18 глава

На следующий день Розена, словно невзначай, столкнулась с Дианой в библиотеке. Митфорд выглядела еще более подавленной, чем накануне. Глаза ее были пустыми, а плечи поникшими. Она listlessly перебирала страницы какой-то книги, не видя перед собой текста.

Розена, изобразив на лице сочувствие, тихонько подошла к ней.

– Диана, дорогая, – прошептала она, – ты выглядишь ужасно. Что-то случилось?

Диана подняла на нее безжизненный взгляд.

– Оставь меня в покое, Розена, – прошептала она. – Мне сейчас не до тебя.

– Ну что ты, – сказала Розена, ее голос был полон притворной заботы. – Я же волнуюсь. Расскажи мне, что случилось. Может, я смогу помочь.

Диана колебалась. Ей не хотелось делиться своими проблемами с Розеной, но в то же время ей было так одиноко и тяжело, что хотелось выговориться хоть кому-нибудь. Вздохнув, она закрыла книгу.

– Амбракс… – начала она, и голос ее дрогнул. – Он… он ведет себя очень странно.

– Странно? – переспросила Розена, изображая удивление. – В каком смысле?

– Он… он будто меня не узнает, – продолжила Диана. – Смотрит на меня каким-то… отсутствующим взглядом. И… и говорит странные вещи.

– Например? – мягко подтолкнула ее Розена.

– Он… он спросил меня, почему я была в красном платье, – прошептала Диана, ее щеки залились краской. – И… и почему с нами был домовик-клоун.

Розена едва заметно улыбнулась. Ее план сработал идеально. Никто не заподозрит ее причастность к этой странной ситуации. А Диана и Амбракс… пусть сами разбираются со своими запутанными отношениями.

– Как странно, – произнесла Розена, делая вид, что задумалась. – Может, ему приснился какой-то необычный сон? Или… может, он просто устал? Не бери в голову, Диана. Все образуется.

Она похлопала Диану по плечу и, бросив на нее многозначительный взгляд, отошла, оставив Митфорд в одиночестве со своими мыслями и переживаниями.

Розена едва сдержала торжествующую улыбку. Всё шло даже лучше, чем по плану. Диана сама пришла к ней, сломленная и растерянная.

– О, как это ужасно, – сказала она, изображая сочувствие. – Бедняжка, ты так переживаешь. Но не отчаивайся, Диана. Я знаю, как тебе помочь.

Она достала из кармана небольшой, изящно украшенный медальон.

– Вот, возьми это, – сказала она, протягивая медальон Диане. – Это… амулет удачи. Он поможет тебе восстановить силы и привлечь к себе… нужные события.

Диана с подозрением посмотрела на медальон.

– Что это? – спросила она.

– Просто амулет, – успокаивающе произнесла Розена. – Не бойся, он тебе не повредит. Наоборот, он принесет тебе только хорошее. Просто носи его с собой, и все наладится.

Диана, не раздумывая, взяла медальон. В ее нынешнем состоянии любая надежда на улучшение ситуации казалась спасительной.

– Спасибо, Розена, – сказала она, сжимая медальон в руке. – Ты… ты настоящая подруга.

Розена нежно улыбнулась.

– Всегда к твоим услугам, дорогая, – ответила она. Внутри же она ликовала. Медальон был пропитан особым составом, который должен был усилить действие любовного зелья, которым Розена опоила Амбракса накануне. Теперь, когда Диана будет рядом с ним, его чувства вспыхнут с новой силой, но… будут искажены и неконтролируемы, превратив его любовь в навязчивую одержимость. А Диана… Диана станет жертвой собственных желаний и интриг Розены, даже не подозревая об этом.

Розена улыбнулась. Зелье начало действовать. Диана выглядела спокойной и расслабленной, готовой довериться своей «подруге».

– Пойдем, – сказала Розена, мягко беря Диану под руку. – Прогуляемся. Свежий воздух пойдет тебе на пользу.

Розена повела Диану по лабиринту школьных коридоров, подальше от любопытных глаз. Под действием зелья Диана шла послушно, ее взгляд был затуманен, мысли путались.

– Знаешь, Диана, – начала Розена, ее голос был мягким и вкрадчивым, – я все думала о твоей ситуации с Амбраксом. И мне кажется, я понимаю, в чем проблема.

Диана молчала, безучастно глядя перед собой.

– Мужчины, они такие… непостоянные, – продолжила Розена, делая вид, что сочувствует. – Сегодня он клянется тебе в любви, а завтра… завтра его как будто подменили. Но не отчаивайся, дорогая. Я уверена, что его чувства к тебе еще можно вернуть.

