Глава 9. Вонь

Когда Валера в первый раз осматривал этот бывший хлев, в воздухе висел запах мокрой древесины и грибков плесени. А когда несколько рабочих в один день поставили здесь стеклянные стены, то стало пахнуть пластиком и бетонной пылью. Теперь же в этих стенах стояла вонь... Сначала она была терпимой, потом тошнотворной, а ещё чуть позже привычной. Валера смывал грязь водой. Поливал пол отбеливателем, но здесь всё равно стоял смрад. Сквозь химический запах хлорки пробивалась вонь мочи, дерьма и немытых тел. Теперь, когда Игорь валялся на полу в коридоре, стало вонять ещё сильнее. Пленник перестал угрожать и всё больше стонал. Часто он подползал к двери, будто надеялся, что сможет незаметно ушмыгнуть. От постоянных ползаний Игорь сильно разодрал себе руки и ноги. Раны его почернели, а сам он был белый и не переставая трясся от холода. Валера не ожидал, что Игорь так быстро перестанет изображать «чувство собственного достоинства» и сменит крутой взгляд на жалостливый. Валера ему не сочувствовал. Но нравились ли Валере его мучения? Нет. Не нравились... Хотя Валера думал, что и не должен наслаждаться чьими-то муками. Это не его черта. Он вообще старался не прислушиваться к своим чувствам. Он просто убивал тех, кого следовало убить. Это было его долгом. Только бы не эта вонь... Она ощущалась в ноздрях даже когда Валера выходил за дверь. Глядя на степь, он старательно втягивал воздух. Много времени проходило, прежде чем начинали ощущаться слабые отголоски полыни и песка. В этих местах не было разнообразия ароматов, как дома... А там, стоит немного отъехать от города, где стригут газоны и сразу высокие бурьяны, дикие цветы, болота. Всё это в воздухе! Так каждое лето. Правда, Валера уже и не помнил, когда в последний раз бывал за городом. В очередной раз, пытаясь забыть о надоевшей вони, он попытался представить ароматы трав. Валера лежал не на шезлонге, а прямо на песке.

В голову пришло воспоминание: поездка на велосипедах с Ангелиной. Они уехали далеко от жилых кварталов... И как так получилось, что он отправился за город с девушкой, которую считал крохой? Это было их первое свидание. Или почти свидание. Скорее прогулка. Всё ведь с шутки началось. Они снова встретились, когда подростков награждали за труд в каком-то доме культуры. Валера сам вызвался помочь маме. Почему? Наверное хотел снова увидеть Ангелину? Надо же! Тем вечером они разговаривали не больше пяти минут, но успели договориться о встрече. Ангелина сказала, что это награждение — её предпоследний день под надзором комиссии. Осталось только побыть волонтёром на старте какого-то велопробега. Валера сказал, что лето заканчивается, а он так ни разу и не прокатился на велосипеде. Ангелина пожаловалась, что и сама бы не прочь покататься, только бы не с толпой народа. И тут Валера предложил когда-нибудь прокатиться вместе. Да-да! Сам и предложил! Не думая, что это правда случится.

На той же неделе они встретились... У Ангелины был совсем простой, зато новенький велосипед. Блестящий, без единой царапины. Она купила его на деньги от летней подработки. Валера и Ангелина решили прокатиться до чёрного озера. Ехали не спеша. Валера рассказывал о том, как любит запахи трав и шум насекомых. — Люди говорят: «выехать на природу». Будто это какой-нибудь парк развлечений, — говорил Валера. Зачем он хотел казаться умным? Ангелина, наоборот, всё время шутила. Ей было весело. Ей нравилось, что Валера захотел провести с ней время. А ведь и Валере нравилось... Так они и ехали. Дорога была пустой. Только иногда они обгоняли бегунов и детишек, которые тоже куда-то спешили на велосипедах. Всюду кипела жизнь. Шумели насекомые... Хотя, может быть, и не шумели? Вдруг Валера всё это додумал, пока вспоминал? Он однажды читал о том, что память у людей на самом деле очень не надёжна. К воспоминаниям разум обращается творчески — то, что исчезло, заменяется выдуманным. И воспоминания с годами могут очень сильно измениться...

