Глава 8

Джереми сидел на багажнике своей машины у Международного аэропортаЛос-Анджелеса, выискивая в пустом стакане из-под коктейля кусочек льда,который можно было бы пососать во рту. Его телефон время от временииздавал сигналы, так как в чате «потаскушек» перебрасывались сообщениями,которые Нокс даже не пытался читать. Единственное уведомление, на котороестоило немедленно обратить внимание, - это своеобразный лисий лай,стоявший на номере Кевина. С момента получения последнего сообщениявероятно прошло несколько часов, но Джереми мужественно глушил в себежелание посмотреть на время.В воздухе раздался рокот взлетающего самолета, на мгновение заглушивбесконечный гул автомобильных гудков в пробке перед аэропортом. Джереминашел еще один кусочек льда, с хрустом раскусил его, вытер пальцы о шортыи наконец сдался. Одно нажатие кнопки осветило экран, и он тут жевыпрямился, увидев время. До прибытия Кевина оставалось мало времени,поэтому Джереми высыпал остатки льда на асфальт, оставив его таять подсолнцем.Почти дойдя до выхода из парковки, он наконец получил сообщение отКевина. Джереми остановился, чтобы с энтузиазмом ответить, а потом зашагалбыстрее, спрятав телефон обратно в карман.Даже сейчас казалось невозможным, что Кевин действительно едет сюда. Ихдружба всегда была нестандартной, во многом из-за огромного расстояниямежду их университетами. Лично они встречались от силы раз шесть:прошлой весной, на игре против Лис, затем в полуфинале и финале противВоронов на первом и втором курсе. Все остальные разговоры происходили впереписке - они проверяли друг друга после матчей, обменивалисьнаблюдениями о соперниках, которых им обоим предстояло одолеть на пути квершине. После перелома руки Кевин больше года не выходил на связь, но спереходом Жана всё изменилось.Это была их первая встреча не ради игры, но и не ради развлечения. Кевинприехал, чтобы помочь Жану выйти в мир и провести запоздалую работу надошибками. Он пробудет в городе всего две ночи, а в воскресенье утром ужеулетит обратно.Джереми понимал, почему поездка такая короткая, но ему хотелось, чтобыКевин остался подольше. Он хотел показать ему лучшее, что можетпредложить Лос-Анджелес. Если всё пройдет хорошо, возможно, удастсяуговорить Кевина прилететь ещё раз. Или самому съездить в ЮжнуюКаролину - правда, когда Джереми в последний раз гуглил Палметто-Стейт,он был впечатлён тем, насколько там нечем заняться.До зоны выдачи багажа было недалеко. В кармане у него лежала распечатка синформацией о рейсе Кевина, но он перечитывал её уже столько раз, что зналдетали наизусть. По привычке он скользнул взглядом по табло над багажнымилентами, хотя знал, что Кевин вряд ли сдавал вещи на такой короткий визит, изанял позицию, откуда было удобнее наблюдать за прибывающимипассажирами. Это вызвало у него забавное дежавю - Кевин прилетел той жеавиакомпанией, что и Жан несколько месяцев назад.Мысли о Жане заставили его проверить телефон на предмет сообщений от Кэтили Лайлы. Жан был еще более угрюмым, чем обычно, и Джереми до сих порне мог понять, что тревожило его больше - интервью или приезд Кевина. Оннесколько раз подумывал спросить, но всякий раз вспоминал полную яростичестность в его словах: «Я хотел, чтобы он умер.» Всё, что оставалось, -следить за ними обоими и надеяться, что они переживут эти выходные безпотерь.Джереми насильно отогнал эти мысли и сосредоточился на толпе. Черезминуту он наконец заметил Кевина, выходящего из тоннеля. Джереми знал,что тот приехал не один, но пока не мог разглядеть, кто составил емукомпанию. Даже если бы Кевин не признался этим летом, что больше непутешествует один, сегодняшнее «мы», сказанное перед посадкой в Апстейт-Риджинал, выдало бы его. Джереми не стал уточнять, потому что это не имелозначения - он с радостью катал бы по городу всю команду Лис, лишь бы Кевинприехал к Жану.