Глава 36.

Сердце сделало сальто, а затем Давина кинула прочь, наугад схватив в темноте друзей за руки. Попала. И они побежали следом так быстро, как никогда еще раньше не бегали. Словно почувствовав угрозу, молодые люди закрывали глаза на боль, усталость, страх и горящие от нехватки кислорода легкие. Бежать. Надо только бежать. Ветер звенел в ушах, поднимал волосы вверх, задирал подол платья Давины, но девушка будто и не замечала этого вовсе. Так же как и дикую усталость, мозоли на ступнях и боль в суставах. Пока рядом с ней были Райан и Влад, она будет сражаться с Даином до последнего вздоха. Она считала этих двоих не просто своими друзьями и защитниками, но и самыми верными союзниками. Девушка верила, что пока их троица вместе, никто и никогда не сможет их сокрушить. Искренне и всем сердцем верила.

Вскоре, казалось бы, нескончаемый коридор все же вывел их к большой лестнице. В этом месте было чуть светлее за счет больших резных окон на задней стене, что тянулись в два этажа. Давина, Райан, а следом и Влад, крепко держась за перила, перепрыгивали уже не через ступеньку, а через две, а то и три, едва ли не теряя равновесие. Бежать. Бежать. Бежать. Нельзя останавливаться. Второй раз удача может отвернуться от них, а без её прямого содействия справится с Даином невозможно. Но не только это подгоняло друзей эффективней любого кнута. А понимания ярости Даина, что ощущалась практически на физическом уровне. Время пришло, стукнула полночь, а молодым людям раз за разом удавалось выскользнуть из его рук. Чаша терпения была переполнена.

Молодые люди очень быстро и беспрепятственно приближались к выходу из замка, но ни кого из них не посетила мысль, что всё не может быть так просто. После стольких часов ужаса и страха, сейчас приближающаяся тяжёлая входная дверь казалась им спасением. Однако туда их вёл Даин. Подобно пастуху, что гонит в нужное место стадо глупых маленьких овечек, он вёл их в западню. То, что троица считала выходом, на самом деле было входом в их личных загон. Последняя инстанция, в которую они рвались изо всех сил, сами того не подозревая.

Навалившись на огромную дверь, Райану и Владу удалось открыть её через силу. Выскочили на улицу. Холодный ветер сразу же резанул по лицу, словно острейшее лезвие бритвы. Погода разгулялась не на шутку. Сильный порыв ветра поднял угольные волосы Давины в воздух, путая их между собой. Девушка сжалась, покрываясь мурашками. Друзья тут же кинулись к воротам, что стали последним препятствием к свободе. Однако в этот раз они были закрыты, а замок обмотан тяжёлой цепью. Влад первым подбежал к воротам, и с силой дёрнув на себя их, услышал звяканье цепи. Райан тут же поднял голову вверх, думая перелезть на ту сторону, но мыслительный процесс оборвало громкий хлопок дверей замка.

Сжав зубы почти до боли в челюсти, Давина нервно обернулась. На пороге замка стоял Даин. И девушка отдала бы всё на свете, лишь бы никогда не видеть этот его взгляд. Спокойный и надменный, но уверенный и разъярённый одновременно. Рот Давины невольно приоткрылся сам собой, по позвоночнику змейкой прополз холод, что сводил руки. Ноги стали совсем ватными, а сердце защемило до невыносимой боли. Хотелось плакать, биться в истерике и кричать, но всё, что смогла сделать Давина - это шагнуть назад. Спиной уперевшись в холодные чёрные ворота, девушка почувствовала острую нехватку кислорода. Легкие словно сдавил невидимый пресс. Чем ближе к ней был Даин, тем тяжелее становилось дышать и двигаться. Он не использовал магию, но сейчас в этом и не было нужды. Само присутствие Даина и его угрожающее выражение лица наводило трепетный ужасы, заставляющий преклонить перед ним головы.

Не сотрясая воздух лишними словами, Даин быстро изучил ситуацию взглядом. Рядом с ним не было его кукол. Игры закончились и на данный момент они больше не требовались. Даин лишь безэмоционально взмахнул рукой, пока с его губ тихо-тихо срывалось заклинание. Никто не успел понять, что произошло. Стоя впритык к воротам, Давина вдруг ощутила, как ледяные стальные цепи молниеносно оплетают её тело, прижимая к решётке. Воздух из лёгких выбило в ту же секунду. Девушка даже не успела вскрикнуть. Графин с водой выпал из её рук прямо под ноги, не разбившись, но разливая последние остатки святой воды прямо на идеально выложенную каменную кладку. Давину скрутило так сильно, что казалось, будто кольца цепи разорвали кожу и плотно прилегали к самим рёбрам. Однако они лишь слишком сильно впились в кожу, позволяя образовываться кровоподтёкам. Из глаз Давины брызнули слёзы.

