ГЛАВА 29 | ЛИЛИ

Лили лежала, уткнувшись лицом в руку Дина. Она слышала, как его дыхание стало медленным и глубоким. Но к ней сон все не шел. Недавний разговор взбодрил ее, как ведро холодной воды, вылитой на голову. Девушка понимала, что навряд ли теперь сможет уснуть. Она почувствовала что-то неладное, еще тогда, во время поездки, когда он начал увиливать от ее вопросов о работе. Но она и подумать не могла, что он связан с криминалом.

Преступный мир... Он в нём по уши. И она, как дура, в пылу чувств брякнула, что готова быть рядом. Быть частью этого. На самом же деле ее пугала и отталкивала подобная перспектива.

Лили с с самого детства учили, что нарушать закон нельзя, за этим всегда последует наказание. Она привыкла делить мир на хорошее и плохое: полицейские защищают нас — значит они хорошие, преступники убивают, грабят и насилуют — значит они плохие.

А тут Дин...

Лили считала его идеальным. Она любила его. За то, каким он был с ней: внимательным, мягким, нежным. Не укладывалось, что в нём может жить жестокость. Хотя были вспышки: сцена с Габриэлем, ревность к Бену. Да, в нем есть тьма. Но это же из-за любви, из-за неё...

Противоречие пульсировало в висках. И всё же, любовь никуда не делась. Ни на йоту. Значит, мир не такой уж чёрно-белый. Всё гораздо грязнее. Сложнее. Реальнее.

Дин вздрогнул во сне и негромко застонал. Ему что-то снилось. Его тело напряглось, мышцы будто вспомнили бой. Лили погладила его по голове, нежно запустив пальцы в волосы. Вскоре его дыхание выровнялось и сон стал спокойнее.

Ему нужен рядом человек, который будет о нем заботится, с которым он сможет хотя бы ненадолго расслабиться и забыться, осознала Лили. У Дина непростая жизнь. Ему все время приходится быть сильным, нести ответственность не только за себя, но и за других, обо всем думать наперед, всегда быть начеку, рисковать жизнью. Лили вдруг поняла, что даже в их отношениях он пока делал для нее больше, чем она для него. С ним она оказалась, как в сказке, а что от нее получил он?

Лили стало так стыдно. Почему она не задумалась об этом раньше? Надо срочно исправляться, решила девушка. Она ненадолго задумалась.

Точно! Можно приготовить ему завтрак. Что-то особенное. Не просто еда — забота. Любовь на тарелке.

На цыпочках она вышла из спальни, спустилась на кухню. Дом обволакивала уютная тишина. Восходящее солнце своими лучами заглянуло в окна и украсило пол и стены теплыми бликами. Лили зашла на кухню с легкой улыбкой на лице, но хорошее настроение тут же испарилось — за барной стойкой сидел Ник.

Он поднял бровь, когда увидел ее. Вероятно он тоже не ожидал встретить здесь кого-то помимо Дина.

— Ну привет, — бросил он, первым прервав молчание.

Лили ответила кивком. Напряжение между ними висело в воздухе, будто пыль, поднятая ветром. Она все еще злилась из-за их последнего разговора, состоявшегося в больнице.

— Сегодня Дин сможет поспать подольше? — спросила девушка, холодно сверля его взглядом.

Ник вздохнул, потянулся к чашке.

— Хотел бы я дать ему такую возможность, но у нас куча дел. Пусть еще полчаса поспит, и надо будить.

Он говорил спокойно, но в голосе проскользнула забота, та, что не показывают.

— Я готовлю завтрак. Ты будешь? — предложила она из вежливости.

— Давай, — легко согласился он, будто бы и не обзывал ее никогда шлюхой. А ведь он даже не извинился за тот случай!

Лили нахмурила носик и отошла вглубь кухни. Она собиралась готовить по видео из интернета. Ник точно ее засмеет. Хотя будет смеяться — останется без завтрака.

На фоне заиграло видео с рецептом. Лили двигалась по кухне, будто по минному полю. Она чувствовала холодный, оценивающий взгляд Ника. Будто он ждал, когда она оступится.

Семга, авокадо, хлеб, яйца — всё на месте. Спасибо Мишель, которая набила до отказа холодильник. Самым сложным во всем блюде для нее было приготовления яйца пашот. Именно оно может всё испортить. А когда за каждым ее движением пристально наблюдает Ник, дело прямо-таки обречено на провал.

Ник молча подошел к кофемашине и включил ее.

— Кофе будешь? — спросил он, не оборачиваясь.

— Буду, — коротко ответила Лили.

Ник ничего больше не сказал.