Диана слабо кивнула, цепляясь за слова Розены как за соломинку.

– Я тут подумала, – продолжила Розена, и в ее голосе появились манипулятивные нотки. – Амбракс, он ведь такой… впечатлительный. Ему нужна… яркая, незабываемая демонстрация твоих чувств. Что-то, что заставит его понять, как сильно ты его любишь.

Она остановилась и многозначительно посмотрела на Диану. В ее глазах мелькнул хитрый огонек.

– Я могу тебе подсказать, как это сделать, – прошептала она. – Если ты, конечно, готова бороться за свою любовь.

– Но… как? – прошептала Диана, ее голос был едва слышен.

– Я тебе помогу, – ответила Розена, ее глаза блеснули. – У меня есть… кое-какие идеи.

Она задумчиво прошлась по коридору, словно обдумывая что-то важное.

– Амбракс, он ведь такой… романтик, – произнесла Розена, словно разговаривая сама с собой. – Ему нужны… жесты, символы. Что-то, что тронет его до глубины души.

Диана молчала, с надеждой глядя на Розену.

– Я знаю! – вдруг воскликнула Розена, словно ее осенила гениальная идея. – Ты должна написать ему письмо. Любовное письмо. Но не просто письмо, а… послание, наполненное самыми сокровенными чувствами.

Она остановилась и посмотрела на Диану, оценивая эффект своих слов.

– Вспомни все самые прекрасные моменты, которые вы пережили вместе, – продолжила Розена. – Напиши о том, как сильно ты его любишь, как он тебе дорог. И… и добавь что-нибудь особенное. Что-то, что напомнит ему о вашей связи.

Розена сделала паузу, создавая интригу.

– Например… – прошептала она, – тот амулет, который он тебе когда-то подарил. Если ты вернешь ему этот амулет вместе с письмом… это будет очень символично. Это покажет ему, как сильно ты ценишь его чувства.

Розена знала, что амулет уже давно находится у Амбракса. Но это было неважно. Главное – подтолкнуть Диану к решительным действиям, которые, благодаря зелью и манипуляциям Розены, приведут к совершенно неожиданным последствиям.

Она вытащила из кармана небольшой, изящно украшенный флакончик с духами.

– Вот, возьми, – сказала она, протягивая флакончик Диане. – Это… особый аромат. Он поможет тебе… раскрыться, почувствовать себя увереннее. Нанеси его перед встречей с Амбраксом.

Диана взяла флакончик, не понимая, что происходит. Ее сознание было затуманено зельем, и она просто механически выполняла все, что ей говорила Розена. Аромат духов был сладким и немного пряным, он словно окутывал Диану невидимой дымкой.

– А теперь, – сказала Розена, – иди. И жди моего сигнала. Я все устрою.

Диана послушно повернулась и пошла прочь, словно во сне. Розена смотрела ей вслед, и на ее губах играла едва заметная, торжествующая улыбка. Первый этап ее плана был выполнен. Духи, которые она дала Диане, были, конечно же, обычными духами. Но Розена знала, что в сочетании с зельем, которое уже действовало на Диану, они создадут особый эффект, усилив ее эмоциональность и внушаемость.

Диана, словно лунатик, бродила по замку, вдыхая сладкий аромат духов. Мысли путались в ее голове, образуя бессвязный вихрь. Она смутно помнила разговор с Розеной, но не могла вспомнить его деталей. Единственное, что она ясно осознавала – это жгучее желание вернуть Амбракса. Эта мысль, навязчивая и всепоглощающая, затмевала всё остальное, подготавливая почву для следующего этапа плана Розены.

В какой-то момент Диана оказалась перед портретом дамы в красном платье. Под действием зелья и слов Розены, образ этого платья прочно засел в ее подсознании, став символом ее желания вернуть Амбракса. Диана завороженно смотрела на портрет, чувствуя странное притяжение. Ей казалось, что платье манило ее, обещая исполнение ее желаний.

Не отдавая отчета в своих действиях, Диана протянула руку к портрету. К ее удивлению, рука прошла сквозь холст, словно его и не было. Не раздумывая, Диана шагнула вперед и оказалась внутри картины.

Она очутилась в той же роскошной комнате, которую видела на портрете. Дама в красном платье стояла у окна, спиной к ней, так же безжизненно и статично, как и на картине. В комнате царила тяжелая, неестественная тишина.