Райан и Влад тот час кинулись к девушке. Хватаясь руками за крупные кольца цепи, они безуспешно пытались помочь ей выбраться. А потом Райан согнулся по полам. Весь мир вокруг поплыл, а в горле встал ком, мешающий дышать. Хрипя от невыносимой боли, Райан повалился на холодную землю, чувствуя, как все органы внутри едва ли не выворачиваются. Не было сил даже кричать, хотя терпеть это было невозможно. Громко рухнув на пол, молодого журналиста скрутило в позу эмбриона. Все звуки в миг пропали, а зрение помутилось настолько, что Райан не мог различить даже силуэты присутствующих рядом людей. Его бросало то в жар, то в холод. Лихорадка полностью обуяло тело, не позволяя Райану его контролировать. Знаменитый Райан Морган метался по земле в бреду, полностью потеряв связь с реальным миром, несмотря на то, что Даин специально оставил молодого человека в сознании.

Начался настоящий ад. Самый страшный кошмар воплотился наяву. И имя ему Даин. Сильнейший колдун в истории человечества.

Он смотрел на мучения людей без тени сожаления или переживания. Ему было всё равно. Это безразличие, пожалуй, пугало больше, чем открытая ярость. Взгляд его был направлен на Влада, что должен был стать его следующей жертвой. Этот человек превысил свои полномочия и слишком много себе позволил. И за это его ждёт серьёзная расплата. Однако Даин не мог замучить его до смерти, ведь всё ещё нуждался в новом теле. Но вполне имел возможность напитать каждую клеточку его тела невыносимым страхом и болью. Хоть и на пару минут. Но никто не сможет скрыться от возмездия.

Невидимая сила отшвырнула Влада от его друзей так легко, словно мячик. Молодой человек упал прямо под ноги Даина, скривившись от боли в рёбрах. Содрав кожу на руках по самые локти, мужчина всё равно нашёл силы привстать и посмотреть на вверх. Над ним безмолвной скалой возвышался Даин, а в глазах того метали молнии. Впервые в жизни Влад испугался. Не так, как раньше, нет. Не только его мозг бил тревогу, но и абсолютно всё тело. От этого взгляда хотелось забиться в угол, спрятаться, забыться, лишь бы не видеть этого. Каждая клеточка в теле Влада кричала от всепоглощающего абсолютного страха, сводящего с ума. Взрослый мужчина, прошедший через ни одну войну, впервые испугался, как маленький ребёнок. Чистый страх. Ужас, что пробирал до самых костей и выгонял из головы любые мысли, обездвиживал, и словно опаснейший яд, бежал по венам вместе с кровью. Ещё минуту и сердце, что так бешено стучит в грудной клетке, остановится.

- Стой! - в истерике взмолилась Давина, срывая голосовые связки. - Я согласна! Отпусти! Только отпусти их! Слышишь, Даин?!

- Поздно, милая Давина. - спокойно проговорил колдун, переводя взгляд на заплаканное лицо Давины и её красные глаза, что так сильно жгло от солёных слёз. - Теперь у тебя уже нет права голоса.

- Даин! - отчаянно позвала его Давина, но мужчина даже не обратил на неё внимания.

Время играть в поддавки и обсуждения условия их союза уже давно закончилось. Давина сама его упустила. Самостоятельно совершила эту ошибку, хотя Даин был готов идти на встречу. Он был согласен на незначительные поблажки, однако Давине этого было мало. А теперь уже действительно стало поздно думать про это.

Даин всё так же продолжал смотрел прямо в ясные серые глаза Давины, скрытые за бледной пеленой слёз, в то время, когда раздался первый вопль Влада. Девушка тут же испуганно перевела взгляд с Даина на своего друга, чья тёмная кофта начала покрываться пятнами крови в районе спины. Давина резко дёрнулась вперёд с застывшим на лице ужасе. Звякнули цепи о забор. Но ничего больше не произошло. Упав лицо в землю, Влад истошно закричал, выгибаясь во все стороны, словно пытался сбежать об собственной боли. На глазах выступили слёзы, а кожу так и продолжали разрезать невидимые лезвия.

Даин медленно присел рядом с Владом, чуть склонив голову на бок. Он безучастно смотрел, как одежда на пленнике рвётся на мелкие клочки, а затем падает рядом. Когда Влад остался без кофты, Давине открылся ужасный вид на его торс. Глубокий кровавый порез тянулся от самой шее вдоль позвоночника и заканчивался у копчика. Влад едва удерживал сознание, однако бороться сил уже не было. Кожа горела, голос осип, а слёзы некотролируемо бежали по щекам. Перед глазами плясали звёзды, а мягкие ткани на спине продолжали мучительно гореть болью.