Он поднял руку, привлекая внимание Кевина, и тот что-то сказал спутнику,прежде чем свернуть в его сторону. Толпа расступилась как раз вовремя,открывая невысокую фигуру вратаря Лис.Как только Кевин оказался в пределах досягаемости, Джереми хлопнул его поспине и весело кивнул Эндрю Миньярду. Тот безразлично скользнул по немувзглядом и тут же отвернулся, так что Джереми мог без угрызений совестисосредоточиться на Кевине.- Наконец-то ты здесь! - сказал он. - Как перелёт?- Без происшествий, - отозвался Кевин. - Телефон ещё не обновил время.Сколько сейчас?- Около половины восьмого, плюс-минус. Могу сначала закинуть вас в отель,если хотите заселиться, или можем сразу поехать ко мне. Не знаю, успели ливы поесть перед полётом? - Он выдержал паузу, пока Кевин отрицательнокачал головой. - Отлично! Значит, едем ужинать. У нас есть вода и пиво, илитебе что-то другое нужно?- Обычно пью водку, - сказал Кевин. - Но пойдёт и пиво.- Знаю, где её достать, - заверил его Джереми. — Багажа больше нет? Тогдамашина вон там.С собой у них был всего один чемодан, и на переходе Эндрю забрал его уКевина, чтобы положить на заднее сиденье рядом с собой.Как только Кевин пристегнулся на пассажирском месте, Джереми тронулся всторону университета Южной Калифорнии. Он включил кондиционер имахнул рукой, предлагая Кевину настроить обдув по вкусу.Джереми старался не смотреть на бледные шрамы на тыльной стороне левойруки Кевина, но теперь, когда он знал, кто именно сломал её два года назад, унего внутри неприятно сжалось.- Рассказывай, что нового, - сказал он. - Как там команда?- Как всегда ужасны, - последовал кислый ответ. - Но вне корта они вдвоебесполезнее, чем на нем, так что мне придется потерпеть их еще два года.Джереми почувствовал необходимость заметить:- Имело бы смысл быть с ними помягче, знаешь? Они ведь твои товарищи покоманде.Кевин отмахнулся нетерпеливым жестом:- Это делает их бесконечные провалы менее простительными, а не более. Лисывсегда знали, насколько низкого я о них мнения. Я не собираюсьприукрашивать факты, чтобы пощадить их чувства.- Занудная сломанная пластинка, - сказал Эндрю. - Они научатся тебя неслушать, как и я.Кевин откинул зеркало на козырьке, чтобы бросить на Эндрю насмешливыйвзгляд, и с ноткой обвинения в голосе сказал:- Ты пытался.Это заставило Джереми взглянуть в зеркало заднего вида. Он изучалневозмутимое выражение лица Эндрю, пытаясь понять, что упустил, но вконце концов тот просто отвел взгляд. Кевин с довольной улыбкой вернулкозырек на место.- Ты очень хорош, - сказал Джереми, надеясь разрядить напряженность вмашине.Кевин кивнул:- Он окажется на корте даже после выпуска.Джереми еще раз взглянул в зеркало, чтобы увидеть, как Эндрю отреагируетна это заявление, но вратарь остался равнодушным. Он смотрел в окно, словноуже отключился от разговора. Джереми задумался, было ли это равнодушиенастоящим или же это была попытка проявить немного скромности. Если бына его заднем сиденье сидел кто-то другой, он бы решил, что второе, но запоследние пару лет он слышал о Эндрю достаточно слухов, чтобысомневаться. Казалось невозможным, чтобы человек с такой феноменальнойрепутацией так мало заботился об этом, но Жан был не менее сложным.- Жан тоже ненавидит Экси, - заметил он.- Это не имеет значения, - сказал Кевин. - У него нет выбора, кроме как играть.— Еще два года, — согласился Джереми. — Интересно, чем он займется послевыпуска?Он выждал несколько секунд, надеясь, что Кевин выскажет догадки, но,конечно же, тот ничего не добавил. Джереми оставил эту тему и вместо этогосказал:- Он считает, что у нас есть реальный шанс занять первое место в этом году.Это сработало как по волшебству. Кевин тут же оживился, и они провелиостаток пути, разбирая список потенциальных претендентов на трон. Вдомашнем округе USC было всего две школы, которые представляли хотькакую-то угрозу в осеннем сезоне, но ни одна из них не могла нанестисерьезного урона, чтобы Троянцы не смогли попасть в чемпионат. Проблемабыла не в том, чтобы дойти до финишной черты - загвоздка была в том, чтокаждый год на самом последнем этапе Троянцы проваливались.