Вызов

— Подъем, дармоеды!

Двери распахнулись настежь, и наш с Беллой голос эхом разнёсся по комнате шестьсот шестьдесят шесть, пробуждая её обитателей от утреннего оцепенения. Мы стояли каждая у одной двери, ведущей в комнаты мальчиков, и, судя по молчаливому напряжению в воздухе, нарушили чей-то сладкий сон. На меня устремились два только что открывшихся, полных ненависти глаза. Левый принадлежал Сэму, правый — Рафу. Они оба выглядели так, словно упорно боролись за последние мгновения сна, пытаясь удержаться в негре утренней дремоты.

— Отстань! Нам и одной Беллы хватает, — промямлили они.

— Семь тридцать утра! — я услышала нытьё Райса из соседней комнаты.

Белла, не теряя времени, подошла ко мне, затем без лишних слов зашла в комнату и принялась будить моего и своего братцев. Она знала всё наперёд — каждую их фразу, каждую реакцию, как будто разыгрывала уже знакомую сцену. Я наблюдала за ней с лёгким удивлением. Пока они жили под одной крышей, она, кажется, изучила их досконально — до мельчайших привычек и рефлексов. Парни, недовольно ворча, кинули в Беллу подушки, но она без труда их поймала, даже не напрягаясь, будто заранее знала траекторию полёта.

Я отошла, оставляя их в этой небольшой псевдо семейной битве, и подошла к другой двери, ту, которую несколько минут назад открыла Белла. Заглянув внутрь, я увидела Вульфа. Он спал, как медведь — неподвижно, глубоко, с тем редким спокойствием, которое встречается только у тех, кого не так-то просто разбудить.

Я отступила от порога, сделала несколько шагов в сторону Беллы, задумавшись, а затем попыталась задать вопрос:

— А где...

— Доброе утро. — Голос прозвучал слишком близко, прямо у самого уха, и мои рефлексы сработали автоматически. Но каким-то образом я оказалась прижатой щекой к стене, а мои руки были заломлены назад в чужих ладонях. Не хватало только наручников, чтобы я окончательно почувствовала себя преступницей, пойманной с поличным. Боковым зрением я уловила довольную ухмылку. Он выглядел так, словно с пробуждения ждал этого момента. — Я учусь на своих ошибках, Морган. — Голос снова прозвучал возмутительно близко, практически касаясь уха. — Не только у тебя есть рефлексы. — Я почувствовала лёгкое тепло его дыхания на коже и стиснула зубы.

— Надеюсь, это не вызов, Сайн, а то тебе не поздоровится, — процедила я сквозь сжатые зубы. — Может, отпустишь?

Он прищурился, раздумывая над ответом и наслаждаясь ситуацией.

— Ну, не знаю... — протянул он с легкой ухмылкой, но всё-таки ослабил хватку и отпустил меня.

Я отстранилась, поправляя блузку, затем пригладила куртку, избавляясь от невидимого следа его рук, и, подняв взгляд, уставилась на Ция, который, вопреки ожиданиям, даже не сдвинулся с места.

— Иди разбуди своего брата, — сказала я, сделав акцент на последних словах. — Не по крови, а по душе.

— Ты правильно поняла, — коротко бросил он, сделав шаг в сторону двери, но прежде чем войти, наклонился ко мне, снижая голос до едва слышного. — 1:1, Кудряшка Сью.

— Ты это зря, белобрысый. — Я замерла на мгновение.

— Жизнь без риска быть убитым скучна, — небрежно пожал он плечами и, не дожидаясь ответа, развернулся и вошёл в комнату.

В этот момент из комнаты вышла Белла, и даже не потрудившись выглянуть наружу, громко объявила: «Если через тридцать минут вы не будете сидеть на диване, я вас выкину в окно!» После чего так же громко захлопнула дверь.

Через полчаса все уже собрались в общей комнате. Явное недовольство читалось на лицах. Они не говорили, но их обвиняющие взгляды говорили за них. И направлены они были на нас с Беллой.

Я медленно обвела всех взглядом, гадая, кто же первым решится высказать своё раздражение вслух.

— Зато мы не опаздываем и успеем позавтракать, — начала оправдываться младшая Браун.

— До завтрака ещё полчаса, — недовольно прошипели Раф и Сэм.

— А Райс хорошо устроился, — я смотрела на Вульфа, который спал на плече Рафа, в обнимку с подушкой.

Белла подошла к Райсу и несколько раз толкнула его в плечо, но тот даже не пошевелился, продолжая дремать. Поняв, что мирными методами его не разбудить, она положила указательный палец ему на плечо. В тот же миг что-то сверкнуло — короткая, но ощутимая искра пробежала по его коже. Райс вскочил, как ошпаренный.

По комнате раздался дружный смех. Кто-то захлопал в ладоши, наблюдая за его ошарашенным выражением лица. Белла лишь невинно улыбнулась, явно довольная проделанной работой.

— Доброе утро, спящая красавица, — спокойно произнесла Белла, глядя на Вульфа абсолютно серьёзным взглядом, как будто только что не ударила его током.

— Я не могу привыкнуть к этому... — пробормотал Вульф, всё ещё пытаясь прийти в себя.

— К чему? — спросила Белла, внимательно глядя на него.

— К тому, что у меня все друзья тронутые.

Повисла короткая пауза. Они переглянулись — и в следующую секунду комната взорвалась смехом. Кто-то схватился за бок, кто-то откинулся на спинку дивана, а Вульф только покачал головой, понимая, что ничего другого от них и ожидать не стоило.

Белла первой попыталась взять себя в руки.

— Всё, — произнесла она, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. Она выпрямилась, сделав вид, что полностью собралась: — Это ваши расписания. — После чего подошла к каждому и раздала их.

— Ну, как всегда, в принципе...

— Да...

— В нашей жизни ничего не меняется...

— Где драйв, адреналин...?

— Физкультура? — в многочисленных голосах ребят послышался мой голос.

— Ну да, — сказали они.

— Целый день?

— Ну ты же понимаешь, что мы проходим также естественные науки, — Белла подалась ко мне и начала объяснять принципы учебного процесса в этой школе. — Мы проходим алгебру, геометрию, физику, химию, биологию и так далее. Для этих наук, конкретно для одиннадцатиклассников, школа выделяет два дня — четверг и пятницу. В остальные учебные дни, то есть в понедельник, во вторник и в среду, мы изучаем всё сверхъестественное. Например, сегодня физкультура и да, целый день. Завтра всё, что связано с магией, в том числе зельеварение. А в среду теория, то есть латинский, ИМС и мифология, — она подошла ещё ближе. — Физкультура делится на несколько направлений: фехтование, стрельба из лука, рукопашный бой и полоса препятствий. Из них можно выбрать, не обязательно ходить на все.

— А можно вообще не ходить?

— Нет, — девушка села на кресло рядом со мной. — Нужно выбрать хотя бы два направления.

— Дам... — я недовольно поджала губы.