Что, он даже не спросит, с молоком или без? Ну и ладно!

Лили надула губки и продолжила готовить.

— Я, если что, готовлю тосты с семгой и яйцом пашот, — сообщила ему девушка.

— Молодец, — еще больше выбесил своим ответом Ник.

Она сделала глубокий вдох и выдох. Надо держать себя в руках ради Дина.

— Я просто хотела спросить, сколько штук готовить тебе, — буркнула она.

— Приготовь штуки три, — последовал ответ.

Ведет себя так, будто она ему что-то должна! Лили была возмущена, но все еще сдерживалась, чтобы ему не нахамить.

Она отодвинула нарезанную рыбу в сторону и взялась за авокадо. В рецепте его не было, но девушка решила, что так будет еще вкуснее.

Ник делал вид, что что-то делает в телефоне, но сам краем глаза наблюдал за Лили. Она ощущала его взгляд и раздражалась еще больше. Однозначно он ждет, чтобы увидеть ее провал с яйцами пашот.

Она не доставит ему удовольствие это лицезреть!

Лили поставила поджариваться хлеб в тостер. И с вызовом взглянула на Ника. Тот, встретив ее взгляд, отвернулся и продолжил заниматься кофе.

Так-то лучше.

Лили собрала все сэндвичи и осталось самая трудная часть.

Вот бы не облажаться!

Так, что там надо сделать?

Лили заглянула в телефон: на видео перемешивали по кругу кипящую воду, чтобы образовалась воронка и медленно выливали туда яйцо. Она держала в одной руке яйцо, а в другой нож.

Так а еще и размешивать надо! И как это сделать, если руки всего две?..

— Выглядишь так, будто бы тебе нужна помощь, — заметил Ник.

— От тебя не нужна! — отрезала Лили.

— Как знаешь, — пожал он плечами и вернулся к своим делам. Но с минуту помолчав, все же добавил, — разбей яйцо в стакан.

В стакан? А что, надо признать, что неплохая идея. Вот только жаль, что ее подал этот говнюк.

Но сейчас Лили было не до гордости. В первую очередь она хотела удивить этим блюдом Дина, а значит надо смириться.

— Я и сама так думала сделать. Ты просто быстрее сказал, — проворчала Лили, не желая признать, что он ей помог.

— Ну да, я так и понял. Просто сказал, — не поднимая глаз от своего телефона, сказал Ник.

Лили аккуратно разбила яйцо в бокал для виски, ничего удобнее под рукой не нашлось, и с помощью ложки закрутила воронку в воде.

Решающий момент.

Тонкой струйкой девушка стала выливать яйцо в кипяток. Водяная воронка подхватила белок и закрутила тот вокруг желтка. Оказалось все не так и сложно, как она себе это представляла. Но если бы Лили расколола скорлупу прямо над кипятком, то точно ничего путного бы не вышло.

Все-таки неплохой совет подкинул этот Ник.

Спустя несколько минут, Лили подхватила шумовкой готовое яйцо пашот и отправила его немного остыть в холодную воду. Осталось повторить все то же самое 6 раз. Лили стало невыносимо скучно, когда она представила это.

И как только мама может заниматься готовкой целый день?

— Сам его приведешь? Или мне сходить? — Ник. Снова он.

— Сама, — коротко ответила Лили.

Она хотела подарить Дину такие же эмоции, как он подарил ей в то утро, приготовив для нее вафли.

— Только давайте там недолго, — закатил глаза Ник, — у нас дела.

— Да подожди ты немного со своими делами! — не выдержала девушка, — он и так приехал под утро подстреленный, поспал несколько часов. Пусть спокойно проснется и без спешки позавтракает. Никуда ваши дела не денутся. Подумай о Дине, он даже не отдохнул нормально!

— Да я-то побольше тебя о нем думаю, — ответил ей Ник, сверкнув глазами, — и не говори мне сейчас больше ничего, если не хочешь, чтобы он проснулся от нашей с тобой ругани. Я и так все утро в руках себя держу, чтобы ничего лишнего не сказать. Все иди, куда шла!

Лили резко отвернулась. На глазах застыли слезы.

За что он так с ней, она правда любит Дина. Почему бы Нику просто не смириться с этим?

Ей хотелось высказать ему все, что было сейчас в ее мыслях, но этот придурок в очередной раз прав — они только разбудят своими криками Дина и испортят ему все утро. Она зашла в ванную на первом этаже, чтобы окончательно успокоиться. Стоя у зеркала, Лили всмотрелась в свое отражение. Ну и печальный видок. Так. Назло Нику, она будет выглядеть счастливой, пусть даже не думает, что смог ее задеть. Девушка умылась холодной освежающей водой. Это помогло ей немного прийти в себя. Пора идти к Дину, а то как бы Ник сам не поперся к нему.