Вороны теперь были неизвестной величиной, так как они фактическиразваливались, но Джереми не был готов списывать их со счетов. Онислишком долго были на вершине, чтобы просто так сдаться. Наверняка онинайдут способ собраться и спасти свою репутацию, пусть даже из чистогоупрямства и желания насолить тем, кто радовался их падению.Пенн Стейт были очевидной угрозой, но больше всего вопросов у Джеремивызывали Лисы. Возможно, Ваймак и поддался давлению, расширив командув этом году, но свои принципы набора игроков он никогда не изменит.Останется ли прошлогодняя невероятная слаженность, если к командедобавятся шесть эмоционально нестабильных первокурсников - вопросоткрытый.- Только если Нил разовьет терпимый характер, - сказал Кевин в ответ навопрос Джереми, и тот попытался замаскировать смешок под кашель. Кевинвзглянул на него искоса, давая понять, что не дал себя обмануть, но не сталтратить силы на обиду. - Первокурсники объединились против него, даже этотжалкий нападающий, за которого он так боролся. Если он не сможет завоеватьих уважение, Лисам останется только выбросить клюшки в мусорку.Джереми отметил для себя эту ценную информацию, но вслух сказал лишь:- Кстати о Ниле, удивлен, что он не приехал с тобой. Не то чтобы мы не радывидеть тебя, - добавил он, обернувшись к Эндрю, - просто я думал, что онзахочет снова навестить Жана.Понадобилась минута, чтобы понять, что он сказал что-то не то. Он проехалеще один съезд, прежде чем заметил, что Кевин пристально на него смотрит.Джереми изучил его непроницаемое выражение лица и понял, что наконецпривлек полное внимание Эндрю.Джереми заставил себя вернуться к дороге, сбитый с толку.- Что-то не так? - осторожно спросил он.-Что ты имеешь в виду, говоря «снова навестить Жана»? - спросил Кевин.- Что ты имеешь в виду, спрашивая «что я имею в виду»? - переспросилДжереми. - Он был здесь в июне.Кевин повернулся в кресле, уставившись на Эндрю. Джереми рискнулвзглянуть в зеркало заднего вида, но Эндрю снова смотрел в окно сотстраненным выражением лица. Кевин дал ему несколько секунд, чтобы что-то сказать, затем выругался и снова откинулся на сиденье. В следующиймомент он уже прижал телефон к уху. Кто бы это ни был, тот ответил черезпару гудков, и Кевин принялся с яростью говорить на французском.Джереми протянул руку в предупреждающем жесте и твердо спросил:- Это Жан?- Нил, - бросил Кевин и продолжил отчитывать своего товарища по команде.Судя по его лицу, что бы там ни сказал Нил, настроение Кевина это неулучшило. К счастью, разговор оказался коротким, но после него Кевинвыглядел так, будто был готов швырнуть телефон. К счастью, он вспомнил, вчьей машине сидит, прежде чем сделать это. Вместо этого он просто сжал егов руке так, что костяшки побелели.Джереми подумал, что стоило бы дать ему немного времени, чтобыуспокоиться, но не удержался от вопроса:- Как ты мог этого не знать?- Нил не говорил, куда направляется, но мы думали, что знаем, с кем он долженбыл встретиться. Он ни разу не упомянул, что там будет Жан. - Через плечоКевин добавил: - Он отказывается объясняться по телефону.- Как обычно, - равнодушно заметил Эндрю.Джереми попытался разрядить напряженную атмосферу:- В итоге все вышло к лучшему. Это был тот же самый уикенд, когда умерГрейсон Джонсон. Пока полиция не признала это самоубийством, онисобирались сделать Жана главным подозреваемым. Визит Нила - единственнаяпричина, по которой у него оказалось алиби, которое они не могли оспорить.Кевина это нисколько не успокоило, судя по тому, как он закрыл лицо рукой.Эндрю надавил на спинку его сиденья.- Защитник Воронов. Как он связан с Нилом?- Никак, насколько я знаю, - ответил Кевин. - У него была... история с Жаном.