Давина кричала, оглушаемая собственным голосом. Райан, не помня самого себя, метался по земле от неугасающей боли. Влада резали наживую. А Даин совершенно спокойно наблюдал за происходящем вокруг. Утомившись, Даин закатал правый рукав рубашки до предплечья, а затем погрузил пальцы в рану с таким будничным выражением лица, словно делал это каждый день. Горячая вязкая кровь тут же обволокла его руку и растеклась по спине Каневского. Влад разошёлся в душераздирающем крике, когда Даин обогнул его позвоночник и просунул руку дальше по локоть, потянувшись к самому сердцу. Он чувствовал каждую мышцу своей жертвы, каждый нерв, но не обращал на это внимание. Боль была настолько адской, что Влад попросту не мог двигаться.

Наконец чужая ладонь сомкнулась вокруг сердца Влада Каневского. Оно билось, из последних сил разгоняя кровь по телу. Вены и артерии напряглись, растягиваясь, а затем лопнули и порвались. Даин резко вытащил бьющееся сердце из грудной клетки Влада, подняв его перед собой, словно главный трофей. Чужая кровь потекла по руке и всё же запачкала белую рубашку. Кроваво-алое сердце всё ещё продолжало сокращаться, несмотря на то, что уже было далеко за пределами собственного тела. Зрелище это было до того жутким, что Давину едва не вырвало. Давина кричала так громко, как только могла, не щадя свой голос, своё горло. Влад знал, что это конец для него. Знал, что Давина смотрит. А потому и выдавил предсмертную улыбку, хоть и искажённую нестерпимой болью. Это было последнее, что Влад Каневский сделал в своей жизни. Он улыбался так спокойно и красиво, а Давину ломало изнутри - как будто там осталось что ломать. В сердце вонзилось тысяча иголок. Давина перестала чувствовать собственную боль. Остался лишь удушающий страх. Если бы крепкие цепи её не держали бы, то Давина упала бы на землю. Но она оставалась стоять, прижатая к воротам, и содрогаться от слёз.

Влад перестал кричать. Перестал мучаться и страдать. Его жизнь навсегда оборвалась здесь. Тело обмякло на холодной земле и начало постепенно остывать. Взгляд открытых стеклянных глаз замер на Давине. А девушка не могла выдавить из себя ни звука больше. Часто дыша и широко раскрыв глаза, она не могла поверить в то, что видела. Слезё ручьём полились по щекам, и собираясь на кончике подбородка, ритмично капали ей под ноги. Давина до последнего отказывалась верить. Она видела Влада, видела его взгляд и его сердце в руках Даина, но мозг попросту отказывался обрабатывать полученную информацию. Весь мир, будто остановился. Вдруг всё потеряло свою важность. Даже её собственная жизнь.

Не может быть такого. Влад ведь ещё столького ей не рассказал. Они не познакомились с семьями друг друга, не сходили выпить кофе ещё сотню раз. А их уютные вечера на кухне? Неужели всему этому настал конец? Давина так и не узнала, что однажды Влад жил в её квартире, которую она снимала у доамны Балан. Не узнала, что он переехал из-за ссоры с владелицей много лет назад. Давина много чего ещё о нём не знала, как и он о ней.

Перед глазами девушки пролетели все момент с этим человеком. Давина вспомнила, как они познакомились на лестничной площадке и Влад любезно помог ей с чемоданом. Тогда она ещё и предположить не могла насколько сильно он станет для неё важным человеком. Давина сейчас, словно смотрела фильм. Она вспомнила, как они веселились вместе на площади, как Влад впервые познакомился с Райаном. Вспомнила все их посиделки на кухне, прогулки и даже недавний поход. Вспомнила все ссоры и недопонимания, которых было не так много, на самом деле. Она помнила абсолютно всё. Его кротость, искреннюю доброту, заботу и лучезарную улыбку. А теперь смотрела в застывшие, лишённые жизни добрые, но переполненные болью и ужасом, глаза лучшего друга.

Именно в тот миг в Давине что-то сломалось. Сердце её треснуло на мелкие осколки, что больно ранили душу. А затем ветер подхватил её крик полный боли и отчаяния. Он вознёс её душевные мучения над замком, развеял в воздухе, превращая еще в одно воспоминания каменных стен крепости Даина. Горло резало от громких истошных криков, кости ломило. Для Давины мир вокруг превратился в сплошное пятно, скомкался и вымылся, остался лишь погибший Влад, лежащий в нескольких метрах от неё.

Вместе с Владом Каневским здесь умерла часть Давины Францкевич.