Лили поднялась наверх и мышкой проскочила в спальню. Дин стонал во сне, а на его лбу выступили капельки пота. Наверное его беспокоят раны, догадалась Лили. Она аккуратно залезла на кровать рядом с ним и нежно поцеловала его сначала в щеку, затем в краешек губ. Лили стала приближать свои губы, чтобы коснуться его лица в другом месте, но Дин слегка повернул голову и перехватил их своими. Все внутри девушки затрепетало.

Дин открыл глаза и посмотрел на нее.

— Доброе утро, детка! — сказал он

— Доброе утро, любимый, — прошептала она, — я приготовила тебе завтрак. Вот пришла пригласить к столу.

— Лили, ты ради меня встала пораньше и заморочилась с завтраком? Мне так приятно, малышка. Спасибо за заботу! — он притянул ее к себе, чтобы быстро поцеловать. — Могу я попросить тебя дать мне таблетки из кармана куртки и воды?

Лили поспешила выполнить его просьбу. Краем глаза она увидела заметила, как перекосилось лицо Дина, когда тот садился на кровати. При ней он старался не показывать ни боли, ни слабости, держал себя в руках. Лили стало грустно. Как бы ей хотелось, чтобы он мог доверять ей на все сто, чтобы он не скрывал то, что творится с ним на самом деле...

Когда девушка вновь подошла к нему, Дин натянуто улыбнулся.

— Спасибо! — сказал он, заглотив сразу несколько таблеток. — Ты иди, а я сейчас соберусь и спущусь завтракать.

— Я останусь, — твёрдо сказала она, — Ты не должен скрывать боль от меня, Дин. Я рядом. Я люблю тебя. И не отступлю.

Она поцеловала его, вложив в поцелуй всю решимость. Он расслабился. Впервые за долгое время. Когда она отстранилась, он смотрел на неё, как на спасение.

— Чем я могу помочь?

Он молчал. Только взглянул на дверь ванной.

— Я помогу тебе принять душ. Я знаю, ты этого хочешь, — шепнула она.

— Я не хочу выглядеть... слабым, — прошептал он.

— Ты не слабый. Ты человек. И я рядом, — она смотрела ему в глаза, и он сдался.

Лили провела его в ванную, держась за его сильную, но уставшую руку. Он шел за ней медленно, сдерживая тихие стоны. Каждое движение отзывалось болью, но он терпел. Ради нее.

В ванной царил полумрак, через приоткрытую штору падал мягкий утренний свет. Он обнимал плитку, стеклянные стены душа, скользил по полу. Лили обернулась. Дин смотрел на нее сверху вниз, в его взгляде застыло что-то между благодарностью и болью, гордостью и смущением.

— Дай мне, — прошептала она и осторожно начала стягивать с него одежду. На теле Дина были повязки, синяки, ссадины — карта его войны, его риска, его тишины, которую он носил внутри. Лили касалась его с такой нежностью, боясь разбудить в нем боль.

Он остался перед ней обнажённым, уязвимым, открытым не только телом, но и душой. Лили не отводила взгляда. Он красив. Даже в этом израненном теле было что-то магнетическое, дикое, мужское.

Она коснулась его лица, провела пальцами по щетине на подбородке, а потом опустила руки к себе. Медленно, будто позволяя каждой вещи скользить по коже дольше, чем нужно, она начала раздеваться. Дин смотрел, не моргая. Его дыхание стало чаще.

Когда они оказались вдвоём под струями тёплой воды, Лили, осторожно прикасаясь к его телу, намылила его плечи, грудь, бок, там, где не болело. Она гладила его губами. Губами, которые танцевали по его коже так же, как вода танцевала в её волосах.

— Ты не слабый, — шептала она между поцелуями. — Ты живой. Настоящий. Мой.

Дин прижался лбом к её плечу. Его руки скользнули к её талии, осторожно, сдержанно.

Вода текла между их телами. Она обвила его руками, прижимаясь ближе, и в этот момент между ними исчезло всё: прошлое, боль, страх.

Когда они наконец спустились на кухню, Ник уже сидел за столом с пустой тарелкой перед собой. Он бросил на них цепкий взгляд, читающий между строк. Молчание в его случае говорило больше любых слов.

Дин скользнул глазами по блюду, которое приготовила Лили, и тихо присвистнул:

— А говорила, готовить не умеешь. Завтрак, как в чёртовом отеле. Хочется верить, что это не последний мой приём пищи.

Он чмокнул её в макушку и занял место за столом.