Эта пауза вызвала у Джереми неприятное ощущение, и он не смог сдержатьтихое:- Ты знал?- Не здесь, —-предупредил его Кевин.То есть не при Эндрю на заднем сиденье. Это был уже достаточный ответ.Оставшиеся мили они ехали в тягостном молчании, и Джереми был рад, когдаони наконец подъехали к машине Лайлы. Они оставили сумки в багажнике,так как Джереми собирался позже отвезти их в отель, но перед выходом измашины Эндрю вытащил из сумки пачку сигарет. Он встряхнул ее и поднял кКевину.- Здесь есть магазин? - спросил Кевин у Джереми. - Ему пришлось выкинутьзажигалку на контроле.- О, у меня есть, можешь взять, - сказал Джереми и, проходя мимо Кевина,открыл бардачок. Тот удивленно приподнял бровь, когда Джереми досталоттуда пачку гвоздичных сигарет, но тот лишь невинно улыбнулся. - Япознакомился с большим количеством людей в барах благодаря зажигалке,чем благодаря своему обаянию. Только прогуляйся, прежде чем заходить,ладно? - добавил он, встряхнув зажигалку и передавая ее в ждущую рукуЭндрю. - Лайла очень чувствительна к запаху.Не отвечая, Эндрю посмотрел на Кевина. Тот кивнул и кивком указал наДжереми, и Эндрю молча направился по улице.- Что-то не так? - спросил Джереми, когда тот ушел достаточно далеко.- Дело в Калифорнии, не в тебе, - ответил Кевин. - Слишком многовоспоминаний, особенно после суда Аарона. Все выходные он будет не в духе.Джереми запер машину и повел Кевина наверх. Тот последовал его примеру,когда Джереми сбросил обувь у входа. В гостиной их ждали Лайла и Кэт,переплетенные друг с другом на диване. Кэт вскинула кулак в приветствии.- Славься, Королева! Я уж думала, ты никогда нас не навестишь.Джереми слушал их болтовню вполуха. Он поймал взгляд Лайлы, и та быстромахнула ему пальцами. Джереми откинулся назад, бросив взгляд в сторонукухни. Жан не мог не услышать, как они вошли; даже если он пропустил звукдвери, громкое приветствие Кэт он точно не мог пропустить. Но он так и непоявился, и Джереми задумался, стоит ли ему улизнуть от Кевина и проверить,все ли в порядке. Будет ли это невежливо?Кэт заметила его рассеянность.- У нас кофе есть, если тебе нужно что-то, что поможет справиться со сменойчасовых поясов.- Спасибо, - сказал Кевин, и у Джереми не осталось выбора, кроме как отвестиего к Жану.Жан опирался на раковину, лениво потягивая кофе, Джереми не сомневался,что тот ушел сюда специально, чтобы оказаться в другой комнате, имеявозможность не встретиться с нежеланным гостем. Кружка замерла наполпути к его губам, когда они вошли, и взгляд Моро сразу перескочил сДжереми на Кевина. Джереми внимательно изучил его лицо, ища хоть намекна раздражение или злость, но выражение Жана было на удивление пустым.Он не шелохнулся, даже когда Кевин пересек комнату.Кевин без сопротивления забрал у него кружку и отставил в сторону.- Выглядишь лучше. Калифорния тебе идет.Жан скривил губы.-Ты мог бы звучать менее довольным собой.- Зачем? - спросил Кевин. Жан не ответил, просто забрал свою кружку обратно.Кевин не стал настаивать и критически осмотрел его. - Волосы отрослидостаточно, чтобы камеры не заметили, но ты мог бы хотя бы подровнять ихдо одной длины.Он не испугался убийственного взгляда Жана и продолжил:- Утром у нас не будет времени этим заниматься, а в такое время вряд ли что-то открыто.- Сейчас они выглядят естественно, словно легкая небрежность от летнегобриза, - вмешался Джереми. - Мне нравится этот стиль.- Ты не помогаешь, - проворчал Кевин и жестом указал на Жана. - Покажи, чтонаденешь завтра.Джереми приподнял бровь и начал загибать пальцы, перечисляя болееуместные приветствия: «Рад тебя видеть, давно не виделись, надеюсь, тебе тутхорошо, слышал, команда в восторге от тебя.»Но Кевин даже не удосужился ответить. Вместо этого он снова забрал кофеЖана. Тот едва дождался, пока Кевин поставит кружку, прежде чем резкооттолкнуть его в сторону. Джереми пришлось отступить, чтобы их пропуститьи последовать за ними в спальню.