Вдруг дверь, ведущая в нашу комнату, распахнулась, заставляя всех инстинктивно обернуться. На пороге стояли Лий и Маунт. Они вошли, словно это было что-то само собой разумеющимся.

— Вы уже выбрали? — сказали девушки в унисон и уселись на свободные места.

— Нет.

— Да.

— Теперь нет или да? — Лий подняла брови и посмотрела на ребят, которые пожали плечами.

— Я в этом году не хочу ходить на все, — Раф прошептал это и задумался. — Думаю убрать фехтование. И ещё одно, но я ещё не определился. Наверное, стрельбу. А вы выбрали? — он посмотрел на девушек.

— Я в этом году уберу полосу, — Вивьен смотрела в расписание.

— Почему? — разочарованно промямлил Вульф.

— Первая причина, мне лень. А вторая причина, мама хочет, чтобы я больше практиковалась в магии и не тратила время на «бесполезные игры», — блондинка закатила глаза.

— Понятно, — Вульф посмотрел на листок и поджал губы. — Я в этом году откажусь от стрельбы.

— Что?! — воскликнув это, все уставились на него.

— Эй ты же так хорошо стреляешь. И кто будет на уроках соревноваться с Цием? Уроки станут неинтересными, — Белла протараторила это на одном дыхании.

— На кого мы будем делать ставки? Всё, я точно выбрал, на стрельбу я не иду, — Раф выразил своё недовольство.

— Я перестану зарабатывать, что ли? — проныл Сэм, наконец то присоединившись к общему обсуждению.

— Не-не-не. Я хочу в этом году выдохнуть. — Вульф откинулся на спинку дивана, демонстративно расслабляясь, словно таким образом хотел подчеркнуть непоколебимость своего решения. — Найдите другой повод для тотализатора, — добавил он, лениво махнув рукой в воздухе.

Жест был красноречив: «разговор окончен, меня не переубедить.»

Белла уже открыла рот, готовая возразить, но Вульф, даже не глядя на неё, тем же самым движением пресёк её попытку.

— Так получается, ты будешь ходить на фехтование и на стрельбу... — Алиса показала на Вивьен.

— А ты на полосу и на рукопашку... — Раф посмотрел на Вульфа.

— Значит, вы целый день почти не будете видеться? — прошептал Сэм не веря тому, что слышит.

— Так это значит, что я не буду блевать от вашей романтичной милоты на уроках? — протянул Ций, с трудом сдерживая смех. На его лице появилось наигранно разочарованное и глубоко расстроенное выражение, будто он только что потерял последнюю надежду на весёлую жизнь. — Жизнь больше никогда не будет прежней, — трагично вздохнул он, качая головой.

Я бросила на него взгляд, стараясь сохранить серьёзность, но едва удержалась, чтобы не расхохотаться. Поджав губы, я попыталась взять себя в руки, и в этот момент тишину резко нарушила Белла.

— Вы протяните?

— Ну да, — ответила Лий, и парочка переглянулась.

— Хорошо, — Белла не веря смотрела на них, а потом перевела взгляд на Алису. — А ты выбрала?

— Я не изменяю стрельбе, но вот полосу я поменяю на фехтование. Я устала от полосы и всегда мечтала фехтовать, — быстро объяснила она.

— Я оставляю только рукопашку и полосу, — мой братец заявил это четко и без сомнений.

— С чего это? — у младшей Браун появилась складка на переносице.

— На стрельбе мне скучно было, но я оставался из-за Рафа и Вульфа с Сайном. Но раз уж их нет, то ходить незачем, — он посмотрел на Беллу — А фехтование я давно хотел убрать.

— Понятно. А я убираю полосу. Мне там скучно, — девушка ответила на ещё не заданный вопрос Сэма.

— Так получается, ты со мной и Рафом тоже не видишься толком, — Сэм недовольно посмотрел на Беллу, она пожала плечами и посмотрела на Ция.

— Я как всегда, — ответил белобрысик на немой вопрос.

— Понятно, — девушка повернулась ко мне. — А ты что выберешь?

Всё это время я молча сидела, пытаясь разобраться, что за фигня тут вообще происходит. И конечно же, ничего не поняла. А как тут что-то понять, если тут чёрт ногу сломит? Выбор дисциплин по физкультуре — хаос, любовные интриги — полный бардак.

У Лий с Райсом какие-то мутки. Сайн с Маунт расстались, но до сих пор общаются, ведь оказались заложниками своих общих лучших друзей. Браун младшая и мой братец погрязли в какой-то нелепой игре, где оба вздыхают друг о друге, но при этом не признаются даже самим себе, застряв в стадии туманного флирта. А Раф — ну, Раф есть Раф. Одинокий бабник.

И ко всему этому прилагаются уроки, тотализаторы и ещё куча чёрт знает чего. Я смотрела на расписание, всё больше убеждаясь, что лучшая стратегия в данной ситуации это бегство в неизвестном направлении.

Как сбежать, не посещать уроки, не вникать во всю эту мыльную оперу, и при этом не расстроить крёстного и брата? Вот это был вопрос.

— Что? — я тряхнула головой и совершенно отчужденным взглядом посмотрела на Беллу.

— Ты что-то выбрала?

— Нет, — я задумалась. — Ну, полосу я должна хотя бы раз увидеть, чтобы понять, хочу ли я это. Рукопашный бой при моих рефлексах может грозить смертью для кого-то, но можно попробовать. Стрельба из лука мне нравится, я всегда любила стрелять, а вот фехтование — это что-то новенькое. Я в принципе умею, но давно не фехтовала в форме по всем правилам. Я не знаю, что выбрать! — подытожила я, обессилено плюхнувшись на спинку.

— Ты можешь сходить на все, а потом уже выбрать, — Белла посмотрела на часы. — Нам пора, через пять минут начинается завтрак, и если мы не хотим быть растоптанными толпой мелких убийц, нужно поспешить, — сказав это, девушка встала, призвав остальных сделать то же самое.

— Я спать хочу, — всё-таки встав с места проныл Вульф.

— А я не хочу никуда идти, — заявила я, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее, даже не собираясь подниматься с места. Ребята один за другим начали выходить из комнаты, растворяясь в коридоре, но ощущение, что чей-то взгляд упорно сверлит меня, никуда не исчезало. Этот кто-то явно не собирался оставлять меня в покое. — Я не знаю, кто на меня смотрит, но сгинь.

— Неа. — Спокойный голос раздался слишком близко, почти у самого уха.

Ну конечно. У белобрысика это, похоже, уже вошло в привычку.

— Ну что? — Я приподняла тяжёлые веки, которые категорически отказывались открываться, и, с явным недовольством, взглянула на Сайна.

Он сидел на корточках рядом с моим креслом, бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство.

— Ребята уже выходят, может соблаговолишь встать?

— Нет.

— Почему?

— Там люди. Много людей. Слишком много людей. Слишком много дружелюбных и общительных людей.

— И?

— У меня аллергия на них.

— У меня тоже, — он встал и перекинул сумку на плечо. — Выпей лекарство, и пойдём, — Сайн протянул мне руку.