Диана, движимая навязчивой идеей, подошла к даме и сняла с нее платье.   Дама никак не отреагировала, продолжая неподвижно стоять у окна, словно кукла.

Натянув на себя красное платье, Диана почувствовала, как ее сознание еще больше затуманивается.   Она посмотрела на свое отражение в большом зеркале и увидела незнакомую женщину – с горящими глазами и решительным выражением лица.

В этот момент в комнату вошел Амбракс. Он явно не ожидал увидеть Диану здесь, да еще и в таком виде. Он замер на пороге, пораженный и немного напуганный.

– Диана? – прошептал он неуверенно. – Что… что ты здесь делаешь? И… что на тебе надето?

Диана улыбнулась, медленно поворачиваясь к нему. В ее глазах был странный, неестественный блеск, а движения казались замедленными и механическими.

– Да, Амбракс, – ответила она, ее голос был низким и хриплым, словно не своим. – Я пришла… к тебе.

Амбракс, все еще находясь под действием любовного зелья, сделал шаг к ней, не отрывая от нее завороженного взгляда. Он протянул к ней руку, словно хотел коснуться ее.

Скрытая за гобеленом, Розена наблюдала за этой сценой, едва сдерживая злорадное ликование. Всё шло точно по плану. Зелье и духи, в сочетании с внушением, сделали свое дело. Диана стала послушной марионеткой в ее руках.

Амбракс подошел к Диане вплотную. Его глаза горели странным огнем, отражая алый блеск ее платья. Он протянул руку и коснулся ее щеки.

– Ты… ты как будто другая, – прошептал он, его голос был хриплым от волнения. – Но… ты невероятно прекрасна.

Диана улыбнулась, ее улыбка была загадочной и немного пугающей. Она достала из кармана флакончик с духами, которые дала ей Розена, и открыла его. Сладкий, пряный аромат наполнил комнату, смешиваясь с запахом зелья, исходившим от Дианы. Этот запах окончательно затуманил сознание Амбракса, лишая его воли к сопротивлению. Он был готов на все, чтобы быть рядом с этой новой, загадочной Дианой.

Следующее утро Розефина встретила раскалывающейся головной болью и смутным воспоминанием о танцах на перилах. Ее соседки по комнате, Чарис и Диана, с упоением смаковали подробности вчерашней вечеринки.

— Ты была просто невероятна, Рози! — восхищалась Чарис, жестикулируя так энергично, что Розефина невольно поморщилась. — Твой танец со змеей… то есть, с перилами… это было что-то!

— А как ты Долохова отшила! — подхватила Диана. — Он, кажется, был в шоке.

— Что я сделала? — прохрипела Розефина, с трудом приподнимаясь на кровати. Мир вокруг нее неприятно покачивался.

— Ну, когда он предложил тебе… кхм… полетать на гиппогрифе, — многозначительно сказала Чарис. — Ты так его… отбрила.

Розефина застонала и закрыла лицо руками. "Гиппогрифы… Зачем? Зачем я вообще это говорила?"

Спустившись в гостиную, Розефина обнаружила там Долохова. Он сидел у камина, с таким же страдальческим выражением лица, как и у нее.

— У тебя тоже голова раскалывается? — спросила Розефина, опускаясь на диван рядом с ним.

— Как будто внутри бладжер летает, — пробормотал Долохов, морщась.

— Знаешь, что нужно сделать, чтобы голова перестала болеть? — спросила Розефина, глядя на него с лукавой улыбкой.

— Что? — с надеждой спросил Долохов.

— Поселиться! — торжественно объявила Розефина.

— Нет! — хором закричали Амбракс, Чарис, Лета, Нотт и Эван, внезапно появившись в гостиной. Видимо, они все еще дежурили, опасаясь новых слизеринских приключений.

— А вы что тут делаете? — удивилась Розефина.

— Следим за порядком, — ответил Амбракс, скрестив руки на груди. — И за вами, в частности. Мы не хотим повторения вчерашнего.

— Вчера было весело, — возразила Розефина.

— Для вас, может быть, — пробормотал Эван, потирая виски.

— Итак, — сказал Долохов, игнорируя остальных. — Где можно найти это ваше… «поселиться»?

Розефина рассмеялась. Головная боль, казалось, отступила.

— Не сегодня, Тоша, — сказала она. — Сегодня нам нужно просто выжить.

— Амбракс… — начала Диана, ее голос дрожал. — Я… я не знаю, что на меня нашло.