Моро рывком открыл шкаф, молча указал на свою половину и сел на кровать,ожидая вердикта Кевина. Кевин медленно перебирал одежду, с легкойморщинкой на лбу. Джереми не верил, что он действительно разочарованвыбором - Лайла тщательно подбирала почти все, что теперь носил Жан. Нопотом Кевин снял с вешалки рубашку и сказал:- Не могу представить тебя в цвете. Это выглядит... неестественно.- Ты сам обрек меня носить золото этой осенью, - парировал Жан. - Привыкай.Кевин выбрал четыре рубашки и протянул их Жану, чтобы тот примерил. Двеон тут же забраковал. Третья заставила его задуматься - он скрестил руки нагруди и изучал ее с серьезным выражением лица.Джереми не понимал, в чем проблема: Жан выглядел в этой рубашке так жехорошо, как и в предыдущих. Он почти сказал это вслух, но в последниймомент сдержался:- В чем дело?- Это закрытая студия, - объяснил Кевин. - Освещение там будет совсемдругим, чем если бы оно было рассчитано на зрителей. Надо будет посмотретьна эту рубашку при утреннем свете, чтобы быть уверенными. Примерьпоследнюю.Жан пробормотал что-то себе под нос, но послушно переоделся. Как только онопустил руки, Кевин шагнул вперед, чтобы поправить воротник и расстегнутьверхние две пуговицы. Потом замер, зацепил пальцем серебряную цепочку нашее Жана и вытянул ее наружу.- Это Рене, - заметил он.Жан лишь молча посмотрел на него. Кевин не стал требовать объяснений,просто сделал шаг назад.- Оставь на виду. Те, кто с наибольшей вероятностью будут недовольны тобой,будут же и теми, кого этот символ больше всего успокоит. Тебе сейчас нужнособрать как можно больше положительных мнений.- Мне все равно, - отрезал Жан и попытался спрятать цепочку обратно. Кевинпоймал его за запястье. - Мы пытаемся продать им тебя. Точнее, твой образ.Не усложняй нам задачу.Он выждал пару секунд, чтобы убедиться, что Жан не станет спорить, затемотступил и кивком указал на рубашку:— Оставь эту с остальными. Сравним утром.Он аккуратно положил третью рубашку на кровать Жана, а две остальныеубрал обратно в шкаф. Джереми предположил, что Жан привык к дотошностиКевина за годы, проведенные вместе, но все же взглянул на него, чтобыоценить его реакцию. Выражение на лице Жана, промелькнувшее всего намгновение, едва не сбило его с ног.У Джереми не было времени обдумать это новое понимание - Жанпочувствовал его взгляд и глупо ответил тем же. Может, Джереми и стоило бысдержать свое удивление, но он не ожидал, что Жан вздрогнет, будто егоударили. Тот резко отвернулся, пытаясь скрыть реакцию, и расстегнулпуговицы с такой силой, что хотя бы одна из них должна была оторваться.- Поосторожнее, - проворчал Кевин. - Нам это может понадобиться завтра.- Убирайся, - предупредил Жан.Кевин раздраженно вздохнул, но подчинился.Джереми задержался на секунду, но второе, чуть более паническое,«Убирайся» заставил его поспешно ретироваться вслед за Кевином.В голове у него было сплошное смятение. Он был рад, что теперь Кевинупридется отвечать на вопросы Лайлы и Кэт - так у него появится времяподумать.Жан не отрицал свою ориентацию, когда Джереми впервые об этом заговорил,и месяц назад, когда тот дразнил его по поводу Лайлы, он был скореераздражен, чем смущен. Этим летом его не раз ловили на том, что он кого-торазглядывает, но потом он всегда тут же уходил в себя. Это больше походилона осторожность и избегание, чем на страх или ненависть к себе.Джереми не мог понять, почему именно Кевин вызвал у него такую резкуюреакцию. Как бы то ни было, Жан не задержался надолго. Спустя всегонесколько минут он нашел их, и Кэт с радостью позвала всех на кухню, чтобыначать готовить ужин.Джереми украдкой взглянул на часы, усаживаясь на один из табуретов, испросил:- Не хочешь проверить, как там Эндрю? Он уже давно ушел.Лайла оживилась.- О, он здесь?- Вороны не ходят в одиночку,- ответил Жан.Лайла разочарованно вздохнула.