— За что мне это? — устремив взгляд вверх, я начала вести диалог с воздухом. — Если это за многочисленные убийства, то знайте, они начинали первые, — я перевела взгляд на Сайна. — Ну хорошо, — выдохнув, приняла его руку и встала. — А это как, «как всегда»? — вспомнила его слова. — Ты сказал, что ты «как всегда», это как?

— Я хожу на все занятия каждый год, — он открыл мне дверь и пропустил меня вперёд. — Я же задрот, — ухмыльнувшись, он подмигнул мне.

Прошёл час. Мы поели, поговорили, и в какой-то момент компания разделилась на две группы. Первая половина отправилась на урок, а вторая осталась в комнате, явно не спеша погружаться в учебный процесс.

Перед тем как уйти, братец успел немного меня подразнить, бросив пару колких комментариев, от которых у меня засвербило желание дать ему сдачи. Поэтому, дождавшись удачного момента, я попыталась проскользнуть за ним, но едва прошла половину пути, как Сайн перехватил меня и потащил на улицу. Я пыталась сопротивляться, но через десять минут мы уже сидели у мишеней.

— Здравствуйте, я Алиша Гоммес, — перед нами стояла достаточно высокая девушка с длинными, чёрными волнистыми волосами. Она говорила уверенно, не тратя лишних слов, но в её голосе не было излишней строгости — скорее лёгкое спокойствие и твёрдость, которые не оставляли сомнений в её авторитете. — Буду преподавать вам физкультуру. Состоит она из фехтования, стрельбы, рукопашного боя и полосы препятствий. Нужно выбрать не менее двух направлений, — девушка рассмотрела сидящих перед ней подростков. — Вижу тут и новеньких и так же знакомые лица. И у меня возникает вопрос где же Райс, Рафаэль и Морган? — она обратилась к Цию, который сидел рядом со мной и любовался своими стрелами, которые по его словам сделал сам.

— Они отказались от стрельбы, — даже не поднимая глаз ответил он.

— А если не секрет, где я их увижу?

— На полосе и рукопашке, — так и не взглянув на учителя проговорил парень.

— Хорошо, — кивнула она и продолжила свою тираду. — Встаньте слева от меня те, кто умеет стрелять из лука, а справа — те, кто пришли сюда с надеждой научиться этому, — чётко и без лишних эмоций приказала профессор Гоммес.Рядом раздалось недовольное бормотание Ция. Мы с Алисой, Вивьен и Беллой перешли налево, к тем, кто уже владел этим навыком. Из тех, кто встал рядом, я узнала только Гилберта и Биатрикс Алиени. Остальные, как оказалось, были ведьмами и оборотнями. А вот новоиспеченные вампиры, попавшие под крыло школы Сатус, заняли правую сторону — явно готовые учиться, но с лёгким оттенком скепсиса в глазах. — Все, кто умеют стрелять, оставайтесь здесь. Остальные — за мной, к нижним мишеням. — Она коротко оглядела стоящих справа, затем повернулась обратно. — Сайн, ты тут за главного. Если что, помоги им. — Сайн многозначительно ухмыльнулся, но промолчал. Гоммес, кажется, предвидела это, поэтому добавила: — А ты, Белла, присмотри за Сайном, чтобы не баловался.

Белла одобрительно кивнула, а Сайн тяжело вздохнул, но спорить не стал. После чего профессор развернулась и ушла, уводя за собой группу новичков.

— Ну что? — Белла посмотрела на Ция. — По мишеням?

— Подожди, — Сайн внезапно развернулся к незнакомым ребятам, которые стояли рядом. — Вы точно умеете стрелять? — его тон был лёгким, почти насмешливым, но в глазах мелькала искренняя заинтересованность. — А то у нас тут была одна... — он многозначительно ухмыльнулся, — сказала, что умеет, а сама чуть меня не подстрелила.

Новенькие кивнули, а Алиса ударила его локтем в бок, выражая своё мнение по поводу его замечания.

— Я тогда это специально сделала.

— А раньше ты говорила, что это случайно получилось.

— Раньше мы встречались, я тогда много чего говорила, — объявила Маунт, и Сайн искривив губы, повернулся к новеньким.

— Мораль: никогда не верьте женщинам.

Сразу после того, как наша бывшая парочка обменялась ежедневной дозой колких любезностей, ситуация в группе начала выравниваться.

Белла, взяв инициативу в свои руки, показала новеньким, откуда брать стрелы и луки, чётко объясняя процесс. Ций, совершенно не интересуясь окружающими, продолжал любоваться своими собственными стрелами, скользя пальцами по их поверхности, будто это было произведение искусства. Тем временем Вивьен и Алиса о чём-то увлечённо говорили, полностью отгородившись от окружающего шума.

Ребята начали по очереди подходить к новеньким, обмениваясь комментариями и первыми попытками взаимодействия. А я просто сидела неподалёку, наблюдая за тем, как ученики выходят на линию и стреляют.

— Привет, я Алиса.

— А я Биатрикс. Приятно познакомиться.

— Взаимно. Покажи, пожалуйста, как ты стреляешь, чтобы мы не волновались.

— Да, конечно, — Биатрикс взяла стрелу, встала в позу, плавным движением натянула тетиву и выпустила стрелу. Она вонзилась в мишень, почти идеально — всего в миллиметре от центра. — Один миллиметр — и было бы прекрасно, — прокомментировала она с ноткой самокритики, оценивая свой выстрел.

— Всё замечательно. Продолжай, — прозвучала похвала, и Алиса, удовлетворённо кивнув, отошла к какому-то оборотню, оставляя Биатрикс практиковаться дальше.

Я же перевела взгляд в сторону Лий, наблюдая за её действиями.

— Привет, — Вивьен подошла к черноволосому парню, который уже успел сделать несколько выстрелов. Он стрелял метко, его стрелы попадали близко к центру, но было видно, что он упорно боролся за идеальный результат, не удовлетворяясь просто хорошим выстрелом. Как раз в тот момент, когда Лий подошла, он отпустил ещё одну стрелу, проследил за её полётом, а затем, повернувшись, улыбнулся. Парень на секунду застыл, видимо из-за Вивьен он на мгновение потерял концентрацию. — Ты, насколько я знаю, Гилберт Алиени.

— Да, это я, — подтвердил он, уголки губ дрогнули в лёгкой ухмылке. — Не знал, что обо мне говорят в школе.

— А про тебя и не говорят, — спокойно осадила его Вивьен. — Просто я знаю всю на данный момент доступную информацию про каждого в школе. — Она коротко взглянула на мишень, оценивая его результаты. — Я подошла проверить, всё ли нормально, но, как вижу, ты справляешься сам. И справляешься весьма неплохо. — Она развернулась спиной и удалилась, не дожидаясь ответа.

Гилберт проводил её долгим взглядом, уголки губ едва заметно дрогнули, и после короткой паузы он вернулся к своей стрельбе.

— У меня вопрос, — белобрысик подошел ко мне, чем отвлек меня от наблюдения за окружающими. — А мой, так скажем, вызов распространяется на уроки?