— Жаль, что всё остыло... — тихо сказала Лили, будто извиняясь.

— Не остыло, — спокойно бросил Ник, подливая себе кофе. — Я знал, что вы там застрянете, так что подогрел. Снял только что, как услышал ваши шаги.

Он кивнул в сторону подогревателя для посуды.

— Спасибо, — выдавила из себя Лили.

Жаль, она сама до этого не додумалась. Хотя откуда ей было знать, что у Дина на кухне стоит подогреватель для посуды...

Они присели за стол и каждый взял себе по сэндвичу. Лили отрезала себе кусочек и с волнением попробовала свое творение.

А что, вышло очень даже неплохо.

Нежный вкус и удачное сочетание ингредиентов. Единственное, тост снизу успел размокнуть из-за того, что долго стоял на тарелке. Но в любом случае получилось вкусно. Она отправила себе в рот еще один кусочек, и взглянула на Дина, чтобы увидеть его реакцию. Парень одарил ее теплой улыбкой.

— Лили, очень вкусно. Спасибо, малышка!

— Я так рада, что тебе понравилось! — засмущалась девушка.

Она потянулась к чашке с кофе и сделала глоток. Ее глаза удивленно распахнулись, и она посмотрела на Ника. Тот с самодовольным видом наблюдал за ее реакцией.

— Как ты догадался? — спросила она, кивнув на чашку.

— Ты про латте? Помню песню, которую Дин тебе посвятил. Там были строчки про то, что ты латте любишь, так что не сложно догадаться, какой кофе тебе готовить.

Дин посмотрел на друга и усмехнулся каким-то своим мыслям.

Лили стушевалась и отвела взгляд. Она не понимала, как ей относиться к Нику. То он ведет себя с ней грубо, то вдруг помогает или проявляет внимание.

— Детка, — вырвал ее из размышлений голос Дина, — я должен буду уехать на два дня по работе. Если хочешь, можешь уехать домой на это время, чтобы тебе не было тут одиноко.

Для Лили эта новость стала неожиданностью. Дин не говорил, что ему надо будет куда-то уезжать на этой неделе...

— Куда? — спросила она.

— Сан Кламоно, — коротко бросил он, доставая телефон.

— Я могу поехать с тобой? Я бы встретилась с подругами...

Ник бросил на неё взгляд, в котором сквозили раздражение и что-то более тёмное. «Ты там не нужна.Чего привязалась?» — было написано у него на лбу.

— Не в этот раз, Лили, — отрезал Дин. — Там неспокойно. Останешься здесь.

Он говорил серьезно, с видом не терпящим возражений. Она не рискнула препираться, тем более на глазах у Ника.

— Я хочу остаться здесь, если ты не против. Боюсь, что если вернусь домой раньше, то возникнут ненужные вопросы и меня потом никуда не отпустят, — она взглянула на Дина, ожидая его решения.

— Могла бы и не спрашивать, — сказал тот. — Я вообще был бы не против, чтобы мы жили вместе. Ты же знаешь.

— Знаю, — прошептала она, и после паузы добавила, — А можно я позову Мишель с дочкой? Просто на пару дней...

— Конечно, зови. Будет спокойнее. И хоть после сегодняшнего завтрака я уже понял, что с голода ты не умрешь — он усмехнулся, глядя на опустевшие тарелки, — но мало ли какая понадобится помощь по дому.

— Разбалуешь ты её, Дин, — вмешался Ник, с привычной колкостью в голосе. — Нет ничего сложного в том, чтобы самой приготовить поесть и убраться в доме. Или твоя Лили — белоручка?

— Ник, — голос Дина стал суровым, — хватит цепляться. Мы с Лили сами разберёмся.

На кухне повисла тишина. Ник не ответил, просто взял чашку и сделал глоток. Возможно, он ждал другого момента.

Лили почувствовала, как внутри загорается что-то тёплое. Дин — единственный, кто ставил точку, когда другие оставляли троеточия.

— Дин, пойдём, я помогу тебе собраться, — сказала она, вставая.

Он кивнул, и они ушли.

В спальне она молча укладывала вещи в его дорожную сумку. Воздух в комнате стал плотным.

— Дин, ты опять рискуешь? — её голос дрогнул, словно это был не вопрос, а утверждение.

Он застыл, потом мягко приобнял её.

— В этот раз не планирую. Только встреча. Без стрельбы.

— А вчера выходит, что планировал? — удивилась она.

— Вчера я знал, что пойду в ад, — тихо сказал он. — Сегодня просто навещаю дьявола.

Она уткнулась в его грудь, слушая, как стучит его сердце. И в этот момент поняла: пока оно бьётся, она будет рядом.