- Я бы хотела когда-нибудь с ним поговорить. Он очень хорош.- В будущем он будет играть на профессиональном корте, - отметил Жан.- Как и ты, - добавил Кевин.Такое безоговорочное одобрение от Кевина Дэя сбило бы с ног кого угодно,но выражение Жана стало гладким, как камень. Джереми быстро вставил:- Если захочешь.- Я идеален подхожу для этого,- бесцветно и тихо ответил Жан. - Я буду игратьс теми, кто захочет подписать со мной договор.Кэт тут же заметила перемену в настроении Жана.- Кевин! Помоги нам с арепами. Жан покажет тебе, как это делать, - онатолкнула его локтем. Когда Моро безмолвно нахмурился, она снова егоподтолкнула и сказала: - Заставь Короля засучить рукава, ему это пойдет напользу. Нет ничего лучше еды, в приготовлении которой ты сам поучаствовал.- Я тоже могу... - начал Джереми.- Ничего не трогай, - оборвала его Кэт, размахивая ножом.Кевин приподнял бровь, но Джереми поспешно провел рукой по шее вотчаянном жесте: «Давай просто забудем об этом». Шутливый блеск в глазахКэт говорил, что она была в двух секундах от того, чтобы начать перечислятьего кулинарные провалы, но Жан притянул свою миску поближе к Кевину.Джереми наблюдал, как Моро показывает Кевину, как формировать тесто дляареп вокруг ломтиков свежей моцареллы. Первая попытка Кевина была неслишком аккуратной, но сносной. Жан забрал у него арепу и прижал, придаваяей более чистую форму. Кевин наблюдал за ним с отстраненным выражением.- Когда ты научился готовить? - спросил он.- Кэт меня учит, - ответил Жан. Он мог бы больше ничего не говорить, но посленебольшой паузы признался: - Мне нравится. Это помогает ненадолго забытьобо всем остальном.Он никогда не колебался, когда присоединялся к Кэт на кухне, но это былпервый раз, когда он так откровенно высказался об этом. Улыбка, котораяскользнула по губам Кэт, была мягкой; Лайла посмотрела на Жана с теплотой.Кевин изучающе наблюдал за Жаном, словно не был уверен, кого именновидит перед собой - не с тревогой, а с тихим осмыслением человека, которогознал так много лет. В какой-то момент Джереми ощутил их общую историю ислегка закружилась голова; в следующий момент он осознал, что между нимислишком многое, чего он никогда не поймет.Кевин протянул Жану вторую арепу, дождался, пока тот потянется за ней, исказал:- Я рад.Жан замер, коснувшись теста пальцами. Его челюсть немного напряглась,словно он обдумывал возможные ответы. В конце концов он ничего не сказал,но, когда наконец сжал пальцы вокруг лепешки, слегка надавил костяшкамина ладонь Кевина. Возможно, это было слишком оптимистично, но Джеремиистолковал это как безмолвное «спасибо».А может, это было пределом уязвимости Жана на этот вечер, потому что черезнесколько мгновений он повернулся к Джереми:- Он путается под ногами. Уведи его и покажи свою последнюю игру противАризоны.- Думаю, Кевин не хочет... - начала Лайла.Кевин даже не услышал ее.- Это была феноменальная игра, — сказал он, глаза загорелись.- Может, он простит тебе тот фол, - добавил Жан, и Джереми скривился.- Против Фасера, - сказал Кевин. Тот факт, что он точно знал, о каком моментеговорит Жан, был одновременно и унизительным, и впечатляющим, иДжереми мог только таращиться на него. Кевин раздраженно фыркнул:- Ты во всем его превосходишь. Ты должен был врезать его в стену.Он сделал это, но уже позже той ночью в гостиничном номере, и Джеремисчел, что Кевину не обязательно об этом знать. Он с готовностьюпроигнорировал взгляд «я же говорил» от Жана.- Это сложность игры против тех, кого ты хорошо знаешь. Они знают, как тебяотвлечь, - сказал он.- Отговорка для новичков, - с пренебрежением бросил Кевин.- Мы не можем быть идеальными, - улыбнулся Джереми.Кевин лишь пожал плечами.- Ты достаточно близок к этому.Джереми наслаждался похвалой ровно секунду, пока Жан не посмотрел наКевина с мрачным выражением и не сказал:- Джереми готовится поступать в юридическую школу.