— Решай сам, мне всё равно, — я пожала плечами, и он задумчиво посмотрел на мишени.

— Давай так, — Сайн перевёл взгляд на меня. — Кто попадет ближе к центру, тому бал. Играем на три мишени.

— Ций, пощади человека, у неё первый день, — к нам подошла Белла.

— Она не против, — Сайн посмотрел на меня. — Ты же не против? — после моего положительного кивка он перевёл взгляд на Беллу. — Можете ставить ставки, — он ухмыльнулся, и Вивьен, услышав это, подошла к нам.

— Ставлю на Ция, — Лий вытащила купюру из кармана.

— Я тоже, как всегда, — младшая Браун протянув купюру блондинке, отошла и села около большого камня рядом с Алисой.

— Я ставлю на Ронни! — крикнула Маунт и вытащив купюру, помахала ей, зазывая этим жестом к себе Вивьен.

— У тебя есть поддержка от моей бывшей, — Сайн опустился на корточки рядом со мной. — Поздравляю.

— Иди стреляй, недоделанная Мерида, — кивнула в сторону мишеней я.

— Я уступаю девушкам.

— А я уступаю слабым.

— Хорошо, что ты веришь в свои слова, — я не обратила на его реплику внимание, и заметив это, он просто поднялся с корточек, взял лук и подошел к мишеням.

Ций взял первую стрелу с такой уверенностью, словно она была продолжением его руки. Его движения были плавными и выверенными. Лук натянулся под его сильными пальцами, и стрела устремилась вперёд. Её полёт был молниеносным, а звук, с которым она вонзилась в цель, раздался едва ли не одновременно с её запуском. Прямо в центр.

Не теряя ни секунды, Ций взял вторую стрелу. Его рука вновь поднялась, натянув тетиву. Вторая стрела полетела и с таким же звуком вонзилась в самую середину второй мишени.

Третья стрела отправилась в полёт почти мгновенно. Третий точный выстрел завершил триумф. Все три стрелы идеально располагались в центрах своих мишеней, образуя своего рода идеальную линию. Ций спокойно опустил лук, демонстрируя, что всё это было для него не более чем разогревом.

— Чувствую запах выигрыша, — Белла улыбнулась и умиротворенно закрыв глаза, откинулась назад.

— Она права, — Ций уступил свое место мне. — Я тебе не оставил шансов.

Опять проигнорировав его... это начинает мне напоминать общение с крёстным... взяла сразу три стрелы, их гладкая древесина холодила пальцы. Вдохнув глубоко, встала напротив второй мишени. Мой взгляд был сосредоточенным, дыхание замедлилось. Натянув три стрелы на тетиву, я почувствовала, как лук становится продолжением моей воли, готовый подчиняться каждому моему движению.

Две секунды — и я сменила положение лука. Из вертикального он перешёл в горизонтальное. В момент движения лука мои пальцы отпустили тетиву, и стрелы устремились вперёд по трём разным траекториям.

Их полёт был быстрым и точным, каждая направлялась к своей цели. Уже через мгновение я услышала тройной удар: все три стрелы достигли мишени, рассекая воздух и стрелы Ция с безупречной точностью.

— Ничего себе... — раздался голос у нас за спинами. Мы обернулись — мисс Гоммес стояла чуть поодаль, её взгляд был прикован к мишеням, где стрелы, насквозь пронзив стрелы Сайна, вошли точно в центр. Она продолжала разглядывать это совершенство точности, и не отрывая взгляд от мишеней заговорила: — Я хотела сказать, что мы сегодня заканчиваем урок пораньше. — За её спиной стояли вампиры, уже ожидая дальнейших указаний, но Гоммес, похоже, пока не могла оторваться от увиденного. — Молодец, Сайн, три из трёх — шикарный результат. — Ций до сих пор стоял, округлив глаза, не веря в происходящее. А мисс Гоммес перевела взгляд на остальных, перейдя к обсуждению результатов урока, размеренным преподавательским тоном. — Лий, Беллатриса и Маунт, молодцы. Виден прогресс. — Затем её внимание переключилось на брата и сестру Алиени. — И вы тоже. Для первого урока весьма неплохо. Как ваши имена?

— Я Биатрикс.

— А я Гилберт.

— А фамилии?

— Алиени, — сказали они в один голос.

— Брат и сестра. Хорошо, — задумчиво проговорила мисс Гоммес, ещё раз переведя взгляд на мишени, пытаясь осознать увиденное до конца. Затем её внимание плавно перешло на меня и в глазах загорелось искреннее любопытство. — Это очень сложная техника. Я вырабатывала её годами. — Она подошла поближе к мишеням, и внимательно рассмотрела стрелы, которые вошли одна в другую с ювелирной точностью. — Откуда ты про неё узнала? — спросила она, не отрывая взгляда от предмета разговора. — И как научилась? — В её голосе не было ни подозрения, ни упрёка — только чистый интерес, смешанный с лёгким удивлением.

— Я про неё узнала не сама. Меня научили.

— Как быстро ты освоила этот приём? — продолжала свой допрос учитель.

— Вы про идеальное исполнение?

— Да.

— За четыре месяца.

— А максимум сколько стрел можешь использовать? — мисс Гоммес наконец посмотрела на меня.

— Четыре, наверное.

— Наверное?

— Ну, максимально я пробовала с четырьмя стрелами и не знаю, смогу ли, если их будет больше.

— Хорошо. Можете собираться. Лук остаётся у вас на весь учебный год, пока вы будите посещать занятия. Через час увидимся на втором этаже с теми, кто выбрал фехтование. — Любопытство было уталено, распоряжения розданы и мисс Гоммес направилась в сторону школы.

Я растерянно посмотрела ей вслед, потом быстро вернула себе внутреннюю уверенность, расправила плечи и позволила ехидной злорадной ухмылке появиться на губах.

Не меняя выражения лица я обернулась к Сайну, который до сих пор смотрел на изничтожанные стрелы, пытаясь осознать случившееся. Его замешательство только усилило мою самодовольную улыбку.

— Говоришь, не оставил шансов?

— Ты сломала мои стрелы, а я их так долго делал... — совершенно спокойно выдохнул он.

— Бывает, — я пожала плечами. — Сделаешь ещё.

— Конечно. И они будут непробиваемыми. — Несколько секунд молчания и Ция прорвало. — Ты обязана меня этому научить.

— Хорошо. На следующем уроке начнём.

— Решила ходить на стрельбу? — наконец спросил Сайн и взгляд его голубых глаз оторвавшись от созерцания своих истреблённых стрел переметнулся на меня.

— Да.

— Зачем тебе это? Ты же прекрасно стреляешь. Если я недоделанная Мерида, то ты доделанная.

— Я бы сказала улучшенная версия. А вообще, всегда есть чему учиться. Меня так долго учили, я тренировалась год. Нельзя терять навыки. — Я внимательно посмотрела на него, ловя его реакцию. — И вообще, если я не буду приходить, кто вас научит стрелять нормально? — продолжила я, сделав нарочито невинное выражение лица. — Мисс Гоммес за всеми не успеет.