Она замолчала, не в силах подобрать слова, чтобы объяснить свое странное поведение. В голове мелькали обрывки воспоминаний: ее смех, слишком громкий и неестественный, ее слова, липкие и слащавые, как патока. И это платье… боги, это вульгарное красное платье!

Амбракс молчал. Он все еще пытался осмыслить происходящее. Клоун-домовик, признание Дианы, ее внезапная холодность… Все это казалось ему каким-то бредовым сном.

— Я… я, пожалуй, пойду, — пробормотала Диана, вставая с дивана. Ей нестерпимо хотелось сбежать, спрятаться от взгляда Амбракса, от самой себя.

— Диана, подожди, — Амбракс тоже поднялся. — Нам нужно… поговорить.

— О чем? — спросила Диана, не поворачиваясь к нему. — О том, как я сделала из себя полную дуру?

— Нет, — Амбракс подошел к ней и мягко коснулся ее руки. — Просто… я не понимаю, что произошло.

Диана выдернула руку. — И я не понимаю, — сказала она, ее голос был холоден. — Давай просто забудем об этом.

Она быстро вышла из комнаты, оставив Амбракса в полном недоумении. Он стоял, глядя на пустую дверь, и чувствовал, как невидимая стена между ним и Дианой становится все выше и непреодолимее. Он и не подозревал, что за этой стеной стоит Розефина, довольно потирающая руки и наблюдающая за развитием событий с хитрой улыбкой. Ее план сработал безупречно. Оставалось только ждать, когда созреют плоды ее интриги.

— Я… я, наверное, пойду, — пробормотала Диана, не решаясь взглянуть на Амбракса. Краска стыда все еще горела на ее щеках.

— Диана, подожди, — произнес Амбракс, его голос был неуверенным. — Что… что все это значило?

Диана подняла на него взгляд. В его глазах она увидела не гнев или презрение, а скорее… растерянность. И еще что-то, что она не могла понять.

— Я… я не знаю, — честно призналась она. — Я вела себя как… как безумная. Мне очень стыдно.

Вспомнив о зелье, которое дала ей Розена, Диана почувствовала укол подозрения. Неужели это не просто случайность? Но доказательств у нее не было, а обвинять Розену без оснований она не хотела.

— Я тоже не понимаю, что произошло, — сказал Амбракс, качая головой. — Этот клоун… это было так… странно. Да и твои слова…

Он сделал шаг к Диане. — Но… ты действительно выглядела потрясающе в этом платье, — добавил он с робкой улыбкой, пытаясь разрядить обстановку.

Диана слабо улыбнулась в ответ. Неловкость между ними немного рассеялась, но осадок все равно остался.

— Я… мне нужно время, чтобы все обдумать, — сказала Диана, отступая на шаг. — Прости, Амбракс.

Она быстро вышла из комнаты, оставив Амбракса в смятении. Он смотрел ей вслед, пытаясь понять, что только что произошло. Его чувства к Диане были сложными и противоречивыми, и внезапное признание, а затем столь же внезапное бегство только усилили эту путаницу. Он чувствовал себя так, словно ему только что показали заманчивое видение, а потом так же быстро его отняли. И где-то на задворках сознания мелькала неприятная мысль, что все это было подстроено. Но кем? И зачем?

Розена же, наблюдая за этой сценой из-за угла, торжествовала. Первый шаг был сделан. Теперь нужно было продумать следующий ход.

— Мне, наверное, стоит переодеться, — сказала Диана, указывая на красное платье. Внезапно оно показалось ей неуместным, слишком ярким, слишком… вызывающим.

— Да, пожалуй, — согласился Амбракс. Он все еще чувствовал себя неловко, но старался вести себя как можно более естественно. — Хотя… тебе очень идет красный.

Диана, чувствуя, как ее щеки снова заливаются краской, выдавила из себя слабую улыбку.

— Спасибо, — пробормотала она и, быстро пройдя сквозь картину в гостиную Слизерина, оставила Амбракса одного.

Вернувшись в свой мир, Диана почувствовала себя опустошенной и растерянной. Слова Амбракса о платье эхом отдавались в ее голове. Он сделал ей комплимент. После всего, что произошло. После ее нелепого поведения, после этого ужасного клоуна…

Диана села на край кровати и обхватила голову руками. Ей предстояло разобраться в том, что произошло, и понять, какую роль в этой странной истории сыграла Розена. Интуиция подсказывала ей, что подруга как-то причастна ко всему этому безумию.   Но как? И зачем?

Одно Диана знала точно: ее отношения с Амбраксом изменились навсегда. И она не была уверена, к лучшему ли.