У Кевина отвисла челюсть.- Нет.Он повернулся к Джереми, и тот едва успел его опередить:- Если тебе не сложно, давай не будем об этом сегодня. И это не просьба, -добавил он, когда Кевин не отступил так легко. Тот продолжал смотреть нанего, как будто Джереми его предал, но благоразумно промолчал.Удовлетворенный, Джереми сменил тему: - Какой план на завтра?После небольшой паузы Кевин ответил:- Как-то представить Жана в образе человека, за которого стоит болеть.Неблагодарная задача, - добавил он и проигнорировал убийственный взглядЖана. - Если будем придерживаться сценария, все пройдет хорошо.- Отлично, - сказал Джереми, улыбаясь им обоим. - Тогда не о чембеспокоиться!- Отличный способ накликать беду, - простонала Кэт. - Иди постучи по дереву.- В другом месте,- добавил Жан многозначительно.Джереми оттолкнулся от кухонного островка.- Мы с Кевином быстренько сбегаем в магазин. Нам что-нибудь нужно?Он подождал, пока Кэт бегло осмотрит холодильник и ответит отрицательно,затем поймал взгляд Кевина и направился к двери. На пороге ониостановились, чтобы надеть обувь. Кевин взял связку ключей у Джереми послетого, как тот запер за ними дверь, и внимательно рассмотрел брелок сэмблемой Traveler.- Жаль, что ты не поступил в USC. Было бы здорово играть с тобой все этигоды.- Я бы не был собой без Эдгар Аллана,- ответил Кевин, возвращая ключиДжереми. - Всё, что у меня есть и кем я являюсь, сложилось благодаряЭвермору.- Включая сломанную руку, - тихо сказал Джереми, пока они шли по улице.Кевин потер тыльную сторону левой руки и ничего не ответил. Джереми нехотел разрушать хорошее настроение, которое удалось создать на кухне, норазговор о Воронах не давал ему покоя. Он нервно постучал пальцами победру, прежде чем снова задать мучивший его вопрос:- Ты знал про Грейсона?Кевин не колебался.- Все Вороны знают ту или иную версию этой истории.«Не спрашивай»,- сказал себе Джереми. Но как он мог не спросить?- Он когда-нибудь делал это... с тобой...?- У них не было причин для этого,- ответил Кевин.Джереми резко повернулся к нему.- Я не это имел в виду, - поморщился Кевин, заметив, как прозвучали его слова.Джереми пронзительно смотрел на него, пока Кевин подбирал правильнуюформулировку. - Гнездо держится на насилии, но каждое наказание тамрассчитано и выполняется с определенной целью. Неудовлетворительноевремя на тренировке, пропущенный бросок, неспособность блокироватьфорварда или обойти защитника - всегда есть причина.- Я не собираюсь это слушать, - резко отрезал Джереми. - Ничто неоправдывает то, что они с ним сделали.Кевин открыл рот, но затем передумал и отвернулся.Джереми сам не знал, что хуже: то, что Вороны считали себя правыми,причиняя Жану такую боль, или то, что Кевин знал их оправдания. Егозатошнило.- Почему ты не сказал что-то весной, когда они его разрывали на части?- Потому что я знаю, что нельзя загонять Жана в угол.- Я не понимаю.- Ты понимаешь.- Черта с два!- Жан не может предать их. Он не умеет. Он всегда сначала предаст себя. Еслибы я тогда выступил против Эдгар Аллана и обвинил их в жестокости, Жанпочувствовал бы необходимость доказать обратное. Он бы стал защищать ихложь, даже если бы это убивало его изнутри. Я уже слышал это раньше, -Кевин не дал Джереми возразить. - Я не собираюсь слушать это снова.Джереми до боли хотел возразить, но воспоминания захлестнули его: Жан,который вздрагивал при каждом упоминании о Тренере Морияме и Рико; Жан,который так легко и уверенно говорил, что заслужил всё, что с ним случилось;Жан, чей взгляд был полон призраков прошлого, когда он хрипло произнес:«Ты не можешь спасти меня от того, что было, и никак не поможешь, пытаясьразворошить старые могилы.»Это было так жестоко, что Джереми перехватило дыхание.- Ты не можешь сказать мне, что среди Воронов не нашелся хотя бы одинчеловек, который бы мог его поддержать. Я в это не поверю.