Сайн ухмыльнулся, явно повеселевший от моих слов, но в его глазах мелькнуло кое-что ещё — возможно, признание моей правоты. Он на мгновение снова перевёл взгляд на стрелы, будто ещё раз хотел убедиться, что это не иллюзия, затем вернулся ко мне, изучающе сощурив глаза.

— Это всё равно 2:2, Кудряшка Сью, — белобрысик улыбнулся, явно довольный собой. — Из минусов только испорченные стрелы.

— А по-моему, это 3:2. — Я невозмутимо пожала плечами. — Мне полагается балл за твоё моральное уничтожение. — Объяснила я, увидев немой вопрос на его лице.

Он уже открыл рот, чтобы возразить, но не успел — его перебила Белла, которая уже несколько секунд стояла у него за спиной.

— Она права. — Согласилась она со мной. Сайн вздрогнул, резко повернувшись к младшей Браун. — Ты бы видел своё лицо на протяжении десяти минут после её попадания. Не знаю уничтожила ли она тебя, но совершенно точно морально избила и ранила твоё эго, и в добавок уничтожила стре...

— Хватит!— перебил он девушку. — Не продолжай. Я понял 3:2.

— Вот и прекрасно, — подала голос сзади я.

Взяв сумку и лук, я направилась в комнату. Открыв дверь, обнаружила, что братец лежал на диване с закрытыми глазами, казалось, погружённый в свои мысли или просто решивший отдохнуть в одиночестве. Я присоединилась к нему, опустившись на диван. Он едва заметно пошевелился, но глаз не открыл, лишь лениво приподнял голову, уступая мне чуть больше места. А затем, точно так же, как в детстве, снова опустил её — теперь уже на мои колени. Я почувствовала тёплую волну ностальгии, наслаждаясь молчаливым спокойствием. Но, к сожалению, тишина длилась недолго — он прервал её первым.

— Ваш урок разве не через полчаса заканчивается?

— Мы закончили пораньше.

— Как прошло?

— Превосходно. — Я ухмыльнулась, не открывая глаз, и с совершенно спокойным тоном сообщила: — Я сломала стрелы Сайна.

Реакция последовала немедленно. Сэм резко открыл глаза и рывком сел, его выражение лица говорило само за себя.

— Что?!

— Я сломала стрелы Сайна, — повторила я уже чуть более лениво, но на этот раз открыла глаза, глядя прямо на него.

— Те стрелы, которые он сам сделал? — его шок становился всё очевиднее, голос был одновременно недоверчивым и ошеломлённым, а я спокойно кивнула, продолжая наслаждаться реакцией. — Как ты их сломала? Нечаянно? Руками? И самое главное, зачем?

Где-то за десять минут я успела рассказать ему всё — начиная со встречи в библиотеке, продолжая утренними событиями в комнате и заканчивая кульминацией на уроке.

Сэм выслушивал внимательно, иногда хмыкал, иногда фыркал, а временами его губы дёргались в сдержанной усмешке. Но когда я закончила, он не выдержал — и разразился громким смехом.

— Хочешь сказать, что за последний час ты успела... — парень перевел дыхание и перестал смеяться. — Довести его до шока, растоптать морально, разрушить его эго и самолюбие, вдобавок сломать его самодельные стрелы, над которыми он пыхтел несколько месяцев?

— На счёт самолюбия я не согласна. Его самолюбие разрушить невозможно. Но в целом да, всё верно, — я кивнула.

— Ты довела Сайна за час так, как не смог довести никто за шесть лет, — он восхищенно посмотрел на меня. — Да ты даже меня переплюнула.

— Кто кого переплюнул? — из спальни показался Раф, а за ним и Вульф.

— Кто довел Ция?

— Она, — братец большим пальцем показал на меня. — И переплюнула и довела.

Еще три минуты, и про наш эпический урок узнали ещё двое.

— То есть ты переиграла Ция? — шокировано прошептал Райс.

— Да.

— Ты опасный человек Виронника Морган, — Вульф подавил смешок.

— Ну простите. Какая есть.

— Я задумался о возвращении на стрельбу, — Сэм усмехнулся.

— Что так? — Раф вопросительно посмотрел на друга.

— Они делали ставки.

— Аргумент. — Согласились парни с моим братцем.

— Так получается ты оставляешь стрельбу? — спросил меня Раф.

— Ну да. Мне понравилось. — Я пожала плечами. В тот же момент в комнату влетела Белла, а за ней, сохраняя полную невозмутимость, вошёл Ций. Белла, не обращая ни на кого никакого внимания, быстро направилась в нашу спальню, распахнула шкаф, затем сумку, что-то переложила из одного в другое, пробормотала что-то вроде: «Не опоздайте на фехтование.» И, не дожидаясь реакции, улетучилась. Я медленно перевела взгляд на ребят. — Что это было?

— Она обожает фехтовать, — пояснил Сэм, провожая её взглядом. — Макс купил ей синюю форму. Она её ещё не надевала.

— Да, Белла неплохо фехтует, — вставил Ций, опускаясь в кресло.

— У них с Беллой в прошлом году была борьба за первенство, — добавил Вульф.

— И? Кто победил? — поинтересовалась я.

— Я. — Сайн самодовольно улыбнулся, явно гордясь этим фактом.

— Победил девушку? — с легким намёком произнесла я.

— Она не просто девушка, — Сайн откинулся назад, его взгляд голубых глаз стал более пристальным. — Она оборотень, ведьма и нимфа, в которой течёт кровь вампира. — сказал он спокойно. — В сверхъестественном мире пол ничего не решает.

— Как там твои стрелы? — братец очень быстро и незаметно пресёк разговор про объект своего воздыхания.

— Я уже смирился. — Ций пожал плечами и добавил: — А вообще, у меня ещё есть. — Он перевёл взгляд на меня, и в его глазах мелькнула ехидная искра. — И ты — прямое доказательство того, что пол ничего не решает, — с этими словами он поднялся, направился в спальню, взял вещи и уже на выходе обернулся к нам. — Ты идёшь?

Я кивнула, поднялась и последовала за ним. Через несколько минут мы уже были в зале фехтования. Я зашла в раздевалку девочек.

Стены раздевалки были выложены чёрным мрамором с серебряными прожилками, а пол покрыт прочной плиткой с узором. В центре раздевалки располагались скамьи с мягкой обивкой, предназначенные для комфортной смены одежды.

Заметив Беллу, которая восхищённо рассматривала свою новую форму, я подошла к ней. Она искрилась от радости.

— Очень красиво.

Она обернулась ко мне, её черные глаза светились восторгом.

— И удобно, — с довольной улыбкой ответила Белла, снова взглянув в зеркало. — И ещё цвет хороший.

— Откуда мне взять форму? — прервала я её самолюбование.