Валера задумался о том, сколько он уже потерял настоящих мгновений с Ангелиной и сколько ещё потеряет. Осознавать это было грустно. Но он ещё помнил, как они стояли на берегу озера! Ангелина была в коротких шортиках. Её ноги притягивали взгляд Валеры, но он не позволял себе разглядывать девушку и отворачивался к озеру. — А всё-таки, как получилось, что тебя записали в трудные подростки? — спросил Валера. — Я подралась, — спокойно ответила Ангелина, будто ожидала этого вопроса. — Подралась? — не поверил Валера. — Да, избила одну гадкую бабу, — девушка опустила глаза. — Больше не могла её терпеть. Доставала меня по мелочам. Просто потому, что я ей не нравилась. В каждой школе есть такие... Я психанула и побила её. За волосы оттаскала. — Наверное, она и правда тебя сильно достала, — хмыкнул Валера. — Да, только мои эмоции никому не были интересны, — почему-то улыбнулась Ангелина. — А ещё я, как они сказали, из неблагополучной семьи. Так что когда её родители явились в школу, меня сразу поставили на учёт.

— Несправедливо, — Валере стало обидно за девушку. — В чём-то я и сама виновата. У меня была дурацкая причёска и я ботан немного. А у неё с подружками появилась жертва — новенькая, стрёмная, — Ангелина по-прежнему улыбалась. — Человек должен своим видом показывать, что ты не даст себя в обиду. Так ведь? Валера запомнил эти слова. Даже потом сказал это ребятам на тренировке по боксу... Валера и Ангелина постояли у озера недолго. От воды веяло холодом. Когда они вернулись в город, то улыбнулись друг другу на прощание и поехали по домам. После той прогулки они стали общаться каждый день. Всё больше переписывались, но иногда Валера не стеснялся звонить. А бывало, что они случайно сталкивались на улице. Вот странно! Раньше ведь такого не было. Как будто люди, которые думают друг о друге, и правда начинают притягиваться.

От воспоминаний Валеру отвлекла другая мысль. Он подумал, что зря лежит на голой земле, ведь в степях живут гадюки. Потом он подумал, что если бы он умер от укуса змеи, то его пленники всё рано бы не смогли сбежать — подохли бы от голода. Больше Валеру не пугали гадюки.

***

Игорь больше не мог ползать. Силы оставили его, и всё, что он делал — это переворачивался с одного бока на другой. Болели руки, болели ноги. Всё болело, гудело и ныло. Жажда раздирала горло. Игорь не дрожал, а бился в судорогах. И каждая судорога причиняла ужасную боль, будто суставы выкручивало. Иногда Игорь ненадолго засыпал, но и сон был мучительным. Валера не давал ему пить и есть. Только иногда поливал чем-то жгучим его руки и ноги. Лучше сдохнуть... Лучше сдохнуть! Эта мысль пришла на вторые сутки, когда Игоря стало рвать желчью. Но он долго не решался сказать это вслух. Проснувшись связанным, Игорь был зол, спустя несколько часов его пугала мысль, что он умрёт вот так, а теперь казалось, что только смерть облегчит его муки. Лучше сдохнуть! — Валера, подойди, — позвал Игорь, говорить было больно, и голос его свистел. — Больше не могу. Лучше сдохнуть. В эту минуту Валера подсовывал под двери вечернюю пайку Денису и Вите, и сначала не обратил на Игоря внимание. — Пожалуйста, — просипел Игорь, он уже чуть не плакал. — Лучше сдохнуть. — Хочешь, чтобы я помог тебе умереть? — Валера повернулся к нему. — Это я... Это я убил твою девушку, — сказав это, Игорь закашлялся и никак не мог остановиться. Валера вынул из сумки бутылку с водой, опустился на одно колено перед Игорем, приподнял ему голову и дал попить. Игорь жадно всосал всю бутылку разом.

