? Темнота — общее место и для живых, и для мёртвых. Мёртвым не нужно прятаться. Они могут ходить рядом... Денис весь сжался. Его пугали собственные мысли.

«Нас поймают», — Денис был уверен в этом. Он проводил в своём подвале дни и ночи. Притащил туда матрас и спал там. Спал всегда беспокойно. Ему снилось белое лицо девушки. Ему снилось, что к нему домой приходит угрюмый полицейский. Огромный, как отец. А утром, когда Денис просыпался, ему казалось, что за ним наблюдают. Он не мог отделаться от мысли, что на платье девушки мог остаться его волосок. Полицейские проведут тест ДНК и установят его личность. Денис в это верил, потому что видел такое в кино. Он разрезал и выбросил свои ботинки, которыми наследил у дуба рядом с телом. Но он всё равно думал, что его поймают. Каждый новый день стал мучительным ожиданием чего-то ужасного. Не выдержал бы и дня в таком кошмаре? Покончил бы с собой? И почему же он остался жить? Да он просто не заметил, как его мир стал адом. Всё началось не в этой тюрьме, а раньше. Эта стеклянная камера стала лишь следующим кругом...

Денис продолжал видеться с Игорем, хотя ненавидел его. Они вместе напивались или накуривались, после чего Денис начинал плакать. Он говорил, что скоро их поймают. А Игорь хлестал его по щекам: «Забудь ты об этом, дебил. Никто нас даже не ищет». Совсем плохо стало после разговора с отцом. Это было незадолго до похищения... Отец спустился в мастерскую. — Ты собираешься тут умереть? — он слегка приклонял голову. Потолки в подвале были для него недостаточно высокие. — Что с тобой, сын? — Ничего. Всё со мной нормально, — Денис развернулся на стуле, чтобы отец не видел его красные глаза. — Паша мне сказал, что ты забросил сайт. Не продаёшь свои игрушки, — не отставал отец. — Что стряслось? Я не уйду, пока не скажешь. Денис не выдержал и разрыдался. — Папа, мы... Мы изнасиловали девушку, — давясь слезами, признался он. — Тихо, тихо! — отец побледнел. — Что ты сейчас сказал?

Такого он точно не ожидал услышать. Думал обсудить ерундовые проблемы с сыном, а тут...

— Мы изнасиловали девушку, — повторил Денис. — Стой! Кто это мы? Ты это сделал? — отец приблизился к Денису и опустился на одно колено. Вид у него был очень испуганный. — Да, папа, я это сделал! — завопил Денис. — Об этом уже знают? — спросил отец. Денис замотал головой. — Это сделал ты и твои дружки? Вы кого-то изнасиловали?

Денис закивал. — Боже мой... Что сейчас с этой девушкой? Денис всхлипывал. — Что с ней? Она... Она жива? Денис не мог ответить. У него была истерика. — Она жива?! — отец расстегнул пуговицу на рубашке. Поднялся на ноги. Резко приложил руку к груди. Вряд ли у него прихватило сердце. Скорее он об этом мечтал. Потом отец снова опустился на одно колено. Мягко обхватил своими огромными руками лицо Дениса и жалобно произнёс: — Что же ты натворил, чудовище? Как ты мог так поступить с мамой, со мной, с моими детьми? Что ты наделал? «С моими детьми»... Отец перестал считать Дениса своим ребёнком. А может быть, никогда не считал? Уходя, отец почему-то выключил свет в мастерской, и Денис остался сидеть в темноте.

Надо было тогда наглотаться таблеток из домашней аптечки. Зачем было тянуть?! Денис свесил ноги с койки и занялся простынёй. Он порвал её на ленты, а потом крепко скрутил их. Пора было с этим заканчивать.

— Что ты там делаешь? — послышался голос Вити. Денис не ответил. Он благодарил темноту за то, что она берегла его тайну. Денис встал ногами на койку. Колёсики скрипнули. Денис нащупал крючок под потолком. Повесил на него свою петлю.

Было страшно. Дрожали руки, дрожала койка под ногами. Нужно было только решиться и «нырнуть».

Денис взялся за петлю. Просунул голову. Раз. Два. Три... Койка выехала из под ног. Петля врезалась в шею всего на миг. Крючок не выдержал и вылетел из балки. Денис рухнул на пол. Отбил колени, ударился лбом о бетон, но был жив.

— Что у тебя там происходит? — испуганно крикнул Витя. — Ты живой?

—К несчастью, да, ­— прохрипел Денис и закашлялся.