— Точно! — воскликнула она, резко открывая шкафчик. Она одновременно рылась в шкафчике и воодушевлённо объясняла, — Вообще-то, школа даёт временную форму, но у тебя... — Она замерла на секунду, затем вытащила сумку и начала искать что-то в ней. Через несколько мгновений она извлекла ключ, протянула мне и продолжила: — Есть своя. Вот. Твой шкафчик — номер семнадцать. Папа сказал, что там будет форма.

— Спасибо, — поблагодарив её, я перепрыгнула через скамью, которая являлась перегородкой между шкафчиками.

Все шкафчики были из тёмного дерева и серебряными ручками, на которых располагались замочные скважины. На каждой дверце была выгравирована эмблема школы.

Открыв дверцу шкафчика, я замерла на мгновение. На крючке висела совершенно новая чёрная сумка. Я потянулась к ней, расстегнула молнию и обнаружила внутри пепельно-чёрную форму. Пальцы скользнули по ткани — она была мягкой, но прочной.

В тот же момент в памяти всплыл разговор с крёстным, который состоялся летом, до моего дня рождения.

***

— Почему ты не спишь? — крестный сел рядом на траву в лесу.

— Не люблю спать по ночам. Не люблю утро.

— Почему?

— Много людей. Много опасности. Много непредсказуемого. Мне больше нравится ночь, больше спокойствия. Больше тишины. Я всё слышу. Это как с цветами. Вот, например, белый. Он какой-то нервный, резкий.

— А чёрный?

— Чёрный дерзкий, но в тоже время спокойный и глубокий.

— Я тебя понял, — подмигнул он, но тогда я не поняла к чему это.

***

Переодевшись, я почувствовала что-то в кармане. Запустив туда руку, я нащупала сложенный листок и, развернув его, наткнулась на знакомый почерк:

«Меня не было на твоем Дне Рождения, и это компенсация с опозданием. С шестнадцатилетием.

P.S.: Надеюсь, тебе понравится фехтовать. Это любимый спорт твоей мамы.»

Где-то внутри что-то дрогнуло, но я не позволила чувствам взять верх.

Просто улыбнулась. Коротко, но искренне. А затем вышла из раздевалки.

Тренировочный зал для фехтования находился в новом корпусе. Стены зала были отделаны тёмным камнем. Пол был покрыт прочным деревянным настилом. Вдоль центральной части зала располагались тренировочные дорожки, разделённые тонкими серебристыми линиями.

На одной из стен находились крепления для оружия. Там были размещены тренировочные рапиры. Рядом с креплениями располагались манекены для отработки ударов.

По дороге сюда Люций рассказывал о том, что уроки фехтования проходили в этом зале не всегда. Оказывается, в старом корпусе тоже есть тренировочный зал, но с тех пор, как новый корпус начал функционировать, его используют только для турниров в конце года.

Войдя в зал, я сразу заметила Беллу — она уже разговаривала с Цием. Заметив их, я тут же направилась к ним.

— В этом году будем соревноваться? — Белла подмигнула Цию, её голос звучал игриво и в глазах читался азарт.

— Соревнование в конце года, — напомнил парень, мельком оглядев зал, оценивая возможных соперников. — Может, кто-то из новеньких побьёт нас.

Белла хмыкнула, но ничего не успела возразить — зал вдруг наполнился голосом мисс Гоммес, которая уже десять минут пыталась добиться тишины, так сказать, мирными способами.

— Внимание! — Все повернулись к ней, и в этот раз наконец замолкли. — Разбейтесь на пары. Новенькие с опытными.

— Ты моя. — Я не успела среагировать, как почувствовала, как меня ловко оттаскивают за локоть. — Ты же умеешь фехтовать? — Передо мной стоял Сайн, его голубые глаза светились хитрым предвкушением.

— Полагаясь на мышечную память, отвечу: да.

— Мой вызов в силе.

— Прекрасно, — пожав плечами, я остановилась в нужном месте.

— Мисс Гоммес, — из толпы послышался голос Алисы. — А я считаюсь новенькой?

— Маунт! — голос мисс Гоммес раздался чётко, привлекая внимание. — Вы всё-таки решили выбрать фехтование. Я очень рада. — В её голосе прозвучала искренняя удовлетворённость, но затем она перевела взгляд на толпу новеньких. — Кто-то из вас умеет хорошо фехтовать? — Ожидаемо, ведьмы и ведьмаки подняли руки. — Хорошо. А кто готов взять на себя ответственность обучить Маунт?

— Я могу. — Из толпы вперёд шагнула рыжеволосая девушка.

— О, Биатрикс. — Мисс Гоммес кивнула, узнав её. — Я вас помню, вы выделились на стрельбе. Хотя не так сильно, как некоторые. — Она мельком взглянула на меня, но её внимание быстро переключилось на Беллу. — Беллатриса, ты встанешь со мной. — Учительница оглядела зал, её голос прозвучал твёрдо: — Остальные разбейтесь на пары и начинаем. И если что, я за вами смотрю. — С этими словами она повернулась к Белле.

Вивьен растерянно осматривалась, наблюдая, как одноклассники разбиваются на пары. Её взгляд метался между учениками, но, похоже, она не знала, к кому подойти. Она стояла совсем рядом, и пока Ций меня не отвлек, я наблюдала за ней.

— Может, будешь моей парой? — раздался спокойный голос за спиной Вивьен.

Она обернулась и встретилась взглядом с Гилбертом.

— Да, конечно. — Вивьен улыбнулась ему — улыбкой, не совсем свойственной самой себе, мягкой, почти застенчивой. — Ты умеешь или научить?

— Умею. — Гилберт жестом пригласил её на один из ковриков. — Хорошо, что ты согласилась. Я думал, что встану с сестрой, но... ну, сама понимаешь.

— Моя пара стоит с твоей, — прошептав это так, чтобы парень услышал, она одела шлем, и парень последовал её примеру.

В тот же момент я заметила Алису — она неуверенно покачивалась, то перенося вес на пятки, то снова опускаясь на носки, явно не зная, как правильно стоять.

— Ты вообще никогда не фехтовала? — раздался голос Биатрикс, в котором слышалось искреннее удивление.

— Нет.

— Странно. — Биатрикс приблизилась, внимательно осматривая её стойку. — Я читала, что нимф этому учат с детства. — Она осторожно развернула Алису, показывая основное положение тела.

— Меня не учили. — Маунт резко ответила, её голос зазвучал напряжённо. Биатрикс на мгновение округлила глаза, не ожидая такой реакции. — Прости. — Алиса отвела взгляд, пытаясь скрыть проступившие на лице эмоции. — У меня достаточно сложные отношения с семьёй. Не люблю эту тему.

— Ничего. Я тебя понимаю. У нас с братом тоже не всё гладко.

— Давай не отвлекаться. — Алиса глубоко вдохнула, снова занимая нужную позицию.

— Как скажешь. — Биатрикс натянула шлем, готовая начать занятие.

Я наблюдала за ними, отмечая, как Алиени объясняет Маунт основы, и пытаясь вспомнить хотя бы азы.

— Морган, проснись. — Щелчок пальцами перед моим носом резко вернул меня к реальности.