— Я не собирался её убивать. Это получилось случайно, — слова сами рвались из горла, будто кто-то говорил за него. Никогда раньше Игорь не испытывал потребности в раскаянии. — Как это случилось? — Валера сидел перед ним и смотрел на него. — Утром я понял, что наломал дров. Я не знал, что теперь делать, но убивать её не собирался, — Игорь боялся смотреть Валере в глаза. — Что было дальше? Ну! Говори, — Валера дёрнул Игоря за плечо. — Я услышал шум внизу. Она хотела убежать через окно. Я потащил её, а она вцепилась ногтями мне в горло и вырвалась... Я запаниковал и ударил её кубком по голове, — с каждым словом к горлу подступала тошнота, и Игоря вырвало водой.

— Чем ты её ударил? — спросил Валера. — Кубком... Мой папка играл в футбол раньше. Его кубков на даче полно... Вот под руку и попался. А у них подставки тяжелые, мраморные, — Игорь боялся гнева Валеры, но продолжал. — Я ударил её по затылку и всё. — Ну и выродок же ты, — с ненавистью сказал Валера.

Игорь кивнул.

— Ты прав. Прав, — говорил он. — Я социопат. Когда я понял, что... Ангелина мертва, то подумал: она первая, кого я убил. Я понимал, в какое дерьмо вляпался, но не мог себе обещать, что никогда больше не сделаю этого. Ты прав: таким, как я, наверное, не место среди нормальных людей. Теперь, когда Игорь желал смерти, он мог с этим согласиться. Смерть казалась мягкой расплатой. И это было справедливо. Игорь и раньше думал, как бы ему проще жилось, умей он держать себя в руках. Он бы мог прожить долгую и счастливую жизнь, а не подыхать в своей блевотине, если бы... Не попался в руки Валере? Нет! Если был бы человеком, а не выродком. — Что ты почувствовал, когда Ангелина умерла? — спросил Валера. Игорь вспомнил, как перевернул девушку на спину. Он ударил не со всей силы! Даже крови почти не было. Но она не дышала.

— Я перепугался, — ответил Игорь. — А потом подумал, что если мы сделаем всё правильно, то нам ничего не будет. Я позвал Арика и Дениса. Они наложили в штаны, но это была и их проблема тоже... Я и Вите звонил, но он почуял, что всё плохо, и отмазался. Мы решили, что отвезём её подальше от города и оставим в лесу... Не буду врать: думал я только о том, как спасти себя от тюрьмы. Если тебе будет легче, то такого ужаса, как ты мне устроил, я и представить не мог. Валера не изменился в лице. — Хочешь умереть? — спросил он. — Я достаточно страдал. Поверь мне, — умолял Игорь. Валера отошёл. Долго рылся в своих медицинских ящиках. Выискал какой-то пузырёк, набрал полный шприц и снова вернулся к Игорю. — Яд? — спросил Игорь, когда игла вошла в плечо. Валера ничего не ответил. Витя и Денис смотрели на него из своих камер. Смотрели с испугом, но без сочувствия. Наверное, оба радовались. Из-за него ведь всё это произошло. Хотя Вите просто стоило держать свой рот на замке... — Можешь развязать мне руки? — попросил Игорь.

Валера подошёл и стал распутывать проволоку. Пришлось потерпеть, но Игорь понимал, что это его последняя боль. Он посмотрел на бочку, где покоился Арик. Скоро и его засунут в такую же бочку... Валера оставил Игоря и пошёл дальше рыться в своих вещах. Мол, умирай себе, раз так хочется... Где же его злорадство? Он утолил жажду мести? Или ему всё равно? Игорю было тоскливо умирать в одиночестве. — И всё-таки трахать твою Ангелину было приятно, — сказал он. Ему очень хотелось хоть чем-то напоследок задеть Валеру. Ведь он уже ничего не сможет ему сделать. Пусть живёт с этим! Пусть вспоминает его последние слова. Валера бросил на Игоря ледяной взгляд. Только теперь это не пугало. Игорь хотел показать Валере средний палец, но руки не слушались. Даже не шевелились. Голова стала пустой. И свет погас.