- Ты даже не знаешь, в чем его правда, - в голосе Кевина зазвучалораздражение.- Мне всё равно, — отрезал Джереми, резко взмахнув рукой. - Ему былошестнадцать.Кевин скривился.— В Западной Вирджинии это возраст согласия. Без заявления преступлениянет. И это заявление никогда не будет написано.Джереми пришлось отойти, чтобы отдышаться, но далеко он не ушел. Кевинсхватил его за руку, заставляя остановиться. Джереми вырвался и уставилсяна него.- Джереми...- Кевин замолчал, не найдя нужных слов. Джереми видел борьбуна его лице. Он не был уверен, чего хочет больше - чтобы Кевин рассказал емуправду или чтобы он не предавал доверие Жана. наконец, Кевин только сказал:- Молчание - единственный способ, которым Жан может говорить. Ему ненужно участвовать в своем собственном падении. Это несправедливо, но этолучшее, что мы можем сделать.- Он заслуживает большего, - сказал Джереми. - Ты знаешь это.- Он заслуживает покоя. Именно поэтому он здесь.- Этого недостаточно.- Это больше, чем он когда-либо получал.Джереми посмотрел на него в тишине.- А что насчет тебя? - наконец спросил он. - Они причинили боль и тебе.Гораздо больше, чем ты даешь понять. Весной ты обронил пару скользкихслов, - он постучал пальцами по тыльной стороне Кевиновой руки, - но потомничего. Я бы подумал, что это благородство - не начинать войну, пока ЭдгарАллан оплакивает смерть Рико, но теперь я так не думаю. Ты тоже не будешьс ними бороться, да?- У меня нет причин бороться, - сказал Кевин. - Всё, что я хочу и к чемустремлюсь, еще впереди. Смотреть назад - пустая трата времени.- Справедливость - не пустая трата времени.- Мне плевать на справедливость. Всё, чего я хочу в жизни, - играть впрофессиональных командах в будущем, добиться своего «идеального корта».- После короткой паузы Кевин добавил: - И узнать, почему ты подаешьдокументы в юридическую школу. Твое место – в сборной экси США вместесо мной, но они не смогут пригласить тебя к себе, если ты не подпишешьдоговор с одной из профессиональных команд. Не говори, что хочешь уйти. Ятебе не поверю.- Этот разговор на сегодня уже закрыт, - напомнил ему Джереми. - Давайразбираться с одним кошмаром за раз.Это был непростительный промах. Возможно, позже он простит себе этунеосторожность, учитывая, какой у них только что был разговор, но сейчасвзгляд, которым Кевин посмотрел на него, заставил Джереми отступить на двашага. Звуковой сигнал пешеходного перехода дал ему повод отвернуться иуйти. Он добрался аж до входа в винный магазин, прежде чем Кевин догналего. Джереми жестом предложил Кевину зайти первым, но тот остановилсярядом.- Джереми, - Кевин надавил голосом.- Пообещай мне, что завтра ты его защитишь, - сказал Джереми.чем я прошу.- Вот и всё, оВыражение лица Кевина говорило, что он так это не оставит, но послекороткой паузы он все же ответил:- Обещаю.Джереми не смог заставить себя улыбнуться, но знал, что Кевин этого и неждет.- Спасибо. Ты хороший друг, Кевин. Надеюсь, ты это знаешь.- Мы с ним не друзья.- Зато ты – мой друг,- сказал Джереми и повторил: - Спасибо.Кевину понадобилось всего несколько минут, чтобы купить нужную бутылку,а дорога обратно прошла в гробовом молчании. Подойдя к машине, Кевин непошел в дом, а остановился возле пассажирской двери.- Это на завтра.Джереми разблокировал двери, чтобы Кевин мог убрать бутылку напассажирское сиденье, а затем они вместе вошли в дом с пустыми руками.Джереми сделал вид, что не заметил любопытного взгляда Лайлы, когда онивернулись без пакетов, и просто устроился рядом с ней за кухонным островом.- Пахнет потрясающе, - подметил он и кивнул Кевину, указывая на свободноеместо рядом.- Еще бы, — весело ответила Кэт. – Это же мы же готовили. Смотри!Джереми слышал лишь каждое второе слово, пока она рассказывала прорецепт, который они пробовали. Здесь было тепло и безопасно. И хотя бы накакое-то время Джереми мог использовать это, чтобы отогнать остальноемысли.