Я вздрогнула, моргнув, прежде чем сфокусироваться на Сайне, который смотрел на меня с ухмылкой.

— Что?

— Ты нервничаешь? — его улыбка стала шире.

— Нет, конечно.

— А что тогда?

Я приподняла бровь, но, вздохнув, всё же призналась:

— Я не очень хорошо помню правила и...

— Понятно. Могу напомнить. — Он сделал шаг назад, спокойно надевая шлем. — Надеюсь, как в позу вставать ты знаешь?

Я повторила его движение, натягивая шлем, и с надменной невозмутимостью ответила:

— Я сказала, что не помню правила, а не что не умею фехтовать.

Прошло сорок минут, и зал по-прежнему кипел движением — кто-то оживлённо фехтовал, а кто-то всё ещё осваивал основы. Мы с Цием на несколько минут сделали перерыв по моей просьбе. Я опустилась на коврик, тяжело выдохнув, а затем осмотрелась.

Мисс Гоммес и Белла в очередной раз завершили поединок вничью — похоже, их противостояние не собиралось заканчиваться. Белла отступила на шаг, её дыхание оставалось ровным, но в глазах читался азарт. Мисс Гоммес что-то сказала, но я не уловила слов, больше сосредоточившись на том, как все вокруг двигались — удары, уклонения, звук сталкивающихся клинков.

— Осталось двадцать минут. Ты можешь уже переодеваться и отдыхать, — произнесла мисс Гоммес посмотрев на учеников. — А я осмотрюсь.

— Хорошо. До свидания, мисс Гоммес. — Белла направилась в раздевалку.

Алиса неуверенно, но уже более слаженно выполняла выпады, постепенно привыкая к движениям.

— Уже делаешь успехи, Маунт. — Мисс Гоммес прошла мимо, остановившись на мгновение, когда девушка выполнила свой самый удачный выпад.

Алиса улыбнулась, чувствуя гордость за себя, и тут же кивнула Биатрикс:

— Спасибо, Биатрикс.

— Зови меня просто Би. — Рыжеволосая девушка улыбнулась, явно располагая к дружескому общению.

Но их короткий диалог был прерван резким голосом мисс Гоммес:

— Если вы собираетесь болтать, то идите в раздевалку и болтайте сколько влезет. — Её взгляд стал грозным, и девочки моментально взялись за дело.

— 5:7. — Вивьен спокойно назвала счёт, вновь отходя назад на два метра, готовясь к следующему обмену ударами.

— И кто побеждает? — мисс Гоммес встала рядом, с интересом наблюдая за поединком.

— Пока что она. — Гилберт коротко кивнул в сторону своей соперницы, признавая временное превосходство.

Учительница одобрительно кивнула, её губы дрогнули в лёгкой улыбке.

— Хорошо. Будете вставать так на каждом уроке. Вы нашли друг друга.

С этими словами она развернулась, предоставляя им возможность продолжить поединок, и направилась к другим ученикам.

Я выпрямилась, подозвав к себе Ция. Он откликнулся незамедлительно. Мы стояли напротив друг друга. Прошло ещё несколько минут. Я внимательно наблюдала за его движениями, вспоминая, как это было раньше с родителями. Кажется, тело начало вспоминать само — плавные удары, защита, смена стойки. В голове начали складываться фрагменты, словно давно забытая мелодия вдруг зазвучала вновь.

И вот, в какой-то момент, я почувствовала уверенность. Сделав быстрый выпад, я направила клинок прямо к нему, но одновременно он отразил мой удар, нанеся ответный. Острая сталь встретилась, раздался звон, а затем обоих коснулся укол.

— Делаешь успехи, Морган.

— Не надо меня хвалить, — я сняла шлем. — Ты даже вполсилы не стараешься.

— Хочешь, чтоб я старался?

— Да.

— Хорошо. Одень шлем.

Я надела шлем и заняла боевую стойку, пытаясь сосредоточиться. Всё вокруг замерло, пространство вокруг стало невесомым, в этой микровселенной существовали лишь двое — я и Сайн. Я сделала первый шаг вперёд, но не успела даже поднять клинок, как через секунду оказалась на полу. Удар был быстрым, точным и безжалостным. Кончик шпаги Сайна коснулся моей груди, обозначив бесспорную победу.

Я с трудом приподнялась, раздумывая, как он мог так молниеносно предугадать моё движение. В этот момент в нескольких метрах раздались аплодисменты. Обернувшись, я увидела мисс Гоммес, которая, очевидно, наблюдала за поединком. Её аплодисменты, полные одобрения, предназначались Сайну.

Сняв шлем, он слегка поклонился в ответ, его лицо оставалось спокойным, но в уголках губ угадывалась едва заметная, почти невидимая улыбка.

— Ты до сих пор хочешь, чтоб я старался? — парень протянул мне руку.

— Нет. Теперь я хочу, чтобы ты меня этому научил, — приняв его протянутую руку, я встала. — Что это был за винт только что?

— Меня этому мистер Миллер научил.

— Научишь?

— Хорошо. — Ций на мгновение задумался, а затем протянул мне руку: — С меня фехтование, а с тебя стрельба. — Я усмехнулась, пожав его руку в знак соглашения, в ответ он сильно сжал ладонь, придержав мою миниатюрную ручку в цепкой хваткой хищника и хитро прищурившись самодовольно произнёс. — Кстати, получается 3:3?

— Получается так. — Я отдёрнула руку, мельком посмотрев на настенные часы. — До конца урока осталось десять минут. Может, просто посидим?

— Я не против. — Ций пожал плечами, небрежно направляясь в угол, где лежал ковёр.

Я пошла следом, но прежде чем усесться рядом, задала вопрос:

— Ты же не старался, да?

— Нет, конечно. — Он ухмыльнулся. — С Беллой этот финт не сработал бы. Я его три года назад выучил. — Белобрысик опустился на ковёр, небрежно откинувшись назад. — А стараться я начну, когда ты научишься фехтовать.

— Вот засранец. — Я покачала головой, но всё же села рядом, устраиваясь поудобнее. — У вас фишка такая — садиться на пол?

— Да. — Ций коротко ответил, но в следующий момент указал взглядом вдаль: — Посмотри лучше туда.

Я повернулась в указанном направлении, где наши одноклассники всё ещё увлечённо фехтовали, погружённые в поединки. Моё внимание опять остановилось на Вивьен. Она двигалась быстро, но сосредоточенно, её стойка была уверенной, а удары точными, но даже так... Алиени опередил её. Клинок коснулся её защиты, и я заметила лёгкое напряжение в её плечах. Я прислушалась, чтоб разобрать их диалог.

— Всё. — Гилберт снял шлем, проводя рукой по взъерошенным после тренировки длинным волосам.

— Ты хорошо фехтуешь. — Вивьен последовала его примеру, убирая шлем и внимательно посмотрев на него.

— Спасибо, ты тоже.

— А кто тебя научил?

— Сестра.

— А её кто научил?

— Сам не в курсе. Спроси её сама. Но она не ответит.

— Понятно. — Вивьен на мгновение задумалась, затем предложила: — Давай я тебя познакомлю с друзьями.

Гилберт приподнял бровь, его взгляд стал чуть насмешливым:

— Зачем?

— Ты новенький и никого не знаешь. Вдобавок, ты мне понравился. — Она пожала плечами.

— Понравился? — он переспросил, на его лице появилась лучезарная, почти озорная улыбка.

— Остынь. У меня парень есть.

— Аргумент. — Гилберт хмыкнул, но не перестал улыбаться.

Их разговор прервала мисс Гоммес, подошедшая к ним.

— Кто победил?

— Дружба, — подмигнул Гилберт.

— Да, он, он, мисс Гомес. — Вивьен закатила глаза и посмотрела в сторону парня. — Не кокетничай, Алиени.

— Молодец. — Учительница оценивающе посмотрела на него, а затем заметила: — Вы с сестрой хорошо себя зарекомендовали. — Сказав это, она слегка кивнула и отошла.

Гилберт кивнул в знак благодарности, принимая признание мисс Гоммес без лишних слов, и последовал за Вивьен. Она уверенно направлялась к нам с Цием, её походка была лёгкой и непринуждённой.

— Познакомься, это Люций, а это... — Вивьен намеренно замялась, а затем пренебрежительно посмотрела на меня. — Морган.

Я прищурилась, не упустив возможности ответить на её тон таким же.

— По фамилии, Лий? — Я едва заметно приподняла бровь, намеренно сделав акцент на её фамилии.

— Есть претензии? — Она скрестила руки на груди, не отводя взгляда.

— Нет.

— Ты же Гилберт, да? — Ций протянул парню руку и таким образом оборвал нашу с Лий милую пикировку.

— Да. — Гилберт спокойно пожал протянутую руку, а затем перевёл взгляд на меня. — Ты Виронника? — спросил он, и я кивнула. — Не удивляйся так. Может я и новенький, но слухи о огненном трибриде Вироннике Морган и до меня дошли. — Он спокойно посмотрел мне в глаза, его тон был ровным, но интерес в голосе всё-таки чувствовался. — Так что в представлении ты не нуждаешься.

Я кивнула, но последние слова Гилберта и прощальные реплики Лий уже пропустила мимо ушей. Обжигающий жар начал растекался по венам, поднимаясь к грудной клетке. Я сжала пальцы, пытаясь взять себя в руки, но чем больше пыталась подавить эмоции, тем сильнее ощущала огонь. Пламя, подчинённое не разуму, а инстинктам, окутало радужки глаз, и знакомый алый оттенок проступил в отражении металла клинков, стоящих неподалёку. Я вдохнула глубже, пытаясь собрать самообладание по кусочкам.

— Всё нормально? — Ций внимательно посмотрел мне в глаза, его взгляд стал чуть настороженным.

— Да. — Я ответила быстро, но сама почувствовала, насколько голос прозвучал напряжённо.

— Остынь. — Он коснулся моего плеча. В тот же миг его глаза стали белыми, и по моему телу прокатилась волна холода — резкая, но освежающая, словно ледяной ветер сорвал языки пламени, бушующие внутри. Я моргнула, и привычный изумрудный оттенок вновь вернулся в мои глаза. — Ты, кажется, перенервничала. — Ций произнёс это спокойно, но в его голосе читалось некое предостережение.

— Наверное. — Я медленно выдохнула, ощущая, как последние остатки жара рассеиваются. — Пойду переоденусь. — Я отвела взгляд.

— Конечно.

Я встала, ощущая усталость в мышцах, но не задерживаясь ни на секунду, направилась в раздевалку. Прохладный душ помог смыть напряжение, а чистая одежда вернула ощущение комфорта.

Через двадцать минут, переодевшись и выйдя из зала фехтования я увидела перед дверью Сэма со скрещёнными на груди руками. Он не смотрел в мою сторону, но ждал он явно меня.

— Ну, как прошло? — братец посмотрел в мою сторону, обратившись ко мне.

— Продуктивно, — кратко ответила ему я.

— Насколько продуктивно?

— Настолько, что я выбрала фехтование как второе направление.

— Понял, принял. Кстати, нам пора.

— Куда это?

— На рукопашку.

— Я уже выбрала два. Можно я не пойду? — я наигранно заныла, как капризный ребёнок, надеясь избежать ещё одного урока.

— Нет. — Сэм даже не удосужился выслушать мои аргументы, просто взял меня за руку и решительно потащил в зал.

Я пыталась вырваться, протестовать, но он лишь сжал пальцы крепче, не оставляя мне ни единого шанса на побег.

Как только мы зашли внутрь, он протянул мне сумку с вещами и указал на дверь раздевалки девочек, даже не глядя в мою сторону.

— Нет, — сказала я, посмотрев на него.

— Что, нет?

— Мне нужно две минуты, чтобы победить тут каждого, и переодеваться для этого не обязательно.

— Уверена? — сзади послышался голос мисс Гоммес.

— Да, — я повернулась к ней.

— Хорошо. — Она кивнула, глядя в глубь зала, где непринуждённо стоял, ничего не подозревающий, Раф. — Сразись с Рафаэлем. А потом можешь идти, куда захочешь.

— Нет вопросов. — Я перевела на неё взгляд, но затем лукаво усмехнулась. — Тут же нет правил, да?

— Не использовать магию и яд оборотня. — Я кивнула, и учительница снова обернулась к Рафу, который, словно почувствовав её взгляд, уже направлялся к нам. — Рафаэль, она твоя.

— Даю тебе карт-бланш. — Я встала перед ним, слегка наклонив голову в сторону. — Нападай.

Двадцать минут спустя Раф оказался на земле, наверное, в сотый раз. Ций уже не скрывал распирающего его веселья и в сотый раз издал смешок, наблюдая за этим зрелищем. А я в сотый раз, невзначай произнесла слово: «Убит.», как будто играла в морской бой.

Браун глубоко выдохнул, но никаких попыток встать пока не предпринял.

— Мне скучно. — Я бросила взгляд на Сэма.

— По-моему, ты можешь уже идти. — Ций подошёл, протягивая руку Рафу. — На сегодня унижений хватит.

— Прости, что опустила твою самооценку, но согласись — у тебя не было шансов. — Я пожала ему плечо, наигранно утешая, и развернулась к брату. — А где у вас полоса?

— В соседней комнате. — Сэм указал на дверь в углу зала.

Я подошла к ней, толкнула, мельком заглянула внутрь... и тут же со скепсисом на лице обернулась к Сэму.

— Это полоса препятствий или солнечная тропинка?

— Я понял. Иди в комнату. — Он усмехнулся, подходя ближе.

— С большим удовольствием. — Я шагнула назад, затем предупредила: — Если что, я спать. И если меня кто-нибудь разбудит, я ему что-нибудь сломаю. И это что-нибудь может нечаянно оказаться шеей.

— Иди уже. — Он ткнул меня локтем в бок. — А я пока всем поведаю о твоих намерениях.